Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Глава ДЕСЯТАЯ



 

Джанкарло чувствовал себя отвратительно. Алегра плакала, исступленно хватала его за руки и что‑ то истерично кричала при этом. Постепенно до него начал доходить смысл ее слов.

– Джанкарло, послушай. Он мне признался! С ним что‑ то вдруг произошло. Он стал вести себя очень странно. А потом настоял на возвращении домой. Заявил, что ему нужно срочно улететь. А когда мы приземлились в аэропорту, с ним случился сердечный приступ. Эдвард думал, что умирает, и решил все мне рассказать! Ты даже себе не представляешь, как плохо мне было после его признания! Зачем? – Она посмотрела на Джанкарло обезумевшими глазами. – Он изменил мне! У Эдварда была другая женщина! И у него от нее ребенок! Ребенок! Он предал меня, оскорбил мою честь, а теперь… Боже! Он умирает! Джанкарло, сделай же что‑ нибудь.

– Он не умрет, cara! – пробормотал Джанкарло, пытаясь найти слова утешения и успокоения. Но сделать это ему было крайне сложно, потому что в нем самом кипела ярость. Перед Джанкарло разверзлась пропасть, и он чувствовал, как стремительно падает в нее. Слова Алегры каленым железом отпечатались в его мозгу, и теперь он был не в состоянии думать о чем‑ либо другом.

– Не надо волноваться, – машинально проговорил он. – С ним все будет в порядке. Он выживет.

Он обязан выжить! Эдвард не может лишить его удовольствия отомстить ему! Он выздоровеет, и Джанкарло убьет его. И Наталию Дейтон вместе с ним! Наталия! Сердце Джанкарло остановилось. Горечь и боль охватили его, так что пришлось крепко закрыть глаза, чтобы не застонать от охватившего его отчаяния. Ведьма! Обманщица! Хитрая лгунья! Она просчитала все! Гениальная идея: затащить его в постель, чтобы потом повесить на него ребенка Эдварда! Ей удалось заманить его в ловушку! А он, дурак, поймался, как простой мальчишка!

– Но он заслуживает смерти после того, что сделал со мной! – воскликнула Алегра. – Ребенок. Джанкарло, понимаешь, у него есть ребенок от другой женщины! Я никогда не прощу его!

Обещание настоящей сицилийки! Джанкарло стиснул зубы. И он понимает се чувства! Черт! Понимает ли?

Звук хлопнувшей входной двери в приемную привлек внимание Джанкарло и заставил поднять голову. Увидев Наталию, он замер в изумлении. В первое мгновение ему даже подумалось, что се рисует ему не на шутку разыгравшееся воображение. Но потом он понял, что Наталия действительно приехала в больницу. Она выглядела измученной, но в то же время безумно красивой. На ней было все то же черное облегающее платье, которое мгновенно напомнило Джанкарло о серебряных часах работы Фаберже. Вот тебе и без пяти минут любовь! Слава богу, что теперь он знает правду!

Как она посмела появиться здесь! Какая наглость! Она должна понимать, что игра окончена! Но какая она бледная, дрожащая и…

– Ты мне за все заплатишь! – проскрежетал Джанкарло сквозь стиснутые зубы, давая себе клятву отомстить ей.

Наталия отшатнулась, будто он ударил ее по щеке. В этот момент Алегра повернула голову и тоже увидела молодую женщину. Она моментально вырвалась из объятий Джанкарло и воскликнула, указывая на Наталию пальцем:

– Это она! Джанкарло, это она! Я тебе говорю. Я узнаю эти волосы и глаза!

– Эдвард… – дрожащим голосом прошептала Наталия. – Как он? Что с ним? Где…

– Убирайся! – взорвался Джанкарло, полностью потеряв контроль над собой, после того как услышал слетевшее с ее губ имя Эдварда. – Исчезни с глаз моих долой! Тебе здесь не место!

