Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





 Жнец 17 страница



           

           

       Он покачал головой.

           

           

       — Люди привыкли считать Ястреба неуязвимой легендой, но и у меня есть свой предел. Здесь, в реальном мире, когда я снова стал Майклом, это так очевидно. И для того, чтобы расслабиться, немного юмора — то, что надо. Давайте, наконец, забудем о людских жертвоприношениях, бомбах, Жнеце и прочем дерьме и поболтаем о всяких глупостях.

           

           

       Натан смерил его задумчивым взглядом.

           

           

       — Если хочешь поболтать о всяких глупостях, просто вспомни душ.

           

           

       Натан выстроил три стула в ряд, подошёл к стене и снова забарабанил по клавиатуре. Стулья подползли друг к другу и слились в небольшую кушетку.

           

           

       — Вот одна кровать, — улыбнулся он, — а та, что в спальне, огромная, чтобы беременной не было тесно. Она мне сама призналась.

           

           

       Я хихикнула.

           

           

       — Кровать с тобой разговаривала?

           

           

       — О, да, — воскликнул Натан. — Душ и кровать очень обеспокоены моими гормонами, так что не затыкаются.

           

           

       Мы с Майклом пошли за ним в спальню.

           

           

       — Думаю, я смогу… — Натан защёлкал по контрольной панели на кровати.

           

           

       — Вы уверены, что эти изменения необходимы? — спросила кровать.

           

           

       — Уверен, — ответил Майкл.

           

           

       — Во время беременности большое спальное место…

           

           

       — Заткнись и трансформируйся! — рявкнул Натан.

           

           

       Кровать раскололась посредине и разъехалась на две половинки, но продолжала недовольно ворчать:

           

           

       — Если хотите восстановить изначальное спальное место…

           

           

       — Не хочу!

           

           

       Натан немного подождал, на случай, если кровать попытается взбунтоваться, но она осталась двумя тихими половинками.

           

           

       — Похоже, кровать дуется, — сказал Майкл с усмешкой. — Я тоже не в духе. Если бы кровать осталась одной большой штукой, и нам пришлось бы драться, выясняя, кто же разделит её с Джекс, я бы тебя побил.

           

           

       — Вот уж не уверен, — с сомнением смерил его взглядом Натан. — Ты хоть в курсе, что шатаешься из стороны в сторону?

           

           

       Я-то понимала, о чём он. Слушая новости, Майкл выглядел отлично. Во время разговора с Кассандрой проявилась усталость. А теперь он падал с ног от последствий стресса.

           

           

       — Да какая теперь разница, кто победит, — насмешливо сказал Майкл. — Ты профукал наши шансы, соорудив три кровати. Джекс, я и так знаю, что ты сейчас скажешь.

           

           

       Я усмехнулась и таки сказала:

           

           

       — Вы двое спите здесь. А я — в той комнате.

           

           

       Я вышла из спальни и испугалась: Майкл последовал за мной и плотно закрыл за собой дверь. Я взглянула на него с упрёком.

           

           

       — Сказала же, вы спите там. Ты обещал не торопить события. И, честно говоря, ты не в том состоянии, чтобы что-то поторопить.

           

           

       — Я знаю, — ответил он. — Мне надо кое-что сказать тебе наедине.

           

           

       — Ну и?

           

           

       — Утром я вернусь в Игру. Сюда доставят два контейнера заморозки. Едзакон проследит за ними.

           

           

       Я нахмурилась:

           

           

       — Зачем тебе целых два?

           

           

       — Вряд ли Жнец рискнёт взорвать что-нибудь ещё. Опасность из реального мира перенеслась в Игру. Пойдёшь со мной в Игру, Джекс?

           

           

       Мне пришлось несколько раз повторить про себя его слова, чтобы удостовериться, что я всё правильно услышала.

           

           

       — Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас вошла в Игру? Я бы с удовольствием, но мне надо ждать до девятнадцати лет.

           

           

       Майкл покачал головой.

           

           

       — Если я скажу, мол, мой ассистент должен войти в Игру, чтобы поймать террориста, никто и не вспомнит о билле Либрука Эштона. Натану лучше остаться здесь подольше: если он станет игроком, у него не будет доступа к информации Игротехников, но позже я и его вызову.

