|
|||
глава. Скайлар. Себастьян20 глава Скайлар
— Вау. Ты выглядишь немного помятой. Долгая ночка? — Натали подняла брови с намёком. — Вроде того. — Вяло, я расставляла кофейные чашки за прилавком. Я практически не спала и так устала, что когда зазвенел будильник, я едва не взяла отгул по болезни. — Ты повеселилась? — Натали подталкивала меня к разговору, выкладывая кексы на витрину. — Да, — вздохнула я. — А потом нет. Мне нужен кофе. — Угощайся. — Она кивнула в сторону кофейника. — Почему нет? По мере того, как мы выполняли нашу утреннюю работу, я рассказала ей о том, что узнала о Себастьяне за последние пару дней — о его обсессивно-компульсивном расстройстве, страхе навредить людям, его прошлом, его хижине, его семье, его нежелании вступать в отношения, его давней влюблённости в меня… Обо всём, что знала. Я даже рассказала ей о том, что подсмотрела в его тетрадь. Она ахнула. — Что? Это ужасно! Не могу поверить, что ты так поступила! Я состроила гримасу. — Знаю. Мне не следовало так поступать. Но мне было так любопытно, и он не стал бы со мной разговаривать! И теперь точно уже не заговорит. Она выглядела сбитой с толку. — Что ты имеешь в виду? Ты только что рассказала мне кучу информации о нём. Разве не он рассказал тебе всё это? Мой подбородок скользнул вперёд. — Ну, да, он рассказывает мне об этом. Но он не… — остановилась я. Он рассказал мне, но не так уж и много. — Ладно, дело не в том, что он больше не заговорит со мной, дело в том, что он произносит все эти сладкие, сумасшедшие речи, а затем что-то происходит, и он паникует и превращается в мудака. Он бросается из крайности в крайность. — Что именно происходит? — спросила она, поднимая брови. Я вздохнула. Конечно, она сосредоточилась на этой части. — Секс. Она ахнула. — У вас был секс? — Да. И это было потрясающе, — грустно сказала я. — Лучшее, что у меня когда-либо было. — Вау. — Стали заходить первые клиенты, так что нам пришлось работать, но мы договорились пропустить по стаканчику и поговорить вечером, и я написала Джиллиан, чтобы та тоже присоединялась к нам. Всё утро и весь день я размышляла о том, что произошло, и к тому времени, когда мы закрыли кафе, я признала, что прошлой ночью хороших моментов было намного больше, чем плохих. Неужели я затеяла ссору из-за преждевременных выводов? Всё, что он сделал, это предложил отвезти меня домой. Но нет. Нет. Я могу с уверенностью сказать, в нём что-то поменялось после нашего последнего раза в его комнате. На самом деле я не думала, что он использовал меня ради секса — я сказала это только для того, чтобы задеть его. Но что-то произошло, и к концу ночи он просто закрылся. Парень, который отвёз меня домой, был не тем парнем, с которым я лежала в гамаке. Так кто же это был? И как я могу вернуть другого?
