Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Об авторе 17 страница



Утром солнце снова начало свой путь по небу. При свете дня я разглядела, что стенки колодца неровные. Я встала, держась за веревку, и попыталась найти точку опоры. Ногу‑ то я поставила, однако заросшие скользкими водорослями кирпичи не давали подняться выше чем на шаг. Во время очередной попытки я поскользнулась и ободрала руку об острые камни.

Кровь опять закапала в воду. Сначала я чего‑ то ждала, потом скривилась. Глупо верить безумцам! Я снова принялась кричать, потом попыталась связаться с Калебом. От усталости я плохо соображала.

В сумерках сверху послышались голоса. Я отчаянно надеялась, что меня отыскали Джейкобсоны, однако над колодцем склонился ухмыляющийся Маркус.

– Еще не сдохла?

Я тяжело опустилась на доску, и она поехала вверх. Мне захотелось заорать от бессилия. Два дня! Меня продержали в колодце целых два дня! Вода осталась внизу, и я надеялась, что на теплом воздухе мне станет легче, но сделалось только хуже. Кожа горела, тело бил озноб. Уотсоны крутили ворот рывками, доска постоянно колотилась о стенки. Меня так сильно трясло, что кости стучали. Я кричала, плакала, звала Калеба. В груди щемило.

Наконец я скатилась с доски, больно ударившись о землю. Я дрожала от холода и никак не могла отдышаться. Жены Сайкса среди собравшихся не было. Рядом с колодцем стояли Маркус, его дядя и еще три Уотсона. Я не могла понять, как же они помогут мне без ожогов, но по их лицам догадалась, что это никого больше не волнует.

Маркус злобно ощерился, схватил меня за руку и поднял, но тут же отпрянул, шипя от боли.

– Все равно жжется!

– Ясно. Снаружи оставаться нельзя, она орать будет. Ведите ее внутрь! – рявкнул Сайкс.

Только не это! Что… И тут на меня нахлынули его мысли. Да он совсем из ума выжил! Сайкс не хотел в этом участвовать, он даже смотреть не собирался. Он решил отдать меня в руки Маркуса и выяснить, сколько ожогов выдержит мое тело за один раз. Либо я окончательно лишусь сил, либо это что‑ то изменит. Ну уж нет! Я покачала головой.

– Нет! Прошу вас, не надо! – умоляла я Сайкса, взывая к его человечности. – Не мучайте меня! Мне всего семнадцать. Я не выдержу! Мне больно…

– Ведите ее внутрь, – невозмутимо повторил он.

Маркус потянул меня за волосы. Я закричала. В его руке что‑ то блеснуло. Плечо полыхнуло болью, и я поняла, что он чиркнул меня ножом.

Я коснулась ключицы. Пальцам стало мокро и липко, футболка взмокла от крови.

– Маркус! Не смей! – заорал Сайкс и оттолкнул его в сторону. – Я велел использовать только магию, никакого оружия! Финн, немедленно отведи ее внутрь!

Я оттолкнула его, и тут все Уотсоны на меня навалились. Парни хватали меня, оставляя ожоги по всему телу, и тут же отдергивали руки, шипя от боли. Мой мозг вспомнил приемы карате, но тело почти не слушалось. Я отбивалась, делая слабые махи ногами и блокируя удары.

Я прикинула, что если удастся удерживать их на расстоянии, то у меня появится шанс. Так и вышло. Один из парней (кажется, Финн) заорал, схватил меня за руки и попытался удержать. Он прижал меня спиной к груди и, вопя от боли, закрыл мне рот рукой. Я изо всех сил вцепилась зубами в ладонь, он инстинктивно меня оттолкнул, и я сорвалась с обрыва.

Уотсоны закричали.

– Не‑ е‑ ет! – громче всех вопил Сайкс.

На меня стремительно надвинулась сине‑ зеленая глубина.

 

* * *

 

Я рухнула в ледяную воду. Вокруг бурлил поток. Река норовила меня поглотить. Сил у меня не осталось, плыть я не могла, поэтому сделала глубокий вдох и отдалась на волю течения. Меня куда‑ то несло. Внезапно что‑ то шершавое оцарапало мне ногу: с берега в реку упало вывернутое бурей дерево.

