Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





ФРЭНСИС КИНГ 5 страница



После посвящения Кроули спокойно вернулся в Лондон и обратился к мисс Крекнел, действующему секретарю «Иси­ды-Урании», желая получить у нее манускрипты, к которым он на тот момент уже имел доступ. Она сообщила, что манус­крипты будут высланы ему в надлежащее время. После корот­кого визита в Кембридж Кроули отправился в Боулескин (так назывался его особняк в Шотландии), прибыл туда 7 февраля и начал готовиться к осуществлению ряда операций, связан­ных с магией Абрамелина.

Для лондонских адептов посвящение Кроули явилось последней каплей, переполнившей чашу их терпения. Фло­ренс Фарр, которая еще раньше высказывалась за закрытие лондонского Храма, написала Матерсу письмо, в котором сообщала, что она отказывается быть его представителем в Лондоне, но будет исполнять свои обязанности до тех пор, пока ей не найдут замену. Матерс, полагая, что причиной всему по­служили интриги Уинна Уэсткотта, ответил письмом, содер­жание которого крайне удивило и, можно сказать, шокирова­ло получателя:

-А теперь, что касается Второго Ордена. Я с глу­бочайшим сожалением, основанном как на моем глу­боком уважении лично к вам, так и к вашим оккульт­ным достижениям, получил ваше заявление о желании покинуть пост моего представителя во Втором Ор­дене в Лондоне. Однако я не могу позволить вам внести раскол в ряды. Ордена. Тайно или открыто, вы играете на руку Sapere Aude, придерживаясь ошибоч­ного мнения в том, что он якобы получил, от G.H. Soror Dominabitur Astris ( Магический девиз Анны Шпренгель - леди, чей адрес был найден в зашифрованных манускриптах. Она же в должное время подписала под­линное разрешение на основание Храма «Исида-Урания».) конспект, в котором изложена де­ятельность Второго Ордена. Все это принуждает меня к предельной откровенности (и поймите меня правильно, я смогу доказать буквально каждое слово из того, что я сейчас здесь сообщу). И более того, слу­чись мне встретиться с SA., я скажу ему то же самое. Впрочем, ради сохранения Ордена и из-за обстоя­тельств, которые могли бы оказаться смертельным ударом по репутации SA., я прошу (по крайней мере, некоторое время) не разглашать этот секрет членам Ордена. Что же касается самого SA., то вы. вполне мо­жете показать ему это письмо, если сочтете это не­обходимым.

Он НИКОГДА не имел ни личного, ни письменного кон­такта с Тайными вождями Третьего Ордена. Он или сам подделал корреспонденцию между собой и Вождя­ми, или же это сделал для него кто-то другой. Я знал об этом, но никому не говорил т.к. все эти годы был связан обетом молчания, который он от меня потре­бовал, перед тем как сообщить мне о том, что он сде­лал, или был вынужден сделать, или то и другое вмес­те взятое. Из того малого, что я здесь изложил, вы должны сделать вывод, насколько серьезно это дело. И снова я вас прошу, как ради него, так и ради Орде­на, не вынуждать меня к дальнейшим действиям.

Несмотря на эти заявления, Матерс определенно верил в реальное существование Анны Шпренгель, так как в конце письма он сообщил, что виделся с ней в Париже. Леди, о ко­торой идет речь, в действительности была мадам Хорос, аван­тюристка довольно отталкивающего вида. От американцев, посвященных в Храм «Ахатор», она кое-что узнала о «Золотом Рассвете». Напомнив Матерсу детали его личного разго­вора с мадам Блаватской, состоявшегося много лет назад, ей удалось на некоторое время убедить последнего в том, что она настоящая Анна Шпренгель. Но Матерс распознал об­ман довольно быстро, и она, почувствовав скорое разобла­чение, украла некоторые его вещи и скрылась в Лондоне на Гувер-стрит, где провела несколько особенно отвратитель­ных псевдооккультных сексуальных ритуалов. В конечном итоге она была осуждена на каторжные работы.( В 9-й главе этой книги будет рассказано о самозваном «Золотом Рассвете», состряпанном этой женщиной.)

