Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ 1 страница



ГЛАВА 12

 

Воскресенье, 24 октября, 06. 10

 

Спальня утопала в сумерках, освещаемая лить уличным фонарем сквозь плотно задернутые шторы. Фитчет лежал на кровати, глядя в потолок, и события прошедшего дня вставали перед ним, точно призраки. Часа три назад он попробовал заснуть — но это были сплошные кошмары. Впрочем, кошмары — это еще слабо сказано. Кошмар исчезает вместе с пробуждением. Он дотянулся до пачки сигарет на ночном столике и вставил сигарету в угол рта. Внезапно пронзила мысль, что за ним, может быть, сейчас ведется наблюдение. Почему бы и нет? Ведь телефон прослушивается, кто знает, не расставили ли они заодно и камеры ночного видения по всему дому. Вот уже две недели его не оставляло чувство, что за ним следят из всех углов. А с пятницы и вовсе мир вокруг как будто встал вверх тормашками. После того как этот сукин сын Джарвис провел свой «инструктаж», или дебрифинг. Ишь, название какое, суки, придумали: «дебрифинг»! И все, что он обещал, это что они станут присматривать за каждым его шагом, не спуская глаз, и что никто не узнает, что он на них работает. И еще дал слово, что сделает для него все, что может, ну прямо вывернется наизнанку, когда они провернут эту свою «операцию». Лжет, подонок. Слово легавого недорого стоит. Заложив руки за голову, он перекатил сигарету в другой угол рта, а потом обратно. Какой у него выбор? Они держали его за яйца и знали это так же хорошо, как и он. И ему придется идти у них на поводу, потому что никуда не денешься, они — его последняя надежда. Сейчас ему нужна любая помощь, реальная или воображаемая. Он оглядел комнату: интересно, если они наблюдают, то где спрятали свои камеры? Он потряс головой: надо же, какая дурь лезет.

— Ты становишься параноиком, братец, — пробормотал он.

Но что за пятница была… Какая пятница! К тому времени, как копперы закончили с ним в четверг, было слишком поздно добираться домой, так что он заночевал в камере. Зато ему оставили дверь открытой и дали все необходимое, чтобы сходить в душ и побриться. И рано утром он бросился на первый же поезд до Брама. На Нью-стрит он впервые испытал облегчение: ему стало лучше, но то же давящее чувство вернулось, как только ему наперерез вырулило какое-то такси, и стало еще хуже, когда он очутился дома. Словно на него обрушилась с неба тонна… чего? Вины? Или это было просто беспокойство, волнение перед предстоящим делом? Он до сих пор не мог определить, что же это.

Сев в постели, он посмотрел на часы: еще только 6. 18, вставать слишком рано. Он откинулся на подушку и прикурил сигарету, которую катал безостановочно во рту. Пустил идеально округлое кольцо дыма в темный угол спальни.

Вина или беспокойство, как только он пришел в себя, овладели им и давили невыносимо. Он обзвонил ребят и рассказал им в точности, что велел Джарвис: что был арестован в связи с дракой на Камден-хай-стрит и отпущен под залог в ожидании дальнейших допросов. Копперы прослушивали телефон, поэтому больше всего не хотелось звонить Алексу. Сколько он ни придумывал, что сказать ему, ничего не получалось. Но когда в шесть вечера зазвенел дверной звонок, на пороге оказался Алекс. Они отправились в паб, где завели разговор о том, что случилось. Однако Алекс был совсем не в том настроении: он был испуган и подозрителен. Он чего-то нервничал и явно никому не доверял. «Мозг» фирмы Алекс всегда отличался особой бдительностью, тем более что быть осмотрительным ему помогала жена, которая временами вела себя как домашний полицейский. И все же Фитчет никак не мог понять, в чем тут дело. На второй час беседы Алекс вдруг заявил, что отходит от футбольных дел, чтобы сохранить голову и семью. Больше рисковать он не станет, потому что не хочет потерять жену.