Я подтянулась и чуть вылезла из воды. Сайкс и его подручные наверняка меня ищут, так что на виду оставаться не стоило, но тело больше не слушалось. Я отключилась, наполовину выбравшись на илистый берег, а наполовину застряв в ветвях и в холодной речной воде.

Понятия не имею, сколько прошло времени. Когда я очнулась, уже стемнело. Боль была такая, что все прежние муки показались ерундой. Она словно взялась уничтожить меня окончательно. Кричать нельзя: я все еще во владениях Уотсонов, и меня сразу же отыщут. Кто знает, сколько их сейчас у реки шастает? Рот открылся в молчаливом вопле, тело сотрясали судороги, пальцы вцепились в землю. Я изо всех сил карабкалась на берег, подальше от ледяной воды.

Наконец я отползла в заросли травы, перекатилась на спину и попыталась отдышаться.

Небо было полно звезд, как в ту ночь, когда мы с Калебом ходили в ресторанчик «У Магли». В ту самую, когда меня похитили. Я представила, что Калеб сидит рядом и держит меня за руку. Мы смотрим на звезды так же безмятежно, как раньше. При мысли о нем сердце мучительно сжалось. Перед глазами все поплыло, голова запульсировала от боли. Я должна добраться до Калеба! Теперь я свободна. Нужно только идти!

Я перекатилась на живот, собралась с силами и встала. Меня била дрожь, но я шла, босыми ногами ступая на острые камни и сучья. Ветки обдирали руки в кровь. Брела я с грацией зомби. Потом упала, порез на ключице открылся. Я зажала его пальцами и двинулась вперед, стараясь не обращать внимания на боль в плече. Чем дольше я шла, тем больше немели пальцы рук и ног. Согреться не удавалось, и моя решимость начала таять. Похоже, здесь я и умру. Если меня не убьют Уотсоны, то это сделает лес.

На всякий случай я держалась подальше от проторенных тропок и берега, пробиралась по кустам, пряталась за деревьями. Я шла и шла, несмотря на усталость и боль. Вдруг впереди показался то ли сарай, то ли хижина. Надежда вспыхнула, но тут же погасла. Стоит ли входить в эту лачугу? А вдруг она принадлежит Уотсонам? Меня там сразу же найдут. Однако делать было нечего: я слишком промокла и замерзла.

Я поднялась на холм, цепляясь за корни и стебли трав. Ступеньки крыльца предательски заскрипели. Я заглянула в темное окно, осторожно толкнула дверь…

Не заперта!

Замок звякнул. Я сделала глубокий вдох и шагнула внутрь. В свете луны виднелась маленькая спальня и кухня. Я пошарила по стене, обнаружила у входа выключатель. Нет, слишком ярко! Свет обязательно заметят, лучше его погасить. Возле двери лежал фонарик, он куда безопаснее.

Судя по всему, хижина давно пустовала. Внутри было неприглядно и грязно, зато я обнаружила много полезного. В шкафу нашлось полно одежды. Я мигом стянула мокрую футболку и надела длинный мужской свитер, бесформенный, но теплый. Джинсы сняла и повесила сушиться на спинку кровати. Жаль, ничего нельзя поделать с порезами на ногах.

На кухне возле раковины лежали свечи и спички, видимо, на случай отключения электричества. Я зажгла парочку и заглянула в буфет в поисках еды. Там нашлись две банки консервированных сосисок (фу, гадость! ). Впрочем, сейчас они показались вкуснее любого гамбургера. Возле раковины стояли две бутылки с водой. Вроде неоткрытые. На всякий случай я понюхала содержимое и сделала несколько больших глотков.

Мне снова захотелось спать. Я наелась, однако не могла успокоиться. Почему я никак не достучусь до Калеба? Где я? Что делать? С утра осмотрюсь и что‑ нибудь придумаю.

Взглянув на кровать, я сильно засомневалась, смогу ли спать в пыли и паутине. Впрочем, привередничать не стоило. Я решила лечь на покрывало и укрыться висевшим на спинке одеялом. Плевать, чья это постель!