После того, как мы закрылись, я пошла домой и крепко заснула. Когда я проснулась, я чувствовала себя более отдохнувшей, но так и не поняла, почему Себастьян отталкивал меня. Возможно, у моих сестёр были какие-то догадки. Мы встретились в «Траттории Стелла» в семь и сели в баре, Джиллиан расположилась по одну сторону от меня, а Нат — по другую. — Так что новенького? — Джиллиан пожала плечами в своём пиджаке. Одетая в брюки, туфли-лодочки и шёлковую блузку без рукавов, она выглядела профессиональной и зрелой, и рядом с ней я сразу почувствовала себя ребёнком в своих рваных джинсах и сандалиях. «Хватит глупить. Дело ведь совсем не в одежде». — Прошлой ночью у Скайлар был потрясающий секс, — затаив дыхание, объявила Натали, прислонившись локтями к барной стойке. — И она собирается рассказать нам об этом. — Потрясающий секс. И как это? — мечтательно спросила Джиллиан, поднимая винную карту. — Я тоже не знаю, — ответила Натали. — Почему? — посмотрела я на неё. — Из-за тех сообщений? Натали пожала плечами, её рот сомкнулся в мрачную линию. — Он говорит, что это ничего не значит. Думаю, у нас сейчас просто затишье. — Казалось, что всё было хорошо на ужине прошлым вечером, — предположила Джиллиан. — И, говоря об ужине. — Она толкнула меня. — Я так понимаю, потрясающий секс был с Себастьяном, с парнем, которого ты привела к маме и папе? Я резко кивнула. — Ты не выглядишь слишком счастливой. — Джиллиан склонила голову. — Что случилось? Мы заказали вино и закуски, и пока мы ели и пили, я выболтала Джиллиан историю, которую рассказала Натали сегодня днём. — ОКР — это на самом деле жёстко. У меня есть несколько таких пациентов. — Джиллиан покрутила последнюю унцию шардоне в своём бокале. — И от этого невозможно полностью излечиться. — Знаю. Он сказал то же самое. — Я откусила кусочек кальмара и даже не почувствовала вкуса. — Но разве именно ОКР так влияет на его перемены настроения? В одну секунду он милый, разговорчивый и смеющийся, а в следующую он ведёт себя как мудак. Джилли пожала плечами. — Такое возможно. Навязчивые импульсы могут всплывать в любое время, или они могут быть у него постоянно. Если он борется с чем-то в своей голове, у него, возможно, не получается просто игнорировать это, и он продолжает разговаривать с собой. Возможно, молчание — это одна из его стратегий бороться с мыслями вместо того, чтобы пытаться подавить или избежать их. — Да. — Я положила свою вилку, чувствуя себя сытой, хотя я едва поела. — Полагаю, в этом есть смысл. — Он говорил что-нибудь о невесте? — спросила Натали. — Немного. — Я не хотела вдаваться в подробности, о том, что он рассказал мне об их расставании — на самом деле, мне почему-то хотелось сохранить это в секрете. — Может быть, он всё ещё любит её? — предположила Джиллиан. — Нет, не думаю, что это так. — Внезапно мне просто захотелось вернуться домой, в свою кровать. — Возможно, он позвонит тебе, чтобы извиниться, — сказала Натали, её большие голубые глаза были полны сочувствия. — У него даже нет моего номера. И он уже извинился. — Моё горло сжалось, что рассердило меня. Почему я должна плакать из-за него? — Он просто больше ничего не сказал. — Ну, а что ты хотела, чтобы он сказал? — Джиллиан смотрела на меня, как будто я была немного сумасшедшей. — У вас, можно сказать, было первое свидание, так ведь? Может, ты ожидаешь слишком многого от него. — Просто забудь, — огрызнулась я. — Это явно ничего не значило. —Мне было стыдно из-за того, что была такой вспыльчивой, когда мои сёстры всего лишь пытались помочь, но с каждой минутой я становилась всё более подавленной. Без весёлого, отвлекающего Себастьяна на горизонте, я вернулась туда, с чего начала.