Так друг повернулся неожиданной своей стороной, которой он в нем не видел и не ожидал увидеть. Если бы он не знал Алекса, то мог бы подумать, что его обработали в полиции. Может, так оно и было: откуда ему знать? Затянувшись последний раз, он прикурил от окурка новую сигарету. Они вышли из паба все теми же друзьями, но Фитчету было уже понятно, что друга он потерял. Ведь, честно говоря, кроме футбола их мало что связывало…

Он снова набрал дыма и выпустил еще одно совершенной формы, идеально округлое кольцо. Бедолага Алекс, он надеялся, что копперы отстанут от него. Сказать по правде, он и не был бойцом, зато у него варила башка. Это был человек, умевший свести одно к другому — и вовремя смыться, чтобы не оттяпали умную башку. Такие парни необходимы в хорошей команде, а у них была неплохая команда. Не то слово. Отличная. Лучшая. Они еще ни от кого не получали. Ни от кого не бегали. Даже от портсмутских, когда его забили, а Ник…

Вот скотина, этот Ник, или Портер, или как его там еще. Затянувшись, он открыл рот, наблюдая, как медленно выползает оттуда белый дым. В тысячный раз вспоминая, как они обосрались — он не мог себе этого простить. Позволить гадюке-коппе-ру вползти в команду. Если вспомнить, ничего удивительного, что так произошло. Этого следовало ожидать. Фитчет ни разу не видел его в реальной, настоящей схватке, все только бегал да кричал. Хорошая тактика, но, в общем, полная задница. И все же они запали на это после того, что случилось в Портсмуте. Ему удалось войти в доверие.

А теперь… Длинный столбик пепла медленно загибался вниз, пока не рухнул ему на грудь. Посмотрев на пепел, он сдул его на простыни.

— Нет, ну что за козел, — вырвалось у него.

И вот теперь ему предстоит ехать в Италию, с легавым на загривке. Смешно до чертиков. Даже забавно. Затушив сигарету, он бросил взгляд на часы, после чего откинулся и распластался на кровати. Шесть двадцать две.

Боже, сегодня днем уже отправляться в Италию. Звонок, которого он так страшился, раздался в пятницу вечером. Эванс сказал ему прихватить с собой в дорогу напарника, который будет менять его за баранкой, и назначил встречу на Дуврском вокзале в воскресенье, в два часа дня. То есть сегодня. Разговор был коротким, можно сказать, односторонним. Все, что надо было Фитчету и его сменщику — это на неделю белья, паспорта и водительские права. Об остальном не заботиться. Затем, ограничившись несколькими незначащими фразами — так что даже показалось, что он его прощупывает, — Эванс повесил трубку. Фитчет перезвонил Джарвису, рассказал новости, после чего вышел из дому и безуспешно попытался напиться. И вот время неуклонно приближалось. Его поезд покидает Нью-стрит в 09. 03, и Ник Портер встретит его в Юстоне. Затем они проедут часть пути к Дувру так, чтобы копперы могли их проводить и заодно в очередной раз «проинструктировать». Дальше все зависело от того, как поведет себя Эванс. Утешало лишь то, что через несколько дней все это кончится. Он снова оглядел спальню, будто ожидая, что откуда-нибудь блеснет глазок камеры слежения, и задумался о том, когда он увидит эту спальню снова.

Только пробило восемь, а он уже выходил с юстонской станции, направляясь к Стефенсон-вей, где встречался с полицией. Даже в воскресное утро в Юстоне кипела жизнь, а он не хотел напороться на кого-то из знакомых. Он пересек пешеходную «зебру» не оглядываясь и не поднимая глаз, погруженный в мысли о предстоящем путешествии. Веселая поездочка. Он уже был готов развернуться и сказать копперам, что больше не собирается потакать им (а может, просто пуститься в бега? ), но в конце концов отбросил обе идеи как беспочвенные. Ведь, в самом деле, выбора у него уже не оставалось. Он еле выдержал несколько коротких ночей в замкнутом пространстве и сделает все, чтобы не попасть туда больше, любой ценой. Так долго, как это только возможно. И даже если помощь копам — это лишь отсрочка от камеры, он был готов и на это.

