Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Израель Регардье 17 страница



В целом книга разделена на три основные части, каждая из ко­торых содержит короткие приложения с изложением сложных и неоднозначных формул для изготовления амулетов, рисунки талис­манов, порой довольно забавных, тексты колдовских заклинаний с подробными инструкциями по их правильному использованию Очень много места уделено в книге науке изучения ангелов, ангелологии, откуда черпали свои знания более поздние авторы, а предваряет книгу совет, касающийся видимого вызывания ангелов, а также правила относительно времени вызывания — месяца, дня и часа. Ближе к концу книги дается длинный текст молитвы или заклинания, содержащего выполненное в образцовой иудейской манере обращение к Богу как к царю, неоднократное перечисле­ние в алфавитном порядке отличительных достоинств Бога, каждое из которых суть фазы особой силы и функция вселенной. Что же касается технических приемов раскрываемой в книге магической системы, то они сильно проигрывают по сравнению с вышеопи­санными двумя работами как в философском смысле, так и в принципе проведения работы, не говоря уже о стиле

Первая часть книги — она одна будет здесь рассмотрена, по­скольку последующие ее части вполне сопоставимы с «Гоэтией» и «Ключом», о которых автор рассказывал выше, — уникальна, так как в ней содержится попытка описать всю целостность небес­ной организации, иначе говоря, несколько слоев или планов аст­рального света. Сущность видения составляет описание небес, куда Ной был вознесен двумя ангелами огненной природы, хотя мало что из этого способно сильно впечатлить, поскольку не добавляет ничего нового к ныне уже известному, не предоставляет какой-либо новой информации, раскрывающей то, что мы с вами хоро­шо знаем Одно из небес, третье по счету, провидец характеризу­ет как дом душ внутренних богов солнца и звезд, первому из ко­торых служат бесчисленные фениксы, символизирующие возрож­дение и бессмертие Ною служили четыреста ангелов, каждый вечер они снимали с головы его венец и уносили к богу небес, а каждое утро приносили обратно и возлагали на голову

На четвертых небесах провидец увидел сонмы ангелов со свер­кающими мечами в руках для суда над людьми и посланников, приносящих решения Наивысшего, одновременно эти вооруженные духи пели и танцевали перед богом под аккомпанемент цимбал Устремив свой взгляд на пятые небеса, провидец увидел там и рас­сказал Ною о четырех различных орденах Стражей, которые, пе­чалясь о своих падших собратьях-ангелах, тем не менее непрерыв­но пели и дудели в четыре вида труб, воздавая хвалу богу

На шестых небесах находились изумительные по красоте леги­оны ангелов, еще более сверкающие и великолепные, чем яркое полуденное солнце Были там также и архангелы. Посреди этого величественного он увидел семь архан­гельских существ, каждое из которых было с шестью крылами, поющих точно в унисон. Самые высокие небеса виделись им в образе огненного света, окруженного архангелами и бестелесными существами и силами, в пламени небесного света, из которого сыпались яркие и чистые искры, виделось и самое лицо Бога.

Громадная путаница, характеризующая любительские видения и попытки занятия магией, объясняется, по моему мнению, тем, что в самом начале ими не проводился ритуал изгнания пентаграм­мой, вследствие чего, несмотря на искренность и благородство стремлений провидца, в сферу его восприятия попадают какие угод­но существа, оказывающиеся в астральной близости от него. Не всегда одержимость или элементарные познания заканчиваются про­валом в результате отказа от проведения должным образом ритуала изгнания, но ввиду того, что всякие нежелательные существа бес­препятственно проникают и закрывают видение, оно начинает гре­шить непоследовательностью и прерывистостью. Отсюда и полу­чается, что провидец, боясь ошибиться в делах столь высоких, не желая пропустить что-либо значительное в своем видении, но не утруждаясь, по недоверию к себе, проведением грани между выс­шим и низшим, записывает его целиком, мешая существенное с несущественным. Во многих случаях дело обстоит именно так, по­этому только когда астральная сущность абсолютно сильна, когда она сияет духовным светом, через который никакая другая астраль­ная сущность даже и не смеет проникнуть без соответствующего на то разрешения провидца, видение можно проводить без предва­рительного защитного ритуала изгнания.

