Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





ЗАКЛЮЧЕНИЕ 1 страница



2 - Глава.

 

Значительная часть хаоса в мире возникает из-за того, что люди не ценят самих себя. Не научившись симпатии или мягкости по отношению к самим себе, они никогда не смогут ощутить внутренней гармонии, внутреннего мира; а поэтому и все то, что они проецируют на других людей, также окажется ошибочным и дисгармоничным. Вместо того чтобы полюбить свою жизнь, мы часто принимаем собственное существование за нечто само собой разумеющееся, а то и находим его неприятным и тягостным. Некоторые люди склонны даже к самоубийству, поскольку не получили от жизни того, что, как им кажется, они заслужили. Они шантажируют других, угрожая, что убьют себя, если определенные обстоятельства их жизни не изменятся. Разумеется, жизнь следует принимать всерьез; но это не означает, что мы должны подводить себя к грани катастрофы, жалуясь на личные проблемы и брюзжа на весь мир. Чтобы возвысить свою жизнь, необходимо принять на себя личную ответственность за нее.

 

Когда вы не наказываете и не осуждаете себя, когда освобождаетесь от напряжения и ощущаете удовольствие от своего тела и ума, вы входите в контакт с фундаментальным глубинным добром, заключенным внутри нас. Вот почему так важно это желание - открыться перед самим собой. Выработав чуткость по отношению к самому себе, вы сумеете отчетливо увидеть, уловить как свои проблемы, так и свои возможности. Вы не будете испытывать потребности игнорировать свои недостатки или преувеличивать достоинства. Такого рода мягкость по отношению к самому себе, правильное понимание самого себя совершенно необходимы. Они создают предпосылки для помощи себе и другим.

 

Как человеческие существа, мы нуждаемся в некотором внутреннем рабочем фундаменте, который помог бы нам возвысить состояние ума, поднять уровень собственного существования и никогда не падать духом. Такой рабочий фундамент всегда есть в нашем распоряжении. Мы обладаем умом и телом, и они для нас драгоценны: благодаря именно им, мы способны постичь этот мир. Существование чудесно и драгоценно.

 

Мы не знаем, как долго будем жить; поэтому, пока мы располагаем своей жизнью, почему же не пользоваться ею?

 

И даже еще до того, как мы станем ею пользоваться, почему бы не отнестись к ней доброжелательно?

 

Почему не оценить ее по достоинству?

 

Как же нам отыскать у себя такую доброжелательность?

 

Такое понимание?

 

Мечтания или просто разговоры об этом не помогут. В традиции Православия Русской Культуры есть особая дисциплина, для развития мягкости, доброжелательности и к самому себе, и к окружающему миру: это практика сидячей медитации.

 

Под медитацией мы здесь понимаем нечто основательное, простое и не связанное с какой-то определенной культурой. Речь идет о фундаментальном акте: мы сидим на полу, приняв удобную позу, и пытаемся почувствовать свою точку, свое место на этой Земле. Это позволяет заново открыть себя самого и глубинное добро в себе, настроиться на подлинную реальность без каких бы то ни было ожиданий или предвзятых мнений.

 

Слово медитация иногда употребляется для того, чтобы обозначить созерцание, размышление над какой-то особой темой или отдельным предметом: это медитация на определенную тему. Медитируя на каком-то вопросе или на какой-то проблеме, мы можем найти их решение. Иногда медитация бывает направлена на достижение более высокого состояния ума через погружение в транс или через особого рода сосредоточенность. Но здесь мы рассматриваем совершенно иное понятие - необусловленную медитацию, т.е. медитацию без какого-либо объекта или идеи в уме. В традиции Русской Культуры медитация представляет собой такую тренировку состояния нашего бытия, с помощью которой можно синхронизировать ум и тело. Благодаря практике медитации мы можем научиться существовать без обмана и быть в высшей степени подлинными и живыми.

 

Наша жизнь - это странствие, не имеющее конца; она подобна широкой дороге, устремленной в бесконечную даль. Практика медитации как бы обеспечивает нас транспортом, с помощью которого мы можем путешествовать по этой дороге. Странствие состоит из постоянных подъемов и падений, надежд и страхов; но это хорошее путешествие. Практика медитации позволяет нам ощутить всю текстуру дороги; в этом и заключается смысл путешествия. При помощи практики медитации мы обнаруживаем, что внутри нас вообще нет никаких основательных причин для недовольства и жалоб на кого или что бы то ни было.