Свернув за угол, он заметил издалека Портера, курившего опершись на машину, и, быстро оглянувшись, направился к нему. При его приближении Портер выпрямился, обращаясь к нему лицом, но Фитчет прошел мимо и перенес багаж в конец дороги. Затем повернулся и, повременив и оглядевшись как следует по сторонам, вернулся, вручил Портеру саквояж и забрался на заднее сиденье, где его с усмешкой поджидал Джарвис.

— Играешь в шпиона, Гарри? Фитчет бросил на него усталый взгляд:

— Ну что, будем канителиться или поедем? Портер захлопнул багажник и залез на переднее пассажирское сиденье, развернувшись к ним.

— В порядке, Гарри? Готов к тому, что нам предстоит?

— Я всегда ко всему готов, — откликнулся он, не глядя на Портера. — Только я тебя в попутчики не выбирал, имей в виду.

Джарвис похлопал Вильямса по плечу:

— Поехали, Фил.

Спустя несколько минут они продирались сквозь плотный поток траффика северного Лондона по направлению к Дувру.

— Фитч, — жесткий акцент кокни прорезал холодный октябрьский воздух, и, обернувшись, Фитчет увидел перед собой Билли Эванса, идущего по платформе прямиком к нему. Как обычно, в дорогом прикиде, с сияющей улыбкой. Они хлопнули рука об руку, обмениваясь шутками. Эванс оглядел платформу.

— Где Алекс? — поинтересовался он.

— Алекс не поехал, — отвечал Фитчет. — Ты же знаешь, у него проблемы дома.

— Понятно, — кивнул Эванс. — А кто же тогда твой напарник?

Фитчет кивнул в сторону туалета.

— Выйдет через минуту.

— Эх, повеселимся, братан, — пообещал Эванс. — Ребята на автобусах уже подтягиваются к Риму, мы, кто на машинах, стартуем последними. Большинство уже рванули вперед. Думаю, поедем вместе, конвоем. Хоки уже ждет там, за рулем.

Фитчет кивнул на Портера, выходившего в этот момент из уборной. На лице Эванса на миг отразилось удивление, но тут же пресеклось усмешкой.

— Терри, это Билли. Билли Эванс. Главный чел. Портер протянул руку и Эванс взвесил ее в воздухе, ответив условным рукопожатием.

— Вот как, — сказал он и затем, взяв Фитчета за руку, отвел его в сторонку. — Ты что, умом тронулся, чудик? Зачем берешь с собой черного?

Фитчет убрал его руку.

— Это один из лучших моих бойцов, Билли, — ответил он, удивляясь решительности в своем голосе. — И если проблема в нем, тогда мы на фиг возвращаемся в Брам.

Эванс поднял руки:

— Стоп, стоп, замяли нахер, Фитч. Успокойся. Не тренди. — Улыбка снова расплылась у него по лицу, волчья, проницательная. Он по-братски забросил руку Фитчету на плечо: — Слышь, братан, я не хочу лишнего геморроя: там будет несколько серьезных ребят, — подчеркнул он, — они не очень уважают черных. Поэтому, повторяю, я просто не хочу…

Фитчет оттолкнул его и агрессивно ткнул Эвансу пальцем в грудь.

— Проблем не будет, во всяком случае, от нас. Просто держи своих ребят подальше, и все будет как надо. Терри знает дело, уж поверь мне.

Эванс снова шагнул к нему и положил руку на плечо.

— Слышь, забудь, я ничего не говорил. Все будет на мази, о'кей? Просто я ждал, что ты приведешь Алекса, вот и все.

Фитчет кивнул, изображая упрямство и несговорчивость, затем отошел в сторону и подхватил свой саквояж.

— Ну что, — сказал он прояснившимся голосом, — идем или как?

Он стоял, выжидающе глядя на Эванса, который после краткой паузы приглушенно рассмеялся.