Есть еще один важный момент, касающийся осторожности, о котором имеет смысл упомянуть, если мой читатель вознамерится практически проверить высказанную выше мысль. Использование печатей и сигилов из таких книг, как «Книга ангела Рациила» и «Маг» повышает опасность проведения магической работы, пос­кольку в древнееврейских словах содержится много существенных ошибок и опечаток. Совершенно неясно, преднамеренно ли они сделаны или нет, являются ли они следствием невежества перепис­чиков или случайности.

Нетрудно понять, что если задача печати — установить напря­жение в астральном свете, на которое должна отреагировать и поспешить явиться соответствующая сущность, то ошибка в тек­сте надписи приведет к аналогичной ошибке и в типе астрального напряжения, результатом может стать эффект противоположный ожидаемому, нередко вредный и иногда край­не опасный.

Следовательно, прежде всего нужно обладать знаниями и спо­собностью определить, где могут быть ошибки, и устранить их. Я неустанно повторяю всем — если человек, решивший заняться прак­тической магией, не знаком с каббалой, все, что он делает, — де­лает на свой страх и риск. Занятия практической могией недопус­тимы без знания каббалы.

Прежде чем задумываться о проведении практических экспе­риментов, читателю следует в обязательном порядке познако­миться с тремя основными методиками гематрией, нотариконом и темурой, а также знать тот аспект философии, в котором говорится о символизме древнееврейских букв, магическом алфа­вите символов, именах, числах и понятиях, относящихся к Тридцати Двум Путям Мудрости. Но хотя в сигилах и древнееврейских тек­стах имеются значительные ошибки, которые со всей очевиднос­тью демонстрирует Барретт, тем не менее данный текст довольно точен и полезен, и я бы рекомендовал обращаться к нему всем се­рьезным читателям, поскольку польза от этого несомненна.

Самыми лучшими из всех работ, которые легко достать и ко­торые со всей полнотой освящают доктринальное содержание каб­балы, являются книги Уайта «Тайная доктрина в Израиле» или «Священная каббала». Также читателям будут несомненно полезно почерпнуть основные каббалистические знания, а также получить полное представление об алфавите, печатях и символах из книг Корнелия Агриппы о магии, из книги Кроули «777» и работы ав­тора «Гранатовый сад».

А теперь мне хотелось бы остановиться на сравнении процессов ,магии и йоги, тем более что есть полный смысл рассмотреть та­кое сравнение особо, поскольку, как уже говорилось ранее, йога не должна противопоставляться магии как система более совершен­ная. Йога и магия дополняют друг друга, обе эти системы составляют то, что сегодня мы привыкли называть мистицизмом. Если пред­положить, что магические иерархии соответствуют природным фактам и явлениям — а на этот счет ни у одного из нас не долж­но возникать и тени сомнения, — то с точки зрения философии, дающей нам рациональное объяснение магии, она не слишком сильно отличается от йоги, Пути Царственного Единения, как о том пишут многие авторы, к примеру Свами Вивекананда.

Много раньше в данной книге уже говорилось, что сефирот Древа Жизни соответствуют различным богам, высшим сущест­вам, которые суть разумные управители эволюционных процес­сов, направляющие их в нужное русло; каждому богу подчинена

соответствующая иерархия, состоящая из посланников — ангелов, архангелов, духов и разумов. Данная система классификации применима не только к макрокосму, но и к микрокосму. Осно­вание Древа Жизни столь тщательно разработано и систематизи­ровано, что его можно применить не только к процессам косми­ческого масштаба, но и к другим сферам, например к психичес­кому, умственному и духовному развитию человека, фокусируя и сосредоточивая, таким образом, все поле универсальной деятельнос­ти в пределах человеческого организма. С Древом в целом соот­носятся и двенадцать знаков Зодиака, и семь планет Если рассмат­ривать человека в виде микрокосма в великой звездной и косми­ческой вселенной, то тогда, вполне естественно, что все планеты, элементы и силы имеют в нем свое отражение, то есть и сами знаки Зодиака в его природе представлены также отчетливо. Го­лове человека соответствует энергия Овна, Телец дарует человеку, плечам его силу и выносливость; Лев наполняет его сердце муже­ством, а натуру — огнем; ноги человека, предназначенные для бега и прыжков, находятся под знаком Козерога.