           

           

       Майкл смотрел на меня выжидающе, но слова никак не шли мне на ум.

           

           

       — Если хочешь, можешь остаться здесь с Натаном, — добавил он. — Обещаю, что не буду спешить. Можешь всё обдумать и завтра утром сообщить своё решение.

           

           

       Он не стал ждать ответа, просто развернулся и ушёл в спальню, закрыв за собой дверь. Послышался приглушённый женский голос — видимо, советы по гормональной терапии, — и смешок.

           

           

       Я убрала остатки еды, легла в кровать и уставилась в потолок. Мне предстояло выбрать: обмануть билль Либрука Эштона и прямо сейчас войти в Игру или ещё год подождать в реальности.юуюяуы Решение было простым. Всю свою жизнь я мечтала об Игре, а сейчас могла попасть в неё с Майклом.

           

           

       Конечно, то, что Майкл в Игре станет Ястребом, будет сложно пережить, а охота за подрывником и вовсе сделает наши дни нелёгкими, но я ни в коем случае не могла отступить.

           

           

       Завтра мне исполнится восемнадцать. Я так хотела в этот день войти в Игру. Билль Либрука Эштона катком прошёлся по моей мечте, но Майкл вернул её. Завтра родится сереброволосая Джекс.

           

        Глава 22

           

        

           

           

       — Ты закончила? — спросил Натан.

           

           

       — Почти. — Я хмурилась, глядя на экран. — Не думала, что регистрация в Игре занимает столько времени. Я уже сто лет как описала свою внешность и основные факты биографии. Я знала, что ещё придётся заполнить финальные детальные настройки движений, но весь их объем даже не представляла. Приходится по-дурацки махать руками и прыгать вверх-вниз.

           

           

       — Настройки движения очень важные. Ты сможешь двигаться в Игре, как привыкла, а не использовать стандартные установки.

           

           

       Я кое-что вспомнила.

           

           

       — Майкл говорил, что как раз перед входом он повредил плечо. Значит, это повлияло на настройки, и поэтому Ястреб так характерно пожимает одним плечом. В любом случае, я только что закончила и… ой.

           

           

       Натан ухмыльнулся.

           

           

       — Сексуальные преференции?

           

           

       — Ой… ага. Когда мы учили процесс регистрации в школе, кое-какие вопросы нам не рассказали.

           

           

       — Да нам по девять лет было.

           

           

       — Ну да, но тут сказано, что ответы попадут в открытые записи. Их кто угодно сможет увидеть!

           

           

       — Такая практика помогает избежать кучи паршивых недопониманий.

           

           

       — Если только люди отвечают честно. В чём я лично сомневаюсь.

           

           

       Натан фыркнул.

           

           

       — Хочешь утаить грязные секретики, а, Джекс?

           

           

       Я отмахнулась.

           

           

       — Осталось всего пару вопросов.

           

           

       Я внесла два последних ответа и нерешительно подняла палец.

           

           

       — Готово. Наверное. Надеюсь, я нигде не ошиблась. Может, надо проверить все ответы ещё раз?

           

           

       — Давай уже, заканчивай свою регистрацию, — выпалил Натан. — Если где-то ошиблась, всегда можно попросить Игротехников подправить.

           

           

       Я глубоко вдохнула, подтвердила регистрацию, и меня накрыло волной эмоций. Джекс сереброволосая теперь стала настоящей. Она была в Игре, ждала, пока я проснусь, ждала, чтобы я стала ею.

           

           

       — Готово! — дрожащим голосом выговорила я.

           

           

       — Поздравляю! — воскликнул Натан.

           

           

       — Мне жаль, что ты не в Игре. Так нечестно.

           

           

       Он покачал головой.

           

           

       — Послушай, возможность работать с обучающими материалами Игры, учиться дизайну — это просто невероятно. Я просто наращиваю шансы стать Игротехником.

           

           

       Я подумала, что Натан станет Игротехником сразу после входа в Игру. Они и несколько дней не позволят ему быть простым игроком после того, как он узнал столько секретов.

           

           

       Вслух я этого не сказала, не хотела будить ложные надежды.