Эванс не ожидал такой реакции и сейчас, похоже, пребывал в некоторой растерянности — но виду не подавал. Если бы на месте Фитчета был кто другой, он бы его слил, но Фитчет был не просто на хорошем счету, Фитчет был в числе лучших, а это значило многое. Если что, он сможет уладить любую проблему с Терри и поставит кого угодно на место, если кому-то не понравится присутствие «черномазого». У самого Фитчета было тошнотворное чувство, что все это еще ждет его впереди.

— Ну, давайте, — выдохнул он. — Двинули. Сейчас подхватим тачку.

Все трое сошли с платформы к выходу, где их поджидал Хоки за рулем почти новехонького черного «Мерседеса-С200 Estate». Хоки также был разочарован, что Алекс не едет, но если и удивился, что Фитчет прихватил с собой черного парня, то виду не подал. Напротив, он принял Портера как родного, как давно отсутствующего друга и в таком же тоне повел беседу, пока они выезжали со станции, разворачиваясь перед въездом в город. Беседа в машине велась на отвлеченные темы, намеренно не касаясь предстоящей поездки, и вращалась вокруг вчерашнего матча. Однако тревога Фитчета неудержимо нарастала, и он почти не участвовал в разговоре. Он сам себе удивлялся — своему поведению на вокзале, — и, главное, тому, что все оказалось так легко. Как будто он и не чувствовал никакой вины перед Эвансом. И страха тоже. Правда, сомнительно, чтобы он смог так продержаться достаточно долго. На сколько его хватит?

— Что-то ты сегодня тихий, Фитч.

Он увидел глаза Хоки-Ястребка в зеркале заднего обзора.

— Прости, Хок, немного отъехал. Я все думал, как это Эванс может позволить себе такую тачку.

Двое мужчин впереди с готовностью расхохотались.

— Как и все остальные, Гарри. Погоди, еще увидишь, что я припас для тебя.

— Представляю себе. Долбаная «шкода» какая-нибудь, — подал голос Портер, хотя его никто об этом не просил. «Ишь, вживается в роль», — со злобой подумал Фитчет.

Эванс коротко хмыкнул:

— Дружище Терри, я работаю только с первым классом. Только самое лучшее. Вот и приехали.

«Мерседес» свернул на автостоянку, и Хоки проехал вдоль длинного ряда машин, пока не тормознул перед «лексусом» темно-синего цвета.

— Вот она, — торжественно объявил Эванс. — Берег для себя, до последнего момента.

Все четверо вылезли из «мерседеса» и обошли громадный салон.

— Ни фига себе, — присвистнул Фитчет. — И сколько же такая стоит?

Эванс самодовольно фыркнул и тоном бывалого продавца автомобилей завел:

— «Лексус-GS300 Спорт» 1997 года. Пробег небольшой, все навороты, только для вас — 26 тысяч фунтов.

— Двадцать шесть кусков! — воскликнул Портер. — Почти мой заработок за два года!

— Почти столько же я плачу в год за свою халупу, — спокойно добавил Фитчет.

— Что ж, если хочешь иметь класс, приходится платить, — заявил Эванс, с почти мальчишеским азартом потирая ладони. — А это чистый класс.

Он нажал кнопку на автобрелке, и машина, бибикнув, мигнула фарами.

— Залезай, попробуй ее.

Фитчет откинулся в водительском кресле, положив руки на руль. Приходилось ему ездить в классных тачках, но чтобы такая… Куча переключателей и циферблатов на торпеде — не сразу и поймешь, что к чему.

— Зачем только гонять ее в Италию? — спросил Портер. — Я бы такую даже Фитчу не доверил.

Фитчет съежился и выставил ногу, собираясь вылезать, но Эванс ответил просто:

— Не волнуйся насчет этого. Только не курите в салоне, остальное все будет ништяк. Я знаю, что вы, северяне, десяти минут не можете без сигареты, но запах потом держится несколько лет.

— Тогда покурим вперед, — азартно сказал Портер, доставая пачку. — По последней?

Эванс посмотрел на часы:

— Только быстро.