21 глава Себастьян
На следующий день после того, как я переспал со Скайлар, у меня была встреча с Кеном, на которую я не хотел идти. На самом деле, я практически отменил её, но потом вспомнил, как легко было вернуться на прежний путь и придумывать этому оправдания. Я избегал терапии в прошлом из-за чего-то, с чем не хотел сталкиваться, но от этого моё состояние, как и всё остальное в моей жизни, становилось только хуже. Поэтому, после длительной прогулки в парке «Олд Мишен Поинт» и быстрой тренировки в тренажерном зале, я принял душ, оделся и пошёл к нему в офис. — Я переспал кое с кем прошлой ночью, — заявил я, рухнув на диван в его офисе. Кен, который ещё даже не присел, немного опешил от моего способа начать разговор, но вскоре пришёл в себя, опустившись в своё кожаное кресло. — О? — Да. Та девушка, о которой я упоминал пару недель назад. Та, в которую я раньше был влюблён. — Я смотрел на свою старую пару джинсов, которую стирал уже так много раз, что синяя ткань выцвела как раз до такого оттенка, который мне нравился. Он перевернул страницу блокнота. — Это к ней ты собирался снова подойти, потому что в первый раз потерпел неудачу? — Да. Я подошёл к ней на следующий день. — Я всё ещё мог видеть приятное удивление на её лице, когда она подбежала к двери, чтобы впустить мою промокшую задницу. — Насколько я понял, всё прошло хорошо. — Интонация Кена была забавной. — Да, — нахмурился я. — Слишком хорошо. — Как так? — Я встретился с ней во вторник вечером, вчера я провёл с ней почти весь день, а затем прошлой ночью мы… — Я почесал щетину на своём подбородке, вспоминая ощущение её атласной кожи на моём лице. — Ну знаете. Его выражение лица оставалось серьёзным. — Продолжай. — Сначала я был обеспокоен мыслями о том, что мог причинить ей вред, и я не могу сказать, что эти мысли полностью исчезли. Но в течение дня их вытеснило... я не знаю. Желание. — Желание чего? — Быть кем-то другим. «Быть таким парнем, который может прикасаться к ней каждый день без страха. Быть таким парнем, который может сесть в самолет и слетать с ней в какое-то романтическое место. Быть тем парнем, чей разум не утверждает, что его сердце ошибается». — Быть особенным. Его плечи приподнялись. — Похоже, ты ей нравишься таким, какой ты есть. Знает ли она о… — Да, — перебил я. — С самого начала я рассказал ей о своих тревогах и о том, почему мне трудно находиться рядом с ней, — вздохнул я, закрыв глаза на секунду. — Она сказала, что готова попробовать. — Хорошо. — Он сел поудобнее и надвинул очки на узкую переносицу. — Так почему же тебе хочется быть кем-то другим? — Я хочу быть кем-то, кто смог бы сделать её счастливой, — сказал я, скрестив руки и сжав кулаки от безысходности. — А я не смогу, потому что мой разум не позволит мне. — В твоей голове намного больше, чем ОКР, — напомнил мне Кен. — Намного больше, чем это. Я изучал свои ноги, представляя, что она их оседлала. Чёрт. Я снова закрыл глаза, но её образ не покидал меня. — Я не тот, кто ей нужен. Она заслуживает кого-то получше или, по крайней мере, кого-то нормального, и скоро она это поймёт. Она может быть с кем угодно. Зачем ей хотеть меня? Кен закинул ногу на ногу. — Так позволь ей принять это решение. Между прочим, страх близости это не ОКР. Как и боязнь отношений. Нет никакой причины, по которой ты не можешь дать этому шанс, Себастьян. — Вообще-то, есть, — сказал я раздражённо. У Кена, вероятно, есть жена и трое детей, и он думал, что всё так чертовски легко, когда встречаешь кого-то, с кем хочется быть. — Всё моё существование и есть та самая причина. Всё это дерьмо в моей голове. Она говорит, что я ей нравлюсь, но она также сказала, что я разочаровываю и сбиваю её с толку. Это дерьмо не исчезнет. — Она озадачена твоими мыслями? Твоими