Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Послесловие автора 5 страница



Менее чем через двадцать секунд она была уже на пятом этаже – там лестница закончилась. Слева было громадное окно.

Здесь у нее должно быть несколько секунд, чтобы занять позицию для стрельбы, оставаясь незамеченной Бегемотом.

Синон приложила «Гекату II» к плечу и выглянула в окно.

Внезапно все ее поле зрения залил красный свет.

Стоящий в нескольких десятках метров под ней Бегемот поднял свой «Миниган» почти вертикально и целился в Синон. Он ее раскусил. Ее мысли, ее план – он прочел все.

Времени отступить или залечь не оставалось.

Вот это сила. Он – настоящий игрок в GGO. Нет – настоящий солдат.

Но именно такого врага Синон желала убить. Убить его. Она просто должна его убить.

Она не колебалась. Не принимая позу для снайперской стрельбы, она оттолкнулась правой ногой от подоконника и выпрыгнула из окна.

В тот же миг снизу обжигающим языком метнулась белая вспышка. Удар!! От левой ноги Синон по всему ее телу разошлось сотрясение. Голень ее аватара отлетела в сторону, и хит‑ пойнты Синон прилично упали.

Но она была еще жива. Она пролетела мимо линии огня Бегемота и затанцевала в воздухе. Сейчас она была прямо над внушительной фигурой Бегемота.

 

 

Вероятно, он собирался стрелять в нее, пока у него остаются патроны, – он попятился, пытаясь удержать Синон в прицеле. Но он не доставал. «Миниган», держащийся на направляющей у него на спине, не мог стрелять прямо в зенит.

Падая, Синон поднесла «Гекату II» к плечу и заглянула в прицел.

Все поле зрения заполнило круглое лицо Бегемота. От его обычной улыбки не осталось и следа. Рот исказился в оскале, глаза горели удивлением и гневом.

Синон еле ощутила, как двинулись ее собственные губы.

На ее лице появилась улыбка. Яростная, холодная, бессердечная улыбка.

В воздухе, конечно, ей не хватало устойчивости, чтобы стрелять далеко, но здесь‑ то все было совсем рядом. Когда дуло винтовки оказалось в метре от головы Бегемота, зеленый Круг пули стянулся в точку прямо посреди вражеского лица.

– Конец! – прошептала она и спустила курок.

От движения пальца богини царства мертвых здесь, в царстве живых, пуля прочертила линию подобно копью.

Копье проделало здоровенную дыру в голове и туловище Бегемота и зарылось в землю.

Затем, когда взрывоподобный рев стих, гигантская туша Бегемота рассыпалась и испарилась.

 

 

Глава 4

 

Едва она вышла за ворота школы, как в лицо ей ударил сухой холодный ветер.

Сино Асада остановилась и туже обмотала вокруг шеи белый шарф.

Со спрятанными за линзами очков глазами и до половины укутанным в шарф лицом она зашагала вновь. Она быстро шла по усыпанному палой листвой тротуару. Из самой глубины груди вырвался тихий вздох.

…Из 608 дней, которые ей предстояло отучиться в старшей школе, 156 уже позади.

Больше четверти. При этой мысли она пошатнулась под тяжестью суровой жизни, давившей на нее так долго. Впрочем, если сюда добавить и среднюю школу, то получится, что уже 60% дней остались в прошлом. Когда‑ нибудь это кончится… когда‑ нибудь это кончится. Она повторяла эти слова, точно мантру.

Конечно, хотя она и ждала с нетерпением дня выпуска, это вовсе не значило, что она хотела чем‑ то конкретным заняться после школы или кем‑ то стать. Все проще: сейчас ее заставляли принадлежать к социуму под названием «ученики старшей школы»; и от этой принадлежности она хотела избавиться.