 

Практика медитации начинается с сидения - вы принимаете одну из сидячих поз со скрещенными ногами на полу. Вы чувствуете: благодаря тому, что вы просто находитесь здесь, ваша жизнь может стать пригодной для работы и даже чудесной. И вы поймете, что способны сидеть подобно царю (или царице) на троне. Царственность этой ситуации показывает, что ваше достоинство проистекает из спокойствия и простоты.

 

В практике медитации чрезвычайно важно сидеть с выпрямленной спиной. Положение с выпрямленной спиной - не искусственная поза: оно естественно для человека и его тела. Согнувшись, вы не можете правильно дышать; сгорбленная поза есть признак того, что вы поддались неврозу. А сидя прямо, вы провозглашаете всему миру - и себе, - что намерены быть воином духа, полноценным человеком.

 

Для того чтобы выпрямить спину, вам не нужно напрягаться и поднимать плечи; вертикальное положение приходит естественно, когда вы сидите просто, но гордо на полу или на подушке для медитации. Кроме того, благодаря выпрямленной спине вы не испытываете застенчивости или неловкости; поэтому вы не опускаете голову. Вы не отклоняетесь ни в какую сторону - поэтому плечи автоматически распрямляются, у вас вырабатывается хороший контроль положения головы и плеч. Вы можете оставить ноги естественно скрещенными, колени не обязательно должны касаться пола. Наконец, вы свободно кладете руки на бедра ладонями вниз; это дает дополнительное ощущение правильно выбранного положения.

 

В такой позе вы не смотрите бесцельно по сторонам. Вы чувствуете, что по-настоящему находитесь здесь; поэтому ваши глаза открыты, а взгляд устремлен вперед и вниз, может быть, футов на шесть перед собой - он не блуждает; вы испытываете состояние неторопливости и ясности. Вы можете увидеть эту царственную позу у некоторых египетских и южноамериканских изваяний, а также у восточных статуй. Эта универсальная поза характерна для многих культур и эпох.

 

В повседневной жизни вам также следует быть внимательным к позе, к положению головы и плеч, к тому, как вы ходите, как смотрите на людей. Даже если вы не практикуете медитацию, вы можете сохранять достоинство своего существования. Вы способны преодолеть личные неудачи; вы имеете право гордиться уже тем, что вы - человек. Такая гордость приемлема и хороша.

 

Итак, приступив к практической медитации, приняв хорошую позу, вы прежде всего обращаете внимание на дыхание. Вы дышите - это и есть настоящее присутствие, это наивысшая степень присутствия. Вы выходите наружу вместе с выдохом, ваше дыхание рассеивается - и тогда естественно приходит новый вдох. Затем вы снова выходите наружу. Именно так, с каждым выдохом совершается выход во внешний мир: вы выходите и растворяетесь, рассеиваетесь. Потом естественно совершается вдох; вам не нужны усилия, чтобы следовать за ним. Вы просто возвращаетесь к своей исходной позе и снова готовы к выдоху.

 

И в какой-то момент неизбежно возникает толчок - мысль! И вы говорите: "Мысль". Вы не произносите этого вслух, а говорите про себя: "Мысль". Наклеивание ярлыка на свои мысли дает вам мощный рычаг для того, чтобы вернуться к дыханию. Когда какая-то мысль уводит вас далеко в сторону от того, что вы делаете в настоящее время, когда вы даже не осознаете, что сидите на подушке, а ваш ум пребывает где-то ..., вы просто говорите: "Мысль", и это слово возвращает вас к дыханию.

 

В действительности не важно, какие у вас мысли. Какие бы мысли вам ни приходили в голову во время практики сидячей медитации, чудовищные или доброжелательные, все они рассматриваются исключительно как мысли: они не добродетельны и не греховны. У вас может появиться мысль о том, что следовало бы убить своего отца; или вам может захотеться лимонада и пирожных. Пожалуйста, не поражайтесь своим мыслям, ибо любое мышление - это всего лишь мышление. Ни одна мысль не заслуживает золотой медали или порицания. Просто отмечайте свои мысли ярлыками "мысли", а затем возвращайтесь к дыханию. Мысли! - и назад к дыханию; мысли! - и назад к дыханию!

