Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Алекс Орлов 16 страница



Про нектарник Джим узнал от сержанта Рихмана, когда помимо этих цветочных сладостей он показывал стажерам и другие, менее приятные на вид и вкус блюда.

Прежде всего это были пауки. В том числе и те, которые считались опасными.

– Опасны в нем только хелицеры, с помощью которых он впрыскивает яд, – поучал сержант, держа за лапу убитого им паука.

– Но вы же говорили, что лучше их не убивать, а то другие набегут, – напомнил ему тогда Тони.

– Убивать не следует, если он просто попадается тебе на пути, а для пропитания – можно. В джунглях это основной закон – одни питаются другими. В данном случае не повезло пауку, но случается и на их улице праздник, когда они жалят беднягу, у которого с собой нет противоядия. Итак, если у вас нет возможности разжечь костер, паучка приходится есть сырым. Чаще всего так и бывает, поскольку вы не должны демаскировать себя и вонять дымом на многие километры вокруг. Делают это следующим образом: паука следует отбить с одной стороны и с другой… – Держа паука за ногу, он несколько раз ударил им по дереву. – Это делается для упрощения разделки туши – так он потом лучше чистится. Затем ножом нужно убрать яд, поскольку если вы случайно разорвете ядовитые железы, ваша пища станет отвратительно горькой. – Сержант показал, как правильно вытащить хелицеры и извлечь ядопроизводящие органы. – Теперь можно начать отделять ноги – это самое простое. Использовать в пищу брюшко тоже можно, но только если есть на чем поджарить. В противном случае вы рискуете подхватить понос.

Прежде чем отделить паучьи ноги, сержант еще более тщательно постукал их небольшой палочкой, затем ножом счистил колючую щетину. Лишь после этого он стал отрывать их по одной и показывать, как правильно снимать хитиновый покров и доставать белое мясо.

Рихман заставил съесть по одной ножке обоих стажеров. Джиму показалось, что на вкус это очень похоже на крабов, хотя он ел только речных.

Потом сержант показывал им слизней. Не тех прозрачных, которые гроздьями висели на лианах, а черных. Они водились только в отсыревших дуплах и годились в пищу, не вызывая отравления или поноса.

– С ними все намного проще, – сказал сержант, добыв из дупла штук пять черных слизней. – Для начала нужно потереть их между ладонями…

Сержант сделал несколько круговых движений, как будто скатывал шарик из глины. Потом он показал, что получилось, – на его ладонях остался похожий на грязь налет. А слизни выглядели похудевшими.

– Как вы думаете, что осталось на ладонях?

– Дерьмо слизней? – осторожно предположил Джим.

– Правильно. В принципе можно съесть их и с дерьмом, но без дерьма все же лучше.

С этими словами сержант прополоскал слизней в скопившейся на широком листе воде и забросил их в рот.

Стажеры, морщась, следили за Рихманом.

– На вкус они не очень приятны, поэтому лучше глотать их, как устриц. Устриц ели?

– Нет.

– Я тоже. Но это неважно. – Сержант сделал глотательное движение и, хлопнув себя по животу, сказал: – Все, они в моем желудке. Теперь и вы добудьте слизней и покажите, как усвоили лекцию.

Джим и Тони нашли в себе силы попробовать черных слизней, однако потом до самой базы им казалось, что в их желудках что‑ то шевелится, а на обеде в тот день приятели ели безо всякого аппетита.

 

 

Вспоминая об уроках сержанта Рихмана, Джим упрямо пробивался к точке встречи с Тони.

Местность вокруг продолжала меняться. Нектарник и другие бесполезные кусты исчезли, и вместо них все пространство между деревьями стали занимать сбившиеся в колтуны липкие лианы, поддерживаемые каркасами из особого сорта вьющихся деревьев. Пробираясь через эти переплетения, Джим жалел, что нельзя использовать тяжелый нож, поскольку его удары слышны слишком далеко.

Сделав передышку, он связался с Тони. Тот похвалился, что выбрался наконец на сухой участок. Джим сказал, что у него болота только начинаются.

Закончив переговоры, он продолжил движение, обзаведясь по совету Тони палкой с небольшой рогаткой.

Неожиданно где‑ то неподалеку громко закричала птица кибитон. Это была нелетающая птица, рывшая норы под старыми деревьями и обладавшая резким и неприятным голосом. Видимо, опасность для кибитона оказалась не смертельной, поскольку вскоре птица успокоилась и стала покрикивать издалека, предупреждая кого‑ то, кто забрался на ее территорию.