Наталия побледнела еще больше. Глаза ее потемнели. Похоже, она поняла, что ему известно о ее шашнях с Эдвардом. И месть будет страшной!

– Мне нужно знать, что с ним, – настаивала Наталия, не двигаясь с места. – Я не хочу, чтобы из‑ за меня были какие‑ либо проблемы, но… Я должна знать, как он…

– Ты – единственная проблема! – воскликнула Алегра, привлекая внимание Наталии к себе.

Только теперь Наталия заметила Алегру. Глаза женщины были наполнены ненавистью и жаждой мщения. Эдвард был прав, когда говорил, что лучше ничего не рассказывать о ней его жене.

– Эдвард не был бы здесь, если бы не ты! – прошипела Алегра, надвигаясь на нее. – Это все из‑ за тебя! Но ты не можешь оставить его в покое! Тебе обязательно надо найти его, чтобы увидеть его разбитое сердце!

– Он любит меня! – защищаясь, промолвила Наталия. – Любовь не может нанести человеку вред, она исцеляет, помогает…

Кривая усмешка появилась на лице Джанкарло, а Алегра остервенело бросилась на нее.

– Да как ты смеешь так говорить! Ты отравила ему жизнь! – кричала она. – Ты посмела занять место моего покойного сына. Воспользовалась горем Эдварда, чтобы залезть ему в душу! Он не перенес мучений, переволновался! Ты виновата в том, что ему стало плохо!

Алегра замахнулась на Наталию рукой, и только вмешательство Джанкарло спасло ту от удара.

– Пожалуйста, скажите мне, как себя чувствует Эдвард? – с мольбой в голосе воскликнула Наталия.

– Зачем тебе это нужно знать? – насмешливо спросил Джанкарло. – Хочешь понять, сможешь ли ты навязать ему ребенка? Теперь я знаю всю правду!

Правду? Наталия вздрогнула. Что он имел в виду? Боже! Неужели она правильно поняла смысл его слов? Как только он мог предположить, что у нее может быть ребенок от Эдварда! О боже! Наталия поморщилась от охватившего ее отвращения, когда поняла, что думает о ней Джанкарло.

– Ты считаешь, что я была любовницей Эдварда? – прошептала Наталия, не веря, что может произнести такую чушь вслух. – А я собиралась выдать его ребенка за твоего?

– Трудно говорить правду? Это был гениальный план, поверь мне, – язвительно заметил Джанкарло.

– Охотно верю, что ты мог бы придумать такой! – воскликнула Наталия.

– О чем ты говоришь, Джанкарло? – удивленно спросила Алегра, дергая его за рукав, чтобы привлечь к себе внимание брата.

Но Джанкарло не слышал сестру, потому что был поглощен разоблачением Наталии.

– Играешь ты превосходно! Какое удивление в глазах! – с гневом произнес он. – Хватит играть комедию! Мы все знаем! Эдвард во всем признался. Решив, что пришел его конец, он поспешил избавиться от мучившей его тайны и рассказал Алегре о своей измене.

– Прекрати, – закричала Алегра. – Вы, оба, прекратите! Джанкарло, ты не понимаешь! Она…

– Только тебя должна мучить совесть! – взорвалась Наталия. – Тебя, Джанкарло! За то, что ты посмел поверить в такую чушь об Эдварде и обо мне! Только твой испорченный ум был способен на такое! Какая мерзость! – Она с удовольствием наблюдала, как мрачнело его лицо. – Простые человеческие чувства тебе недоступны! Мне следовало сразу это понять. Какая же я была дура!

– Не говори так, Наталия! Ты придумала гениальный план. Не твоя вина, что все раскрылось…

– Джанкарло! Ты заходишь слишком далеко, – оборвала его Алегра.

Наталия решила, что с нее хватит: она пришла в больницу не для того, чтобы выслушивать идиотские обвинения Джанкарло. Одарив его убийственно холодной улыбкой, Наталия отправилась искать палату Эдварда, единственного человека на свете, которого она любила.