 

Практика медитации требует точности, можно даже сказать дотошности. Это очень трудная работа; но если вы будете помнить о важности позы, это позволит вам синхронизировать ум и тело. Если же ваша поза неправильна, вы уподобитесь хромой лошади, которая пытается тянуть повозку: у вас ничего не получится. Итак, сперва сядьте и примите правильную позу; начинайте работать с дыханием: - возвращение, выход наружу - возвращение. Когда возникают мысли, вы отмечаете их ярлыком мысли и возвращаетесь к своей позе, к своему дыханию. Ваш ум работает с дыханием, но тело постоянно остается вашим ориентиром. Вы не работаете только с умом. Вы работаете с умом и телом; и если они оба действуют согласованно, вы никогда не оторветесь от реальности.

 

Через опыт синхронизации ума и тела приходит идеальное состояние спокойствия. Если же тело и ум не синхронизированы, то тело сутулится, а ум тоже оказывается где-то не на своем месте. Это похоже на плохо сделанный барабан, в котором кожа не соответствует раме, так что нет постоянного натяжения и либо рама, либо кожа лопается. Если же ум и тело синхронизированы, то, благодаря правильной позе, дыхание протекает естественно; а поскольку дыхание и поза работают совместно, ум располагает ориентиром для проверки. Поэтому он может естественно выходить наружу вместе с дыханием.

 

Этот метод синхронизации ума и тела приучает вас быть очень простым, постоянно чувствовать, что вы не представляете собой ничего особенного, что вы обычный, в высшей степени обычный человек. Вы держите себя просто, как воин духа, и из этой простоты возникает чувство индивидуального достоинства. Вы сидите на Земле и понимаете, что Земля достойна вас, а вы достойны Земли. Вы находитесь здесь - полностью, лично, доподлинно. В сущности, практика медитации в традиции Русской Культуры для того и предназначена, чтобы воспитывать людей честными и подлинными, правдивыми по отношению к самим себе.

 

В некотором отношении нам приходится смотреть на себя как на несущих тяжесть: действительно, мы несем обязанность помогать миру. Мы не можем забыть свою ответственность перед другими людьми. Но если мы примем эту тяжесть как удовольствие, то действительно сможем освободить мир. Начинать нужно с самого себя: будучи открытым и честным с самим собой, каждый может научиться открытости и с другими. Таким образом, мы можем работать со всем миром - на основе той доброты, которую открываем в себе. Поэтому практику медитации можно считать хорошим, просто превосходным способом преодоления войны в мире. Мы преодолеваем нашу личную воинственность, а вместе с тем и всеобщую воинственность.

 

3 - Глава.

 

Через практику спокойной сидячей позы, когда вы просто следуете за собственным дыханием, вы устанавливаете связь со своим сердцем. Позволяя себе быть таким, какой вы есть, вы развиваете подлинную симпатию к самому себе.

 

Вообразите, что вы обнажены и сидите прямо на земле; на вас нет ни шарфа, ни шляпы, то есть вы открыты также и сверху, со стороны неба. Такой вот - обнаженный человек между небом и землей.

 

Земля - это всегда земля. Земля позволяет каждому сидеть на ней, она никогда не расступается. Она никогда и не отпустит вас - вы не улетите от нее во внешнее пространство. Точно так же небо - всегда небо; оно постоянно находится над вами. Идет ли снег, льется дождь, светит солнце, наступает день или ночь - небо всегда здесь. В этом смысле мы уверены, что на небо и землю всегда можно положиться.

 

С этим очень сходна и логика глубинного добра. Когда мы говорим о глубинном добре, то речь идет не о том, чтобы проявлять преданность хорошему и отвергать дурное. Глубинное добро хорошо потому, что оно безусловно, изначально. Оно уже здесь - так же как здесь уже находятся небо и земля. Мы не отвергаем их, как не отвергаем атмосферу. Мы не отрицаем Солнце и Луну, облака и небо. Мы принимаем их. Мы принимаем небо синим; мы принимаем ландшафт и море. Мы принимаем шоссе, здания, города. Глубинное добро и есть эта основа, эта безусловность любви к ближнему своему: оно не бывает ни за, ни против представшего вида - точно так же как не бывает ни за, ни против солнечный свет.