        

           

           

       Мы вышли из квартиры Натана и проследовали по коридору к белой двери без вывески. Я ожидала увидеть там Майкла, но около двух контейнеров заморозки стоял только медицинский дроид.

           

           

       Весь прошлый год я патрулировала телохранилище. В блоке 2 Красного сектора стояло десять миллионов таких же контейнеров. И теперь я собиралась лечь в один из них. Об этом моменте я грезила всю жизнь, но теперь задрожала.

           

           

       Я вспомнила рассказ Майкла о его сомнениях в последнюю минуту перед десятилетним пробным периодом, о том, как множество добровольцев передумали b0b102. Теперь я их понимала. Ложиться в контейнер было страшно, люди просто пугались. Четыреста лет назад никто не знал, безопасна ли Игра. Будут ли нормально работать примитивные камеры заморозки или уничтожат умы и тела.

           

           

       — Нервничаешь? — спросили меня сзади.

           

           

       Это пришёл Майкл. Я повернулась к нему. Он всё ещё был Майклом, но, возможно, я вижу его таким в последний раз. Доктор терпеливо ждал, пока для нас тикали последние секунды.

           

           

       — Немножко, — ответила я.

           

           

       Майкл кивнул.

           

           

       — Я побуду рядом, пока не начнётся процесс заморозки, а потом встречусь с тобой в Игре. Кассандра поговорила с Приёмной комиссией Ганимеда. Они быстро дали тебе гражданство, так что проснёшся у себя дома.

           

           

       Он подошёл к ближайшему контейнеру и остановился у откинутой крышки. За нами наблюдали Натан и доктор, поэтому драматических прощаний и поцелуев не последовало. Я тоже подошла к контейнеру, неуклюже забралась внутрь и села.

           

           

       Доктор проверил контрольную систему контейнера и приступил к последней проверке перед заморозкой.

           

           

       — Никаких металлических предметов в карманах, Джекс?

           

           

       — Карманы пустые. — Я вывернула их наизнанку в доказательство.

           

           

       — Никаких украшений?

           

           

       — Никаких.

           

           

       Доктор всё равно провёл по мне сканером. По медицинским правилам все эти пункты проверялись многократно, ведь контакт тела с металлом во время заморозки мог привести к кошмарным последствиям.

           

           

       Наконец дроид врача кивнул.

           

           

       — Пожалуйста, ложись и расслабься.

           

           

       Я легла и поёрзала, устраиваясь поудобнее. Майкл с Натаном встали рядом, плечом к плечу. Майкл улыбнулся. Натан смотрел задумчиво, что было вполне понятно.

           

           

       — Прощай, — сказала я Натану, но на самом деле Майклу. Я смогу звонить Натану и говорить с ним из Игры, но Майкл исчезал навсегда.

           

           

       Что случится, когда он снова станет сияющим легендарным Ястребом? Будет ли всё ещё увлечён мной, или то, что между нами случилось, лишь минутная слабость? Часть того странного, уязвимого периода, когда он снова стал мальчишкой из прошлого? Вдруг когда Майкл вернётся в образ Ястреба, его затянет прежняя жизнь, и он забудет, как неуклюже целовался с девчонкой из телохранилища?

           

           

       Прозрачная крышка захлопнулась, стал поступать газ, и моё зрение затуманилось. Во время медицинского обучения я изучила каждый этап процесса заморозки, но было так странно испытывать всё на себе.юуюяуы

           

           

       Я столько представляла себе вход в Игру, проигрывала сценарий в уме тысячи раз, но подобного представить не могла. Я ожидала, что заморозка пройдёт в медицинском блоке, а потом мой контейнер перенесут в телохранилище, пока мне не придётся разморозиться для работы или беременности.

           

           

       Мне и в голову не могло прийти, что я буду замораживаться в офисе Едзакона. И что рядом со мной будет стоять Игрок-основатель в собственном физическом теле и улыбаться, пока газ не начнёт действовать, и мои веки не закроются.

           

        Глава 23

           

        

           

           

       Люди говорили о странных ощущениях во время переноса в Игру. Кто-то не чувствовал ничего, кое-кто вспоминал леденящую черноту, а у некоторых были странные живые видения. Я же в одиночестве блуждала по серой, безликой, бесконечной равнине. Рядом не было ни одной живой души, но до меня доносилось отдалённое перешёптывание.