Прислушиваясь к недовольному квохтанью птицы, Джим начал пробираться туда, где заросли были не такими густыми. Как он и предполагал, джунгли поредели из‑ за близости узкого болотца. Купаться в нем Джиму совсем не хотелось, и он решил обойти болото справа, этот путь показался ему самым подходящим.

Раздвигая рогатиной лианы, Джим миновал очередной зеленый заслон и сделал передышку, чтобы смахнуть с себя мертвых насекомых. Они падали на него вместе с соком лиан, в котором растворялись. Таким образом здешние лианы снабжали себя белковым кормом.

Держа автомат наготове, Симмонс прошел еще несколько метров и остановился. Из‑ за ближайшего дерева показалась птица кибитон. Она несколько раз недовольно крикнула, посматривая в сторону своей норы, и стала разрывать когтистыми лапами землю.

Джим с интересом рассматривал это существо. Птица была небольшой, но круглой, как арбуз. У нее был длинный изогнутый клюв и совсем отсутствовали крылья. Наверное, весила она немало, и было непонятно, почему сержант не рассказал, можно ли ее есть.

Долбанув по земле клювом, птица посмотрела в сторону Джима и, испуганно пискнув, снова спряталась за дерево.

«Вот дура», – подумал он и пошел дальше, туда, где на берегу болота обозначался небольшой пригорок.

Теперь, помимо птичьих голосов и свиста древесных грызунов, Джим слышал какие‑ то шоркающие звуки. Вскоре стало очевидно, что это звук вонзавшейся в землю лопаты.

Выглянув из‑ за пригорка, Джим увидел человека, который копал землю небольшой раскладной лопаткой. Доставая грунт из ямки, он рассыпал его перед собой и разравнивал рукой. Затем что‑ то выбирал, рассматривал на свет и клал в карман.

Видимо что‑ то почувствовав, он повернулся и увидел незнакомого солдата.

– Руки вверх! – машинально выкрикнул Джим, однако незнакомец оказался весьма проворен. Он выхватил какое‑ то оружие, и оно застрекотало в его руках, словно швейная машинка.

Впрочем, «машинка» оказалась довольно опасной. Строчка малокалиберных пуль прошлась над головой Джима и расщепила несколько лиан, которые брызнули едким соком.

Джим присел, не решаясь выстрелить. Ему казалось, что стоит только пальнуть из «бикса», и сразу всему миру станет ясно, что Джим Симмонс находился слишком далеко от места, где должен находиться. Заодно достанется Тони, ведь он прикрывал друга, сказав сержанту, что Симмонс неподалеку.

Пока Джим раздумывал, стоит ли стрелять в незнакомца, того и след простыл. Было слышно, как он ломится сквозь заросли, пугая птиц и полнимая целые тучи летающих тараканов и разноцветных бабочек.

Решив, что свяжется с Тони позже, Джим вышел на место раскопок, где осталась брошенная незнакомцем лопатка, распечатанная пачка сигарет и несколько так хорошо знакомых Джиму окурков.

Что делал здесь этот человек? Зачем он копал и что выискивал в грунте?

Джим разворошил носком ботинка вынутую из ямки землю, но не заметил там ничего, что могло бы привлечь его внимание.

Вспомнив рассказ Тони про обнаружение стоянки мятежников, занимавшихся старательством, Джим пришел к выводу, что это тоже был старатель. Хорошо бы расспросить его самого, однако догнать беглеца было уже невозможно.

Еще раз копнув носком ботинка рассыпанную землю, Джим вздохнул и пошел своей дорогой.

 

 

Джузеппе Франц являлся одним из лучших специалистов фирмы «Сава». Он был из тех, кто, начиная свою жизнь нищими студентами, превращались в знающих профессионалов, за которых держатся и в которых нуждаются.

Франц мог работать в большой компании и получать приличный оклад, особенно не утруждая себя сверхурочной работой, однако он быстро разобрался, что самые большие деньги в его профессии нельзя получить, занимаясь наукой или составляя карты пластов. Больше других своим горным специалистам платили те, кто балансировал на грани закона, а иногда и откровенно переступал эту грань.