навязчивыми идеями? — Нет, я думаю, что, в конце концов, и они доберутся до неё, но сейчас всё дело в переменах моего настроения. Моём молчании. Всякий раз, когда я чувствую, как мои стены рушатся, я ухожу в себя и отталкиваю её. Но это необходимо, потому что я знаю, чем всё это закончится. Кен нахмурил лоб, отложил свой блокнот в сторону и скрестил руки на груди также, как и я. — Я не уверен, что понимаю тебя. Ты боишься причинить ей физический вред? Вот почему ты отталкиваешь её? Или ты боишься эмоционально привязаться к ней? Это две совершенно разные вещи. Давай выясним, с чем мы имеем дело. Я сомневался. Какая-то часть меня не хотела признаваться Кену в том, что я боялся ради собственного блага, — что я представлял себя влюблённым в Скайлар, что я уже наполовину был влюблён в неё, и что я не смогу справиться со всем этим, и, потеряв её, я буду уничтожен. — Что произойдёт, когда у меня будет плохой день? — спросил я. — Когда из-за меня нам придётся пропустить ужин уже в десятый раз, потому что мне снова нужно будет проверить замки, когда мы уже на полпути? Что произойдёт, когда она попросит меня нарезать индейку на День Благодарения, и я не смогу взять грёбаный нож из-за боязни заколоть кого-то этим ножом? Что произойдёт, когда ей нужно будет куда-то полететь в нечётный день, и я упаду на колени в аэропорту и буду умолять её не садиться в самолёт? — Я не знаю, Себастьян. Потому что это просто твои страхи. Это не реально. И ты способен справиться со всем этим. — Ну, я знаю, что произойдёт. — Я посмотрел Кену прямо в глаза. — Я сведу её с ума. Она уйдёт. — Но такого не было с твоей предыдущей девушкой, не так ли? — напирал он. — Это ты порвал с ней. Ты осознал, что на самом деле не хочешь жениться на Диане. Это означает, что твои сомнения противоречат твоим истинным чувствам. Это не ОКР, Себастьян. Это попытка уберечь себя от ошибок. — Он поднял руки. — Теперь. Возможно, ты посмотришь на вещи иначе, но это совсем другое дело. Мой взгляд снова опустился на ноги, и я тихонько заговорил. — В конце концов это не сработает. Я не знаю, каким образом всё это осуществить. Она уйдёт, Кен. Я знаю, что она сделает это. — А потом ты снова останешься один, — сказал Кен. — Вероятно, навсегда. — Именно. — Потому что ты — ужасный человек, который не заслуживает счастья. Я кивнул. Этот парень знал меня слишком хорошо. Это чертовски раздражало. — Чушь собачья, Себастьян. — А? Он пожал плечами. — Полнейшая чушь. Если бы ты действительно считал себя ужасным человеком, то ты бы не говорил о ней сейчас. Ты бы уже сдался и спрятался где-нибудь, чтобы провести всю оставшуюся жизнь одиноким и несчастным. И ты знаешь, каким образом всё осуществить, — ты просто боишься. Я промолчал, не уверенный в том, стоит ли мне сказать Кену, чтобы тот отвалил или позволить ему говорить дальше. — Правда в том, что ты позволяешь чувству вины из прошлого и страху будущего портить ещё не начавшиеся отношения, хотя, тебе действительно нравится эта женщина, и ты ей тоже нравишься. — Он снова приподнял очки и наклонился вперёд, положив локти на колени. — Но ты должен рискнуть, Себастьян. Ты должен быть готовым потерпеть неудачу. И для этого требуется мужество. Мои руки опустились. Он назвал меня трусом? — Мне хватает мужества, — сказал я оборонительно. — Я просто пытаюсь всё обдумать. Я не хочу совершать те же ошибки, что и раньше, Кен. Эта девушка… особенная для меня. Она другая. — Я вздохнул. — Она идеальная. Кен покачал головой. — Никто не идеален. Ни она, ни ты, ни я... Я даже не считаю, что это всё является результатом ОКР. По большей части, похоже на то, что мужчина просто боится позволить себе быть эмоционально уязвимым с женщиной, которая ему небезразлична. — Он криво улыбнулся. — История стара как мир.