           

           

       Около тридцати секунд я не могла пошевелиться, а затем внезапно оказалась в комнате внутри Игры. Судя по обстановке, очертаниям дверных проёмов и сиреневой дымке, помещение находилось на Ганимеде. Как и обещал Ястреб, я проснулась в своём доме.

           

           

       Следующие пару секунд я всё ещё не могла двигаться, но потом шагнула вперёд. Это было почти как в реальной жизни, но меня наполнило ощущение света и комфорта. Казалось, я могу бежать бесконечно, не чувствуя усталости.

           

           

       Я восхищённо ахнула, и на меня обрушились запахи и вкус воздуха. Я изучала картинки Ганимеда, но не знала, что у воздуха здесь свой собственный аромат, характерная смесь цветочных ноток, специй и соли. На секунду это смутило меня, но потом я приняла это как часть уникальности Ганимеда.

           

           

       Я посмотрела вниз на себя и увидела серебряно-голубое платье без рукавов, которые выбрала при входе в Игру. Я подняла левую руку и изучила её. Штрихкод исчез, вместо него запястье охватывал бронзовый браслет. Я погладила его правой рукой и улыбнулась, несколько минут не в силах оторваться от его вида. Браслет символизировал всё. После долгих лет планов и фантазий я по-настоящему оказалась в Игре.

           

           

       Рядом стоял деревянный стул, покрытый резьбой. Я дотронулась до него, ощутила прохладную твёрдость древесины, гладкую отполированную поверхность, вырезанные замысловатые углубления рисунка. Я привыкла к потрёпанной пластиковой мебели, а теперь меня окружала мебель, созданная по античным образцам из реальной жизни. Я расхохоталась, ощущая странную смесь восторга и недоумения.

           

           

       Надо мной прямо из воздуха раздался мягкий автоматический голос.

           

           

       — Игрок Джекс Торп Ли Грэнтхэм, гражданка Ганимеда, к вам поступил запрос от игрока по перемещению в ваш дом. Вы принимаете запрос по перемещению в Игре от игрока Ястреба с Небес?

           

           

       — Ага, — ответила я.

           

           

       Ничего не произошло. Голос заговорил снова.

           

           

       — Ответ не распознан. Вы принимаете запрос по перемещению в Игре?

           

           

       Я вспомнила, что надо использовать стандартные игровые команды, которым нас учили в школе.

           

           

       — Игровая команда. Принять запрос по перемещению в Игре.

           

           

       Через минуту рядом со мной появился Ястреб, неподвижный и с пустыми глазами. Я уставилась на него в испуге, вдруг что-то пошло не так, но потом сообразила, что он в процессе перехода с Небес. Секунду спустя Ястреб прибыл по-настоящему, его красивое лицо наполнилось жизнью. Он глубоко вдохнул, выдохнул и улыбнулся мне.

           

           

       — Как же хорошо вернуться в Игру. — Он улыбался всё шире, рассматривая меня. — Красивые волосы!

           

           

       Я виновато вспыхнула.

           

           

       — Я так давно рисовала свой образ в Игре. Мне нравятся волосы перьями. Я не копировала твою причёску.

           

           

       — Я знаю. — Он обошёл вокруг меня, изучая со всех сторон. — Тебе идёт. Твоё лицо узнаётся. Многие люди делают огромную ошибку, полностью отказываясь от реальной внешности. Как и я с Ястребом: создал абсолютную противоположность Майкла. Кассандра поступила мудрее, её лицо в Игре — улучшенная копия её самой в юности.

           

           

       Он пожал одним плечом.

           

           

       — Только спустя десятилетия я понял, как важно отразить в игровом образе свою реальную внешность. Игра — это фантазия, сон наяву. Твой игровой образ — тонкая оболочка иллюзий, скрывающая настоящее “я”, сформированное опытом в реальности. И это истинное лицо надо сохранять, или ты перестанешь быть личностью, перестанешь видеть себя, глядя в зеркало. К тому моменту, как я всё понял, было слишком поздно менять лицо, возвращая сходство с Майклом.