Портер кивнул, предлагая пачку по кругу. Фитчет и Эванс отказались, а Хоки взял сигарету и, отойдя с Портером в сторону, завязал беседу.

— Так ты уверен, Фитч? — спросил Эванс. — Я знаю, чего стоит твое слово, но ведь и тебе известно, что такое парни с правого крыла и на что они способны.

Фитчет кивнул:

— Это нормальный парень, Билли. Верь мне. — Он чуть не поперхнулся этими словами. — С ним не будет проблем.

Эванс коротко кивнул и чуть улыбнулся:

— Лады, братан, твое дело.

Он передал Фитчету ключи от машины, затем открыл бардачок и вытащил оттуда большой конверт.

— Здесь все документы на машину. Зарегистрирована на меня, едешь по моему полису, так что попрошу без гонок, аварий и ограблений банков в дороге.

Фитчет кивнул, и он продолжил:

— В конверте билет на паром в два сорок пять до Кале, два билета на матч и пять сотен на бензин и дорожные расходы. Можешь обменять их прямо на пароме. Мы с Хоком пойдем впереди, так что не заблудишься. Справочник с картами сзади, если понадобится. Есть вопросы?

Фитчет потряс головой, давая понять, что все в порядке и вопросов нет. Затем посмотрел на Портера, когда раздался резкий душераздирающий сигнал мобильного телефона. Они оглянулись на Портера, который перебросился с кем-то парой односложных фраз и сунул телефон в карман.

— Жена, блин, — прокомментировал он, возвращаясь к беседе с Хоки.

Взгляд Эванса на миг задержался на Портере, и затем он продолжил:

— Ну, значит, порядок. Если мы разминемся, перед кольцевой дорогой на подъезде есть станция автосервиса. Там будет место общего сбора во вторник вечером. Времени хоть отбавляй.

Фитчет взял конверт и бегло туда заглянул.

— Далеко это получается? Билли пожал плечами:

— Примерно тысяча миль, что-то вроде того. Но, если меняться за рулем, это ерунда. По пятьсот миль на брата. — Он снова посмотрел на часы. — Сейчас пять минут третьего, пора трогать, чтобы успеть на этот паром. Да, еще одно…

Он позвал остальных и протянул руку:

— Дай-ка мобильник.

Портер посмотрел на него и после некоторой заминки залез в карман и протянул аппарат.

— Отдам, когда вернемся домой.

Хоки деловито сцепил кисти, хрустнув суставами.

— Тогда, может, пора отваливать? Вы за нами?

— Да, если вы не против. Возьмем пивка по паре банок на пароме.

Фитчет кинул ключи Портеру:

— Давай, рули.

Они забрались в роскошную машину, и спустя каких-нибудь три минуты «мерседес» и скользящий за ним «лексус» стремительно выскочили с парковки на дорогу.

Фитчет смотрел в окно, в то время как Портер выруливал к докам. Несмотря на спокойный вид, в нем чувствовалось напряжение. Ничего, пара банок пива на пароме развеет любое напряжение, а сейчас пусть этот коп покатает его. На пешеходном переходе вспыхнул желтый, и Портер остановил машину, соблюдая дистанцию, за «мерсом». Поставив передачу на нейтралку, он повернулся к пассажиру:

— Если нам предстоит провести в машине вместе пару дней, давай кое-что уточним.

Фитчет посмотрел на него с отсутствующим выражением:

— Что именно?

— Во-первых, ты не будешь называть мое настоящее имя.

Фитчет сдвинул брови и сердито посмотрел на него:

— Да пошел ты в задницу. Тот парень, за которого я тебя принимал, умер в ту секунду, как ты зашел в комнату для допросов. Уж лучше я буду называть тебя твоим настоящим именем, чем так, как я хотел бы тебя назвать на самом деле.

Портер вытянул руку и угрожающе ткнул в него пальцем.

— Не доёбывай меня, Гарри. Это слишком опасно. Для нас обоих.

На лице Фитчета гнев сменился омерзением.

— Что еще? — рявкнул он.