 

Естественный закон и порядок этого мира не направлен: он ни за, ни против. Изначально не существует ничего такого, что угрожает нам или поддерживает наши намерения. - Четыре времени года приходят независимо от чьих-либо мнений или требований. Надежда и страх не в состоянии изменить чередование сезонов. Существует день; существует и ночь. Ночью темно, а днем светло; и для этого никому не нужно поворачивать выключатель. Существуют естественные закон и порядок, позволяющие нам жить; и эти закон и порядок обладают глубинным добром - в том смысле, что это добро здесь, оно действует, оно эффективно.

 

Мы часто принимаем как должное эти глубинные закон и порядок во вселенной; но тут нам пора как следует подумать. Мы должны ценить то, что имеем и без чего были бы в совершенно безвыходном положении. Если бы у нас не было солнечного света, не было бы и растительности; мы не собирали бы урожаев и не могли бы готовить себе пищу. Таким образом, глубинное безусловное добро тем и хорошо, что оно так основательно, так фундаментально.

 

Оно естественно, и оно действует!

 

Вот почему оно хорошо - а не потому, что противоположно дурному. Тот же принцип применим и по отношению к природе человеческих существ. Нам присущи страсть, агрессивность, неведение. То есть мы заботимся о друзьях, мы держимся настороже с врагами, а еще в каких-то случаях остаемся безразличными. Эти склонности не следует считать недостатками. Они являют собой часть естественной гибкости и оснащенности людей. Мы оснащены ногтями и зубами для того, чтобы отбиваться от нападений; мы оснащены ртом и половыми органами для взаимоотношений с другими людьми; нам достаточно повезло: благодаря совершенным системам пищеварения и дыхания мы способны перерабатывать и выводить наружу то, что поглощаем. Человеческое существование представляет собой естественную ситуацию; подобно мировому порядку и закону, оно действенно и продуктивно. В сущности, оно чудесно: оно идеально.

 

Некоторые люди говорят, что мир представляет собой результат деятельности Божественного Начала; однако учения Ведической Русской Культуры не касаются вопросов Божественного происхождения мира. Сущность пути Православия - личная работа со своими ситуациями, такими, каковы они есть сейчас. С точки зрения Православия, когда мы говорим, что люди обладают глубинным добром, мы имеем в виду то обстоятельство, что они обладают всеми необходимыми им качествами и им нет необходимости сражаться со своим миром. Наша сущность хороша потому, что она не является изначальным источником агрессивности или жалоб; мы не можем жаловаться на то, что у нас есть глаза, нос и рот; мы не можем перестроить собственную физиологическую систему, а по этой причине не можем перестроить и состояние своего ума. Глубинное добро - вот что у нас есть, вот чем мы обеспечены. И эту естественную ситуацию мы получаем с самого момента рождения.

 

Нам необходимо почувствовать, что пребывать в этом мире - чудесно!

 

Как чудесно видеть цвета - красный и желтый, синий и зеленый, фиолетовый и черный!

 

Все они припасены для нас!

 

Мы чувствуем жару и холод, мы чувствуем вкус сладкого и кислого. Мы обладаем этими ощущениями, мы заслуживаем их. Они хороши.

 

Поэтому первый шаг в постижении глубинного блага безусловной любви состоит в том, чтобы уметь ценить то, что имеешь. Но затем нужно смотреть дальше и пристальнее: что такое мы сами, где находимся, кем являемся, когда и где существуем, каковы мы как люди, - так чтобы действительно вступить во владение своим глубинным добром. Правда, это не подлинное обладание; тем не менее мы его заслуживаем; оно наше.

 

Глубинное безусловное добро весьма тесно связано с идеей просветления "пробудиться, пробуждение", а Православие - "сердце"; таким образом, слова Безусловная Любовь означает "пробужденное сердце". Пробужденное сердце появляется как желание отчетливо увидеть состояние своего ума. Это может показаться дерзким намерением; но такова необходимость.

 

Вам предстоит проверить себя и спросить, сколько раз вы пытались по-настоящему и полностью установить связь со своим сердцем?