           

           

       — Думаю, в Ястребе куда больше Майкла, чем ты думаешь. У него такие же чёрные волосы. Глаза Ястреба темнее, но в выражении лица очень много общего.

           

           

       Ястреб вздохнул.

           

           

       — Я бы хотел подольше пообщаться с тобой, но не могу. Надо быстро созвониться с Кваме, узнать последние новости у Кассандры, а потом сделать объявление игрокам. Не возражаешь, если я займусь всем этим у тебя?

           

           

       — Конечно, нет! Делай всё, что надо. Я пока осмотрюсь вокруг и привыкну к новому образу.

           

           

       Я обвела взглядом комнату и затаила дыхание при виде полупрозрачных штор, закрывающих большое окно. Только отдёрнуть — и я увижу небо, о котором столько грезила. Я непроизвольно двинулась к шторам, но остановилась. Нет, пусть пока побудут закрытыми. Я мечтала восхищаться небом Ганимеда не через окно. Я должна увидеть его снаружи, со всем великолепием Юпитера над головой.

           

           

       — Может, после твоего выступления мы вместе выйдем полюбоваться небом, прогуляться по пляжу и… — Я замолчала на полуслове, потому что требовала слишком многого. Ведь теперь передо мной Ястреб, а не Майкл.

           

           

       — Первый взгляд на Юпитер — это нечто особенное, — ответил Майкл. — Я с радостью пойду с тобой.

           

           

       Пока Ястреб рассматривал меня, я тоже не отрывала от него глаз. Сотни его изображений, что мне попадались до сих пор, были правдивы. Его лицо на дроиде тоже идеально точно отображало облик. Но теперь все прошлые образы поблекли по сравнению с настоящим.

           

           

       Лицо Ястреба всё время меняло выражения, пряди волос взметались с каждым шагом, каждое движение дышало индивидуальностью. Его одежда, слои блестящей чёрной сетки поверх серебряной кольчуги, разительно отличалась от аккуратного синего костюма дроида, а когда левый рукав сдвинулся, я мельком увидела ослепительный бриллиантовый браслет Игрока-основателя.

           

           

       — Игровая команда. Требую помощи Игротехника, — произнёс Ястреб.

           

           

       Появился Кваме, и его облик поразил меня ещё больше. Раньше я видела его только на игровом дроиде с лицом, неподвижным, как маска. А теперь он был совершенно живым, в форме Игротехника с золотым значком, соответствующим золотым знакам на лице.

           

           

       — Мне нужна панель управления, как у меня дома, — сказал Ястреб. — Поставь её в угол, пожалуйста, чтобы не мешала. Не хочу загромождать новый дом Джекс.

           

           

       Ястреб кивнул в угол комнаты, и там внезапно возникла стена экранов со стулом. Я с удивлением отметила, что это не современные экраны, а странный сюрреалистичный набор древней компьютерной техники четырёхсотлетней давности.

           

           

       Я нахмурилась. Бриллиантовый браслет Ястреба символизировал пропасть между нашими статусами, а эти экраны кричали про разницу в возрасте.

           

           

       — Спасибо, — кивнул Ястреб. — А теперь обсудим моё выступление. Думаю, не стоит сообщать игрокам, что террористом был Игротехник. Это должно остаться тайной, потому что подрыв веры в Игротехников поднимет волну паники.

           

           

       Кваме кивнул.

           

           

       — Игротехники совершенно согласны с твоим мнением.

           

           

       — Я даже Кассандре не признался, — продолжил Ястреб. — Ненавижу врать ей, но правда приведёт её в ужас. Даже мне было страшно при мысли, что Игротехник может превратить землю под ногами в пылающую лаву, но я могу хотя бы выйти из Игры. А Кассандра здесь в ловушке, она умрёт при попытке разморозиться.

           

           

       Я смотрела, как Ястреб говорит. Часть меня слушала его слова, а вторая жадно впитывала множественные различия между реальностью и Игрой. В первую очередь меня смущала его одежда. Лёгкая многослойная чёрная сетка с блестящими нитями казалась до смешного непрактичной для Ястреба Непобедимого. Но теперь я поняла, что её можно мгновенно сдёрнуть, и Ястреб останется в удобной серебряной кольчуге.