Как же приятно наконец лечь! Я сжалась в комок, подтянув колени к груди, вздохнула, перестала дрожать и провалилась в забытье.

 

* * *

 

Внезапно я проснулась. С перепугу даже забыла про боль. Снаружи кто‑ то был.

Я похромала к шкафу, схватив по пути футболку и джинсы. Боль и тоска по Калебу навалились со страшной силой. Я едва сдержала крик. Желудок сотрясали спазмы, но каким‑ то образом мне удалось с ними справиться. Входная дверь скрипнула.

Я затаила дыхание. Лишь бы не выдать себя, пока меня ищут! Сердце в груди билось так сильно, что мне стало больно…

Минуточку!

Сердцебиение участилось?! Значит, организм избавился от мерзкого препарата. Теперь Калеб сможет меня найти! Если только я доживу до его прихода. Во мне все пело, хотя я понимала, чем грозит вторжение незваного гостя. Длинный порез на ключице и ободранная рука пульсировали от боли в такт сердцу, но я все равно была рада. Я осторожно раздвинула старые куртки и посмотрела в щелку. Я не увидела лиц, просто заметила, что комнату осматривают. Зря я спряталась в шкафу, надо было выскользнуть через заднюю дверь!

Снаружи раздались голоса, и я тут же обрадовалась, что выбрала шкаф. Один из парней в доме откликнулся, и я едва не задохнулась. Это же он приносил апельсиновый сок и разглядывал меня через мокрую простыню!

Черт! Ищут‑ то меня!

– Никого! – крикнул он и быстро вышел.

Я сосредоточилась, пытаясь услышать мысли Сайкса, однако его не было рядом. Зато поблизости крутился Маркус. Лучше бы я о нем не вспоминала…

«Глупая девчонка! Убью! Сайкс воображает, что он тут самый главный. С меня хватит! Как только ее найду, покажу ей, что такое настоящий Ас! Она пожалеет, что на свет родилась! Может, потом передам все Калебу в эхо‑ сне. Ха! Вот это будет прикольно! Ах, Мэгги, я так тебя люблю! Фу! Идиоты! Хорошо, что со мной запечатление не случится никогда. Не придется возиться со всей этой фигней. Погоди, малютка Мэгги, скоро я тебя найду! И ты пожалеешь, что не разбилась, упав со скалы…»

Господи, сколько в нем злобы! Я стряхнула оцепенение, снова выглянула в щелку и вывалилась из шкафа. Боль была нестерпимая. Я продышалась, с трудом натянула джинсы, а вампирскую футболку с отвращением закинула под кровать. Так, на всякий случай. Поискала хоть какую‑ нибудь обувь, но тщетно.

Напившись воды, я снова попробовала связаться с Калебом. Позвала его мысленно, однако ничего не вышло. Зато увидела вспышки и отблески его сознания, как раньше. Потом я поняла, что лучше не подстраиваться под Калеба, а прочесть его мысли, как делала со всеми остальными. Теперь получится. И действительно – я сразу услышала его разговор с отцом.

– Не знаю, папа. Всего десять минут назад… Это точно она! Поехали сейчас же! – выпалил Калеб.

– Сын, мы обязательно отправимся за ней, только сначала надо собрать всех наших. Действовать сгоряча нельзя! Чтобы проникнуть на территорию Уотсонов, нужно побольше народу.

– Знаю, – вздохнул Калеб и ударил кулаком о стену так, что посыпалась штукатурка. – Папа, я ее чувствую! Ей очень страшно! Вдруг ее прямо сейчас истязают?

– Ты бы узнал. Как только ты услышал ее сердцебиение, то снова настроился на ее тело. Если ей будет больно, ты сразу почувствуешь. Мы ее обязательно вернем, обещаю!

Питер подошел к Калебу – выглядело это так, будто он идет ко мне – и обнял сына. Калеб тяжело вздохнул и похлопал отца по спине.

– Мы ее найдем! – заверил Питер.

– Да. Пора действовать! Пап, я просто умираю! Вряд ли я смогу держать себя в руках, если мы протянем еще немного.