***
В тот же день я плыл на лодке по заливу и размышлял о том, что сказал Кен. Был ли он прав? Возможно, меня останавливает простой страх быть отверженным, а не ОКР? Как он вообще мог знать наверняка? Он не слышал тот голос в моей голове, который заставлял меня во всём сомневаться. Боже, я бы всё отдал за чёртову уверенность хоть в чём-то. Правда была в том, что я не хотел быть замкнутым и несчастным всю оставшуюся жизнь. Возможно, я думал, что могу быть один, но это было до того, как я понял, каково это быть со Скайлар, чувствовать такую связь с кем-то. И дело было не только в сексе — ну, в нём тоже — дело было также в эмоциях. Она заставила меня поделиться с ней тем, о чём я никогда не говорил, не считая терапии. Она заставила меня изменить мой стиль жизни. Она заставила меня хотеть быть достойным её или хотя бы попытаться. Но я уже облажался... Сможет ли она простить меня, если я снова извинюсь? Наверное. Она была таким человеком. Но она, возможно, не захочет дать мне ещё один шанс, пока не будет уверена в том, что я не поступлю так снова. И как, чёрт возьми, я смогу убедить её, когда я сам ни в чём не уверен? Всё, что я могу сделать, это хорошенько постараться, и я дал себе слово, что так и поступлю. Затем, до боли в мышцах, я начал усердно грести в сторону хижины. ***
На следующий день я провёл утро в офисе своего отца, работая с некоторыми файлами, которые он мне поручил. А днём я подменял за стойкой регистрации его ассистентку Лорен, которой нужно было забрать со школы своего больного ребёнка. Мой отец предложил нанять временного сотрудника, но я заверил его, что справлюсь с работой. Основную часть времени я думал о том, что мне сделать для Скайлар, о том, как мне загладить свою вину за то, что вёл себя как козёл. Я до сих пор не пытался связаться с ней, но у меня появилась кое-какая идея. Около трёх часов дня в офис зашла пара, которую я никогда раньше не встречал. Она была маленькой, но с пышными формами, как и Скайлар, у неё была пышная копна вьющихся светло-каштановых волос и дружелюбная улыбка. Он был темноволосым, немного выше своей жены — я заметил, что они оба носили кольца — но, по правде говоря, он не был высоким парнем. Я задавался вопросом, беременна ли она, потому что как только они вошли в вестибюль, она опустилась в кресло и положила обе руки на живот. — Уф, — сказала она, закрывая глаза. — Ты в порядке? — спросил парень, положив руку под её подбородок. — Я могу отвезти тебя домой, Миа. Тебе не обязательно присутствовать на этой встрече. — Я в порядке, просто кружится голова. Мы уже здесь, так что давай покончим с этим. Он выпрямился и подошёл к стойке. — Привет. У нас встреча с Малкольмом Прайсом в три пятнадцать. Лукас Фурнье. Я заметил, что у него был лёгкий акцент. — Конечно. Я сообщу ему, что вы здесь. — Но после того, как я провозился со сложным телефоном за стойкой Лорен в попытке воспользоваться интеркомом, я сдался. — Ладно, забудьте об этом. Я просто схожу туда и скажу ему. — Благодарю. — Он улыбнулся, но быстро переключил своё внимание на жену. Я спустился по коридору и постучал в открытую дверь Малкольма. — Твои клиенты уже здесь. Фурнье? — О, верно. Чёрт. — Он отодвинулся от стола, на котором был полный беспорядок. Его неорганизованность сводила меня с ума. Как, чёрт возьми, он мог найти хоть что-нибудь в этой куче дерьма? — Мне нужна пара минут. Я встречусь с ними в конференц-зале. Ты можешь проводить их? — Конечно. — Огромное спасибо. — Он встал и поправил галстук перед тем, как собрать какие-то бумаги. Вернувшись назад, я увидел Лукаса Фурнье, который сидел рядом с женой, держа её руку в своей. — Малкольм скоро будет, — сказал я им. — Тем временем, я проведу вас в конференц-зал. Я — Себастьян, брат Малкольма. — Приятно