День за днем ходить в этот дурдом, слушать полусонных преподов, делать упражнения и прочие вещи по соседству с кучкой людей, которые едва ли хоть как‑ то изменились с самого детства. Есть ли хоть капля смысла во всем этом? Сино действительно не понимала. Изредка – очень изредка – попадались учителя, в уроках которых она находила какой‑ то смысл, и ученики, достойные уважения. Но сколь‑ нибудь важными ни те, ни другие для Сино все равно не были.

Сино сказала как‑ то своим бабушке с дедушкой, являющимся ныне ее опекунами, что сразу после средней школы хочет работать или поступить в профтехучилище, а не в старшую школу. Тогда ее старомодный дедуля весь побагровел от гнева, а бабуля вся расплакалась, твердя, что хочет, чтобы Сино как хорошая девочка пошла в достойную школу и вышла замуж в достойную семью, иначе она не сможет извиниться перед отцом Сино. И в результате у Сино не осталось выбора, кроме как учиться изо всех сил и поступить в сравнительно известную старшую школу аж в Токио. Однако, едва придя в школу и оглядевшись, Сино была удивлена: все здесь было по сути таким же, как в муниципальной школе ее прежнего городка.

В конечном итоге Сино, как и во время своего пребывания в средней школе, лишь отсчитывала оставшиеся дни всякий раз, когда выходила за школьные ворота.

 

Сино жила одна в квартире, расположенной на полпути от школы до железнодорожной станции. Квартира была площадью всего в шесть татами, не больше, чем кухни в нормальных домах, но симпатичная и рядом с торговым кварталом.

В полчетвертого дня народу в торговом квартале все еще было немного.

Для начала Сино пробежалась глазами по полкам книжного. Там была новая книга ее любимого автора, но в твердом переплете, поэтому Сино сдержалась и вышла из магазина. Если она закажет книгу онлайн, то примерно через месяц сможет взять ее в городской библиотеке.

Потом она зашла в магазин канцтоваров, чтобы купить ластик и тетрадь в клетку. Проверив, сколько денег у нее осталось в кошельке, она направилась в расположенный посреди квартала супермаркет; одновременно она стала прикидывать, что бы приготовить на ужин. Разумеется, ужины Сино были просты и неизысканны. Главное, чтобы сошелся баланс питательных веществ, калорий и цены – вкус и внешний вид вторичны.

Размышляя, не сделать ли суп с морковью и сельдереем и котлету из тофу[16], она прошла мимо игрового центра, расположенного рядом с супермаркетом.

– А‑ са‑ да… – позвали ее из узенького проулка между двумя зданиями.

Машинально отпрянув, Сино затем медленно развернулась на 90 градусов вправо.

В проулке стояли три школьницы; их форма была точно такая же, как у Сино, если не считать заметной разницы в длине юбки. Одна из них, сидя на корточках, что‑ то делала со своим мобильником. Две другие стояли, прислонясь к стене супермаркета, и с улыбками смотрели на Сино.

Увидев, что Сино стоит молча, одна из двух стоящих высокомерно дернула подбородком.

– Поди сюда.

Сино, однако, не двинулась с места, лишь тихо спросила:

– …Что надо?

Тут к ней подошла другая и грубо схватила Сино за правое запястье.

– Неважно, пошли, – и потащила Сино, прежде чем та успела что‑ либо ответить.

Сино утянули в проулок, который из торгового квартала просматривался плохо. Сидящая на корточках школьница подняла на нее глаза. Это была заводила всей троицы, девушка по имени Эндо. Ее глаза, подведенные черным карандашом, и остренький подбородок создавали впечатление какого‑ то хищного насекомого.

Изогнув блестящие губы в улыбку, Эндо сказала:

– Прости, Асада. Мы столько пели в караоке, и у нас не осталось денег на поезд до дома. Мы тебе завтра вернем, так что сейчас одолжи?

Она подняла палец. Это означало не 100, не 1000, но 10000 иен.

Они «много пели» – но уроки закончились менее 20 минут назад; у всех трех на поезд были абонементы; и вообще, зачем 10000 иен всего лишь на поезд? Сино мгновенно выстроила у себя в мозгу цепочку логических противоречий, но озвучивать свои мысли не стала.