В течение нескольких дней Флоренс Фарр размышля­ла над письмом своего вождя. Затем отправила Уэсткотту письмо с просьбой дать объяснения по поводу обвинений Матерса в его адрес. Ответ Уэсткотта был на удивление спо­койным. Он отрицал обвинение в подлоге конспекта, но в качестве доказательства ничего не мог привести, так как свидетелей, которые могли что-то подтвердить, уже не было в живых.

К этому времени Флоренс Фарр ознакомила лондон­ских адептов с содержанием письма Матерса, и ими было принято решение до конца разобраться в этом деле. 3 мар­та был избран комитет из семи членов, который обратился к Брату SRMD с требованием предъявить доказательства, подтверждающие его обвинительное заявление.

Получив письмо с таким требованием, Матерс послал незамедлительный и гневный ответ. Он не стал что-либо доказывать, отказался признать лондонский Комитет и от­метил, что как вождь Второго Ордена он в ответе только перед Третьим Орденом. Вслед за этим Матерс уволил Флоренс Фарр с поста своего представителя в Лондоне (23 мар­та). На следующий день лондонские адепты в отправленном ему письме выразили свое открытое неповиновение. А 29 марта состоялось общее собрание Второго Ордена, на ко тором все члены Ордена, за исключением пятерых (Пять членов, оставшиеся верными Матерсу, были Брат Resurgam (д-р Берридж), Брат\/о1о Noscere (Д.С.Джонс), Сестра Perseverantia et Cura Quies (миссис Симпсон), Сестра Fidelis (мисс Элейн Симпсон) и, что довольно странно, Брат Non Sine Numine (полковник Уэббер). За ис­ключением Уэббера и Берриджа все они были личными друзьями Кроу­ли, хотя позже миссис Симпсон пришлось порвать с ним отношения на том основании, что он, будучи в астральном теле, часто посещал спаль­ню ее дочери Элейн. На это обвинение Кроули ответил, что никогда не делал ничего подобного, но поблагодарил за предоставление хорошей идеи, которой он непременно воспользуется и осуществит на практике!) прого­лосовали за отстранение Матерса от руководства и исклю­чение его из Ордена.( Согласно другому отчету, на этом собрании Матерс был только смещен со своего поста, а исключен лишь 19 апреля.) Реакцией Матерса на это решение было письмо, в ко­тором он угрожал повстанцам навлечь на них карательный магический ток:

...Я буду прямолинеен. Возможно ли устранить меня с поста Видимого Вождя нашего Ордена, само суще­ствование которого невозможно без моего на то согла­сия благодаря моим определенным магическим связям? Вы не добьетесь ничего кроме раскола, а неприятнос­ти будут преследовать вас до тех пор, пока вы не от­вратите суровую карму, такую же тяжкую, как проти­востояние потоку, насланному в конце столетия для обновления планеты. И в первый раз за все время мое­го пребывания в Ордене я обращусь к Великим Вож­дям с просьбой. Я попрошу их подготовить и напра­вить против мятежников карательный ток, и если они найдут это разумным, то так и сделают.

 

Тем временем, в конце марта Сестра Deo Date (миссис Доротея Хантер, одна из ясновидящих Ордена), по всей ви­димости вступившая в должность секретаря Храма «Исида-Урания», направила Кроули отказ в выдаче ему каких-либо манускриптов, мотивируя это тем, что «Исида-Урания» не признает его членства во Втором Ордене и уведомила его об исключении Матерса.