 

Как часто вы отворачивались от него, опасаясь, что сможете узнать нечто ужасное о самих себе?

 

Как часто вы смотрели на свое лицо в зеркале, не испытывая при этом замешательства?

 

Сколько раз приходилось вам скрываться от самого себя с помощью газеты, телевизора или поездок?

 

Вот он, вопрос ценою в жизнь: сколько раз общались вы с самим собой за всю вашу жизнь?

 

Практика сидячей медитации, рассмотренная в предыдущей главе, позволяет вновь открыть глубинное добро безусловной любви; более того, она представляет собой способ пробуждения в себе собственного подлинного сердца. Когда вы сидите в позе для медитации, вы в совершенстве подобны описанному ранее нагому человеку, сидящему между небом и землей. Сгорбившись, вы стараетесь прикрыть свое сердце, предохранить его, для чего и наклоняетесь вперед. Если же вы сидите прямо, но без напряжения, приняв позу медитации, ваше сердце обнажено. Все ваше существо открыто - прежде всего для самого себя, но также и для других. И эта практика, когда вы спокойно сидите и следите за тем, как дыхание выходит и рассеивается, обеспечивает вам связь с собственным сердцем. Позволив себе быть таким как есть, вы развиваете подлинную симпатию к самому себе.

 

Когда вы таким образом пробудите свое сердце, то, к великому изумлению, найдете это сердце пустым!

 

Вы обнаружите, что смотрите в открытое пространство.

 

Где вы?

 

Кто вы?

 

Где ваше сердце?

 

Всматриваясь в него по-настоящему, вы не найдете там ничего ощутимого, ничего прочного. То есть, конечно, там может оказаться нечто вполне прочное - если вы злитесь на кого-то или если вы влюблены и стремитесь к обладанию. Но тогда это нельзя назвать пробужденным сердцем. Если вы ищете пробужденное сердце, если вы просунете руку сквозь ребра, внутрь грудной клетки, и попытаетесь нащупать его, то не найдете ничего, кроме ... Нежности.

 

Вы ощутите щемящую боль и мягкость. И когда откроете глаза на весь мир, вы почувствуете огромную печаль. Печаль подобного рода приходит не потому, что к вам плохо относятся; вам грустно не потому, что кто-то вас оскорбил, не потому, что вы чувствуете себя глубоко несчастным. Эту печаль можно назвать безусловной. Она возникает из-за того, что ваше сердце полностью открыто. Нет кожи, не существует такой ткани, чтобы прикрыть его; это чистый кусок обнаженного мяса. Если на него садится даже крошечный комар, его прикосновение ранит. Ваше переживание будет свежим, нежным и глубоко личным.

 

Подлинно печальное сердце рождается из ощущения полноты вашего несуществующего сердца. Вам хотелось бы пролить его кровь, отдать это сердце другим. Именно переживание Русским Духом печального и чуткого сердца порождает бесстрашие. В общепринятом понимании бесстрашие означает, что вы не боитесь удара, что вы в состоянии возвратить удар. Однако мы говорим не о таком "бесстрашии" на уровне уличной драки. Действительное бесстрашие - продукт чуткости Безусловной Любви.

 

Оно приходит, когда вы даете миру возможность коснуться вашего сердца, вашего обнаженного и прекрасного сердца. Вы хотите раскрыться навстречу миру без сопротивления и без робости. Вы хотите поделиться своим сердцем с другими людьми.

 

4 - Глава.

 

Признать существование страха - еще не причина для разочарования или подавленности. Поскольку мы испытываем такой страх, то обладаем потенциальной возможностью испытывать и бесстрашие. Истинное бесстрашие - не устранение страха, а выход за пределы страха.

 

Для того чтобы ощутить бесстрашие, необходимо ощутить страх.

 

Сущность трусости - это непризнание реальности страха.

 

Страх может принимать разнообразные формы. Логически мы знаем, что не можем жить вечно, знаем, что должны умереть, и поэтому боимся; страх смерти превращает нас в камень. На другом уровне мы боимся, что не сумеем справиться с требованиями мира; этот страх выражается в виде чувства неполноценности. Мы чувствуем, что подавлены собственной жизнью; еще более тяжелым оказывается столкновение с окружающим миром - страх и паника возникают в каждой неожиданной ситуации. Когда нам кажется, что мы не в состоянии справиться с новой ситуацией, мы отскакиваем или сжимаемся. Иногда страх проявляется в форме беспокойства - тогда мы рисуем каракули в блокноте, хрустим пальцами или ерзаем на стуле. Мы испытываем потребность все время двигаться как мотор автомобиля, поршни которого непрерывно перемещаются вверх-вниз. Пока продолжается движение, мы чувствуем себя в безопасности; без движения мы боимся умереть на месте.