Уже второй раз эта троица тупо требует у нее деньги. В первый раз она отказала, заявив, что денег при себе у нее нет.

Решив, что во второй раз тот же трюк едва ли сработает, Сино ответила:

– У меня нет столько.

Улыбка Эндо на мгновение пропала, но тут же появилась вновь.

– Тогда пойди сними.

– …

Сино молча направилась к торговому кварталу. Вряд ли они пойдут за ней в банк, где их могут увидеть. «Неужели найдется тупица, который вернется, когда может просто взять и уйти», – мелькнуло у нее в голове, и тут же Эндо продолжила:

– Сумку свою оставь. И кошелек. Тебе ведь только карточка понадобится, правда?

Сино остановилась и обернулась. Губы Эндо по‑ прежнему изгибались в улыбке, но два прищуренных глаза горели – как у кошки, играющейся с добычей.

Эти три девушки – когда‑ то Сино считала их своими подругами. Вспомнив это, она в который раз обругала себя за глупость.

 

Переехав из провинции, Сино оставила всех, кого знала. И в старшей школе у нее не было ничего общего с одноклассниками, никаких общих интересов; так что она целыми днями молчала. Эндо и ее подруги подошли к ней первыми.

Они пригласили ее вместе пообедать; и затем они вчетвером частенько забегали в рестораны фаст‑ фуда после школы. Сино в основном лишь слушала их разговоры. Иногда то, что они говорили, было ей невыносимо, но все равно она была счастлива. Эндо и компания были первыми за долгое время подругами Сино, ничего не знающими о «том происшествии». Она верила, что в этой школе она сможет стать нормальной ученицей… Правда открылась Сино намного позже. Эта троица подошла к ней лишь после того, как они узнали ее адрес и догадались, что она живет одна.

«Можно мы зайдем к тебе поиграть? » Когда они в первый раз ее попросили, Сино согласилась не раздумывая. Эндо и ее подруги в окружении горы закусок расхваливали квартирку Сино и трепались, пока не стемнело.

И на следующий день они пришли к Сино, и потом, и так день за днем.

Вскоре они начали пользоваться комнатой Сино, чтобы там переодеваться в повседневную одежду и затем ехать куда‑ то на поезде развлекаться. Однажды они оставили свои вещи в комнате Сино, и с тех пор их одежда стала скапливаться в ее маленьком гардеробе.

Туфли. Сумки, Косметика. Вещей Эндо и ее подруг становилось все больше и больше. К началу мая они, уходя развлекаться, постоянно возвращались пьяными, а потом даже оставались на ночь.

В какой‑ то момент Сино робко пожаловалась, что они приходят слишком часто, и у нее из‑ за этого могут возникнуть проблемы с учебой.

Эндо ответила: «Мы же подруги, верно? » А на следующий день они потребовали запасной ключ.

Наконец пришла последняя суббота мая.

Вернувшись из библиотеки, Сино стояла перед собственной дверью. Из ее комнаты доносились громкие голоса и смех. И голоса принадлежали не только Эндо и ее подругам.

Затаив дыхание, Сино прислушалась. Сама мысль о том, чтобы подслушивать, что творится в ее собственной комнате, казалась абсурдной, Сино не хотелось этого делать. Но она ясно слышала смех нескольких мужчин.

В ее комнате были незнакомые ей мужчины. При этой мысли Сино съежилась от страха. А затем ей овладела ярость. Наконец она поняла правду.

Спустившись по лестнице, она по мобильнику вызвала полицию. Приехавший на вызов офицер был явно озадачен показаниями обеих сторон, но Сино продолжала упорно повторять: «Я не знаю этих людей».

– Пока что вам придется проехать в участок, – сказал полицейской Эндо; та смерила Сино испепеляющим взглядом.

– Пфф, ну ладно, – ответила Эндо, собрала свои вещи и вышла из комнаты.