Это пример нахождения теоретических субъективных основ для теории онтологии и эпистемологии; вселенная существует только в пределах сознания человека, соответствует ему в его границах, и ее законы являются законами человеческого разума .

В моей работе «Гранатовый сад» я вывел и показал в виде схе­мы соответствие между космическим сефирот, различными частями человека и чакрами, или, иначе, астральными нервными центра­ми, существующими в психодуховной части конституции челове­ка. Дальнейшее проведение соотношений в свете ранее изложен­ных размышлений напрашивается само собой. В качестве приме­ра, раскрывающего направленность моих предположений, можно привести следующий. Анахата-чакра, центр, расположенный в сердце или возле него, соответствует шестой сефире Гармонии и Равновесия, напрямую соотносится с такими священными сущно­стями, как Осирис, Гелиос, Митра и самосверкающий авгоэйд. Тот и все его божественные признаки — Воля и Мудрость — прекрас­но соотносятся с аджна-чакрой, расположенной в центре лба, над глазами, тогда как чакра, высшая из всех, сверхчакра, великолеп­ный лотос с тысячью лепестков, сахасрара, расположена на ма­кушке, там, где резвится Адонай, и соответствует Птаху и Амону, это — скрытая космическая сущность, тайный творческий центр как макрокосма, так и микрокосма.

Принятие субъективной теории несет с собой далеко идущие за­ключения, и истинное понимание этой точки зрения привнесет в сознание понимание бесчисленное количество раз и многословно повторяющегося определения о том, что вся вселенная и все пути универсальных сил нашли свое существование в человеке. Теперь я выдвигаю еще одну теорию — для того чтобы, к примеру, вызвать Артемиду и Хоншим и добиться единения с сущностью, определяемой этими именами, необходимо выполнить задачу высшей важности, идентичной — вследствие выведенных нами соответствий — про­буждению сил муладхара-чакры, и таким образом заставить змею кундалини двигаться, подниматься по Древу Жизни вверх, к венцу.

Как видим, если одна система добивается результатов путем про­ведения ритуалов и вызываний, другая ведет к успеху через кон­центрацию и медитацию. Достижение магическими заклинаниями и неразрывным тождеством небесной мудрости Тахути есть то же са­мое, что и обретение способности проникнуть взглядом во внутрен­нее око истинной мудрости, поскольку это адекватно стимуляции аджна-чакры, органа духовного видения Творческой Воли посредст­вом медитации. Точно так же единение личностного сознания пу­тем выполнения теургических ритуалов с Ашер-Ун-Нефер и вхож­дение в его славу и неизъяснимое великолепие сопоставимы с направлением кундалини вверх по сушумне к разуму и пробуж­дению сил, находящихся в сахасрара-чакре.

Для любого человека, знакомого с работой Вивекананды «Рад­жа-йога» или с ее адаптацией для европейского мышления, раскры­вающей фундаментальные принципы учения, с книгой «Путь ини­циации», написанной Рудольфом Штайнером, результаты исполь­зования данной системы — в плане объяснения и эффективного воздействия на чакры — являются исключительно следствием ра­боты Воли и Воображения.

В книгах многих авторов читатель постоянно натыкается на со­вет: «Вообразите пламя или белый треугольник в сердце» или «лотос над головой» и т. д. Пробуждение свитого в кольца вели­колепия кундалини в спинном хребте, в муладхаре-чакре, распо­ложенной на уровне копчика, сопряжено с усиленной концент­рацией и с воображением нового вида духовной деятельности в этой области, вследствие чего спящая змея-богин просыпается, расправляет кольца и устремляется по сушумне к трону внутреннего бога.

Магия же, предполагающая использовать тактические приемы, которые хоть и отличаются от методов йоги, но основываются, как я уже некоторое время пытаюсь объяснить, на том же — на Воле и Воображении, воздействуя на эти качества различными объектами в процессе проведения упорядоченных церемоний, дает удивительные духовные результаты. И предупреждения относитель­но йоги не менее строги и истинны, чем те, что применяются к магии. Возбуждение чакр, как и заклинание богов после вызыва­ния управляющих духов, ведет к проявлению самых разных, гигант­ских по мощности сил, которые могут быть направлены на опе­ратора.