Кроули незамедлительно отправил в Париж письмо, предлагая свои услуги Матерсу. В то время он был почти что фанатичным его сторонником. Затем, проведя беспокойную ночь, во время которой ему приснилась женщина-тапир, обитавшая на острове, он выехал в Лондон, чтобы лично ра­зобраться в происходящем. Прибыв в Лондон, он нашел мало утешительного. Скиния Адептов была закрыта для него. Те из адептов, с кем ему удалось поговорить, были настроены до­вольно враждебно или выглядели подавленно. Его старый друг Джулиан Бейкер, например, был раздражен и сообщил, что Второй Орден не имеет никаких обязанностей перед фальсификатором и может продолжить работу самостоя­тельно, отбросив весь этот вздор, вроде документа 22 и ему подобных! Однако вскоре, получив письмо Матерса, в кото­ром тот извещал его о готовности принять помощь, Кроули прервал свой визит и срочно выехал в Париж, где 9 апреля состоялась беседа с Вождем. У Кроули уже был готов план, который, как он был уверен, приведет в чувства взбунтовав­шихся членов «Исиды-Урании». После продолжительной бе­седы Матерс выразил полное удовлетворение предложения­ми своего ученика. Приблизительно три дня спустя Кроули получил подробные инструкции о том, что он должен пред­принять в Лондоне. К ним прилагалось значительное маги­ческое объяснение. В указания Матерса входили:

Подробные списки новых вождей для «Исиды-Урании» - пятерых членов, оставшихся верными Матерсу, следова­ло вознаградить.

Инструкции по захвату помещений Ордена и Скинии

Адептов, причем только законными действиями.

Черновик нового ордера на владение лондонским Храмом, который Матерс - единственный, кто связан с Тай­ными вождями, - подпишет в нужный момент.

Инструкции по проведению беседы с каждым Адептом в отдельности и список вопросов, ответы на которые по­могли бы решить, исключить ли Адепта из Ордена или при­нять его в реконструированный Храм «Исиды-Урании».

Подробные магические советы, долженствующие, по мнению Матерса, обеспечить успех интервью с адептами. Например, над дверью должны быть начертаны символы Сатурна, чтобы «все, проходившие под ними, чувствовали страх возможного возмездия Сатурна».

Методы обращения с мадам Хорос, самозваной Анной Шпренгель, в случае встречи с ней.

Приезд Кроули в Лондон, где большинство лондонс­ких Адептов считало его (по словам У.Б.Йетса) совершенно безумным, вызвал тревогу среди повстанцев, и они даже прибегли к оккультной атаке против него, которая своими методами больше напоминала черную магию. Йетс описал эти оккультные нападки в письме своему сотоварищу по оккультным исследованиям, поэту А.Е. (Джорджу Расселу). По его словам, два или три мага Ордена убедили по теле­фону одну из любовниц Кроули оставить его. А два дня спу­стя она согласилась пойти в Скотланд-Ярд и дать показа­ния об «истязаниях и средневековом варварстве» своего бывшего любовника.

В своем дневнике Кроули дает другую характеристику этой магической атаке. Он пишет, что его Роза-Крест поблек, резиновый плащ внезапно загорелся, а «утром я себя ужасно чувствовал и без всякой видимой причины был раздражен. По крайней мере, раз пять лошади проезжающих экипажей, завидев меня, вздрагивали и, чуть было не сбив, неслись га­лопом». Должно быть, Кроули решил, что причиной его не­приятностей является Брат De Profundis ad Lucem (Ф.Л.Гарднер) и поэтому навлек на него гнев Тифона-Сета, но, оче­видно, неудачно, так как это никак на последнем не сказа­лось. Ввиду того, что никто из бунтовщиков не проявил ни

малейшего желания беседовать с Кроули, он решился на бо­лее жесткие методы. Наняв нескольких вышибал из бара на площади Лестер, он захватил Скинию. Члены Второго Орде­на прибегли к помощи муниципальной полиции, которая выгнала незваных гостей. В качестве неплохой ответной меры им удалось уговорить одного из кредиторов Кроули наложить арест на его имущество. В конечном итоге Кроули устал от борьбы и оставил Второй Орден в покое.