Это были небольшие фирмы, которые обходились без лицензий и выкупленных прав. Они занимались разработками залежей алмазов, золота, платины, палладия и всего того, что хорошо продавалось на рынке металлов и минералов. Однако в отличие от больших компаний пиратские фирмы занимались только теми месторождениями, где содержание в породе ценных ископаемых было необычайно велико.

Если где‑ то в новых колониях первопроходцы вдруг наталкивались на долину, усеянную слитками платины, горнорудные монстры тотчас начинали большую междоусобную войну. Они устраивали баталии в судах, в кабинетах чиновников региональных и национальных правительств. Подсиживая друг друга, совершая подлоги и подкупы, они делили этот лакомый пирог.

Тянулась эта дележка довольно долго. В лучшем случае – год, но чаще – два или три. И когда компания‑ победитель со всеми правами и лицензиями, наконец, прибывала к месту разработки, оказывалось, что все сливки, которые давали запредельные доходы, были уже сняты. Пиратские, фирмы, использовавшие компактное горно‑ перерабатывающее оборудование, за несколько месяцев забирали все, что практически лежало на поверхности, оставляя законным владельцам лишь то, что хранили недра.

Таких пиратских фирм было довольно много. Они не ссорились и были очень мобильны. За несколько часов десяток транспортных вертолетов доставлял на место портативные перерабатывающие комплексы, и они днем и ночью вгрызались в землю, отсеивая, промывая и упаковывая полученный продукт.

Сконструированы эти машины были очень профессионально и, как правило, имели замкнутые циклы переработки, ведь по красному глиняному стоку в реке подобный комплекс можно было легко вычислить.

Если работали в горах, оборудование могло помещаться в пещерах. В лесу – пряталось под деревьями. Это была настоящая пиратская техника, и существовала целая машиностроительная индустрия, которая работала на пиратов, совершенствуя машины и уменьшая их размеры.

Джузеппе Франц был приглашен на работу одной из таких шустрых фирм, которая называлась «Сава». Ему предстояло выяснить, какой из районов междуречья имеет самый большой потенциал для добычи алмазов.

Поскольку работать Францу приходилось очень близко к базе правительственных войск, он имел при себе фальшивые документы и пистолет‑ пулемет «рапид», которым воспользовался при случайной встрече с солдатом. Попал в него Франц или тот просто испугался и не решился преследовать, было неважно. Главное – не останавливаться еще хотя бы полчаса.

Джузеппе бежал довольно долго, время от времени останавливаясь, чтобы длинным, словно мачете, ножом разрубить очередную лиану. Воздух со свистом вырывался из прокуренных легких, но Франц старался держаться. Когда сил почти не осталось, он решил взять паузу, чувствуя, что вот‑ вот потеряет сознание.

Немного отдохнув и откашлявшись, Франц понял, что нестерпимо хочет курить. Однако вот незадача: пачку с сигаретами и раскладную лопатку он забыл возле последнего шурфа.

Оставалось еще несколько сигарет, завернутых в водоотталкивающую ткань. Достав этот запас, Франц закурил и, посмотрев по сторонам, пошел медленнее, лениво взмахивая ножом и отбрасывая с тропы ботинком навязчивых пауков.

Несмотря на то что его заметили, этот район можно было покидать со спокойной совестью. Всю площадь у военной базы Франц исследовал достаточно подробно и уже давно составил собственное мнение. Еще десяток шурфов ничего бы не изменил, а образцы остались в кармане.

 

 

Через три часа безостановочного марша по джунглям Джузеппе Франц вышел к тому месту, где его уже пять дней ожидали проводники мятежного команданте Ферро.

На звук шагов ему навстречу вышел Леон с автоматом в руках. Увидев Франца, он облегченно вздохнул и сказал:

– Вы меня напугали, профессор. Я уж думал – чужие… Мы ведь вас только послезавтра ждали.

– Всю работу я уже сделал, – сказал Франц. – А сегодня натолкнулся на солдат. Пришлось уходить.

– Ну и отлично. Пойдемте, профессор, я как раз супчик варю из болотных моллюсков. С острыми приправами и травами… Вам не мешает съесть чего‑ нибудь горяченького.

Вместе с Леоном Джузеппе пришел к месту стоянки и, бросив полупустой рюкзак, с облегчением опустился возле очага, в котором на бездымном топливе варилась какая‑ то мутная бурда.

– Скоро будет готово, – сказал Леон, понюхав варево.

