|
||||||||||||||||||
Типы конфликтов 1 страница
Схематично первую формулу конфликта можно выразить следующим образом: КФ = КФГ, < КФГ2 < КФГ3 < ..., где КФГ, — первый конфликтоген; КФГ2 — второй конфликтоген, ответный на первый; КФГ3 — третий конфликтоген, ответный на второй, и т. д. При этом важно иметь в виду, что КФГ2 больше КФГЬ КФГ3 больше КФГ2 и т. д., т. е. каждый ответный конфликтоген является более сильным, чем тот, на который он отвечает. Конфликты, выражающиеся первой формулой, условно можно называть конфликтами типа А. Важно отметить, что, по наблюдениям специалистов, около 80 % конфликтов возникает помимо желания их участников по приведенной выше формуле. Вторая формула отражает зависимость конфликта (КФ) от конфликтной ситуации (КС) и инцидента (И): КФ = КС + И. Причиной данного типа конфликтов является инцидент, появившийся на фоне потенциальной конфликтной ситуации. Формула указывает способ разрешения таких конфликтов, которые условно можно назвать конфликтами типа Б: устранить конфликтную ситуацию и исчерпать инцидент. Третья формула отражает зависимость конфликта (КФ) от нескольких конфликтных ситуаций (КС): КФ = КС; + КС2 +... + КС„, при этом п = > 2. Словами эту формулу можно выразить так: сумма двух или более конфликтных ситуаций приводит к конфликту. Конфликты, выражающиеся третьей формулой, условно можно назвать конфликтами типа В. Разрешение таких конфликтов сводится к устранению всех конфликтных ситуаций. Практическое значение формул конфликтов состоит в том, что они позволяют достаточно быстро проводить анализ многих конфликтов и находить пути их разрешения. При этом следует помнить, что представленные формулы не могут быть универсальным методом оценки и разрешения любых конфликтов. Во многих случаях они могут служить лишь ориентиром в сложном и противоречивом процессе управления конфликтами.
2. 2. Социальные коммуникация и конфликты Большинство конфликтов возникает вследствие нарушения процесса коммуникации, когда вступают в противоречие модели построения интерперсональных отношений субъектов конфликта. Понятие интерперсональных отношений описывает широкий диапазон форм человеческого взаимодействия, отличающихся содержанием, направленностью, интенсивностью, глубиной контактов и т. д. М. Дейч выделяет следующие фундаментальные измерения (параметры) интерперсональных отношений. 1. Кооперация —конкуренция. Такие отношения, как «близкие друзья» или «коллеги», относятся к кооперативному полюсу измерения, а такие, как «политические оппоненты», «личные враги» или «разводящаяся пара», — к конкурентному. 2. Распределение власти (равное или неравное). Также обозначается как «доминантность—подчиненность», «автономия — контроль» и т. д. «Бизнес-партнеры», «близкие друзья» или «бизнес- соперники» находятся на одном полюсе, а составляющие таких дуальных пар, как «хозяин —слуга», «родитель—ребенок», «учитель—ученик», — на разных. 3. Ориентация на задачу — социально-эмоциональная ориентация. Близкие друзья, муж и жена — социально ориентированы, интервьюер и поступающий на работу, бизнес-соперники ориентированы на задачу. 4. Формальный характер отношений — неформальный характер отношений. М. Дейч отмечает, что в неформальных отношениях определение действий, времени и перемещений остается за их участниками, тогда как в формально регулируемых отношениях взаимодействие участников детерминируется главным образом социальными нормами и правилами. Отношения внутри организации имеют тенденцию быть более формальными, а в клубе — неформальными; отношения между равными чаще имеют неформальный характер, чем отношения между неравными. 5. Интенсивность и значимость. Этот параметр отражает глубинный или поверхностный характер отношений и связан со степенью взаимозависимости их участников. Отношения в парах «продавец —покупатель» имеют поверхностный характер, в парах «ребенок —родитель» и «психотерапевт—пациент» — интенсивный. Соответственно этим измерениям М. Дейч выделяет шестнадцать типов социальных отношений. Восемь из них характеризуют конкурентное взаимодействие, в рамках которого могут складываться весьма разнообразные отношения: «личные враги» и «разводящаяся супружеская пара», «противники в игре» и «соперники в бизнесе», «хулиган—его жертва», «квалифицированный сотрудник/руководитель—начинающий работник», «представители власти—мятежники», «охранники—заключенные». Взаимодействие сторон может принимать разные формы. М. Дейч обозначает конкурентные отношения равных участников, находящихся в неформальных отношениях, с социально-эмоциональной ориентацией как антагонистические, неравных — как садомазохистские. Конкурентные неформальные отношения равных