Те, кого «Гоэтия» относит к числу духов имеют тенденцию к немедленному росту и увеличению присущих им и дремавших в них до этого момента знаний в науке, философии и искусстве в самом широком смысле, к быстрому развитию тончайших эмо­циональных качеств, способных любого человека ввергнуть в его внутренний огонь. Силы, которые, как говорил в «Йога-сутре» Патанджали, самъяна дарует какой-либо из чакр или идее, почти идентичны тем, коими маг наделяется вследствие проведения ука­занных в «Гоэтии» вызываний.

Горе тому, однако, кто работает из жажды власти! Потому что именно в этом случае боги умолкают и не дают ответов! Духи со злобой набрасываются на него и разрывают его в клочья. Лю­бую силу, нисходящую на мага, следует считать рукой святого ангела-хранителя. Следует запомнить, что змея должна уничтожить Руаха без всякой возможности для его возрождения, его нужно убить, чтобы присутствие ангела не стало ограниченным. Только тогда можно принимать даруемые силы и использовать их так, как того хочет ангел. И в йоге, и в магии это сознательный аспект медитации и вызывания богов, важнейшая составляющая работы. Если на человека снисходят силы — это прекрасно. Од­нако главной и священной целью обоих систем является именно расширение личностного сознания до бесконечности, нахождение истинного центра жизни.

Честное стремление к цели и соответствующие, должным обра­зом проведенные действия, искреннее духовное искание будут спо­собствовать получению магом достойных результатов, поднимут душу его до невероятных высот Древа, где она обретет, согласно Ямвлиху, «свободу от страстей, трансцендентное совершенство и энергию гораздо более величественную, станет участницей боже­ственной любви и несказанной радости». Но, помимо того, рас­ширение сознания несет человеку «истину и силу, незамутненную чистоту и прямоту действий, и высочайшее проявление талантов».

 

 

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

 

ИНИЦИАЦИЯ И ГРУППОВЫЕ РИТУАЛЫ

 

В тех случаях, когда в сложной магической церемонии жаждут участвовать множество лиц, при условии, что каждый из них мо­жет играть активную роль в ней, используется форма групповых ритуалов, отвечающих поставленным целям, — так называемые драматические ритуалы. Таким образом каждый участвующий в них человек вносит в создание духовного проявления свою силу воли и энергию. Почти все мистерии древности имели в себе эту форму, и обряды инициации, посвящения в тайные братства, во все века проводились согласно этому принципу. Всем очень хорошо известно, что ритуалы особенно полезны в вопросах инициации.

Имеется множество подтверждений, что массовые ритуалы были важнейшей составной частью мистерий на Тибете, где принятие в школу каждого лану сопровождалось соответствующим празднест­вом, ритуалом посвящения новичка к выполнению Великой Рабо­ты. Буддист-йог Миларепа пишет в истории своей жизни, что именно его гуру Марпа проводил над ним несколько ритуалов посвящения, в процессе которых в круг, или мандалу, где он стоял, вызывались различные божества и духовные силы. Кроме того, общеизвестно, что в брахманизме кандидат на инициацию прохо­дит через ритуал посвящения и очищения.

Из многочисленных письменных источников мы знаем также, что и в Древнем Египте существовали ритуалы инициации, счи­тавшиеся весьма важными; дошедшие до нас сведения о магических обрядах обросли за многие века многозначительными деталями и

важной, хотя порой и обрывочной информацией. Фактически, если основной принцип группового драматического ритуала, неза­висимо от того, с целью инициации ли он проводится или пре­следует достижение определенного магического результата, служит посвящением в Великую Работу и возвеличивает, приводит в вос­торг сознание, то это неопровержимо свидетельствует что анало­гично воспринимаемые церемонии проводились уже в глубокой древности.