– Хорошо, – сказал Франц, чувствуя, что снова хочет курить. Те пять сигарет, что были у него в запасе, кончились полтора часа назад. – Леон, у вас есть сигареты?

– Конечно, есть, профессор. Сейчас принесу.

Проводник вскочил и направился к небольшой палатке, в которой они с напарником по имени Пауль ожидали возвращения Франца. Палатка была специальная – она имела каркас из надувных столбиков, поэтому не нуждалась в колышках и растяжках.

– Вставай, Пауль! Профессор вернулся! Сегодня уберемся отсюда…

– О‑ о‑ о… – простонал Пауль, и Франц знал отчего. Вместе с другими своими вещами бойцы команданте Ферро привезли несколько литров скверного джина, спрятав его в красном презервативе. Франц видел этот пузырь, когда они по приезде сгружали вещи.

Вскоре Леон вернулся с пачкой «Индуксьон», которые, по мнению Джузеппе, набивали табачными опилками, вымоченными в конской моче. Впрочем, выбирать не приходилось. Франц закурил и почувствовал, как вызванная табачным голодом сосущая боль отпускает его. Он хотел вернуть сигареты, но Леон замахал руками:

– Что вы, профессор, оставьте себе, у меня еще есть. Франц молча кивнул и спрятал пачку в рюкзак.

– Какой вы удивительный человек, профессор, – сказал Леон. – Как вы живете в джунглях, нося с собой такую тощую котомку? Как спите, что едите? Я бы умер в первую же ночь от укуса какой‑ нибудь твари.

– Не наговаривайте на себя, Леон. И вы бы не умерли, если бы у вас был такой же опыт скитаний. Много вещей брать совсем не нужно… – С этими словами Франц стал выкладывать из рюкзака то, что там было. – Вот «серебрянка», теплоизолирующий мешок. В нем я сплю. Он достаточно прочен, и его не прокусит даже змея. Для воздуха в нем есть сетчатый фильтр.

– А что кушать?

– Активные витамины, соль… Остальное есть в джунглях.

– Уж не хотите ли вы сказать, профессор, что едите все, что ползает?

– А почему нет? – Франц пожал печами. – Я же сказал, у меня большой опыт. Вот устройство для фильтрования воды. Через него я могу пить воду из любой лужи.

– Но неужели вам не хочется скушать чего‑ то вкусного – настоящей человеческой пищи?

– Еда для меня не так важна, Леон. Главное для меня сигареты. Вот без них я могу пропасть и, наверное, даже умереть. Я курить люблю.

– Ну а набор противоядий? Неужели вас пауки не кусают? Вон у нас в отряде пользуются военными наборами «гринмед».

– У меня с собой всего одна ампула универсального препарата. Он годится для любого яда, правда, стоит это удовольствие очень дорого.

Из палатки вышел Пауль. Его лицо было опухшим. Он криво улыбнулся Францу и опустился возле очага.

– Ну что, кок, лягушки сварились?

– Не лягушки, а болотные моллюски.

– Неважно. Главное, чтобы горячее и острое… А то меня чего‑ то в дрожь бросает.

 

 

Леон достал пластмассовые ложки, снял с огня котелок, и они приступили к еде.

Франц тоже стал есть, хотя и не чувствовал голода. Он находил, что вкус у супа особенный и приготовлен он мастерски. Кажется, Леон рассказывал, что прежде работал на судне коком.

Неподалеку раздалось какое‑ то шипение. Франц обернулся.

– Это палатка, профессор, – успокоил его Пауль. – Я открыл динамический клапан, чтобы, пока мы ели, она сдулась.

После супа приступили к сборам. Франц завязал рюкзак и сидя курил ужасные «Индуксьон», мечтая о нормальном табаке, а Леон с Паулем наводили порядок. Они собрали свои мешки, потом закопали и заложили дерном остатки очага. Расправили примятые палаткой лианы и собрали стружки, оставшиеся от палки, из которой делали колышек.

– Ну, кажется, ничего не упустили, – сказал Пауль и сунул под мышку свернутую палатку.

– Ничего, – согласился Леон, и они направились к болотистому рукаву, который впадал в огромную сеть таких же рукавов, озер и заиленных речушек. Они тянулись на десятки километров вокруг, и это облегчало выживание мятежной армии. Центральной частью водной системы, к которой сходились почти все протоки, являлось озеро Лошадиная Голова, на берегу которого располагался четвертый опорный пункт.