участников с социально-эмоциональной ориентацией обозначаются как соперничество, аналогичные отношения неравных участников — как доминирование. Те же отношения равных участников с ориентацией на задачу М. Дейч называет конкуренцией, неравных — борьбой за власть. Наконец, конкурентные формальные отношения равных участников с той же ориентацией на задачу определяются как регулируемая конкуренция, отношения неравных участников — как регулируемая борьба за власть. То, что М. Дейч не использует термин «конфликт», вовсе не означает, что для него эти отношения не являются конфликтными. Для многих рассуждений М. Дейча характерно фактическое отождествление конфликта с конкуренцией. Большинство его работ посвящено сравнению типов взаимодействия, развивающихся в рамках кооперативного или конкурентного контекста, межгрупповых и внутригрупповых отношений. Первые теоретические описания и экспериментальные исследования, непосредственно посвященные коммуникации в конфликтной ситуации, были выполнены К. Левиным. К межличностным конфликтам автор относит случай, который он обозначает как «конфликт между собственными и вынуждающими силами», т. е. противоречие между собственными потребностями человека и внешней объективной вынуждающей силой. Теоретический анализ супружеского конфликта был предпринят К. Левиным в 1940 г. Семья как малая группа, по мнению исследователя, отличается специфическими свойствами, небольшим размером, связью с витальными проблемами, общим физическим и социальным существованием. На основании проведенных экспериментальных исследований К. Левин пришел к выводу, что наиболее важным фактором частоты возникновения конфликтов является общий уровень напряжения человека или группы. Общий вопрос адаптации индивида к группе, в том числе и семейной, по К. Левину, может быть сформулирован следующим образом: «Как может индивид найти достаточное пространство свободного движения для удовлетворения своих собственных персональных нужд внутри группы, не затрагивая интересов группы? » Эта проблема особенно трудно решается в супружеской группе, так как специфические свойства семьи делают обеспечение адекватного приватного пространства достаточно сложной задачей. Прежде всего природа потребностей, удовлетворяемых в браке, весьма разнообразна. Супруги имеют по отношению друг к другу целый комплекс ожиданий, связанных с их ролями, как то: «возлюбленный», «товарищ», «поддерживающий», «защищающий», «распоряжающийся доходами» и т. д. Кроме того, конфликты становятся более серьезными, если затрагивают наиболее значимые потребности индивида. Брак же очевидным образом связан с витальными потребностями людей. Неудовлетворенность потребностей создает напряжение. Условием удовлетворения индивидуальных потребностей является достаточное пространство свободного движения. К. Левин в качестве примера описывает жизненное пространство мужа (пространство профессиональной и социальной жизни, дома, детей и т. д. ), показывая, что фактически свободными для него остаются только зоны «жизнь в офисе» и «игра в гольф». В. П. Левкович и О. Э. Зуськова делят все семьи на три группы с точки зрения уровня конфликтности: стабильные, т. е. справляющиеся с семейными конфликтами; проблемные, частично справляющиеся с конфликтами; нестабильные, не преодолевающие конфликт. Авторы считают, что основой семейных конфликтов является рассогласование представлений супругов относительно потребностей друг друга, представлений и ожиданий одного по отношению к другому. С точки зрения конфликтогенности выделяют несколько основных сфер жизнедеятельности семьи. По результатам исследований на первом месте находится то, что называют «культурой общения» — соблюдение или несоблюдение супругами норм повседневной жизни. На втором месте — недостаточное удовлетворение в семейном взаимодействии супругов потребности в защите Я-концепции, которая поддерживается удовлетворением потребностей в любви, ощущении своей значимости, чувстве собственного достоинства. Наконец, на третьем месте находятся две основные сферы взаимодействия: ролевая, связанная с удовлетворением ролевых потребностей супругов в соответствии с позициями матери и отца, мужа и жены, хозяина и хозяйки, а также та часть жизни супругов, которая связана со взаимной информированностью о различных сторонах жизни и личностных особенностях партнера. Оказалось, что для разных типов семей характерны различные типы конфликтов. В группе стабильных супружеских пар конфликты возникают по преимуществу в ролевой сфере в силу неоднозначного представления о семейных ролях, однако решаются они, как правило, конструктивно благодаря общему позитивному фону межличностных