Тем временем Матерс в Париже не сидел сложа руки. Он произвел магическую операцию, связанную с примене­нием сухого гороха. Каждой горошине он присвоил магическое имя одного из бунтовщиков. Затем с помощью ма­гической формулы он вызвал демонов Вельзевула и Тифо­на-Сета и, встряхивая сушеный горох на сите, призывал их обрушить свое злое могущество на его врагов так, чтобы по­сеять между ними раздор и постоянное беспокойство. Если формулу «Post Hoc Propter Hoc» (лат. «то, что после этого, следовательно из-за этого») признать справедливой, то дан­ное заклятие было одним из самых успешных за все время борьбы между Матерсом и членами Второго Ордена, по­скольку (как мы увидим далее) вскоре после него в некогда дружных рядах повстанцев поднялась волна острейших раз­ногласий.

 

Глава 8

МИСС ХОРНИМАН ОБЕСПОКОЕНА

Вскоре после объявления о независимости Второго Ордена в качестве временного органа правления, до при­нятия постоянной конституции, был избран Совет, который по предложению У.Б.Йетса, решил вновь принять в члены Ордена мисс Хорниман и назначить ее секретарем. Это ре­шение было неосмотрительным. Дело в том, что мисс Хор­ниман обладала довольно тяжелым характером, с ней было очень трудно найти общий язык. Об этом свидетельствует и данное ей непочтительное прозвище «Пусси». По всей ви­димости, она была просто не способна к тактичному отно­шению со своими товарищами по Ордену.

Вступив в должность, новый секретарь был в шоке, обнаружив значительное количество серьезных нарушений и неточностей в записях о приеме новых членов в Орден, в отчетах об экзаменах, а также в именном списке членов Ордена. Еще больше ее поразило то, что с тех пор, как Фло­ренс Фарр 1 апреля 1897г. приняла на себя руководство «Исидой-Уранией», внутри Ордена практически перестала существовать система экзаменов.

С большим усердием Анни Хорниман начала приво­дить в порядок документацию. Но, как она утверждала, в этой работе она встретила умышленное сопротивление со стороны Флоренс Фарр, которая к этому времени уже была председателем совета Ордена. На указанные ошиб­ки Флоренс Фарр отвечала, что мисс Хорниман сама ви­новата в испытываемых сейчас ею трудностях - «вместо того чтобы выслать экзаменационную книгу (...) она по­сылала (...) отдельные письма по каждому требуемому воп­росу». Недовольная председатель совета жаловалась, что в сентябре 1900г. «ей даже пришлось в четырех отдельных случаях искать в книгах информацию, которую можно было легко найти в любом именном справочнике или в адресной книге». Так или иначе, но мисс Хорниман не могла согласиться с тем, что только она одна виновна в трудностях, которые ей приходилось преодолевать, и приписывала все свои несчастья существованию тайных групп внутри Ордена.

Однако еще в 1897г. Матерс узаконил существование этих групп в рамках тайного общества. Руководствуясь этим разрешением, Брат Sub Spe (Дж.В.Броуди-Иннес) из Храма «Амон-Ра» и Флоренс Фарр сформировали свои отдельные группы. Группа Флоренс Фарр, после слияния с группой, которой управлял Уэсткотт до своего ухода из Ордена, стала довольно многочисленной.

Как упоминалось выше, общество Флоренс Фарр было известно как «Сфера». Его члены, помимо основной работы, входившей в программу Второго Ордена, также пытались получить более продвинутое знание от Третьего Ордена, главным образом, путем установления с ним контактов на астральном плане. Кроме того, каждый член груп пы отождествлял себя с определенной сефирой каббалис­тического Древа Жизни. С помощью особого вида медита­ции предпринимались попытки создать сферическую про­екцию Древа с коллективной аурой всей группы как одним целым.(Также предпринимались попытки проводить астральные исследо­вания различных аспектов символики Ордена. Примеры такой работы на астральном плане содержатся в Приложении В.)