— Что?

— Ты сказал: во-первых. Что во-вторых?

— Да. Имей в виду — я тебе не личный шофер, понял?

Фитчет фыркнул и снова обернулся к окну.

— Уже давно зеленый.

— Что?

— Зеленый, я сказал… поехали.

Позади рявкнул сигнал, и Портер махнул рукой водителю, показав средний палец, одновременно включая передачу и выжимая газ. «Лексус» рванул вперед, вжав их в мягкие спинки кресел.

— Едрен батон! — заорал Фитчет. — Осторожнее, придурок. Ты чуть не сплющил нас обоих.

Портер отпустил педаль газа, так что машина пошла на скорости, близкой к разрешенной.

— Да! — расхохотался он. — Вот потеха, в самом деле. Зверь, а не машина.

Фитчет метнул в него убийственный взгляд и снова отвернулся к стеклу, словно принципиально не желая видеть Портера даже боковым зрением.

— Долбаный идиот, — пробормотал он, прежде чем в салоне воцарилось молчание.

Джарвис ответил по телефону на втором звонке и, внимательно выслушав, коротко бросил:

— Поздравляю, — после чего нажал отбой. Секунду выждав, он сказал: — Черт, — после чего добавил: — Обе машины зарегистрированы на Эванса. Не пойму, какая логика в его действиях. Если это наркотики… то зачем?

— Вы-то небось, шеф, не стали бы так делать, если бы переправляли наркотики через границу?

Джарвис посмотрел на Вильямса взглядом, отрицающим юмор в такого рода вопросах.

Подчиненный снова уставился на дорогу, где ярдах в пятидесяти маячил багажник «лексуса», и через некоторое время решился спросить:

— Что вы имеете в виду, шеф? Джарвис задумчиво потер подбородок:

— Когда продаешь машину дилеру, нужно отправить формуляр на автомобиль, чтобы зарегистрировать продажу в DVLA. Но дилер не регистрирует машину. Он просто складывает документы к остальным формулярам и меняет имя и адрес, когда продает автомобиль следующему владельцу. Зачем тогда Эвансу понадобилось регистрировать обе машины на свое имя?

— Может, он собирается потом оставить их себе? Или просто взял напрокат?

— «Лексус» за двадцать пять тысяч и эксклюзивный «мерседес» в прокат сдает только сумасшедший.

Вильямс потряс головой:

— Таких фирм предостаточно, шеф. Сдают на свадьбы и просто так, кому нравится проехаться с понтом.

Джарвис со вздохом поскреб за ухом:

— Это что-то новенькое. Впервые слышу. И все равно это не ответ на вопрос: если он собирается везти обратным рейсом контрабанду, зачем грузить ее в свою машину, записанную на собственное имя? Бессмыслица какая-то. Нелепость.

Телефон снова зазвонил, и он привычно ответил со второго сигнала.

— Это Стив Парри: кажется, Эванс забрал у Терри мобильный телефон на парковке.

Звучно втянув воздух, Джарвис с таким же выразительным шумом выпустил его.

— Если, это в самом деле так, то впереди у нас проблемы. Можем влипнуть в неприятности. Нам не только не связаться с нашим человеком, но и Эванс может просмотреть сохраненные номера — и тогда хрен знает, чем все это обернется.

Вильямс посматривал на Джарвиса, ныряя в потоке машин, устремившихся к переправе.

— А ведь он парень не дурак, не так ли, шеф?

— Кто, Эванс?

— Нет, Терри. Ведь он не стал бы сохранять номера в записной книжке?

Джарвис посмотрел вперед — «лексус» вливался в поток транспорта, идущего в порт, и тормозил, занимая место в длинной очереди, медленно двигающейся к парому.

— Хотелось бы, на хрен, надеяться, — сказал он. — Или парень в дерьме.