отношений. Конфликты в нестабильных семьях связаны главным образом с неудовлетворенностью потребности в защите Я-концепции, а также с нарушением норм повседневной жизни. Проблемные пары занимают промежуточное положение. Т. М. Мишина предлагает различать три основных типа нарушений взаимодействия в супружеских парах, вследствие которых в семье начинают доминировать отношения соперничества, псевдосотрудничества и изоляции. В семьях, где преобладающим типом взаимодействия является соперничество, отношения в целом имеют противоречивый, дружелюбно-враждебный характер; между супругами постоянно происходят открытые столкновения, ссоры, возникают взаимные упреки, агрессивные проявления. Семейные роли партнеров определены нечетко, в результате чего ни один из них не способен принимать на себя ответственность за супружескую пару как целое. В сферах заботы и опеки, главенствования и эмоционального принятия возникают противоречия, выливающиеся в конфликты. В ситуации псевдосотрудничества отношения внешне выглядят ровными, с элементами преувеличенной заботы о партнере. Поводы к возникновению конфликтов лежат во вне семейной сфере и связаны с индивидуальными трудностями или проблемами, возникающими у супругов. В случае изоляции отношения в семье обычно не имеют явного конфликтного характера. При внешней согласованности действий супруги эмоционально обособлены друг от друга, не заинтересованы друг в друге, брак поддерживается какими-то иными выгодами общего существования. Конфликты возникают, если «границы изоляции» нарушаются либо в сторону сближения, либо в сторону еще большей разобщенности. Другая область семейного взаимодействия — это отношения родителей и детей. Она является примером такого типа взаимодействия, которое в силу развития ребенка, постепенного обретения им самостоятельности и взросления закономерно приводит к возникновению противоречий и их яркому выражению, особенно в подростковом возрасте. Л. Б. Филонов считает, что подросткам свойственно своеобразное поведение, ориентированное на «поиск пределов допустимого». Оно выражается в провоцировании, почти сознательном обострении отношений, цель которого состоит в своеобразном выведывании реакции других людей на конкретные акты поведения. Подросток стремится соотнести ситуации общения с лицами, которые ему представляются «противодействующими», и свое собственное поведение. В принципе он ищет типы возражений, виды оценок, способы спора и т. д. По сути, идет необходимый для нормального развития процесс овладения разнообразными формами социального взаимодействия. Явление провоцирования в общении детей со взрослыми может иметь и другой смысл. По мнению западных исследователей, ребенок может «доставать» взрослого, пока тот не прореагирует определенным образом, например у него не случится агрессивный эмоциональный срыв. Это освобождает ребенка от страха проявления собственных разрушительных чувств и действий. Трудности перехода к новым формам отношений переживают обе стороны — как дети, так и взрослые. Часто взрослые не готовы к расширению прав подростка в силу сохранения инерции «опекающих» отношений, а также в связи с сохраняющейся зависимостью детей от родителей и их реальной неспособностью к самостоятельным действиям и решениям. Сдерживание темпов социального развития приводит к углублению разрыва между поколениями, что в условиях нестабильности и резких социальных изменений делает «отцов и детей» представителями не только разных культур, но и разных «миров». Реализация родительской позиции в этих условиях затруднена и наталкивается на прямое сопротивление детей. Опыт изучения проблемы вовлечения детей в религиозные организации и психологической работы, с ней связанной, выявил основные типы семейных ситуаций, порождающих у детей острую неудовлетворенность своим существованием. Возникает она, как правило, у детей, воспитывающихся в так называемых авторитарных семьях, лишающих ребенка необходимой меры самостоятельности, а также в семьях с манипулятивным характером обращения родителей с ребенком, когда желательное родителями поведение одобряется и поощряется, а нежелательное подавляется. Результат этого — стремление ребенка убежать из «домашнего плена». Обычно конфликты в семье, возникающие на религиозной почве, в глубине своей скрывают межличностные конфликты, уже давно существующие и ожидающие своего разрешения. То же самое можно сказать и о других вариантах «ухода из семьи», вплоть до уличного беспризорничества, которое в условиях ослабления социального контроля распространяется довольно широко и является показателем семейного неблагополучия, и в частности неэффективной реализации взрослыми родительских функций.