В болотистом рукаве Франца и его проводников ожидал небольшой скутер с двумя пропеллерами. Это была компактная удобная машинка, которая могла пройти по небольшой глубине, а на открытой воде развивала приличную скорость.

Скутер был надежно упрятан под густыми ветвями, склоненными над самой водой. Пауль и Леон сделали так намеренно, привязав к веткам дополнительные грузы.

Первым на борт перебрался Леон. Он посмотрел, нет ли на скутере змей, проверил уровень топлива и только после этого сказал Францу, что можно садиться. Проводники отвязали грузы, и ветви деревьев начали медленно распрямляться, постепенно открывая стоящий на воде скутер.

– Ну что, заводи, – сказал Леон.

Пауль сел за руль, повернул ключ, и один из двигателей, кашлянув, завелся. Немного погазовав, Пауль запустил второй. Затем добавил тяги, и машина легко пошла по рукаву, поднимая волну и распугивая небольших зурабов, гревшихся на берегу возле воды. Выскакивая на берег, они смешно загребали лапами, и это развлекало Франца. Когда он не работал, ему нравилось наблюдать природу.

Вскоре русло расширилось, Пауль прибавил скорости, и скутер стал едва касаться воды. Напуганные треском моторов, из кустов поднимались птицы, и змеи, точно стрелы, прыгали из воды в камыши.

Путешествие по узким рукавам и небольшим проточным лужицам длилось полтора часа и не обошлось без приключений. После одного из поворотов Пауль заметил впереди какое‑ то препятствие. Он быстро сбросил газ и вывернул рули. Буквально выпрыгнув на берег, скутер проскочил мимо раздувшейся туши взрослого зураба, которая перегородила всю протоку. Почему его не съели другие хищники, было непонятно.

Потом потянулась Лошадиная Голова. Ветер на озере был довольно сильный, и Францу пришлось курить отвратительные «Индуксьон», пряча их в кулак.

Пауль вел скутер у правой стороны – подальше от берега, на котором стоял четвертый опорный. Вскоре доминирующий силуэт форта показался на открытом, лишенном деревьев пространстве.

Построенный на возвышенности, он очень напоминал обсерваторию. Только из его купола вместо телескопа торчал ствол семидесятимиллиметрового минного автомата. Кроме этого, по всему периметру цилиндрического тела основного бункера располагались бойницы. Из некоторых на озеро смотрели оптические объективы, из других – стволы крупнокалиберных пулеметов.

Чуть в стороне, на массивном постаменте, находилась установка залпового огня. Франц пытался посчитать, сколько же в этом ящике гнезд с ракетами, но бросил эти попытки. И так было ясно, что при желании эта штука может накрыть все озеро.

У основания возвышенности, на которой стоял основной бункер, была построена двухметровая бетонная стена. Однако добраться до нее было непросто. Франц слышал, что перепаханная тридцатиметровая полоса земли перед забором заминирована.

«Колоссальное строение», – уважительно подумал Франц. Вместе с тем он знал, что мятежникам удавалось захватывать эти неприступные крепости и удерживать какое‑ то время. Впрочем, очень недолго.

Поскольку четвертый опорный стоял на берегу, у него имелась собственная пристань с бетонными ангарами, в которых, по слухам, были спрятаны скутеры со станковыми пулеметами на борту.

По мере того как Франц и его спутники удалялись от крепости, профессор чувствовал себя спокойнее. Он снова стал смотреть на воду и уток, привычных к шуму моторов и потому мирно гулявших по близкому берегу.

 

 

Вскоре пришлось совершить промежуточную остановку. В тайной, укрытой камышами бухте располагался заправочный пост мятежников, на котором в баки скутера долили горючего.

И снова вперед – по водной глади.

Через сорок минут после дозаправки скутер наконец встал у пристани, и Франц с удивлением обнаружил, что скурил все «Индуксьон». Пауль и Леон передали свое судно на попечение бородатого механика по имени Цольц, а сами повели профессора на берег – в лагерь команданте Ферро, одного из полковников мятежной армии генерала Тильзера.

Команданте встретил Франца радушно, а узнав, что изыскания оказались удачными, обрадовался еще больше.

– Нам нужны новые инвестиции, профессор, – говорил он. – Даже война за справедливое дело требует денег. Я, конечно, понимаю, что вашей фирме чужды наши идеи, но поверьте – зарабатывать барыши приятнее заодно с честными людьми… Чем мне вас угостить, профессор?