 

Месть последовала незамедлительно.

Применив дьяволоподобные детективные способности, не свойственные прежде ее компании, Эндо разнюхала, почему Сино жила одна: пять лет назад в провинциальной префектуре она была вовлечена в «происшествие», о котором даже в Интернете уже почти все забыли. О ее прошлом стало известно всей школе. Число учеников, желающих общаться с Сино, мгновенно упало до нуля, и даже учителя старались не смотреть на нее прямо.

Все вернулось к тому же состоянию, что было в средней школе.

Но Сино считала, что это и к лучшему.

Ее слабость – желание завести друзей – ослепила ее. Спасти человека не может никто, кроме него самого. У нее не было выбора, кроме как самой стать сильнее, самой избавиться от ран, оставленных «тем происшествием». Друзья для этого были не нужны. Скорее уж нужны были враги. Враги, с которыми можно сражаться, – врагами были все вокруг нее.

Сглотнув, Сино сделала глубокий вдох и взглянула Эндо прямо в глаза.

В этих прищуренных глазах плескался опасный свет. От улыбки не осталось и следа. Эндо тихо произнесла:

– Чего еще? Вали давай побыстрее.

– Не хочу.

– …Эээ?

– Не хочу. Я не собираюсь одалживать вам деньги, – ответила Сино, не отводя взгляда.

Столь твердый отказ наверняка вызовет еще большую злобу и враждебность. Сино это знала, но выполнять их приказы все равно не собиралась. Послушаться их – значило сбежать, предать ту слабую решимость, которая у нее оставалось; этого она делать не хотела. Не из‑ за Эндо – просто она не хотела показывать самой себе свою слабость. Чтобы стать сильнее, она прожила последние пять лет, думая так. Если она сейчас поддастся, те усилия пойдут прахом.

– Ах ты сучка… не смей смотреть на меня, как на дерьмо.

Эндо шагнула вперед, мигнув правым глазом. Две других тут же встали позади Сино, окружив ее плотным кольцом.

– …Мне пора идти, подвиньтесь, – тихо проговорила Сино. Неважно, сколько они будут ей угрожать, – у Эндо кишка тонка перейти к реальным действиям. Дома эти девушки были вполне обычными, послушными детьми. Они должны были давно уже усвоить, что доводить дело до вмешательства полиции нельзя.

Но.

Эндо прекрасно знала слабое место Сино – ее беззащитную сторону.

Губы насмешливо искривились, заблестев еще ярче.

Эндо медленно подняла правый кулак и нацелила его в переносицу Сино. Затем высвободила из кулака большой и указательный пальцы, по‑ детски изобразив «пистолетик». Глупый детский жест.

Однако от одного этого жеста все тело Сино обдало холодом.

Ноги постепенно лишились сил. Центр тяжести, казалось, был где‑ то далеко‑ далеко. Проулок лишился цветов, стал серым – цвет остался лишь у указательного пальца Эндо перед ее лицом. Сино не могла отвести глаз от блестящего длинного ногтя этого пальца. Сердце понеслось вскачь, в ушах зазвенело, этот звон был все выше и выше…

– Бах! – неожиданно выкрикнула Эндо. И практически мгновенно из глотки Сино вырвался душераздирающий вопль. Сино не могла остановить дрожь, шедшую из самых глубин ее тела.

– Пфффт… эй, Асада. – все еще держа палец возле ее переносицы, Эндо заговорила смеющимся голосом. – Знаешь, у моего старшего братца есть куча моделек стволов. Я их как‑ нибудь тебе покажу в школе. Ты ведь их любишь, пистолеты, да?

– …

Язык Сино не слушался, он лишь дрожал в пересохшем рту.

Сино дергаными движениями замотала головой. Если в школе ей внезапно покажут реплику настоящего оружия, она, скорее всего, свалится в обморок тут же, на месте. От одной лишь мысли об этом ее желудок стиснуло, и она согнулась.