 

Существуют бесчисленные хитрости, которыми мы пользуемся, чтобы отвлечь ум от страха. Некоторые люди принимают успокоительные средства, другие занимаются йогой, третьи смотрят телевизор или читают журналы, четвертые отправляются в бар пить пиво ...

 

С точки зрения труса, следует избегать скуки, потому что в состоянии скуки он начинает чувствовать озабоченность. Он приближается к собственному страху - а поэтому стремится к развлечениям и избегает мыслей о смерти. То есть трусость - это попытки прожить жизнь так, как если бы смерти совсем не существовало. В истории были периоды, когда люди искали эликсир долголетия. Но если бы такая возможность и существовала, большинство людей нашло бы ее невероятно отталкивающей. И если бы им пришлось жить в этом мире тысячу лет, они, по всей вероятности, покончили бы с собой задолго до своего тысячного дня рождения. Но даже если бы вы жили вечно, то не смогли бы избежать реальности смерти и страданий в окружающем вас мире.

 

Необходимо признать существование страха. Мы должны понять свой страх и примириться с ним. Мы должны обратить внимание на то, как мы движемся, как разговариваем, как ведем себя, как грызем ногти, как иногда без необходимости прячем руки в карманы. Тогда мы узнаем немного о том, как страх выражается в форме беспокойства. Нам следует честно признать тот факт, что страх таится в нашей жизни - он присутствует всегда и во всем, что бы мы ни делали. С другой стороны, признать существование страха - еще не причина для подавленности или разочарования. Если мы испытываем страх, то обладаем потенциальной возможностью познать и бесстрашие. Истинное бесстрашие - это не устранение страха: это выход за пределы страха посредсвом любви к миру, любви к себе, любви к родителям.

 

Выход за пределы страха начинается тогда, когда мы рассматриваем его: мы изучаем свой страх, озабоченность, нервозность, беспокойство, свои тревоги. Всматриваясь в глубину страха, заглядывая под его внешнюю оболочку - нервозность, мы обнаруживаем печаль. Нервозность все время резко звучит, вибрирует. Когда мы замедляем свой темп и уменьшаем напряженность страха, на поверхность всплывает печаль, мягкая и спокойная. Печаль ударяет нас в самое сердце, и наше тело изливает слезы. Прежде чем вы заплачете, в вашей груди возникает некое чувство, а затем на глазах появляются слезы; вы готовы разразиться дождем или водопадом; вы чувствуете печаль и одиночество; но есть в этом состоянии, пожалуй, и нечто романтическое. Это первый намек на бесстрашие, первый признак истинного Православного. Вы, может быть, считаете, что, переживая состояние бесстрашия, человек слышит увертюру к Пятой симфонии Бетховена или видит огромный взрыв на небесах; но бесстрашие так не проявляется. В традиции Православия открытие бесстрашия приходит в процессе работы с мягкостью человеческого сердца.

 

Когда у человека впервые рождается чуткое сердце безусловной любви, он может испытать чрезвычайную неловкость и неуверенность, не представляя, как относиться к этому виду бесстрашия. Но со временем, все сильнее и сильнее ощущая эту печаль, вы понимаете, что человеческие существа должны быть чуткими и открытыми. И что вам незачем стесняться и смущаться своей мягкости. И тогда ваша мягкость постепенно становится страстной. Вам хочется расшириться, коснуться других людей, общаться с ними.