 

ГЛАВА 13

 

Воскресенье, 24 октября, 17. 00

 

Терри Портер вывел «лексус» из тесноты доков и проследовал за черным «мерседесом», который устремился к шоссе. На пароме все шло путем, без проблем, и он уже воспрянул духом. Их было четверо из числа приблизительно трех сотен английских фанов, направлявшихся в Рим на своих машинах, так что атмосфера на пароме была не скучной. Эванс, казалось, был знаком здесь с каждым лично, и Портер не спускал с него глаз всю дорогу до материка. Ему необходимо было узнать об объекте как можно больше, однако, кроме факта, что объект наблюдения предпочитал бакарди из таможенного магазина «дьюти-фри» и соленые мужские шуточки, ему не удалось узнать ничего ценного.

— Заметил здесь кого-нибудь из старых знакомых? — спросил Портер, не отрывая взгляда от дороги.

Фитчет посмотрел на него поверх журнала и пожал плечами:

— Ну, узнал.

— Кого?

— Несколько человек. Тебе что, биографии их на стол положить?

— Был там кто-нибудь из тех, кто приходил на встречу в гостинице?

— Не помню, кто там был, а кого не было. Портер шумно вздохнул:

— Ты что, всю дорогу будешь из себя разыгрывать?..

— Кого разыгрывать?

— Жалкого чмошника.

— Раз тебе не по душе наша компания, можем поменяться. Я поеду с Билли, а ты садись в машину с Хоки. Узнаю для тебя подробности из его личной жизни. Ты вроде интересуешься.

Портер метнул взгляд в сторону и предостерегающе поднял бровь:

— Ну уж нет. Можешь забыть об этом. Ты все равно к нему не сядешь — кишка тонка. Да и я не могу всю дорогу вести машину в одиночку, верно? Скоро твоя очередь, — ухмыльнулся негр, показывая зубы. — И глаз спускать с тебя мне не велено.

Фитчет только удостоил его презрительного взгляда и снова углубился в чтение журнала. Сердито шурша страницами, он дал понять, что разговор окончен. Портер, вздохнув, решил оставить его в покое. В этот момент ему было над чем на досуге поразмыслить, иные мысли не давали покоя. Так что, собственно, ему и дела не было до хмурого пассажира. Он был уверен, что заметил на себе пристальный взгляд Эванса, там, на пароме. И от этого Портеру сразу стало не по себе. Теперь, вынужденно вися на хвосте у Эванса, он никак не мог связаться со своими в дороге.

Правда, ему удалось в гальюне на пароме перекинуться парой слов со Стивом Парри. Тот успел сообщить, что Эванс планирует выезд бандой в одну колонну и боевой кулак встречается на станции автосервиса перед римской кольцевой автострадой. Успокаивало то, что Джарвис, как ему было известно, тоже на борту парома, и два автомобиля с полицейскими будут сопровождать его до пригородов Рима — дальше их сменят местные полицейские. А пока что предстояло продумать, как себя вести и что говорить, когда они остановятся заправиться и перекусить.

В сотне ярдов за его спиной Джарвис записывал переданное по телефону сообщение.

— Невероятно, — пробормотал он, отключая звонок с мобильного и с щелчком закрывая складной микрофон.

Вильямс украдкой глянул в его сторону. Он никогда не водил на зарубежных трассах, и это оказалось не так просто, как можно было предположить. Одна мысль угодить в аварию, да еще вместе с начальством, не давала ему покоя, и оттого он старался изо всех сил. Поскольку это могло иметь самые неожиданные последствия для задуманной операции.

— Что это, шеф?

Джарвис посмотрел на него, совершенно озадаченный.

— Только что закончили проверку списков всех автомашин на борту: шесть из них принадлежат Эвансу.

— Ну и что? — пожал плечами Вильямс. — Мы же заметили там еще три физиономии, которые отметились в отеле на Грейт-Портленд-стрит.

Джарвис покрутил головой:

— Я не то имею в виду. Шесть машин, и все на Эвансе. Зачем ему переправлять наркотики на своих машинах? Бессмыслица какая-то.

Вильямс снова пожал плечами:

— Может, вы ошибаетесь, шеф… я имею в виду, насчет наркотиков.