– Эй, эй, не вздумай блевать, Асада…

Снова эти смеющиеся голоса позади нее.

– Но когда ты начнешь блевать и свалишься в обморок посреди урока мировой истории, потом тебе придется туго, да.

– Кстати, я слышала, что старики, когда напьются, часто блюют.

Взрыв хохота.

Я хочу сбежать. Хорошо бы я могла убежать. Но не могу. Две противоположенные мысли громким эхом отдавались в голове Сино.

– Ладно, пока что нам хватит того, что у тебя есть при себе, Асада. Все равно вид у тебя дерьмовый.

Эндо потянулась к сумке, которую Сино держала в правой руке; у Сино не было сил сопротивляться. Не думай об этом, не вспоминай. Но картина в ее памяти ожила во всем черном великолепии. Тяжелое, влажное ощущение железа. Запах пороха в носу…

В это мгновение откуда‑ то сзади донесся крик.

– Сюда! Полицейский‑ сан, скорее!!

Голос подростка.

Рука Эндо отдернулась от сумки. Троица вылетела из проулка с потрясающей быстротой и тут же смешалась с толпой торгового квартала.

Ноги Сино окончательно лишились сил, и она рухнула на колени.

Она изо всех сил пыталась успокоить дыхание, удержаться от паники. Постепенно вернулись шумные голоса толпы и запах курицы‑ гриль из супермаркета, а кошмарное воспоминание уплыло прочь.

Сколько десятков секунд она пробыла в таком состоянии?

Сзади раздался неуверенный голос.

– …Ты как, Асада‑ сан?

Сделав последний глубокий вдох, Сино напрягла ослабевшие ноги и встала.

Поправив очки, она обернулась и увидела невысокого худощавого паренька.

Паренек был одет в джинсы и нейлоновую курточку, за плечами висел темно‑ зеленый рюкзак. Словом, повседневная одежда; плюс округлую голову венчала черная бейсболка. Выглядел он как ученик средней школы, но круги под глазами не вписывались в детский облик. Сино его знала – единственного человека в этом городе, кому она могла доверять или, по крайней мере, кого она не считала врагом. В каком‑ нибудь другом мире они даже могли бы стать друзьями.

Чувствуя, как сердцебиение постепенно успокаивается, Сино чуть‑ чуть улыбнулась и ответила:

– …Нормально. Спасибо, Синкава‑ кун… да, а где полиция?

Она оглянулась в проулок; там было темно и пусто, и непохоже, чтобы оттуда кто‑ либо собирался появиться.

 

 

Кёдзи Синкава поскреб затылок прямо сквозь бейсболку и ухмыльнулся.

– А их и не было. Такое часто показывают в кино и в манге, правда? Я всегда хотел попробовать разок. Рад, что сработало.

– …

Сино была впечатлена; она покачала головой.

– …Тебе всегда очень быстро приходят в голову всякие штуки… кстати, а что ты здесь делаешь?

– А, я в игровом центре был. Вышел через заднюю дверь…

Кёдзи обернулся. Во влажной от дождя бетонной стене Сино действительно разглядела маленькую серебристую дверку.

– Я увидел, как они окружили Асаду‑ сан. Я сперва подумал позвонить один‑ один‑ ноль[17]…

– Да, ты мне здорово помог. Спасибо огромное, – Сино опять улыбнулась. Кёдзи тоже улыбнулся в ответ, но тут же его лицо вновь стало встревоженным.

– …Асада‑ сан, такое вот… оно часто происходит? Это… конечно, не мне говорить, но тебе надо сообщить в школе…

– Не поможет, даже если сообщу. Да не, все нормально; если они зайдут дальше, чем сейчас, я на самом деле обращусь в полицию. Да, прежде чем беспокоиться о других, ты сам‑ то… как?

– А… у меня все нормально. Тех парней я больше не встречал.

На этот раз в улыбке паренька читалась насмешка над собой.

Кёдзи Синкава до летних каникул был одноклассником Сино. «Был», потому что с начала второго семестра в школу он ходить перестал.