В начале 1901г. из Ирландии вернулся Йетс. Анни Хорниман попыталась привлечь его к действиям, направ­ленным против групп в целом и особенно против «Сфе­ры». Йетс не мог отказать, так как с мисс Хорниман он был в близких отношениях, которые к тому же осложня­лись тем, что она оказывала финансовую помощь в его литературной и драматической работе.(Йетс в некоторой степени разрывался между силами Плутона (Бог денег) и Эроса, т.к. Флоренс Фарр одно время была его любовницей.) В результате он обратился к Флоренс Фарр с просьбой ознакомить всех Младших адептов-теоретиков с деятельностью членов «Сферы» и позволить всем теоретикам, желающим зани­маться такой работой, присоединиться к группе. Флоренс Фарр согласилась на это предложение, но в то же время заявила о своем намерении попросить Совет, чтобы он на очередном своем собрании, которое состоится 1 февра­ля 1901г., объявил о том, что небольшие секретные груп­пы находятся в соответствии с тайной традицией и пред­ставляют собой ценность для духовной жизни Ордена. Кроме того, она была полна решимости на следующем общем собрании Второго Ордена поставить вопрос о ле­гализации и официальном утверждении «Сферы» и подоб­ных обществ.

На состоявшемся собрании Совета большинством го­лосов была принята резолюция Флоренс Фарр. Еще перед собранием М.У.Блэкден и Р.Палмер Томас выдвинули довольно дельное предложение, заключающиеся в том, что на сле­дующих выборах в Совет Ордена для правильного подсче­та голосов к мисс Хорниман следует добавить еще двоих наблюдателей. Узнав об этом, Йетс разразился неоправдан­ным гневом. Несмотря на то, что такое предложение было значительно смягченно с целью прийти к компромиссно­му решению, он считал, что такая резолюция не только не примиряет обе стороны, но и что сам факт ее выдвижения представляется попыткой навлечь на мисс Хорниман нео­боснованные подозрения. Йетс потребовал от выдвинувших это предложение немедленно извиниться перед ней. Блэкден извинился, вероятно надеясь, что этот жест поможет создать более мирную атмосферу внутри Ордена. Но Палмер Томас категорически отказался. Йетс отреагировал на это тем, что временно отстранил его от обязанностей Суб­императора - до тех пор, пока не будут принесены требуе­мые извинения.

Вскоре после этих скандалов мисс Хорниман заявила о своем намерении оставить пост секретаря. А Йетс распро­странил среди всех адептов Второго Ордена письмо, в ко­тором обвинял самостоятельные группы в разрушительном влиянии и защищал своего патрона от якобы необоснован­ных обвинений Роберта Палмера, а также посмеивался над последним, утверждая, что тот даже не освятил свои инст­рументы. (Имеются в виду четыре элементальных орудия - пантакль, скипетр, чаша и кинжал, а также лотосовидный жезл. Все эти принадлежности каждый Младший Адепт дол­жен был сделать и освятить лично.)

Р. Палмер Томас на это ответил следующим образом:

Ма Wahanu (Девиз Блэкдена, предположительно египетского происхождения. Блэкден уделял много времени египтологическим исследованиям. Со­гласно его теории, некоторые части так называемой «Книги Мертвых» фактически представляют собой посвятительный ритуал. Блэкден раз­работал версию некоторых частей «Книги Мертвых», которая в конеч­ном итоге была опубликована Розенкрейцерским обществом Англии.) и я точно определили, что наше пред­ложение не имело личного характера и, будучи полно стью объективным, представляло собой просто попыт­ку таким образом провести голосование, чтобы реше­ние принималось как можно большим количеством го­лосов, ввиду того, что Совет избирался впервые. Одна­ко наши старания не увенчались успехом. Уваж. Бр. D.E.D.I. настаивал на том, что наше предложение зак­лючало в себе подозрение, когда на самом деле только он один и выявил его - по отношению к Совету. В ка­честве компромисса мы существенно смягчили выдви­нутое нами предложение при условии, что те, кто смо­жет присутствовать на общем собрании в марте, могли бы голосовать обычным путем.