Основной принцип драматического ритуала идентичен таково­му в любой другой магической церемонии, здесь также происхо­дит своего рода вызывание Бога. Правда, в первом случае акцент делается скорее на эстетическую сторону, на привлекательность обря да для воображения, поскольку здесь в драматической форме показывается история жизни бога, течение событий, приемущественно основных, а иногда течение земной жизни идеального человека, или богочеловека, например Дионисия, Кришны, Вакха, Осириса, тех, кто самостоятельно достиг мудрости и духовной пол­ноты, то есть тех самых качеств, которые ищет и теург. Жизнь в заново созданной атмосфере, повторение дел, некогда выполняе­мых Богом, — наиболее эффективный, великолепный метод для возвеличивания души, для приведения ее в состояние восторга. Сам этот принцип называется поминовением и является неотъемлемой составляющей всякой магической церемонии.

Любому, знакомому с книгой «Оккультная философия», стано­вится совершенно очевидно, что Генрих Корнелий Агриппа и те, от кого он получил свои знания, в полном объеме понимали этот теоретический принцип, лежащий в основе данной формы магии. Он требует неоднократного повторения роли вызываемого бога, прохождения через события, происшедшие в период его земной жизни. Но мало того, что этот принцип должен составлять приня­тый драматический ритуал, каждый аспект этой вечной магичес­кой церемонии, неважно, выполняемой отдельным человеком или группой лиц, должен быть отмечен восторженным повторением ряда высших, значимых событий жизненного пути Бога, репетиция которых служит для того, чтобы придать большую значимость, ак­центировать внимание на двойственности процесса, в котором есть обряд и вызывания, и посвящения. Даже в таком сравнительно тривиальном аспекте, как подготовка оружия и магических инструментов к работе, Агриппа вполне справедли­во рекомендует видеть и повторять святые дела; в качестве примера поминовения, которое проповедует Агриппа, можно взять описан­ную в его «Четвертой книге оккультной философии» следующую процедуру освящения воды, которую он описывает так: «И тогда, когда мы освящаем воду, нам должно поминать, как Бог поместил небесный свод посреди вод, а также как Он сотворил потоки воды в земном Раю... так же, как и Христос принял крещение в Иордани, и как таким образом освятил и очистил воду. Более того, необходимо нам вызывать определенные божественные име­на, соответствующие нашему занятию, как то, что Бог есть живи­тельный источник, живая вода, источник милосердия и подобные имена».

Читатель мог также заметить, что ритуал из «Гоэтии», о кото­ром мы говорили в предыдущей главе, имеет также ярко выражен­ный поминальный оттенок. В тексте вызывания явно прослежива­ется попытка употребить властные слова из Священного Писания, где они используются для свершения определенных деяний. Прав­да, пример этот применительно к драматическому ритуалу далеко не из самых удачных. Для данного случая наилучшим примером послужит драма «Вакханки» Еврипида. Ритуал следует построить таким образом, чтобы каждый участник его не оставался безучаст­ным, а играл отведенную ему роль, и в то же время действие дол­жно быть непрерывным и последовательным. Иными словами, разработка драматических ритуалов требует несомненных знаний законов театрального искусства.

Имеющиеся в нашем распоряжении исторические свидетельства со всей очевидностью показывают, что ежегодно разыгрываемая мистерия, посвященная жизни великого бога Осириса, царя Туат, на самом деле представляла собой сложный драматический ритуал его вызывания, церемонию поминовения, включающую в себя повто­рение почти всех действий, совершенных им в период его леген­дарного пребывания на земле, среди людей. В основе и этого празднования, и всех других, подобных ему, лежит вызывание того или иного бога, или аватары. Человеческих из них четыре — Парашурама, Рама, Кришна и Будда. Согласно этому, индийские астрологи отмечают на зодиакальном круге точки, называемые вратами аватар, считая их каналами поступления на Землю косми­ческой энергии. Это середины (15°) знаков Тельца, Льва, Скорпи­она и Водолея. В европейской астрологии они носят имена четырех евангелистов — Луки, Марка, Иоанна и Матфея соответственно. Считается, что человек, у которого хотя бы одна планета (лучше всего — Солнце) попадает в такую точку, находится под особым покровительством высших сил, и с помощью театрализованных повторений теург стремится привести свое воображение и сознание в состояние восторга, для того чтобы в высшей точке экстаза найти единение с божественным.