2. 3. Личностные причины конфликтов Личностные причины конфликтов являются наиболее сложными. Чаще всего субъекты конфликта не осознают их влияния, относя к причинам конфликта только предметные противоречия. Самые многочисленные конфликты в основном вообще беспредметны. Они выступают как вещи в себе, являются не средствами достижения цели, а самоцелями, заключающимися в выпуске на волю эмоций. Различия в происхождении, воспитании, образовании, опыте, представлениях и ценностях, манере поведения воздвигают порой непреодолимые преграды к взаимопониманию, выступая как конфликтогены (см. табл. 1). «Бунтарское» поведение подростков, соответственно окрашивающее их отношения с родителями, само по себе может стать причиной осложнений и конфликтов в семье. Основной проблемой взаимоотношений подростков и их родителей являются трудности передачи культурных норм и представлений от одного поколения к другому. В качестве личностных причин конфликтов могут выступать ущемление потребностей одного из участников конфликта, противоречия в интересах, несоответствие ценностных установок, нарушение в системе отношений, а также различие во мнениях. Потребность — состояние субъекта конфликта, связанное с испытываемой им нуждой в объекте конфликта и выступающее источником его активности. Поскольку процесс удовлетворения потребностей выступает как целенаправленная деятельность, потребности являются источником активности субъектов конфликта. Потребности обнаруживаются в мотивах, побуждающих человека к деятельности. Мотивы становятся формой проявления потребности. Мотивы конфликта — истинные внутренние побудительные силы, подталкивающие субъектов социального взаимодействия к конфликту. Если при удовлетворении потребностей деятельность человека, по сути, зависима от предметного содержания потребности, то в мотивах эта зависимость проявляется в виде собственной активности субъекта. Поэтому раскрывающаяся в поведении личности система мотивов разнообразнее и подвижнее, чем потребности, составляющие ее суть. Конфликтогенность потребностей зависит от их места в иерархии. А. Маслоу предположил, что все потребности человека организованы в иерархическую систему согласно степени их доминирования. Он расположил потребности в следующем порядке: - физиологические потребности; - потребности в безопасности и защите; - потребности в принадлежности и любви; - потребности в самоуважении; - потребности в самоактуализации, или потребности в личностном развитии. В основе этой системы лежит допущение, что доминирующие потребности, расположенные внизу, должны быть более или менее удовлетворены до того, как человек сможет осознать наличие и мотивированность потребностей, расположенных вверху. Удовлетворение потребностей делает возможным осознание потребностей, расположенных выше верхнего уровня, и их участие в мотивации. Таким образом, физиологические потребности должны быть в достаточной степени удовлетворены, прежде чем возникнут потребности в безопасности; физиологические потребности и потребности в безопасности и защите должны быть удовлетворены до некоторой степени, прежде чем возникнут и будут требовать удовлетворения потребности в принадлежности и любви. Чем больше уровней потребностей удовлетворено, тем менее конфлик- тогенно общение с данным субъектом. Ключевым моментом в концепции иерархии потребностей А. Маслоу является то, что потребности никогда не бывают удовлетворены по принципу «все или ничего». Потребности частично совпадают, и индивид одновременно может быть мотивирован на двух и более уровнях потребностей. Индивиды не просто удовлетворяют одну потребность за другой. Они одновременно и частично удовлетворяют и частично не удовлетворяют их. Следует также отметить, неважно, насколько высоко продвинулся индивид в иерархии потребностей: если потребности более низкого уровня перестанут удовлетворяться, человек вернется на данный уровень и останется там, пока эти потребности не будут в достаточной степени удовлетворены. Потребности и мотивы лежат в основе формирования интересов субъектов конфликта. В общем понимании интерес — это форма проявления потребности, обеспечивающая направленность личности на осознание целей деятельности, это то, что побуждает участника конфликта занять свою позицию. Интересы способствуют ориентировке, ознакомлению с новыми фактами, более полному и глубокому отражению действительности. Субъективно интересы обнаруживаются в эмоциональном тоне, во внимании к объекту конфликта. Удовлетворение интереса не всегда ведет к его угасанию, оно может вызывать новые интересы. Об устойчивости интереса свидетельствует преодоление трудностей в осуществлении действий, которые сами по себе интереса не вызывают, но выполнение которых является условием