Вот следующие утверждения Уваж. Бр. D.E.D.I., рас­смотренные мной:

а) Что я один в ответе за проект голосования, выд­винутый Ма Wahanu. Это не так.

б) Что мои действия привели к тому, что Уваж. Сест. F. et R.(Мисс Хорниман) приняла решение уйти в отставку. Это не так. Мне известно, что Sor. выразила такое желание гораз­до раньше.

с) Что я не освятил свои инструменты. Довольно труд­но понять, какое это имеет отношение к разбираемому делу или как вообще была получена такая информация. Тем не менее это в равной степени также не верно.

д) Что я для смелости заручился поддержкой неких Иерархов. Я в самом деле не в состоянии понять, что под этим подразумевается. Выступая в поддержку ре­золюции Ма Wahanu, я и не думал полагаться на что-либо, кроме здравого смысла членов Совета.

Что касается незаконной попытки сместить меня с поста Вице-императора, то здесь мне остается лишь на­деяться, что к этому вопросу отнесутся как к примеру тирании, которую мы стремимся сделать невозможной в нашем Ордене.

Лично у меня нет большого желания как занимать высокий пост, так и иметь влияние в Ордене, хотя, вполне естественно, мне доставляет большое удоволь­ствие сознавать, что многие из моих Братьев и Сестер были настолько уверены во мне и моих способностях, что присудили мне высокие должности.

Полное достоинства заявление Lucem Spero было принято в качестве «Заявления большинства Совета», ко­торое, в свою очередь, пошло в обращение среди членов всего Второго Ордена. Как будет видно из выдержек это­го заявления, в нем содержались убедительные высказы­вания в защиту уместности самостоятельных групп и в равной степени такие же серьезные нападки на Йетса и мисс Хорниман:

Любой опытный оккультист скажет вам, что никакая магическая работа не может быть выполнена эффективно, если количество ее участников слишком вели­ко, и что во все времена секретность была необходи­мым условием такой работы. Таким образом, секретные группы не противоречат тайной традиции, а поддер­живаются ею (...) мы считаем, что для полноценной жизни Ордена необходимо поощрять его членов про­водить свои исследования свободно и максимально использовать уже приобретенное знание в качестве базы для дальнейшего развития. Мы считаем, что клятвa верности братству должна оградить его членов от подозрений и критики, исходящих от тех членов, которые не участвуют в их работе. Те из нас, кто принад­лежит к группе «Сфера», таким образом отрицаем (...) что наша работа противоречит учению и методам Ордена. Начиная с ноября Fortiter буквально преследует всех тех, кого подозревает в принадлежности к группе «Сфера». Причем, всеми доступными способами, таки­ми как личная беседа, письма и лекции, она стремится доказать, что эта группа является разрушительной си­лой. Такое обвинение просто абсурдно, ввиду того, что группа существует уже три года и за это время как до, так и во время Революции, ее члены преданно служи­ли и служат Ордену.

...Fortiter заявила, что их группа ответственна за учиненный ею скандал и за подозрения в ее адрес. Так и потенциальный убийца мог бы в свое оправдание заявить, что не родись его жертва, он бы и не пытался ее убить.

. Из ваших же опубликованных документов вы зна­ете, как много Брат D.E.D.I сделал для вас во время Ре­волюции, и с тех пор на каждом собрании мы видим, что он говорит больше, чем все члены вместе взятые. То высокое положение, которое он занимает среди нас, возникло благодаря его длительному участию в Ордене, оригинальности его взглядов на оккультные теории и способности ясно их излагать - но отнюдь не благодаря его познаниям в делах и методах Орде­на... И он навсегда потерял наше уважение из-за сво­ей недавней вопиющей дерзости, перед которой блекнет вся тирания нашего недавнего парижского вождя. Как Император, не попытавшись даже посо­ветоваться с Премонстратрессой или Канцелярией, он потребовал увольнения вице-премьера «Исиды-Урании» всего лишь потому, что в Совете они имели разные мнения.