Пусть Алегра ему все объясняет. Наталия удовлетворенно усмехнулась, услышав перед тем, как дверь за ней закрылась, начало этого захватывающего разговора.

– Джанкарло! Ты ошибаешься! Она не любовница Эдварда! – яростно кричала Алегра. – Это его дочь, идиот! Как же ты не понимаешь…

Джанкарло нашел Наталию в палате Эдварда. Наклонившись над больным, она старалась успокоить его, поскольку тот все время порывался встать с кровати.

– Пожалуйста, милый мой, лежи. Тебе может стать хуже. Побереги себя, я прошу.

Но успокоить Эдварда ей не удалось.

– Я не мог нигде тебя найти! Звонил домой, в офис. Все напрасно. В отчаянии я позвонил Джанкарло! А он мне сказал, что послал тебя с какой‑ то важной миссией в Манчестер. Как я мог поверить ему! – Эдвард зашелся в кашле и прервался. – Представляешь, даже малейших сомнений не возникло. Я перестал волноваться о тебе. И стал думать только о нас с Алегрой.

– Вот и правильно. Разве не для этого вы поехали в круиз? Вам нужно было побыть вдвоем, – попыталась утешить его Наталия.

– Нет! – простонал Эдвард. – Мне надо было сразу почувствовать ложь. Я же всегда знал, какой Джанкарло хитрый! А понял, что был обманут, только через две недели. Меня будто осенило. Зачем ему, спрашивается, понадобилось посылать тебя в командировку? Тут я понял, что итальянец что‑ то задумал. Моя девочка в опасности, а я и в ус не дую!

– Не волнуйся, папа! Тебе нельзя волноваться, – ласково прошептала Наталия.

– Я позвонил в офис, – нервно продолжил Эдвард. – Там был Говард Фиск, который, как я понял из его слов, сам только что прилетел из Милана! Этот негодяй с радостью в голосе сообщил мне, что ты переехала к Джанкарло на следующий день после прилета итальянца в Лондон! Вот тогда мне все стало ясно. – Больной тяжело вздохнул. – Весь коварный план итальянца! Он устроил круиз, понял я, чтобы удалить меня из Лондона, а самому занять мое место. Наверное, он узнал каким‑ то образом о тебе… И приехал отомстить мне! Для этого ему нужна была ты, моя дорогая!

– Ты хочешь сказать… Он прилетел, чтобы соблазнить меня и затащить к себе в постель? – ошарашенно спросила Наталия.

Тихо стоявший неподалеку Джанкарло, чувствуя, что вина за случившееся все тяжелее ложится на его плечи, понял, что он не вправе больше молчать.

– Наталия… – позвал он ее, делая шаг в ее сторону.

Она обернулась и с вызовом посмотрела на него. Джанкарло вздрогнул: на него смотрели глаза, до боли похожие на глаза Эдварда. Он взглянул на ее волосы и в первый раз заметил, что они такого же цвета, который был у Эдварда до того, как тот начал седеть. Джанкарло покачнулся: правду было так легко заметить, но он, движимый ненавистью, не видел ее. Как же долго он был слеп!

Не ненавистью, а страстью! Он позволил желаниям управлять собой.

Правда мешала ему! Он предпочел не видеть ее. Сицилиец не может соблазнять дочь члена своей семьи! Никогда! Выходит, ему было выгодно видеть в Наталии любовницу Эдварда…

Желание, охватившее его, когда он увидел ее впервые, оказалось сильнее доводов разума, правил чести, ненависти.

– Держись от нее подальше. Слышишь! – словно прочитав его мысли, закричал Эдвард, приподнявшись на постели. – Тебе удалось отомстить мне – можешь радоваться. Больше тебе здесь делать нечего, убирайся отсюда. Оставь меня и мою дочь в покое!

Повторилась сцена в приемной, только теперь они с Наталией поменялись местами. Джанкарло мрачно покачал головой, не понимая, как ему удавалось так долго обманывать себя.