реализации интересующей оппонентов деятельности. Социальный интерес выступает основой интеграции общества. Он характеризуется готовностью к вкладу в общее благосостояние, готовностью проявлять доверие, заботу, сострадание, готовностью к ответственному выбору, творчеству, близости, сотрудничеству и включенности. В рамках общественных отношений социальные интересы выражают взаимную зависимость людей в первую очередь в сфере материального производства, обмена, распределения и потребления. Формирование социального интереса — одна из основных задач профессиональной деятельности социальных служб. Одновременно с разделением труда появляются противоречия между интересами индивидов и общим интересом. Подобная противоречивость выступает в виде «тождества противоположностей», раскрывая взаимосвязь интересов как единство многообразного. Поскольку ни общий интерес не в состоянии включить в себя все богатство индивидуальных интересов, ни отдельный интерес отразить в себе полноту общего интереса, появляется объективная необходимость в нахождении со стороны управленческих структур разумного и приемлемого для различных социальных сил компромисса. Интерес вызывают объекты, обладающие определенной ценностью для субъектов конфликта. Понятие ценность используется для обозначения объектов, явлений, их свойств, а также абстрактных идей, воплощающих в себе идеалы и выступающих благодаря этому эталоном должного; реальной, практической значимости явлений материального и духовного мира. Личностные ценности являются одним из источников мотивации поведения субъектов конфликта. Каждому человеку присуща индивидуальная, специфическая иерархия личностных ценностей, которые служат связующим звеном между духовной культурой общества и духовным миром личности. Как правило, для личностных ценностей характерна высокая осознанность. Личностные ценности отражаются в сознании в форме ценностных ориентаций и служат важным фактором социальной регуляции взаимоотношений людей и поведения индивида. В частности, одним из основных показателей сплоченности группы является ценностно-ориентационное единство. Высокой конфликтогенностью обладают форма и качество отношений между потенциальными субъектами конфликта. Конфликтные отношения — это взаимосвязи между субъектами конфликта, возникающие в процессе взаимодействия. Положительный или отрицательный опыт взаимоотношений индивидов однозначно формирует соответствующую систему внутренних отношений личности. Существует определенный тип людей, вносящих раздор в отношения вследствие присущего им конфликтного поведения. Конфликтное поведение — совокупность поступков и действий, осуществляемых субъектом конфликта с целью реализации его намерений в конфликтной ситуации. На основе типологии акцентуаций характера К. Леонгарда можно выделить пять типов конфликтных личностей: демонстративный, ригидный, неуправляемый, сверхточный и «бесконфликтный». Личность демонстративного типа хочет быть всегда в центре внимания, стремится хорошо выглядеть в глазах других. Отношение индивида этого типа к людям определяется тем, как они к нему относятся. Ему легко даются поверхностные конфликты, в которых он любуется своими страданиями и стойкостью. Индивид ригидного типа подозрителен, обладает завышенной самооценкой. Он постоянно требует подтверждения собственной значимости. Болезненно обидчив, повышенно чувствителен по отношению к мнимым или действительным несправедливостям. Личность неуправляемого типа импульсивна и недостаточно контролирует себя. Поведение такого человека плохо предсказуемо. Часто в запале он не обращает внимания на общепринятые нормы поведения. Личность сверхточного типа предъявляет повышенные требования к себе и окружающим, обладает повышенной тревожностью. Такой человек иногда может вдруг разорвать отношения с друзьями, знакомыми, потому что ему кажется, что его обидели. Личность бесконфликтного типа обладает легкой внушаемостью, внутренне противоречива, излишне стремится к компромиссу. Разногласия во мнениях также являются конфликтогенным фактором. Мнение — это состояние сознания, заключающее в себе отношение (скрытое или явное) субъекта конфликта к событиям и фактам действительности, к деятельности оппонентов. В своих взаимоотношениях с миром личность проявляет себя как активная система. Она не только отвечает на внешние воздействия, но и сама активно и целенаправленно воздействует на окружающее. Движущие силы развития личности, лежащие в основе ее активности, связаны с двумя тенденциями: стремлением человека к избавлению от напряжения, достижению равновесия со средой (редукция напряжения) и стремлением к созданию напряжения. Диалектика этих двух тенденций личности является основным источником активности человека. Нарушение