Данный вид церемонии наиболее эффективен для людей с очень развитым поэтическим и эстетическим чувством. Совершен­но очевидно, что символическое представление того, что раньше было фактическим духовным процессом для почитаемой Личности, не может не породить в теурге, за счет игры его воображения, высшего сочувствия и ощущения гармонии с этой Личностью, что и является высшей целью драматического представления. Короче говоря, в драме маг воображает себя богом, переживает за него все с ним происходящее, испытывает тождественные ощущения, а слова, которые во время действия им произносятся, служат до­полнительным средством создания чувства еще большей идентич­ности.

Именно это свойство драматических ритуалов заставляло не­сколько поколений магов не очень высокой степени посвящения использовать во время церемоний, помимо определенно театраль­ного реквизита — масок и одежды, театральные же приемы, на­пример гротеск. С центральной темой драматического ритуала мы сталкиваемся часто, наблюдая либо за проведением мессы в като­лической церкви, за ритуалом посвящения в младшие адепты орде­на Золотого Рассвета или получения третьей степени (градуса) ма­сонства, либо за дионисийскими празднествами в «Вакханках».

В каждом из этих случаев в драматической форме повторяется жизнь просвещенного адепта, иначе говоря, в магической форме разыгрывается спектакль, центральная тема которого — жизнеопи­сание существа, чье сознание стало божественным. Театральными средствами рисуется образ человека, который умирает фактически или в мистическом смысле, а затем воскресает, но уже как бог, излучающий божественную мудрость и силу. Именно потому, что для древних египтян Осирис был лучшим из примеров того, как личность может преодолеть свою связь с человеческим, обрести единение с Божественным и остаться для будущих поколений лю­дей символом возрождения, в различных главах «Книги мертвых» умерший, обращаясь к судьям в Зале Судилища идентифицирует­ся с ним.

Драматический ритуал, который древние египтяне выполнили с целью вызывания Осириса в Абидосе, представлял собой театра­лизованное представление, состоящее из восьми действий. В пер­вом показывалась процессия, где древний бог смерти, Упвавет, прокладывал путь Осирису. Во втором действии сам великий бог

являлся в священной ладье, куда также позволялось зайти немногим, наиболее ярким паломникам. Путь ладье преграждала толпа акте­ров, представляющих прислужников и стороников Сета, врага Оси­риса... Затем следовало сражение, в котором, однако, противники наносили друг другу раны настоящим, а не бутафорским оружи­ем... Скорее всего, сражение имело место в третьем действии и служило аллегорическим подтверждением триумфа Осириса. В четвертом на сцену выходил Тот и искал тело поверженного бо­жества. После этого шли церемонии подготовки к погребению Осириса, затем похоронная процессия направлялась в пустынный храм, находящийся неподалеку от Абидоса, где Осириса клали в гробницу. Следующим действием была великая битва между Гором (сыном Осириса и Исиды), мстящим за смерть отца, и Сетом. В последнем акте появлялся сам воскрешенный Осирис и во главе триумфального шествия входил в храм в Абидосе.

Но мистерии, театральные представления, в которых имитирова­лись земные дела бога, разыгрывались не только в честь Осириса, но и в честь Исиды, Хатора, Амона, Пашта и других богов и бо­гинь, не имевших своего земного воплощения. Целью групповых драматических ритуалов в их честь был вызов их.

В католической мессе поминается божественная жизнь и служе­ние Сына христианского Бога, смерть Спасителя на кресте, Его по­следующее воскрешение в славе и вознесение на небеса. В прошлом празднование мессы сопровождалось роскошными процессиями и пышными, помпезными мистериями или театрализованными представлениями; и здесь же следует при­знать, что в отсутствие магических приемов весь внешний эффект немногого стоит. В ритуале посвящения в третью степень (градус) масонства разыгрывается драматическое действо гибели великого мастера, Хирама Абиффа, и его последующее воскресение при по­мощи магического приема, после чего звучит то самое утерянное магическое слово, воскресившее X. А.

Прекрасной постановкой и оформлением отличается принятый в ордене Золотого Рассвета ритуал посвящения в младшие адеп­ты; здесь показывается очень насыщенная, богатая разнообразными событиями, в том числе и путешествиями, жизнь основателя орде­на розенкрейцеров Христиана Розенкрейца3 как символа Иисуса Сына Божьего.