– Наши уже едут. Подожди.

– Не могу! – простонал Калеб. – Не могу я сидеть и ждать! Я должен хоть что‑ нибудь сделать! Мне так больно… Я чувствую Мэгги в себе и знаю, что ей тоже больно и… – Он застонал и пнул ногой стул, отпихнув его к письменному столу на другом конце кабинета. – Если ей причинят боль, я их убью! Клянусь всем…

– Верю! – Питер схватил Калеба за плечи. – Верю, однако ты не должен слететь с катушек. Так Мэгги не спасешь. Мы обязательно ее вернем!

Я отстранилась от его мыслей. Как больно видеть Калеба таким! Я понятия не имела, когда наши доберутся до территории Уотсонов. А ведь враги за мной охотятся! Что делать: остаться в хижине или поискать дорогу? Можно воспользоваться своим Даром и послушать, нет ли их поблизости. Если надо – спрячусь. Должно сработать!

Я медленно выглянула наружу, открыла сознание и прислушалась. Никого. Я осторожно спустилась с крыльца, стараясь не споткнуться, ступила на гравиевую дорожку и сморщилась от боли. Держась за перила, я осмотрела кровавое месиво, в которое превратилась ступня. Просто прекрасно…

Я снова вошла в лес и направилась в противоположную сторону. Днем все выглядело совсем иначе. Густые заросли отлично скроют меня от преследователей.

Пару часов я брела скорчившись: дико болел живот. Пару раз останавливалась, чтобы отдышаться. Мне хотелось забиться под ближайший камень да там и остаться. Я ужасно проголодалась и хотела пить, перед глазами снова все плыло. Разлука с Калебом меня убивала. Казалось, я вот‑ вот потеряю сознание.

Надо найти дерево с густыми нижними ветвями, чтобы меня никто не нашел, когда я впаду в забытье. Под утесом темнела небольшая пещера, но это укрытие слишком ненадежно – там станут искать в первую очередь. Скалы были повсюду. Я испугалась: вдруг я случайно вернулась к той, с которой свалилась вчера? У пещеры росли густые ели. Я облегченно вздохнула, отодвинула пушистую ветвь и собралась заползти в укрытие, как вдруг услышала чужие мысли. Через секунду я увидела и самого их обладателя.

Заметив меня, он округлил глаза. Судя по его мыслям, он искал именно меня. Он миролюбиво поднял руки, однако я не купилась. Я бросилась прочь, он следом. Бегуньей я была превосходной, однако измученное тело меня подвело. Я едва сдержала крик, когда преследователь настиг меня и обхватил обеими руками. Бить не стал, хотя я этого ждала.

– Мэгги, погоди! Не кричи.

Как ни странно, его прикосновение меня не обожгло. Я медленно обернулась. У незнакомца были курчавые каштановые волосы и добрые глаза.

– Калеб здесь?

Он кивнул.

– Я Родни, его двоюродный брат. Прости, что напугал.

Да хоть папа римский! Главное, что он не Уотсон! Я облегченно упала ему на грудь. Он взял меня на руки и понес. Я то теряла сознание, то снова приходила в себя. Родни быстро шел вперед. Вдруг раздались крики. Я было решила, что он меня обманул и сейчас отдаст Уотсонам, и тут увидела Питера с Калебом.

Я ахнула и забилась в руках Родни. Он опустил меня и поддержал, чтобы я не упала. Я бросилась к Калебу. Ноги подкосились, и он едва успел меня подхватить. Лишь только мы коснулись друг друга, как боль исчезла без следа. Мы оба вздохнули с огромным облегчением. Вокруг нас забушевал шквал энергии, накопившейся за долгие дни разлуки.

Питер и остальные Джейкобсоны, стоявшие позади Калеба, рухнули на землю, будто их ударила невидимая сила. Некоторые упали на бегу, по пути к нам. Потоки энергии переливались радужным сиянием и пронизывали мое тело насквозь. Я подняла руку и увидела, как лучи входят с одной стороны, а выходят с другой.

Я испуганно сжала шею Калеба. Он обнял меня крепче.

– Что происходит? – прошептала я.