– Наталия… – еще раз попытался он привлечь ее внимание к себе.

– Уходи, – услышал он в ответ голос Эдварда.

Наталия повернулась к отцу, не давая ему встать.

– Уходи, – повторила она, не обернувшись. – Видишь, из‑ за тебя он волнуется. Папе вредно волноваться. Ему может стать хуже.

– Нам с тобой надо поговорить, – требовательно сказал Джанкарло.

Наталия на мгновение обернулась, но в ее влажных от слез глазах он прочел такое презрение, что стало ясно: она скорее убьет его, чем поговорит с ним.

– Только поговорить, – настойчиво повторил Джанкарло и, в последний раз взглянув в мрачное лицо Эдварда, вышел из палаты. – Он обидел тебя, да? – Эдвард тоже заметил слезы в глазах дочери. – Я никогда не прощу ему этого!

– И я, – согласилась с отцом Наталия, но почувствовала, что такое решение причинило ей не меньшую боль, чем уход Джанкарло.

И она знала почему. Знала, что любит этого эгоистичного, высокомерного и невыносимого итальянца.

– Отец! Я прошу тебя: успокойся. И не думай об этом! – взмолилась Наталия. – Я не хочу потерять тебя! Мне и так сейчас тяжело.

– Я здоров. Ну, почти здоров, – нетерпеливо вспыхнул Эдвард. – Небольшое затруднение, возникшее после долгого перелета. Так часто бывает. Ничего такого, чтобы бегать вокруг меня в панике!

Наталия не стала спорить с ним. Она была уверена: отец сам понимает, какую опасность для жизни представляет собой сердечный приступ.

– Что он сделал? Наталия, скажи! Что он тебе сделал? – воскликнул Эдвард, в раздражении откидываясь на подушки, так как понял, что из‑ за слабости не в силах справиться даже с мягкой и податливой Наталией.

– Он думал, что я твоя… любовница, – ответила она и не сдержала улыбки, когда увидела удивленное выражение на лице отца. Наверное, ему никогда и в голову не приходило, что другие могут превратно истолковать их близкие отношения.

После этого она рассказала отцу все, спокойно и невозмутимо – сил на эмоции после прошедшего дня у нее уже не осталось. Но открыть всю правду было необходимо, чтобы запутанная ситуация, в которую они все угодили, начала потихоньку распутываться. Хватит с них секретов!

– Боже! Я убью этого мерзавца! Позволь мне встать! – закричал Эдвард, как только она замолчала.

– Нет! Ты этого не сделаешь! Несчастный… обманщик! – раздался в ответ голос Алегры. – Не посмеешь! Потому что ты, да, только ты виноват во всем! Ты не имеешь права угрожать Джанкарло.

Наталия напряглась и с подозрением посмотрела на вошедшую в палату женщину, не зная, чего ожидать от нее. Эдвард со стоном упал на подушки.

– Если ты пришла сюда, чтобы устраивать семейную сцену, то можешь сразу же уходить. Мне больше нечего тебе сказать, – мрачно проворчал он.

У Наталии сжалось сердце: неужели после двадцати пяти лет совместной жизни они расстанутся вот так – ненавидя друг друга!

– Я пришла ради того, – с вызовом вскинув голову, ответила Алегра, – чтобы ты официально представил меня своей дочери. Наталия с восхищением посмотрела на нее: ей трудно было представить себе, сколько усилий стоило Алегре сказать это. В этот момент она сделалась очень похожа на своего брата: такой же гордый взгляд и….

Наталия остановила себя, не желая думать о Джанкарло.

– Нет! Если ты собираешься продолжать обвинения… Оскорблять свою дочь я не позволю, – твердо произнес Эдвард.

Глаза Алегры вспыхнули, что опять напомнило Наталии о Джанкарло.

– Оскорблений заслуживаешь только ты! – парировала Алегра. – Попробуй вести себя как настоящий мужчина. Хотя настоящий мужчина вряд ли попадет в подобную ситуацию. А ведь я считала тебя истинным джентльменом.