Цель его также состоит в том, чтобы через сострадание, воз­действующее на чистое воображение, теург смог идентифициро­вать себя с образцом сознания, символом которого был Розенкрейц, и чья жизнь перед ним разыгрывается. В одной из сцен ритуала, наиболее значительной и яркой, слуга иерофанта (верховного жре­ца) предстает перед другими участниками действа как бы мерт­вым, лежащим в пастосе, в мистической гробнице. С помощью молитв и заклинаний адепт символически воскрешается, каковым действием подтверждается пророчество, высказанное когда-то вели­ким основателем. В торжественный час воскрешения, когда адепт выходит из пастоса, где он был погребен, уже в образе Христиана Розенкрейца, старший адепт произносит триумфальную фразу:

«А я знаю, что Искупитель мой жив и что восстанет он в последний день на земле. Я есть путь, истина и жизнь, никто не придет к Отцу моему, кроме меня. Я — очистив­шийся; я прошел через врата тьмы к свету, я боролся на земле за добро; я завершил работу свою; я вошел в Невидимого. Я — солнце в его восходе. Я прошел через час облака и ночи. Я — Амон, Сокрытый, тот, кто открывает день. Я — Осирис Оннофрис, Оправданный. Я — Бог Жизни, торже­ствующей над Смертью; нет во мне ничего, что бы не при­надлежало богам. Я — приготовитель пути; спаситель, веду­щий к свету. Да будет свет во тьме. Прежде был я слеп, но теперь я прозрел. Я — тот, кто примиряет с Неизъяснимым. Я — обитатель Невидимого. Пусть снизойдет яркий блеск Божественного Духа».                                                     

Эту поэму экстаза не следует рассматривать как просто набор звучных словосочетаний. Если адепт выполняет магическую работу должным образом, правильно, если он совершенно вошел в соот­ветствующую магическую форму, полностью идентифицировался с сознанием Бога, то тогда другие участники церемонии почувству­ют восторг, степень которого будет равна силе финального торже­ственного обращения.

Наиболее общепринятые формы драматического ритуала приме­нительно к инициациям происходят, с небольшими отличиями, поч­ти так же. Сначала неофит, одетый в черную мантию, входит во внутренние комнаты Храма Инициации, где ему немедленно завя­зывают глаза, а талию обвязывают шнурком, затем он в сопровождении Стража подходит к возвышениям, находящимся в четырех главных точках, где сидят представители высших званий. Повязка на глазах неофита символизирует слепоту всего иллюзорного мира и невежество, в котором плавает человек нераскаявшийся, безволь­ная жертва трагедии — болезненного рождения, упадка и смерти. Тройная обвязка шнуром символизирует три основных элемента: Огонь, Воздух и Воду; черная мантия — символ тьмы жизни, а также Сатурна, который есть смерть, жнец всех людей. Неофит несколько раз обходит Храм, и в это время представители высших званий, а также высоких благодетельных богов, в недалеком те­перь будущем — его наставники в магии, требуют от него рас­сказать о своих целях и устремлениях.

Как видим, вся процедура немедленно вызывает в нашей памя­ти «Книгу мертвых», где в главе CXLVI1 и в следующих за ней, ангелы и боги, хранители священного Пилона, врат, через кото­рые усопший проходит на пути в Аментет, требуют от него рас­сказа о своем деле. В ответ на вопрос о том, известно ли ему имя стража, — следует понимать, что это не имя, а символ, — и после заявления усопшего о том, что он пришел отвечать перед Тотом и тем снискать высшую мудрость, ангелы и боги по очереди дают усопшему разрешение войти. «Проходи, — говорит страж Пилона, — ты чист».

Каждый желающий может увидеть в Британском музее превос­ходный ритуал инициации, называемый «Мистерия Судилища Ду­ши», восстановленный М. У. Блэкденом по тем главам «Книги мертвых», в которых рассказывается о восхождении усопших к Залу Судилища и о их последующем блаженстве на Острове Ис­тины. Он совершенно ясно, в красочном, ярком стиле, показывает, что, вполне возможно, тексты, дошедшие до нас под названием «Книга мертвых», некогда составляли части, ритуала, использовавшегося в те дни, когда Египет, управляемый верховными жрецами, фараонами и адептами, достиг своего наи­высшего расцвета.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.