– Не знаю, – выдохнул он, – но это не важно.

Он покрыл нежными поцелуями мое лицо и губы. Я едва стояла на ногах, Калебу пришлось меня поддерживать. Он распахнул свои мысли и чувства, и я познала всю глубину его тоски, беспокойства и гнева. Может, мне это удалось благодаря тому, что мы обрели силу.

– Именно, – ответил Калеб. – Помнишь, я говорил, что ты будешь чувствовать меня, не прикладывая никаких усилий?

Он убрал волосы с моего лица и болезненно скривился, увидев ожог у губ. Я поморщилась, представив, как выгляжу и как пахну. Калеб усмехнулся и покачал головой.

– Мне все равно, ведь теперь ты со мной! Прости, что не нашел тебя первым. Мои родственники успели добраться сюда раньше нас. Я рассказал им, где искать.

– Какая разница! Я так рада, что ты со мной.

– Теперь я с тобой, – кивнул Калеб и притянул меня ближе.

Он заметил воспаленную рану на ключице, провел по ней пальцами, нахмурился и едва не зарычал. Он буквально пылал от гнева. Вдруг уголки рта Калеба поднялись. Интересно, что это с ним? Он широко и ободряюще улыбнулся.

– Вот теперь я смогу!

Он прикрыл глаза и сосредоточился. Один за другим проходили ожоги, порез на ключице затянулся, стертые в кровь ноги заживали. Сначала раны жгло, потом они исчезали без следа. Озноб тоже прекратился. Меня наполнило тепло и ощущение правильности происходящего. Именно так все и должно быть!

– Калеб, – проговорила я.

Он вздохнул и придвинулся ближе, коснувшись моего носа своим.

– Обожаю, когда ты называешь меня по имени.

– Я тоже!

– Прости, перебил. Что ты хотела сказать?

– Что с Уотсонами? Утром они были здесь, искали меня.

Он отпрянул и встревожился.

– Ты их видела?

Я кивнула.

– Ночью я спряталась в хижине посреди леса.

– Постой! Я думал, тебя отпустили, узнав, что мы едем к тебе на помощь.

Я прикусила губу, пытаясь заблокировать часть своих воспоминаний, чтобы он не увидел. Стоит ли показывать Калебу все, что со мной делали Уотсоны?

Услышав мои мысли, он застонал.

– Что с тобой делали? Мэгги, покажи! – хрипло приказал он.

– Умоляю, не оставляй меня одну! Даже ради того, чтобы их выследить! Прошу тебя!

Калеб покачал головой. Похоже, ему стало так же плохо, как и мне.

– Ни за что на свете тебя не оставлю! – Он крепко сжал меня в объятиях. – Прости, я злюсь вовсе не на тебя.

– Знаю. Понимаешь, мне не хочется, чтобы ты кинулся на поиски и проломил кому‑ нибудь из них голову.

– Мэгги, что они с тобой делали? – мягко спросил он. – Расскажи мне.

Я снова прикусила губу, закрыла глаза и прислонилась лбом к его лбу. Я показала ему все, начиная с того момента, когда проснулась в его куртке, потом голой, и Марла меня мыла, затем Сайкса и Маркуса. Как только хлынул поток воспоминаний, я уже не могла исключать определенные места, поэтому Калебу пришлось вместе со мной пережить все мои страдания, включая ломку. Я сама все это еле вынесла во второй раз.

Калеб яростно скрипнул зубами. Потом я показала, как у меня брали кровь на анализ. Когда Калеб увидел, что я прочла мысли жены Сайкса, он ахнул и восхищенно посмотрел на меня. Я улыбнулась и снова к нему придвинулась. Затем настала очередь колодца, где я провела день, ночь и еще день, дико мерзла и тщетно пыталась выбраться наружу. Потом на меня накинулись Уотсоны и нечаянно столкнули с обрыва. Калеб стонал и ругался, глядя на эту сцену. Потом мы увидели реку и хижину, Уотсонов в поисках меня и мое убежище в шкафу. Я показала даже, как открыла свое сознание и попыталась достучаться до Калеба, как слышала его разговор с отцом, когда он снова ощутил биение моего сердца. Потом меня нашел его кузен Родни, потом мы с Калебом встретились.