 

Когда чуткость развивается в этом направлении, вы действительно можете понять окружающий вас мир. Чувственные восприятия сильно обостряются. Вы настолько чутки, что уже не можете не раскрыться навстречу тому, что происходит вокруг вас. Когда вы видите что-то красное, или зеленое, или желтое, или черное, вы реагируете из глубины своего сердца. Когда вы видите, как кто-то плачет, смеется или боится, вы не остаетесь равнодушными к этим переживаниям. На этом этапе ваше первоначальное бесстрашие развивается в новое состояние - вы становитесь воином Русского Духа. Когда вы почувствуете, как это здорово - быть мягким и скромным человеком. Ситуации приобретают отчетливость и реальность, а с другой стороны - становятся вполне обычными. Страх превращается в бесстрашие, и происходит это естественно и очень просто.

 

Идеал заключается в том, чтобы воин Русского Духа был печальным и чутким; именно благодаря этому он способен проявить и настоящую храбрость. Без печали сердца храбрость оказывается хрупкой, как фарфоровая чашка: уроните ее, и она треснет или разобьется. А храбрость Русского Воина Духа подобна лакированной чаше, у которой под лаком скрывается деревянная основа; если такая чашка упадет, она подскочит, но не разобьется; покрытая слоями лака, она одновременно мягка и прочна.

 

Синхронизирование ума и тела - это не какая-то концепция и не произвольная техника, придуманная кем-то для самосовершенствования. Это скорее основная предпосылка для того, чтобы быть человеческим существом, чтобы гармонично пользоваться чувственным восприятием, разумом и телом.

 

Выражение глубинного блага всегда связано с мягкостью - не слабенькой, тепленькой и приторной, а чистосердечной и бодрой мягкостью с высоко поднятой головой и крепкими плечами. Мягкость - в этом смысле - основана на уверенности, отсутствии сомнения. Отсутствие сомнений не означает признания и принятия какой-то философии или концепции. Дело не в том, чтобы обратиться в какую-то веру, стать участником чьего-то крестового похода и искоренять всякие сомнения относительно своих убеждений. Мы не говорим о евангелистах-крестоносцах, не знающих колебаний и готовых отдать жизнь за свои верования. Отсутствие сомнений - это доверие к сердцу, доверие к самому себе. Не иметь сомнения - значит находиться в контакте с самим собой, чувствовать свои ум и тело синхронизированными. Когда ум и тело синхронизированы, никаким сомнениям нет места.

 

Синхронизирование ума и тела - это не какая-то концепция и не произвольная техника, придуманная кем-то для самосовершенствования. Это скорее основная предпосылка для того, чтобы быть человеческим Православным существом, чтобы гармонично пользоваться чувственным восприятием, разумом и телом. Тело можно уподобить фотоаппарату, а разум - фотопленке внутри камеры. Вопрос заключается в том, как пользоваться ими вместе. Когда фокус объектива и отверстие диафрагмы установлены правильно, в соответствии со временем выдержки, вы сможете получить хорошие снимки, точные фотографии, потому что вы синхронизировали, согласовали аппарат и пленку. Подобным же образом, когда правильно синхронизированы разум и тело, вы обладаете ясным восприятием, обладаете особым ощущением несомненности; вы не испытываете дрожи, колебаний и близорукой озабоченности, способных превратить ваше поведение в цепь сплошных ошибок.

 

Если разум и тело не синхронизированы, то временами разум оказывается слишком коротким, а тело длинным; иногда же разум слишком растягивается, а тело коротко. Поэтому у вас нет уверенности даже в том, как взять со стола стакан воды: вы протягиваете руку или слишком далеко, или не дотягиваетесь - а взять стакан как следует не можете. Если разум и тело не синхронизированы, вы, стреляя из лука, не сумеете попасть в цель, а занимаясь каллиграфией, не сможете даже окунуть кисть в баночку с тушью, не говоря уже о том, чтобы положить правильный мазок.

 

Синхронизирование ума и тела имеет отношение и к тому, как мы согласованы или связаны с окружающим миром, как мы вообще с ним работаем. Этот процесс имеет две стадии, которые мы могли бы назвать смотреть и видеть. Мы могли бы с таким же успехом употребить выражения слушать и слышать, касаться и осязать; но легче будет объяснить этот процесс синхронизации в терминах визуального восприятия. Смотреть - это ваша первая проекция; и если у вас есть какое-то сомнение, в вашем взгляде может появиться неустойчивость, дрожь. Вы начинаете смотреть и неожиданно чувствуете колебание или тревогу - вы не доверяете зрению. Поэтому иногда вам даже захочется закрыть глаза, не смотреть.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.