По слухам, которые до нее дошли, Кёдзи крепко доставалось от старшеклассников из футбольной команды школы. Он отличался слабым телосложением, а его родители владели крупной больницей – все вместе делало его идеальной жертвой. Они не вымогали у него деньги открытым текстом, как компания Эндо, но ему приходилось платить за их еду, развлечения и прочие глупости, попутно подрывая веру в себя.

Разумеется, ничего из этого она не слышала от самого Кёдзи.

Познакомились они в июне, в городской библиотеке.

Сино сидела в читальном зале на втором этаже, листая «Огнестрельное оружие мира». Она уже почти дочитала иллюстрированный журнал.

Тогда она уже была в состоянии смотреть на подобные фотографии без ужаса, но страницу с «тем пистолетом» она могла видеть не больше 10 секунд – это был ее предел. И когда она поспешно закрыла журнал, сзади раздался голос:

– …Тебе нравятся пушки?

То, что сказавший это человек был ее одноклассником, до нее дошло уже позже.

Сино хотела немедленно ответить: «Нет, все совсем наоборот». Но тогда он начал бы расспрашивать, зачем она читает журнал. Придумать разумное объяснение ей было бы трудно, поэтому она дала какой‑ то туманный ответ.

Сейчас‑ то Кёдзи уже знал, что Сино испытывает панический страх перед огнестрельным оружием в реальном мире, но тогда он понял ответ Сино совершенно неправильно. Радостно улыбнувшись, он сел на стул рядом с ней.

Он принялся тыкать пальцами в журнальные иллюстрации и рассказывать про изображенное там оружие, а Сино слушала, обливаясь холодным потом. Но потом Кёдзи упомянул про «другой мир».

Сино знала, что игровые приставки Полного погружения продаются уже несколько лет, и термин «VRMMO» тоже был ей знаком. Однако она выросла, не играя в игры, и верила, что «миру мечей и магии» вполне достаточно существовать в фэнтезийных книгах. Ей это было неинтересно.

Но виртуальный мир, описанный Кёдзи в мечтательно‑ взволнованном тоне, не содержал в себе ни мечей, ни магии. Зато – там были пушки. Назывался этот мир «GunGale Online», или просто GGO. Множество видов огнестрельного оружия, существующих или существовавших в реальном мире, были детально воспроизведены в мире виртуальном, и игроки с помощью этого оружия убивали друг друга посреди жестокой пустыни.

Сино перебила Кёдзи, спросив со вздохом:

– А в игре… вот эта штука есть?

Парень удивленно мигнул, потом кивнул, как будто это было что‑ то само собой разумеющееся.

Если так, начала думать Сино, сможет ли она снова встать против «того пистолета»? Пять лет назад ее одиннадцатилетнее сердце пронзила глубокая рана – пулевая рана от того черного пистолета, которая никогда уже не заживет. Сможет ли она снова встать перед тем черным оружием? сразиться с ним? победить его?

Сино крепко сцепила свои холодные, липкие от пота руки и спокойным голосом спросила Кёдзи:

– Сколько нужно денег, чтобы начать в нее играть?

 

С тех пор прошло полгода.

Внутри Сино родилась девушка по имени Синон, безжалостный снайпер, прославившийся в пустыне GGO.

Но, к сожалению, до сих пор ей еще ни разу не встретился враг с «тем оружием». Поэтому Сино не знает. Не знает, настоящая она – не Синон, а Сино Асада – вправду стала сильной или еще нет?.. Ответ по‑ прежнему уклоняется от нее.

– Эй, хочешь чего‑ нибудь выпить? Я угощаю.

Голос Кёдзи вытянул Сино из задумчивости. Взглянув вверх, она обнаружила, что садящееся в проулок солнце начало уже краснеть.

– …Правда?

Сино улыбнулась; Кёдзи радостно закивал.

– Я хочу услышать историю о твоих последних подвигах. Здесь совсем рядом есть тихая чайная.