Я отодвинулась и заглянула ему в глаза. Калеб покраснел и дрожал от ярости.

– Кто же они после этого?! Как они посмели такое сотворить? – пробормотал он.

– Калеб! – позвал Питер. – Не хочу отвлекать, но Уотсоны уже знают, что мы здесь. Их надо немедленно догнать, иначе они сбегут.

– Я убью их…

– Я видел. Мы все видели, – уточнил Питер, весь дрожа.

Мы с Калебом недоуменно поглядели на него.

– Как?

Питер указал наверх. В радужных лучах энергии плясали и подрагивали образы. Картинка была голубая и чуть расплывчатая. Калеб и я изумленно разглядывали проекцию наших мыслей. Вот это да! Я вспомнила, как жена Сайкса брала у меня кровь, и тут же изображение сменилось: я увидела себя на койке и женщину с иглой и пробирками. Даже голоса было слышно.

– Вы и звук слышите? – спросила я.

Питер кивнул.

– Это все я устроила?

Он снова кивнул, с гордостью улыбнулся, подошел ко мне и погладил по щеке.

– Мэгги, твой Дар очень редкий и ценный! В нашей семье уже больше ста лет не появлялась Провидица.

– Провидица?

Питер положил руку Калебу на плечо. Очевидно, сыном он гордился не меньше, чем мною.

– Провидица читает чужие мысли, чувства и желания, видит прошлые поступки и будущие планы. Заблокироваться от нее невозможно. Ей даже не нужно находиться рядом, чтобы прочесть любого как открытую книгу. Помнишь, как сегодня вышло с Калебом? Возможно, у тебя будут видения, в основном из прошлого, хотя некоторые провидцы и в будущее заглядывают.

– Так это хороший Дар? – на всякий случай уточнила я, вспомнив, что сначала вовсе не обрадовалась умению читать чужие мысли.

– Да! – засмеялся он. – Очень хороший!

– А что теперь умеешь ты, Калеб? – спросила я.

– Пока не знаю. Не важно. – Он широко улыбнулся. – Я говорил тебе много раз и повторю снова: ты потрясающая! – Калеб поцеловал меня, ничуть не стесняясь отца. – Пошли! Давай позаботимся о тебе, а потом отыщем Уотсонов и надерем им…

– Калеб! – рявкнул Питер, одновременно весело и негодующе.

Калеб усмехнулся, поднял меня на руки и понес к джипу.

 

Глава 26

 

Мы с Калебом уселись на заднее сиденье машины, где он накормил меня кукурузным супом‑ пюре, который передала для меня Рэйчел.

– Где папа? – поев, спросила я.

– У себя дома. Мы пока ему не сообщили, что ты нашлась. Он непременно захотел бы поехать с нами, а это невозможно, ты ведь понимаешь!

– Да уж.

Я чувствовала себя намного лучше. Усталость никуда не делась, но я хотя бы пришла в норму. Калеб ни на минуту не оставлял меня. Пока я ела, он сидел рядом, положив руку мне на бедро.

Чуть раньше, когда Калеб нес меня на руках к машине, лучи энергии лентами струились за нами. Джейкобсоны наблюдали за этим с благовением. Как только телесный контакт прервался, сияние исчезло. Сейчас Калеб вновь прикоснулся ко мне, и я побоялась, что свечение возобновится. Неужели всякий раз, как мы дотронемся друг до друга, то будем сиять будто рождественская елка? К счастью, ничего такого не произошло.

– Как там Бекки? Что случилось с ней и Ральфом после вечеринки?

– Я отыскал их и сообщил, что тебя похитили. Я не знал, что делать, поэтому сказал правду. Бекки впала в истерику. Я позвонил родителям, отвез Бекки с Ральфом домой, потом отправился к твоему отцу.

Калеб покачал головой и нервно сглотнул. Я увидела разрозненные кусочки их беседы: отец побагровел и громко кричал.

– И там уж мне не поздоровилось, – вздохнул он.