определенного баланса тенденций часто свидетельствует о психологических проблемах личности или начале социальной дезадаптации. В целом внутренние противоречия личности рассматриваются как один из основных побудителей саморазвития. Человек как индивид, личность и субъект деятельности выступает в качестве целостной, интегрированной, активной и амбивалентной системы, способной к саморазвитию. Амбивалентность личности представляет собой взаимное дополнение и взаимную компенсацию разнонаправленных личностных тенденций, качеств, особенностей, проявлений в деятельности и поведении. Амбивалентные тенденции (подсистемы, особенности, черты), присущие человеку, взаимодействуют различными способами. К. Г. Юнг выделил три доминирующих способа такого взаимодействия: компенсацию, противостояние и объединение. Первый способ взаимодействия — компенсация. Одна подсистема может компенсировать слабость другой. Отношения компенсации возможны и между функциями (в том числе социальными). К. Г. Юнг иллюстрирует компенсацию, раскрывая суть противоположно направленных экстраверсии и интроверсии. Если, например, доминирующей сознательной установкой является экстраверсия, то на бессознательном уровне она будет компенсироваться через развитие вытесненной интровертированной установки, т. е. при фрустрации экстравертированной установки интровертированная установка начинает доминировать. Поэтому периоды активного экстравертированного поведения сменяются периодами интровертированного поведения и такая смена является вполне естественной. Более того, абсолютно экстравертированное или абсолютно интровертированное поведение в принципе невозможно у здоровой, полноценно функционирующей личности. Компенсация как способ взаимодействия подсистем личности обеспечивает своеобразный баланс между противоположными элементами. Вторым способом взаимодействия разнонаправленных подсистем является противостояние. Противостояние проявляется в том, что подсистемы или тенденции вступают в конфликт, за счет которого создается напряжение, порождающее энергию. Многие исследователи исходили из того, что оппозиции возникают в человеке повсеместно: между интеллектом, волей и эмоциями (А. Ф. Лазурский); между интериоризацией и экстериоризацией (Б. Г. Ананьев); в проявлении каждой личностной черты (Г. Кеттел) и т. д. Напряжение, возникающее внутри системы, точнее его специфика, определяет сущность самой личности на данном этапе функционирования. Третий способ взаимодействия — объединение. Полярные феномены не только противостоят друг другу или существуют на основе взаимокомпенсации, но и притягиваются и стремятся друг к другу. Их объединяет то, по поводу чего они возникли. Объединение противоположных подсистем не есть просто их сумма. Это единство достигается за счет трансцендентной функции, проявление которой завершается синтезом противоположных систем с порождением нового качества или характеристики (например, появление нового смысла деятельности или существования). Смысловой контекст редуцирует многие виды напряжений внутри личности. Напряжения могут редуцироваться посредством субординационного или координационного принципа построения структуры личности (по Б. Г. Ананьеву). При реализации субординационного принципа более сложные и общие подсистемы личности подчиняют себе более простые. Координационный принцип реализуется во взаимодействии амбивалентных подсистем на нему относятся. Ему легко даются поверхностные конфликты, в которых он любуется своими страданиями и стойкостью. Индивид ригидного типа подозрителен, обладает завышенной самооценкой. Он постоянно требует подтверждения собственной значимости. Болезненно обидчив, повышенно чувствителен по отношению к мнимым или действительным несправедливостям. Личность неуправляемого типа импульсивна и недостаточно контролирует себя. Поведение такого человека плохо предсказуемо. Часто в запале он не обращает внимания на общепринятые нормы поведения. Личность сверхтонного типа предъявляет повышенные требования к себе и окружающим, обладает повышенной тревожностью. Такой человек иногда может вдруг разорвать отношения с друзьями, знакомыми, потому что ему кажется, что его обидели. Личность бесконфликтного типа обладает легкой внушаемостью, внутренне противоречива, излишне стремится к компромиссу. Разногласия во мнениях также являются конфликтогенным фактором. Мнение — это состояние сознания, заключающее в себе отношение (скрытое или явное) субъекта конфликта к событиям и фактам действительности, к деятельности оппонентов. В своих взаимоотношениях с миром личность проявляет себя как активная система. Она не только отвечает на внешние воздействия, но и сама активно и целенаправленно воздействует на окружающее.
|
||||||||||||||||||
|