К удивлению Наталии, Эдвард улыбнулся, хотя и криво.

– А у тебя всегда был острый язычок, моя дорогая, – насмешливо заметил он.

– Который иногда бывает ядовитым, – продолжила она.

Внезапно Наталия почувствовала, что атмосфера в палате стала изменяться, что‑ то новое, доброе, появилось в ней. Привязанность. Любовь. Несмотря на обиды, боль и гнев, Эдвард и Алегра любили друг друга. Не так‑ то просто перечеркнуть двадцать пять прожитых душа в душу лет, наполненных общими радостями и горестями.

– Врач попросил передать тебе, что пора отдыхать, – сказала Алегра, неожиданно меняя тему. – Поэтому я еще раз прошу тебя представить меня твоей дочери, чтобы мы могли уйти и оставить тебя размышлять о собственных грехах и их последствиях.

– Я уже говорил тебе, что Наталия родилась до того, как мы поженились! – резко ответил Эдвард.

– На два месяца?

Отец раздраженно пожал плечами, устало кивнул головой и закрыл глаза. Наталия вздрогнула и почувствовала, как по ее щекам потекли слезы. Если Алегра еще раз все внимательно обдумает, то она должна понять, как сильно Эдвард любил ее – он женился на ней, бросив свою бывшую возлюбленную с ребенком.

В палату вошла медсестра и попросила гостей выйти, чтобы больной мог отдохнуть. Через несколько минут Наталия оказалась в коридоре, один на один с женой своего отца.

– Не плачь, девочка моя, – улыбнулась Алегра и нежно потрепала ее по плечу. – Ну, мы с твоим отцом поцапались. Ничего страшного. Мы оба с ним все прекрасно понимаем. Не переживай, все будет в порядке.

– Я не хотела вставать между вами, – с болью в голосе прошептала Наталия. – Мне нужно было познакомиться с ним. Я всегда мечтала встретиться с отцом…

– Я понимаю. – Алегра крепко сжала плечо Наталии, требуя, чтобы та успокоилась. – Эдвард мне все объяснил. Тебе совершенно не нужно в чем‑ то передо мной оправдываться. Не только передо мной… Ни перед кем. Ты должна это понять, – ласково сказала она.

– После свадьбы Эдвард никогда вас не обманывал. Никогда. – Наталия знала, что должна высказаться. – Он ни разу не видел ни меня, ни мою маму с того дня, как я родилась. Если я простила его, может, и вы его простите? Пожалуйста.

Алегра убрала свою руку и принялась нервно вышагивать по коридору.

– Он был не до конца честен во время нашего обручения, – холодно заметила она. – Ты думаешь, это легко простить и забыть?

Наталия тяжело вздохнула. Нет, Алегра никогда не простит Эдварда.

– В то время как я оплакивала смерть нашего любимого сына, он нашел дочь, на которую смог перенести свою любовь, – продолжила Алегра.

– Я ничего не знала о Марко, пока мы с Эдвардом не встретились. Я бы не решилась… – Новый поток слез, хлынувший из ее глаз, прервал Наталию. – Моя… мама умерла. Понимаете, я нашла документы, где говорилось, кто мой отец. Я так всегда мечтала увидеть его. Я должна была…

Продолжать дальше она была не в силах. Ей было больно вспоминать о том, как она обнаружила, что всю жизнь мама, которую она обожала, обманывала ее.

Сколько раз она рассказывала дочери о прекрасном юноше – Натаниэле Дейтоне, который был капитаном большого торгового корабля и у которого были такие же синие глаза и огненные волосы, как у его дочери. Но однажды, вскоре после ее появления на свет, он, мол, попрощался с маленькой дочерью и любимой женой и уплыл в далекие страны. И не вернулся, погибнув при кораблекрушении. Двадцать пять лет Наталия верила в эту чудесную, но печальную историю, как вдруг оказалось, что это сказка, Натаниэля Дейтона никогда не существовало. Мать выдумала его и взяла себе новую фамилию, когда переехала с дочерью из Лондона в маленькую деревню в графстве Суффолк, где никто не знал ни ее, ни ее прошлого.