– Представляю, – пробормотала я. – Папа сильно разозлился?

– Еще бы! – невесело усмехнулся Калеб. – Таких слов в свой адрес я не слышал с тех пор, как… Нет, так меня еще никто не называл.

– Прости! Он…

Калеб обнял меня за плечи и прижал к себе.

– Ведь он – твой отец! Если бы он отреагировал спокойно, я решил бы, что у него с головой беда. Перед нашим свиданием я пообещал тебя оберегать, а потом являюсь и сообщаю, что тебя выкрали у меня из‑ под носа…

Я посмотрела ему в лицо и решила увидеть своими глазами, что происходило в мое отсутствие.

Никаких усилий не потребовалось, ведь после обретения силы мы все время находились в сознании друг друга. Воспоминания Калеба хлынули сплошным потоком: похищение, его боль и тоска по мне. Некоторые события разворачивались с обычной скоростью, остальные мелькали будто в ускоренной перемотке.

Я видела, как он мечется по берегу и ищет меня, сходя с ума от горя и тревоги. Калеб выкрикивал мое имя, потом опустился на песок и замолотил кулаками по груди, чтобы заставить сердце биться как раньше – свое и мое с ним рядом. Все тщетно. Он понял, что меня похитили Уотсоны. Как же им удалось замедлить мой пульс настолько, что его не слышно?

Калеб побежал к костру, схватил Ральфа с Бекки, вихрем отвез их к дому Ребекки, потом лихорадочно позвонил своему отцу и сообщил о случившемся. Не дожидаясь приезда Питера, Калеб отправился к моему папе, потому что чувствовал вину и был готов к заслуженной расправе.

Папа что‑ то выкрикнул в лицо Калебу. Потом картинка изменилась: Калеб сидел на диване дома у Кайла и в отчаянии рвал волосы, а Питер уговаривал его поспать.

– Сынок, так ты Мэгги не поможешь! – убеждал он.

Калеб оттолкнул его руку и корчился в муках.

– Я должен ее найти! Я должен ее найти! – повторял он без конца.

Мелькали вспышки и образы: Калеба ведут в комнату для гостей, он катается по полу и стонет от боли. Он зовет меня снова и снова, рядом стоят его родители, Рэйчел прячет лицо на груди Питера и плачет в голос.

Я не выдержала и попыталась отстраниться. Калеб тут же все понял.

– Мэгги, не надо тебе это видеть! – твердо сказал он.

– Калеб! – Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. – Ты ни в чем не виноват.

– Такого больше никогда не повторится, обещаю! – сердито пробормотал он, вздохнул и убрал волосы с моего лица. – В общем, твой отец вызвал копов и с их приездом немного пришел в себя. Позже он извинился за свое поведение, однако так и не простил меня. – Калеб огорченно потер подбородок. – Тут подоспели родители… С тех пор они ежедневно навещают твоего папу.

– Как долго меня не было?

– Четыре дня…

Я судорожно сглотнула. Четыре дня?!

– Теперь отец нам устроит веселую жизнь…

– Посмотрим. – Калеб грустно улыбнулся. – Кстати, тебя ждет сюрприз. Тебе получше? Похоже, отец готов к погоне.

– Да, но мне это не нравится. Не хочу, чтобы из‑ за меня твои родственники преследовали Уотсонов. Это очень опасно! Вдруг кто‑ нибудь пострадает?

– Моя семья обладает огромным могуществом. Я вовсе не хвастаюсь, так оно и есть. В нашем клане всегда проявлялись самые мощные магические способности. Мы справимся. Не волнуйся, Джейкобсоны прекрасно знают, что делают. Уотсонам их преступление с рук не сойдет. Если бы мы разобрались с ними после первой попытки похищения, ничего этого не случилось бы.

– Ладно, – сдалась я, заправляя причесанные волосы за уши. Мама Калеба предусмотрительно держала в машине расческу, за что я была ей очень благодарна.

Калеб взял мое лицо в ладони.

– Мэгги, мои родные тебя любят! Они готовы на все, лишь бы ты была в безопасности! Они вполне способны разобраться с Уотсонами. Не вини себя ни в чем! Мы защищаем тебя потому, что ты – часть семьи!