Накануне важного общего собрания, назначенного нa 26 февраля, которое должно было определить судьбу некоторых членов Ордена, Йетс предпринял отчаянную

попытку привлечь на свою сторону решающее большин­ство. Он распространил во Втором Ордене еще два пись­ма и памфлет. Если памфлет Йетса («Должен ли Орден R.R. et A.C. оставаться тайным орденом») был написан доста­точно трезво, то в своем полном паники письме от 21 февраля он использовал такой экстравагантный язык, что его содержание явно не способствовало приобретению поддержки членов общества, на которую он так рассчи­тывал. Среди самых невероятных утверждений в письме также предполагалось, что легализация отдельных групп позволит членам любой из них провести, если они того пожелают, ведьмовской шабаш на пороге склепа Христи­ана Розенкрейца.

На общем собрании большинством голосов была при­нята следующая резолюция, предложенная Блэкденом:

Если мы желаем сохранить свободу и прогресс как для отдельных членов, так и для всего Ордена в целом - а прогресс невозможен без свободы - необходимо, чтобы все члены Второго Ордена имели бесспорное право в своем мистическом развитии использовать те способы и методы, которые, как они полагают, наи­более соответствуют их наклонностям и отвечают их потребностям; кроме того, необходимо предоставить им полную свободу объединяться со своими едино­мышленниками в группы и кружки с целью успешно­го изучения соответствующих предметов, причем та­ким образом, который они считают наиболее пра­вильным и подходящим их сознанию; также необхо­димо оградить их от нежелательного вмешательства в их работу любого члена, независимо от его степени посвящения и стажа работы в Ордене; и такое решение полностью соответствует духу и традициям наше­го Ордена, в котором всегда поощрялось индивиду­альное развитие и всегда осуждалось вмешательство одного или многих членов в личные дела как мисти­ческого, так и иного характера, любого другого члена братства.( Ввиду столь длинного предложения желательно уточнить, что Генри Джеймс никогда не был членом Ордена!)

Еще до принятия резолюции члены собрания откло­нили поправки Йетса и Дж-В.Броуди-Иннеса. Р.Палмер То­мас вновь был избран на пост Субимператора. Йетс немед­ленно отказался от должности Императора «Исиды-Ура-нии». Однако и Йетс, и мисс Хорниман оставались на сво­их постах, пока спустя некоторое время сами не покину­ли Орден.

*

Глава 9

САМОЗВАНЫЙ «ЗОЛОТОЙ РАССВЕТ»

Осенью 1901г. на «Золотой Рассвет» обрушилась вол­на общественного порицания, возникшая в результате дела Тео Хороса, обвиненного в изнасиловании. Тео Хорос был мужем самозванки, которая 18-ю месяцами раньше обма­нула Матерса, выдав себя за Анну Шпренгель. Теперь же ма­дам Хорос сама была обвинена в подстрекательстве к изна­силованию и соучастии в нем.