Джарвис потер лоб — такое чувство, что после парома он весь в копоти и машинном масле. Наверное, последствия того, что ему пришлось стоять на палубе — чтобы с глазу на глаз поговорить со Стивом Парри.

— Считаешь, тут в самом деле речь идет только о серьезной потасовке?

— А почему бы и нет? Вам представляется что-то другое?

Джарвис посмотрел в окно. Темнело.

— Нет, честно говоря, больше ничего на ум не приходит.

Он позвонил по мобильнику Стивену Парри. Тот следовал сзади во втором автомобиле, имея в напарниках Нила Уайта. Сообщив новости насчет автомобилей Эванса, он коротко обсудил с Нилом возможные причины поездки и, указав поразмыслить над вариантами, дал отбой. Джарвис вглядывался в ночь, наступающую за окнами машины. Он потер усталые глаза. Внезапно он почувствовал дикую усталость.

— Пойду-ка я лучшее покемарю, — зевнул он.

Неизвестно еще, как отразится на нем эта поездка. Пару дней трястись во вшивом «воксхолле», а эти мерзавцы разъезжают на «мерседесах» и «лексусах». А еще говорят, за преступление не платят.

Он перелез на заднее сиденье и завернулся там в одеяло.

— Шеф, пока вы не вырубились…

— В чем дело? — спросил он, не открывая глаз.

— Есть еще одна вещь…

Джарвис открыл один глаз и уставился Вильямсу в затылок.

— Какая?

— Мне не дает покоя одна загвоздка, с тех пор как мы покинули Дувр…

— Слушай, Фил, кончай разводить канитель, говори прямо, что там у тебя.

— Дело в том, что их же четверо. Они могли запросто ехать в одной машине — у этих марок салоны большие и удобные. Зачем они на двух машинах?

Джарвис открыл второй глаз, размышляя.

— Ради комфорта, — сказал он наконец. — Перекрыть тысячу миль за два дня с пассажиром рядом — это не самое приятное на свете. Ну а если вчетвером — это просто кошмар. А потом, учти: еще и возвращаться тем же составом.

Вильямс покачал головой:

— Вы ездили когда-нибудь в «лексусе», шеф? Там просторнее, чем у меня в гостиной. Во всяком случае куда комфортабельнее.

Джарвис сел:

— И что ты хочешь сказать?

— Просто говорю. Наводит на размышления. Тут что-то не так.

Джарвис посмотрел на молодого детектива-констебля и затем принял прежнюю горизонтальную позицию.

— И что толку от твоих размышлений? Если придет в голову что-то полезное, расскажешь, когда проснусь.

Через несколько минут сзади раздался его беспокойный и некомфортабельный храп.

 

ГЛАВА 14

 

Вторник, 26 октября, 11. 20

 

Джарвис проснулся и увидел перед собой крышу машины. Некоторое время он тупо смотрел на нее. Ему уже начинало казаться, что он чуть ли не родился здесь, но с тех пор, как они покинули Кале, миновало всего две ночи и около девяти сотен миль.

Так, не поднимаясь с заднего сиденья, на котором он прикорнул, Джарвис прокручивал в голове события последних двух суток. Воспоминания не радовали разнообразием: бесконечная монотонность шоссе и долгие остановки у заправок и закусочных. Причем ни на минуту не спуская глаз с «мерседеса» и «лексуса». Гадая, что случится по прибытии в Рим и для чего все это затевалось. Что за поездочка! Определенно, он не станет о ней вспоминать по возвращении домой. Внезапно он понял, что машина стоит, и, приняв сидячее положение, обнаружил, что она к тому же пуста. Солнце било сквозь стекла, однако было чертовски холодно из-за выключенной печки, и только тут он увидел, что машина находится на стоянке у шоссе. Их окружали несколько HGV. И с десяток, а может, и больше машин с английскими номерами, тоже явно двигавшихся к Риму — судя по шарфам сборной Англии и флагам, бьющимся на ветру. Зевнув, он протер глаза, пытаясь окончательно проснуться.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.