– Ясно.

Я слегка улыбнулась. Калеб победно усмехнулся и покачал головой. Он склонился ближе ко мне и поцеловал в лоб.

– Я люблю тебя, Мэгги! – прошептал он, касаясь губами моей щеки.

Как приятно было это услышать наяву и вслух, когда нас никто не прерывал и не пытался разлучить!

– И я тебя люблю, – дрожащим голосом ответила я.

Калеб широко улыбнулся, сияя от гордости и счастья.

– Пошли.

Я выбралась из машины. Нас ждали человек пятнадцать на квадроциклах. Среди них были и мужчины, и женщины. Некоторые улыбались, некоторые держали в руках оружие. Там же стоял и тот парень, что нашел меня. Он застенчиво улыбнулся, я ответила тем же. Он заметно приободрился и подошел к нам.

– Спасибо! – искренне сказала я.

– Не стоит благодарности.

– Да, спасибо тебе, дружище! – воскликнул Калеб и неловко обнял его, все еще держа меня за руку. – Я твой должник!

– Вовсе нет! На моем месте ты поступил бы так же. Я рад, что нашел ее. Кажется, я очень тебя напугал, – добавил парень и подмигнул мне.

Я засмеялась и кивнула.

– Да уж, я видел это в ее воспоминаниях! – заметил Калеб с усмешкой. – Наш план спасения хромал на обе ноги.

– Зато все получилось! Я рад за вас, ребята.

– Спасибо! Ох, прошу прощения! Мэгги, это мой кузен Родни. Он сюда быстрее добрался, потому что живет по соседству с Уотсонами. Сам‑ то я был у твоего отца, поэтому задержался.

Я понимающе кивнула и обняла Родни.

– Большое тебе спасибо!

– Да без проблем! – тихо ответил он и похлопал меня по спине. – Что ж, отыщем этих мерзавцев и покажем им, с кем они связались!

– Точно! – одновременно воскликнули мы с Калебом.

Все рассмеялись.

– Пошли! – Калеб потянул меня к квадроциклу.

Он сел, я вскарабкалась следом.

– У них же моторы ревут, как бешеные, – заметила я. – Нас за милю будет слышно.

– Ты еще не со всеми Джейкобсонами познакомилась, – усмехнулся Калеб и ласково поцеловал меня в нижнюю губу. – Держись крепче, красавица!

Я обхватила его за грудь.

Калеб вроде бы запустил двигатель. Я почувствовала дрожь, но звук почему‑ то не шел. Из мыслей Калеба я узнала, что один из его дядюшек по прозвищу Регулятор умеет управлять любой техникой, у которой есть мотор или компьютерная начинка. Он заколдовал квадроциклы, чтобы двигатели не шумели и можно было застать Уотсонов врасплох.

– Очуметь! – восхищенно воскликнула я.

– Еще бы, – хихикнул Калеб. – Ну, поехали!

На бесшумных квадроциклах мы покатили через лес, в погоню за врагами, которые выкрали меня и собирались замучить. Мне стало весело. Даже во сне такое не привидится! Теперь у меня есть Дар и новая семья, полная людей с магическими способностями, готовых ради меня на все. Никогда бы не поверила, что встречу любовь всей жизни на перекрестке и спасу от смерти!

Калеб сжал мое колено.

– Уж поверь!

Я улыбнулась и опустила голову ему на спину. Глаза сами собой закрывались. Калеб это заметил, и я почувствовала его слова, ощутив вибрацию тела.

– Поспи. Ехать минут двадцать. Я тебя не уроню.

Мерная езда меня укачала. Я уснула, прислонившись к теплой спине Калеба, посреди тишины огромного леса.

 

* * *

 

Меня разбудили крики. Я инстинктивно вцепилась в Калеба и увидела, что мы нагнали Уотсонов у скалы с колодцем.

Мерзавцы удирали врассыпную! Наверно, они были в своем бункере, а теперь пытались бежать, но наши их настигли. Завязалась драка. Вот один Ас вытянул руку, и его противник схватился за шею, будто ему стало нечем дышать.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.