|
|||
ДЕЙСТВИЕ I, II, III и IV. «В дурмане»ДЕЙСТВИЕ I, II, III и IV «В дурмане» Посторонний зритель. — Скажите, пожалуйста, откуда автор заимствовал сюжет этой пьесы? Свой зритель. — Сам придумал!.. Гениальная голова, ума палата… В одну пьесу два совершенно разных сюжета вклеил… Каков Ермаков?!. До него никто еще не умел так ловко устроить, — все на один сюжет валяли… А тут полпьесы одно, а полпьесы — другое… Два настроения получаешь заместо одного… А у Чехова только одно… Слаба кишка, — больше не может вытянуть… Нет, уж в этом театре даром денег не берут… Скорее лишнего отпустят против того, что следует… Здесь по чести… Посторонний зритель. — Но почему этот Костромской, носитель нового слова и ницшеанских идей, вышел у автора совершеннейшим идиотом? Свой зритель. — Это уже простая случайность… Как это люди не хотят понять, право… Автор послал в лавочку за Ницше {259} и велел взять настоящего, а лакеи возьми да принести ему Ницше исковерканного и переделанного в плохом переводе Клюкина[ccclxxx]… Ну, автор сгоряча-то не заметил и стал из этого изуродованного Ницше… Нельзя же так придираться к пьесе… Почему идиот, да почему идиот?.. Думаете, это легко пьесу писать. В этих ученых книжках тоже не сразу разберешься… Шут ее знаешь — настоящая она или поддельная. Посторонний зритель. — Но это удивительно скучно… Поставьте эту пьесу в провинциальном театре, где нет возможности дать такую обстановку, занимающую и развлекающую зрителя… Ведь смотреть нечего… В первых двух актах ведь ничего, кроме мебели и декораций… Неужели это первый современный русский автор, допущенный на сцену этого театра?.. Кроме Чехова, разумеется… Свой зритель. — Первый. Других не приказано и пускать, потому они настроения не понимают… Глядите, глядите!.. Как гениально схвачен облик этого кувшинчика, — и какими мощными яркими штрихами набросана физиономия этой шифоньерки!.. Браво! Браво!.. Автора!.. Автора!.. Посторонние зрители (хором). — Как великолепен Качалов!.. Ведь он спасает акт… Что за яркое дарование!.. Качалова! Браво! Качалова!..
(Аника-воин выходит и раскланивается. )
Посторонние зрители. — Качалов solo!.. Качалов! М‑ lle Апломб (тащит Анику за руку). — Иди, иди, Аника, кланяйся… Когда еще такого случая дождешься… Чего стесняться?.. В зрительном зале все свои люди.
Аника-воин кланяется.
Капельдинеры (тащат огромный венок). Позвольте пройти!.. Позвольте пройти!.. Искусство (выглядывая из-под падуги). — Боже, какой дурман… Да они все в дурмане… Анике несут венок… Я умываю руки.
Денежки плачут. Занавес.
|
|||
|