Несколько минут спустя, устроившись на стуле в глубине кафешки, куда Кёдзи ее отвел, и держа обеими руками чашку ароматного чая с молоком, она наконец немного расслабилась. Эндо, скорее всего, найдет еще способы, как над ней поизмываться. Ну, что будет, то будет, подумала Сино и задвинула тревожные мысли в уголок сознания.

– Я слышал, позавчера у тебя была большая победа, да?

Сино подняла взгляд на лицо Кёдзи. Худощавый паренек тыкал ложкой в полушарик ванильного мороженого, плавающий в его чашке с холодным кофе, и смотрел на нее исподлобья.

– …Это не так. Наш план абсолютно провалился. Из шести человек нашего отряда четверо погибли. Для нападения из засады это никак не победа, – ответила Сино, пожав плечами. Мысли о настоящем оружии в реальном мире вгоняли ее в панику, но в последнее время она научилась сохранять спокойствие, говоря о вещах и событиях в GGO. Виртуальный мир словно имел какой‑ то лечебный эффект.

– И все равно это круто. Тот Бегемот, парень с «Миниганом» – я слышал, до сих пор он в групповых замесах ни разу не погибал.

– О… он что, настолько знаменит? Я его не видела среди финалистов «Золотой пули», поэтому вообще ничего о нем не знала.

– Это вполне логично. «Миниган» может быть сколь угодно крут, но с пятью сотнями патронов у него дичайший перегруз, и он не может бегать. ЗП – это ведь дуэли. Если его подстрелит снайпер с дистанции, ему крышка. А вот в групповых сражениях, если у него есть нормальное прикрытие, он непобедим. Это оружие – просто издевательство над балансом.

Глядя, как Кёдзи жалуется, надув губы, Сино не сдержала улыбки.

– …Тогда моя «Геката II» уж точно издевательство над балансом. Кстати, когда я стала ей пользоваться, пришлось столкнуться с кучей проблем. И у Бегемота‑ сан, думаю, то же самое.

– Блин, мне бы такие проблемы… Да, а какие у тебя планы на следующую ЗП?

– Буду участвовать, конечно. Я разузнала почти про всех, кто в тот раз был в первой двадцатке. На этот раз я возьму «Гекату». На этот раз я…

«…буду убивать», – хотела произнести она, но поспешно сменила концовку фразы.

– …попытаюсь забраться повыше.

Сино/Синон участвовала в турнире GGO под названием «Золотая пуля» два месяца назад. Тридцать человек, прошедших отборочные бои, участвовали в финальном сражении «все против всех» за звание сильнейшего игрока. Синон очень старалась, но закончила на 22 месте. Поскольку в начале сражения участники размещаются на большой карте случайным образом, есть шанс, что они вынуждены будут сразу же войти в ближний бой. Поэтому вместо снайперки «Гекаты II» Синон взяла автомат. Но в итоге ее подстрелил снайпер из «Ремингтона M40».

С тех пор прошло два месяца. Управляться с «Гекатой» было по‑ прежнему тяжело, но Синон набралась опыта и приноровилась. Кроме того, она заполучила редкий и легкий пистолет‑ пулемет MP7, так что и в ближнем бою она могла сражаться более эффективно. На этот раз она возьмет с собой в ЗП свою громадную винтовку, решила она. Ее тактика будет проста: сидеть в укрытии (хоть и говорят, что это несправедливо), ждать, пока очередная жертва появится в поле видимости, и выносить одного за другим, пока не останется никого.

В GGO, игре, где участвует много сильных воинов, она убьет всех своих врагов. И когда она будет уверена, что она сильнейшая, – тогда, можно не сомневаться…

Грустный голос Кёдзи возле самого уха выдернул Сино из ее мрачных раздумий.

– Понятно…

Сино моргнула и подняла глаза на Кёдзи; тот глядел на нее с искоркой в глазах.