– У вас не найдется сигарет?

– Сигареты? Конечно, есть. Сам я предпочитаю трубку – по политическим мотивам, но для гостей держу сигареты. Вот, пожалуйста.

С этими словами Ферро поставил на походный стол коробку с целой россыпью разноцветных пачек. Франц сразу взял свои любимые – «Финита».

– Я закурю? – спросил он, нетерпеливо распаковывая пачку.

– Конечно, – улыбнулся Ферро и крикнул: – Гастон!

В палатку заглянул один из бойцов.

– Гастон, скажи ребятам, чтобы собирали самолет. Нужно немедленно отправить профессора в город.

– Слушаюсь, команданте, – ответил солдат и убежал.

Самолет собрали быстро – всего за полчаса. Напоследок Франц попросил у команданте Ферро еще одну пачку «Финиты».

Запасшись сигаретами, он в сопровождении Леона и Пауля отправился через весь лагерь к очередному болотному рукаву, где были почищены водоросли, чтобы на воду мог садиться небольшой гидросамолет.

Когда Франц и проводники спустились к воде, небольшой аккуратный самолет уже стоял возле берега на поплавках, а из кабины им приветливо помахивал рукой пилот.

– Это Родригес, – пояснил Пауль. – Он довезет вас до Свазиленда.

Францу помогли взобраться в кабину, подали его рюкзак. В тесной кабинке профессор уселся на узкое пассажирское кресло, улыбнулся пилоту, и тот запустил двигатель. Корпус самолета задрожал.

Пилот что‑ то прокричал Францу и подмигнул. Профессор не разобрал, что именно, но кивнул.

Взревел мотор, и самолетик начал разгоняться. С удивительной легкостью он оторвался от воды и резко пошел вверх. Профессор откинулся на неудобную спинку и приготовился задремать.

Привычный к таким перелетам, он уснул в дребезжащем самолете, несмотря на шум двигателя.

Полтора часа полета пронеслись для Франца незаметно, и очнулся он, лишь когда самолетик плюхнулся на поплавки в небольшой озерной бухте, служившей очередным перевалочным пунктом мятежной армии.

– Где мы? – спросил Франц, потирая лицо.

– Дозаправка, – пояснил пилот.

– Я должен покурить.

– Только если сойдете на берег, профессор. В противном случае мы рискуем взлететь на воздух.

– Конечно, я понимаю.

Как только гидросамолет привязали к причалу, Франц пробежал по дощатым мосткам и, выбравшись на берег, присел на траву под деревом. Там он с наслаждением закурил и стал наблюдать за тем, как Родригес и еще два человека перекачивают топливо ручным насосом.

Франц успел выкурить три сигареты, прежде чем Родригес махнул ему рукой, показывая, что они могут лететь дальше.

 

 

Через пятьдесят минут полета над дикими, а потом и более обжитыми районами материка они совершили посадку на искусственном озере во владениях одного из хозяев фирмы «Сава».

На берегу профессора уже ждали двое молодых людей спортивного вида, в безупречных темно‑ синих костюмах и галстуках.

– Мистер Франц? – спросил один из них, когда из кабины приставшего к берегу самолета показался профессор.

– Да, это я.

– Нас послал мистер Швидлер, чтобы мы встретили вас и доставили к нему. – Он указал на вертолет представительского класса «Алуэтт», который стоял недалеко от берега на подстриженной лужайке.

Попрощавшись с Родригесом, профессор перебрался в роскошный салон VIP‑ класса. Здесь можно было размять ноги и угоститься шампанским, икрой и омарами.

Человек в белом смокинге осведомился, что желает съесть или выпить мистер Франц, но тот от всего отказался и только попросил дать ему пепельницу. Главным для него было курение.

Вертолет взлетел, и Франц стал равнодушно посматривать вниз, на шикарные виллы с искусственными озерами и водопадами. Его это не волновало.

Спустя двадцать минут полет закончился на крыше одного из деловых зданий в центре Свазиленда.

Прилетевшие с Францем молодые люди любезно проводили его до лифта, а затем доставили к кабинету мистера Швидлера.

– Мой дорогой Джузеппе! – воскликнул мистер Швидлер и, раскинув руки, шагнул навстречу профессору. Впрочем, обнимать его не стал, только пожал пропахшую табаком руку. – Господа, – обратился Швидлер к двум сидевшим за его столом гостям, – это и есть наш знаменитый профессор Франц.