           

           

       Я восхитилась этой кольчугой. При каждом движении Ястреба сетка двигалась, открывая мерцающие участки переплетённых серебряных звеньев, которые плотно облегали его, точно вторая кожа. Интересно, они жёсткие или мягкие? Я захотела протянуть руку и…

           

           

       — Джекс, — окликнул Ястреб.

           

           

       Я виновато отскочила, на секунду решив, что не просто подумала, но и вправду коснулась его.

           

           

       — Мне интересно твоё мнение. Я не могу сказать игрокам всю правду, но что-то сообщить должен, чтобы поддержать их доверие. У нас большой прогресс. Харпер далеко не так опасен в роли игрока по сравнению с Игротехником. Ситуация чуть выровнялась, и надо как-то донести об этом населению.

           

           

       Ястреб помолчал.

           

           

       — Я собираюсь сказать, что взрыв организовал Томас. Он умер в реальном мире, но мы продолжаем разыскивать его помощника, Жнеца, который ассистировал ему по мелочи.

           

           

       Я моргнула.

           

           

       — Ты хочешь всё вывернуть наизнанку, объявить Томаса террористом, а Жнеца — всего лишь помощником? Разве это не возмутит подрывника?

           

           

       Ястреб хмыкнул.

           

           

       — Не только возмутит, но и приведёт в бешенство. И Жнец на меня нападёт.

           

           

       Я старалась как можно осторожнее подобрать слова.

           

           

       — Не уверена, что это хорошая идея. Может, Жнец и стал игроком, но он очень опасен.

           

           

       — Он спрятался среди пятидесяти миллиардов людей. Отследить его мы не можем. Остаётся только спровоцировать агрессию, чтобы определить его новую личность.

           

           

       — Ага, — с сомнением пробормотала я, но потом вспомнила, что нахожусь в Игре и должна говорить соответственно. — То есть, да, — быстро исправилась я, — но использовать себя в роли приманки, чтобы спровоцировать Жнеца, значит нарываться на неприятности.

           

           

       — Если Жнец не может взорвать серверный комплекс, то и мир, где я нахожусь, не разрушит. Через охрану Едзакона он тоже не прорвётся, так что мой контейнер заморозки в безопасности. А если он не может добраться до меня в реальном мире, то нападёт в Игре, где я — легендарный боец.

           

           

       Я застонала.

           

           

       — Всё равно это плохая идея.

           

           

       Ястреб воздел руки.

           

           

       — Кассандра сказала, что игроки на грани истерики. Мне надо их успокоить. И они будут счастливы узнать, что подрывник мёртв, и нам лишь надо загрести мелких сошек.

           

           

       — Что именно ты собираешься сказать игрокам про Томаса? — спросил Кваме. — Не стоит подливать масла в огонь недовольства подростками из реального мира.

           

           

       — Был момент, когда мы с Джекс и Натаном думали, будто террорист — игрок, который работает или работал в команде техподдержки серверов, — сказал Ястреб. — Можем использовать эту идею.

           

           

       — Такая версия событий является наиболее предпочтительной для публичного объявления, — ответил Кваме.

           

           

       — В своём выступлении я опишу историю в общем b0b102. Позже сообщим детали, когда продумаем все мелочи и убедительный мотив для Томаса.

           

           

       Ястреб прошёл к экранам.

           

           

       — Теперь мне надо поговорить с Кассандрой.

           

           

       Кваме кивнул.

           

           

       — Пожалуйста, проси о любой необходимой помощи от Игротехников, когда будешь готов к выступлению.

           

           

       Он растворился в воздухе. Я представила, как он появляется в загадочной изнанке Ганимеда, доступной только Игротехникам. И поняла, что в моём воображении эта изнанка похожа на сон при входе в Игру: серая и невыразительная.

        

           

           

       Ястреб сел у экранов, махнул рукой, и рядом с ним появилась Кассандра. Не вся, только изображение головы и верхней части туловища, парящее в воздухе.

           

           

       — Я подготовила краткое изложение основных новостей Игры, — сказала она.

           

           

       По экранам побежал текст, и Ястреб наклонился вперёд, читая.

           

           

       — Каково общее настроение в Игре?

           



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.