Когда Наталия узнала, что ее отец жив, она поклялась себе, что отыщет его. Несколько месяцев ушло у нее на поиски Эдварда Найта. Потом она написала ему письмо с просьбой встретиться, в котором рассказала, кто она такая и почему хочет с ним познакомиться. Через несколько дней они встретились в переполненном баре, недалеко от здания его офиса. Им с первой минуты было так легко вместе, что даже сейчас Наталии было трудно поверить, что они знакомы чуть больше шести месяцев.

– Он подарил тебе часы твоей прабабушки? Часы работы Фаберже? С трудом приходя в себя после тяжелых воспоминаний, Наталия кивнула.

– Если вы хотите, я вам их отдам. Мне будет очень приятно…

– Нет. Не надо. Я не об этом, – прервала ее Алегра. – Они твои. Прабабушка завещала их тебе. Просто… Я заметила их отсутствие уже несколько месяцев назад, но Эдвард отказался мне объяснить, куда они исчезли. Ну, я начала волноваться, как поступила бы любая любящая жена… У меня возникли опасения, что он нашел другую женщину…

– И вы рассказали об этом Джанкарло, – пробормотала Наталия, вспомнив сцену, когда они с ним сражались за часы.

– Мои подозрения укреплял Говард Фиск, – добавила Алегра. – Это он позвонил Джанкарло в Милан и поделился с ним своими опасениями о чересчур близких отношениях между Эдвардом и его секретаршей. Джанкарло повел себя как настоящий сицилиец. – Она пожала плечами. – Он поехал в Лондон, чтобы положить адюльтеру конец, пока я о нем ничего не узнала.

Наталия криво усмехнулась. Все это уже, как говорится, история.

– И очевидно, решил воспользоваться мной. Алегра остановилась и внимательно посмотрела на нее.

– Об этом тебе лучше поговорить с ним самим, – посоветовала она и увидела, как помрачнело лицо Наталии. Вздохнув, Алегра продолжила:

– Я пойду посижу с Эдвардом. Пока не узнаю наверняка, что никакой опасности для его жизни больше нет, из больницы ни ногой.

– Может быть, мне остаться с вами? – инстинктивно предложила Наталия.

Но Алегра замотала головой:

– Нам надо с твоим отцом побыть вдвоем. И еще, честно говоря, мне нужно некоторое время, чтобы начать воспринимать тебя как члена семьи.

Улыбка должна была скрасить последнее замечание, но Наталия все равно почувствовала болезненный укол. Она все же постаралась улыбнуться в ответ, стремясь показать, что понимает желание Алегры. Женщина, видимо догадавшись, что немного задела Наталию, тотчас смягчилась.

– Иди отдохни, – посоветовала она. – Если будет нужно, я тебя найду. А я пойду поговорю с ним. И как он умудрился довести себя до такого состояния!

Наталия промолчала. Эдвард жил под таким нечеловеческим давлением после смерти сына, что случившийся сердечный приступ, по ее мнению, вполне ожидаем.

Уже собираясь открыть дверь, Алегра добавила:

– И пожалуйста, прости меня за ту отвратительную сцену в приемной. Я была в шоке: инфаркт мужа, какая‑ то дочка на стороне… – Мне очень жаль, что вы узнали правду таким образом, – кивнула Наталия, не зная, что еще можно к этому добавить.

Алегра снова улыбнулась ей и скрылась за дверью палаты. На глазах Наталии выступили слезы, и она не знала, кого ей сейчас было больше всех жалко… Эдварда, Алегру или себя?

– Ты долго еще собираешься здесь оставаться? – раздался за се спиной до боли знакомый голос.

Наталия повернулась. В трех шагах от нее стоял Джанкарло, высокий, мрачный и, как обычно, непредсказуемый.