– Асада‑ сан, ты просто супер. Ты достала эту офигенную пушку… И характеристики у тебя, как у настоящего STR‑ типа. Я пригласил тебя в GGO, но ты меня уже обставила.

– …Неправда. Синкава‑ сан в прошлом турнире тоже ведь добрался до полуфинала отборочных. А тот бой был в основном на удачу. Жаль, конечно – если бы ты дошел до финала, смог бы участвовать в финальной драчке.

– Нет… это было безнадежно. С персонажем AGI‑ типа и без какой‑ то суперудачи с редкими выпадающими пушками это мой потолок. Я накосячил при прокачке…

Слушая жалующегося Кёдзи, Сино нахмурилась.

Другой Кёдзи, персонаж по имени Шпигель, шел путем AGI, то есть вкладывался полностью в ловкость – этот путь какое‑ то время был очень популярен.

Силой таких персонажей являются невероятная способность к уклонению и скорость огня – не собственно скорость стрельбы оружия, а время, которое нужно, чтобы прицелиться и чтобы Круг пули стабилизировался; за счет этого они и побеждали игроков других типов. Персонажи AGI‑ типа доминировали в течение полугода после выхода GGO. Однако по мере открытия новых карт выяснялось, что им не хватает силы, STR, чтобы пользоваться новыми, только что появившимися видами оружия; да и сами пушки стали более точными, а значит, стало труднее уклоняться. Сейчас, через восемь месяцев после запуска игры, тип AGI уже не был в моде. Тем не менее игроки этого типа, если им удавалось заполучить редкие крупнокалиберные пушки с высокой скоростью стрельбы, вроде «FN‑ FAL» или «H& K G3», все еще были способны на многое. Игрок Ямикадзе, занявший второе место в предыдущей ЗП, был как раз AGI‑ типа – впрочем, стоит напомнить, что победил его и стал победителем Дзекусиидо, сбалансированный STR‑ VIT игрок. Однако –

С точки зрения Сино, все эти типы и характеристики были всего лишь «параметрами персонажа». Существовал куда более важный фактор.

Этот фактор – собственная сила игрока, его сила духа. В позавчерашнем бою Бегемот передвигался с холодным самообладанием, да еще и позволял себе роскошь улыбаться при этом. Сила его была не в «Минигане», а как раз в этой жестокой улыбке.

Вот почему Сино не могла всецело согласиться с тем, что сказал Кёдзи.

– Да… этот редкий ствол крут, конечно, но… есть сильные игроки с редкими стволами, но одного лишь редкого ствола недостаточно, чтобы игрок стал сильным. Вообще‑ то из тех тридцати, кто вышел в финал прошлого турнира, примерно половина была с покупными пушками, только модифицированными чуток.

– Это… у тебя, Асада‑ сан, есть эта суперредкая снайперка, и характеристики у тебя сбалансированные с уклоном в STR – тебе легко так говорить. Уровень оружия же несопоставимый…

Глядя, как Кёдзи вздыхает, помешивая свой кофе, Сино поняла, что дальше говорить об этом бесполезно, и попыталась свернуть тему.

– Значит, Синкава‑ кун, в следующей ЗП ты участвовать не будешь?

– …Нет. Даже если буду, все равно это будет без толку.

– Ясно… ну… тебе ведь и учиться тоже надо. Ты же готовишься сейчас к большому экзамену в подготовительной школе, да? Как прошли предварительные экзамены?

Кёдзи с летних каникул не ходил в школу и, похоже, крупно поссорился с отцом на этой почве.

Его отец владел крупной больницей, и потому младшему сыну Кёдзи, которому предстояло унаследовать семейный бизнес, было строго предписано готовиться к поступлению в медицинский ВУЗ. Семейный совет проходил очень жарко, и результат его был таков: Кёдзи дозволялось учиться дома, но через год (то есть без потери времени) он должен будет сдавать экзамены на медицинский факультет престижного университета, который закончил когда‑ то его отец. На том они и договорились; все это Сино узнала от Кёдзи раньше.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.