познакомиться. — Лукас встал и пожал мне руку, прежде чем помочь своей жене медленно подняться с кресла. — Это моя жена, Миа. — Привет. — Она также пожала мне руку. — Извини, что моё лицо зеленоватое. Эта беременность убивает меня. — О. — Я не знал, что сказать. — Могу я вас поздравить? — попытался я. Она улыбнулась. — Безусловно. — Сюда, пожалуйста. — Я провёл их в конференц-зал, и принёс каждому по бутылке воды из холодильника на кухне. — Спасибо, — с благодарностью сказала Миа, откручивая пробку и жадно поглощая воду. — Мне всё время хочется пить. — Это из-за того, что ты слишком много работаешь, — ворчал её муж. Тем не менее, он был спокойным. — Тебе нужно нанять помощника. — Да, я знаю. Никак руки не доходят до этого. И я пока не нашла никого, кому можно доверять, ведь мне же нравится, когда всё сделано определенным образом. — Она снова запрокинула бутылку с водой и, вероятно, не увидела, как он закатывает глаза. — Да, я знаю. Но ты сказала, что наймёшь кого-нибудь к концу месяца, а если нет, то это сделаю я. — Чем вы занимаетесь? — спросил я из вежливости. — Мы владеем виноградниками «Абеляр», — ответил он, доставая бумажник и протягивая мне визитную карточку. — О, мило. — Я изучил карточку, и что-то щёлкнуло в моих мозгах. — Я слышал об этом. Несколько лет назад вы заменили другую винодельню, верно? — Да, и купили какую-то прилегающую к ней недвижимость, и поэтому мы здесь. Идут споры по поводу границы участка с соседней фермой, и мы уже засадили эту спорную территорию. — Лукас взглянул на свою жену. — Мы также расширяем наш дегустационный зал и расписание мероприятий на лето, поэтому сейчас нам нужно нанять больше помощников. Она проигнорировала его. — Могу ли я воспользоваться вашей ванной комнатой? — Конечно. — Я указал направление позади себя. — Она находится в конце коридора, слева. — Благодарю. — Она посмотрела на Лукаса. — Сейчас вернусь. Он наблюдал, как она уходит, покачивая головой. — Она только что была у врача. Это безумие. Я понятия не имел, что ответить. Какие подходящие комментарии я мог отпустить по поводу мочевого пузыря его жены? К счастью, он спас меня. — Это наш третий, и, казалось бы, что уже пора привыкнуть ко всему этому. — Ого. Трое. — Я никогда не представлял себя с детьми, и Диана не хотела детей, поэтому я не мог представить жизнь с одним ребёнком, не говоря уже о трёх. — Да, поэтому ей нужен помощник. Но она чертовски упрямая. — Он покачал головой. — Какая именно помощь нужна вашей жене? Я знаю кое-кого, кто был помощником менеджера дегустационного зала в «Риварде», но она хочет делать нечто большее. — Правда? — Лукас выглядел заинтересованным. — Чем она теперь занимается? — Сейчас она работает в «Дарлинг». Это кофейня её сестры. Но я знаю, что она хотела бы заняться чем-то другим. Он кивнул. — Я знаю это место. У них хорошие круассаны. — Вытащив свой бумажник снова, он дал мне ещё одну карточку. — Это визитка Миа. Передайте это ей, и пусть она позвонит Миа, чтобы назначить собеседование. — Он неуклюже улыбнулся. — Хотя моя жена такая придирчивая и угрюмая в эти дни, я едва ли хочу отправлять вашу подругу в логово льва. — Она сможет справиться с дурным настроением, — заверил я. — И я думаю, что вашей жене понравится Скайлар — она красива, умна, и усердно работает. Лукас ухмыльнулся. — Её фамилия Прайс? — Ах. Нет. — Кончики моих ушей горели. — Её фамилия Никсон. — Ну, чего же вы ждёте, Прайс? Женитесь на этой девушке. — Его ухмылка стала шире, прежде чем он снова запрокинул бутылку с водой. Я потёр заднюю часть шеи, которая также внезапно стала горячей. — Да, наверное, ещё слишком рано. У нас было только одно свидание. Миа вернулась в комнату, и увидев её, глаза Лукаса загорелись. — Иногда этого более, чем достаточно, — сказал он.
|
|||
|