И даже не поймешь, чего ей больше хочется сделать: влепить ему пощечину или обнять. Губы ее задрожали, но это было единственным проявлением слабости.

– Такси ждет у выхода, – произнес Джанкарло, отметив про себя с удовольствием, что голос его не дрогнул, хотя нервы были напряжены до предела.

Он ждал, что Наталия молча покачает головой, отказываясь ехать с ним. Или, хуже того, развернется к нему спиной и уйдет в противоположном направлении.

Но она молча прошла мимо него к выходу, и он не стал ее останавливать, а последовал за ней.

– Я тоже был обманут, как и ты, – вырвалось у него.

Наталия даже не обернулась. Выйдя на улицу, она остановилась и вдохнула свежего воздуха.

– Где твое пальто? – спросил подошедший Джанкарло, делая знак водителю подъехать ближе.

– Я забыла его.

Не обращая никакого внимания на черный «мерседес», она пошла дальше, как будто искала ближайшую стоянку такси.

– А деньги есть? – поинтересовался Джанкарло.

Наталия показала ему дамскую сумочку, свисающую с ее руки. Он был рад и такому общению.

– А хватит, чтобы ты смогла доехать до Челси? Сейчас уже ночь – цена будет высокой.

Недовольный взмах ее ресниц подсказал Джанкарло, что он угадал с последним вопросом. В этот момент, как по заказу, водитель «мерседеса» вышел из машины и открыл дверцу, приглашая их садиться. Джанкарло молча поблагодарил его за расторопность.

– Садись, – попросил Джанкарло. – Я отвезу тебя домой.

– Ко мне домой, – сказала она, поворачиваясь к нему, чтобы наконец‑ то взглянуть ему прямо в глаза.

Джанкарло с трудом поборол желание поцеловать Наталию. Ему пришлось напомнить себе об осторожности. Одно неосторожное движение, жест, слово – и она вспылит и уйдет. – Если ты хочешь туда, конечно, – согласился Джанкарло.

– Да, хочу, – подтвердила Наталия и, больше не говоря ни слова, залезла в «мерседес».

Кивнув водителю, он закрыл за ней дверцу, обошел машину и сел рядом с ней с другой стороны. Они остались одни – водителя отделяло от них тонированное стекло.

Наталия смотрела в окно, словно его не было в машине. Обдумав ситуацию, Джанкарло понял, что пора действовать, пока она не поняла, что они не поедут в Челси.

– Так, значит, у тебя русская прабабушка, – задумчиво заметил он. – Теперь понятно, почему ты такая страстная.

Она мгновенно повернула к нему голову.

– Не смей комментировать мое происхождение! – жарко воскликнула Наталия. – И запомни: это не твое дело!

– Почему же? У моего ребенка, значит, будет русская прапрабабушка. Очень интересно. Ты так не думаешь? – спросил он, наблюдая, как в ее глазах загораются огоньки гнева.

– Я не беременна! – выпалила она.

– Точно ты этого не знаешь, – ответил Джанкарло, догадавшись, что она еще не делала никаких тестов.

– Завтра узнаю, – пробормотала она, отворачиваясь.

– А почему именно завтра? – спросил Джанкарло, сгорая от любопытства. Ему нравилось, что удалось завязать разговор с Наталией и что она так нервно реагировала на каждое его слово. Главное сейчас было растопить лед отчуждения, а потом уже Джанкарло знал, что и как делать.

– Куплю в аптеке какой‑ нибудь быстрый и надежный тест на беременность, – ответила Наталия и добавила: – Вот проснусь завтра и сразу пойду.

– Хорошая мысль, – весело согласился с ней Джанкарло. – И я с тобой. И смотреть на результат теста будем вместе.

– Тебя в это время рядом не будет! – грозно заявила она.

– Буду! Я обязательно буду рядом, – опроверг ее он, всем своим видом показывая, что не шутит. – Иначе, боюсь, ты можешь скрыть от меня правду.

 



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.