Швидлер отошел в сторону, чтобы гости могли оценить эксперта по земным недрам, который явился на сорок четвертый этаж роскошного офисного здания в забрызганных болотной грязью штанах, с потертым рюкзаком в руках и пятидневной щетиной на ввалившихся щеках.

– Присаживайтесь поближе, профессор, я представлю вам наших друзей. Вот это мистер Лоример. Он торгует… э‑ э как бы это выразиться… средствами защиты и нападения, а попросту оружием.

Лоример протянул через стол руку, и Франц пожал ее. Торговец оружием был полным, еще не старым мужчиной в дорогом сером костюме. Его абсолютно лысая голова блестела, как бильярдный шар, а голубые глаза смотрели кротко, что не вязалось с родом занятий этого джентльмена.

– А это господин Грин. Он представляет политическое крыло Лиги за независимость, больше известной как армия генерала Тильзера.

В отличие от Лоримера Грин выглядел живчиком. У него были черные быстрые глаза, короткая военная стрижка и волевой подбородок. На нем хорошо сидел коричневый с искрой костюм, а на галстуке красовалась золотая заколка. В отличие от вялого и холодного рукопожатия торговца оружием натренированное политическое рукопожатие Грина казалось крепким, ободряющим и искренним. Швидлер подвинул профессору большую хрустальную пепельницу и спросил:

– Ну что вы нам скажете, дорогой профессор? Честно говоря, кое‑ какие крохи я уже узнал от команданте Ферро, когда он связывался со мной, чтобы предупредить о вашем возвращении. Я сейчас же вызвал господ Лоримера и Грина, чтобы мы могли обсудить с вами обнадеживающие новости. Узнать из первых рук, так сказать. Хотелось бы услышать оценки, детали…

– Да, результаты обнадеживающие, господа, – сказал Франц. Он расстегнул нагрудный карман, достал целую пригоршню образцов и высыпал их на лакированный стол вместе с песком и кусочками травы. Затем стал неторопливо прикуривать.

– О! Это то, о чем мы говорили? – спросил Грин, взяв один из камешков.

– Судя по всему, да, – самодовольно улыбнулся Швидлер и, захватив один образец, стал рассматривать его через лупу.

– Какие‑ то они невзрачные, – заметил Лоример, пожевав губами.

– И тем не менее это попадание в десятку, – заверил его Швидлер. – Когда вы ограните их, это будет лучше, чем деньги. Это будут бриллианты. Сколько там сырья, профессор, и на какой глубине оно залегает?

– Это редкий случай, господа, когда алмазы лежат практически в траве. Найти их можно сразу, стоит только поковырять землю палкой, но самая высокая плотность залегания находится в интервале между двумя и тремя метрами. Почва достаточно легкая, так что добыча не будет ничего стоить.

– Вот это‑ то мы и любим, – заметил Швидлер, затем достал из выдвижного ящика карту, расстелил ее перед гостями и взял фломастер. – Итак, вот междуречье. А вот самое узкое его место между двумя реками. Здесь находится военная база, так называемый двадцать четвертый пост… – Швидлер обвел красным кружочком символ базы. – У базы есть «дочерние фирмы» – опорные пункты. Вот они – первый, второй, третий и четвертый. – Швидлер высунул от усердия язык, отмечая еще четыре кружочка. – Они представляют собой каменные форты. Правильно, профессор?

– Можно и так сказать. Только это не форты – это нечто более основательное. Специальный бетон, артиллерия, наблюдение, упреждение…

– Ну, это потом, а теперь укажите нам район, где содержание алмазов не просто большое, а бесстыдно огромное. – И Швидлер передал фломастер Францу. Тот, не задумываясь, очертил пятно в несколько гектаров, граничащее с территорией четвертого опорного.

– Здесь содержание именно такое, как вы описали, мистер Швидлер.

– А каковы условия разработок?

– Неплохие. Деревья верхнего яруса – я имею в виду самые мощные, вырубка которых сразу привлекает внимание, – стоят довольно редко. Между ними семь‑ двенадцать метров. Остальное, как вы называете, «зеленый мусор» из кустов, лиан и небольших вьющихся деревьев‑ паразитов. Если захотите поднять с участка алмазов побольше, можно использовать рабочих. Отвалов на поверхности будет много, и с них люди смогут собирать алмазы, как клубнику.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.