Супруги Хорос производили неприятное впечатление - она была невообразимо толстой, а он - необыкновенно тощим. И каждый из них имел в равной степени неприятное прошлое. Мадам утверждала, что родилась в 1854г. Отец был немцем, а мать испанкой. Их дочь была не по годам развитым ребенком и в 1866г., когда ей было только 12 лет, она (если верить ее утверждениям) основала американское религиозное движение, известное как Корешанский Союз. В 1871г. она вышла замуж за некоего Мессана, но их брак длился недолго, поскольку в 1879г. она снова вышла замуж, на этот раз за генерала Дис де Бара, с кото­рым развелась «в 1884 или 1885 году в каком-то западном штате». Странно, что она так смутно помнила дату и мес­то развода - ведь добрый генерал выплачивал ей денеж­ное содержание не менее $14000 в год! Но, как представ­ляется, эта значительная сумма выплачивалась нерегуляр­но, или же она была недостаточна для ее нужд. Иначе, как можно объяснить тот факт, что в 1888г. она отсидела шесть месяцев в тюрьме за мошенничество (в результате которо­го едва не стала хозяйкой дома на Мэдисон-авеню, при­надлежавшего м-ру Лютеру Маршу). Вскоре после осво­бождения она снова попала в тюрьму, теперь уже сроком на два года, за воровство в штате Иллинойс. В дальнейшем ее доход увеличивался, по-видимому, только за счет меди­умической практики. Она выдавала себя за медиума и проводила шарлатанские спиритические сеансы. «Пылаю­щая звезда», официальный орган Корешанского Союза, охарактеризовал ее как «откровенную шарлатанку в сфе­ре спиритизма» и «хитрейшую и неисправимейшую мо­шенницу всех времен». Похоже, что, как и остальные чле­ны, автор этого обвинения находился в неведении, что именно мадам Хорос основала их движение.

«Тео Хорос», чье настоящее имя было Франк Джексон, встретил свою будущую жену в 1898г. В то время он был членом Корешанского Союза, ему даже удалось получить должность казначея. Но ему пришлось оставить свой пост после того, как он столкнулся с трудностями при попытке подвести баланс в своих казначейских книгах.

Похоже, что на преподобного отца Бекера, протестан­тского священника, совершавшего обряд бракосочетания этой пары, произвела сильное впечатление важность его клиентов. В брачном свидетельстве говорилось:

«Настоящим удостоверяется, что м-р Франк Д Джек­сон де Пондюлак, штат Висконсин, и принцесса Эдит Лолета, баронесса Розенталь, графство Ландсфельдт, Флоренция, Италия, мною соединяются священными узами брака согласно Божьей воле и законом штата Луизиана в Нью- Орлеане 13 ноября в лето от Р.Х. 1898».

Спустя 11 месяцев счастливые молодожены обоснова­лись в Глен Эко (пригороде Вашингтона). Здесь они позна­комились с вдовой Мэри Эвелин Адаме. Она была врачом и

обычно ее называли доктор Роза Адаме.

К счастью для супругов, она оказалась для них легкой добычей. Мадам Хорос объявила, что ей и Тео предназначе­но нести Божественную миссию. Тео, оказывается, был новой инкарнацией Иисуса Христа, в то время как она, Свами, (как мадам Хорос стала себя называть) была не кем иным как Божьей Матерью! Они пытались посвятить доверчивую женщину в теологию Теократического единства - так Сва­ми и ее муж назвали свое новое движение. Как выяснилось, их учение было довольно сложным. Так, например, Тео не только воплощал в себе Христа, но и каким-то мистичес­ким образом был женским божеством. И хотя временно он пребывал в мужском теле, однажды ему предстояло демате­риализоваться и появиться в облике необыкновенно прекрасной женщины.

Перспектива такого маловероятного события, по-ви­димому, прельстила восхищенную Розу Адаме. Прочитав Нагорную проповедь и прослушав, как мадам Хорос цити­ровала 12 главу Апокалипсиса и девятый стих третьей гла­вы Послания св. Иоанна, она поспешила в Вашингтонский Сберегательный банк, сняла там все свои деньги и отдала их Тео. После этого пожертвования с ней обращались, по ее собственным словам, как с настоящей рабыней.

В конце 1899г. чета Хорос в сопровождении Розы Адаме и других членов Теократического единства отпра­вилась в Европу. После краткого и бесплодного пребывания в Лондоне они перебрались в Париж, где, как уже упо­миналось в 7-й главе, познакомились с Матерсом.

Матерс поведал о своих взаимоотношениях с этой па­рой в письме, направленном в спиритический журнал «Свет»:



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.