Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





МОНАСТЫРЬ 8 страница



           Понимаете, здесь речь, в каком-то смысле, шла о "сохранении собственного дома". Представьте, что вы обрели дом, и полюбили его - конечно, в этом случае вы будете его ценить, и даже в каких-то ситуациях защищать! Мы (наше поколение) таким вот образом обрели Церковь. Мы опознали в ней собственный дом, полюбили её атмосферу, были полны надежд привести в этот удивительный дом своих родных, знакомых, близких... И вдруг, в силу каких-то обстоятельств, возникает чувство, что этот дом хотят... подменить!.. Мы не узнаём его атмосферу, видим в нём каких-то странных людей, какие-то странные книги... Вот в этом случае возникает желание этот дом защищать. Он должен сохраниться в своём первоначальном состоянии, быть таким, каким мы его узнали и полюбили. Это вопрос ответственности - и причём не каких-то особых людей, а буквально каждого. Таким образом Церковь сохраняет себя.

           И вот, я, чувствуя, что происходит что-то ненормальное, вынужден был поступать в соответствии с этим моим чувством, говорить и спорить с моим священником, подвергать испытанию наши отношения, ставить под вопрос возможность моей собственной работы в этом монастыре, участвовать, не понимая до конца темы, в обсуждении этих непростых вопросов. В результате наши отношения действительно стали более напряжёнными, и в последнее время в моей работе стали наступать большие перерывы. Но не обращать внимания на эту тему я не мог - это ведь касалось не только меня, но всей Церкви, нашего общего дома! Или не понимал я, что явление это действительно достаточно яркое, что наставник этот действительно обладает способностью помогать людям и приводить к Богу людей?.. Естественная трезвость и стремление к справедливости побуждали меня с уважением относиться к любому таланту. Но здесь речь шла о вещах более серьёзных, а вовсе не о личном таланте. Здесь речь шла о Церкви, которая всегда должна быть равной самой себе, всегда должна оставаться самой собой. Для меня Церковь - это само присутствие Божье в мире, сам Дух Святой, наполняющий мир, сама вера людей в Отца Небесного и в Иисуса Христа. И вот, к этой вере может прийти человек, и через это обрести спасение и вечную жизнь. И вот это нельзя подменять. Какой тут особый наставник?.. Какие особые методики?.. Какие особые летние лагеря?.. Какое особое училище?.. Всё это может быть интересно, но лишь до тех пор, пока служит этой общей цели. А если это вызывает в Церкви раздор, если приводит к формированию в Церкви особого круга людей, собранных вокруг своего наставника, который к тому же хочет подчинить себе Церковь - то ясно, что любой нормальный человек будет на стороне Церкви!.. Ну неужели же, неужели же последователи этого круга людей не видели, не понимали, к каким результатам приводит в Церкви их деятельность?.. Как то, что для них самих было источником радости и единства - вся эта их деятельность, лагеря, училище - становилось для других людей источником весьма серьёзных бед и проблем?.. Получалось, что для тех, кого это по каким-то жизненным обстоятельствам коснулось, оставалась, по существу, единственная возможность - полностью примкнуть к их кругу, и тогда пользоваться теми духовными благами, которые это сулило. В противном случае человека ждали серьёзные жизненные неприятности. Но это совершенно не нормально! Это нарушает саму суть Церкви, которая состоит в том, что человек приходит только к вере в Отца, и Сына, и Святого Духа, а не в какой-то конкретный, тем более спорный, круг людей! Человек уже сделал свой выбор в сторону Церкви - и больше не должен делать никакого выбора!

           И вот, эти люди не понимали, что они нарушают это важное равновесие, этот принцип, что они самим своим существованием "раскачивают" церковный корабль!.. В их кругу возникло своё собственное внутреннее "мы", отличное от "мы" остальной Церкви!.. Чувство принадлежность к своему собственному кругу, чувство верности этому кругу отняли у них чувство ответственности за Церковь!..

           Впрочем, достаточно мне об этом писать. Это было самое безрадостное моё впечатление от этого монастыря. Единственное средство сохранить внутреннее спокойствие было то, о котором я уже и писал - никак не обращать внимание на это явление, просто жить своей жизнью, делать своё дело, как это и делали, например, некоторые священники. Но по свойствам своего характера, по той ситуации, в которой я тогда оказался и по причинам, которые я здесь уже описал, так поступать я не мог. И потому положение, в котором я оказался, было тяжёлое, тревожное и утомительное.

         Под конец всё же скажу, что же это был за "великий наставник", о котором я здесь то с тревогой, то с некоторой иронией писал. Теперь, когда с тех событий прошло около двадцати лет, настала, наконец, пора сделать это. Я стараюсь здесь не называть имена людей, про которые мне известно, что они к настоящему времени живы. Понятно, что это некоторая условность - и в то же время это естественно для человека, пишущего подобные воспоминания. И вот, уже сравнительно недавно пришло известие, что тот священник, которому посвящены эти страницы, педагог, автор собственных книг, организатор собственного училища и летних лагерей, создатель круга собственных учеников, умер. Умер совершенно неожиданно, у себя в Волгограде, в марте прошлого, 2021-го года. Те, кто внимательно читал эти страницы и немного знаком с этой темой, конечно, уже поняли, что это был протоиерей Анатолий Гармаев. Личность, действительно, очень необычная, внёсшая свой вклад в развитие Церкви - и в то же время вызвавшая в ней серьёзные споры. Я всё это прекрасно сознаю, и об этом я уже писал.

           Некоторые считают, что об умерших не принято говорить или писать плохо. Не знаю, не могу судить, может быть, это и так. Я начал этот очерк ещё летом 2020-го года, когда он ещё был жив. Конечно, я не хотел называть его имени, а просто хотел описать жизненную ситуацию, с которой я столкнулся, и извлечь из неё некоторые выводы. Впрочем, понятно, что некоторые бы сами догадались. Многие бы не догадались - и сама эта личность, и этот круг людей, и проблемы, с ними связанные, теперь уже стремительно уходят в прошлое. Но тогда это было заметным явлением в нашей церковной жизни. Более того, это было заметным явлением в церковной жизни позднего советского времени, о которой я здесь судить не могу, поскольку совершенно её себе не представляю. Это был, по существу, один из немногих людей, которые "подготовили" наступившее затем церковное возрождение. Передо мной до сих пор стоит неразрешимый вопрос - как так получилось, что многие из тех, кто явились "предтечами" нашего церковного возрождения, без которых оно не могло бы состояться, впоследствии, в условиях нарождающейся массовой церковной жизни 90-х годов создали в ней серьёзные проблемы? Как могло так получиться, что те сообщества верующих людей, которые "прокладывали дорогу" нашему церковному возрождению, стали впоследствии в нашей церковной жизни рассматриваться чуть ли не как секты?.. Не знаю, на эти вопросы я, пожалуй, не смогу здесь ответить. Также я не смогу здесь провести подробнй анализ этого круга людей, определить, что же в нём действительно хорошо, а что плохо. Подобная работа выходит за пределы моих возможностей. Единственное, что я мог - это просто описать, как меня всё это в жизни коснулось. Как говорится - из песни слова не выкинешь!.. Надеюсь, что я никого не обидел и не задел тем, что просто описал, как я сам всё это в жизни видел. Прошу прощения за временами несколько ироничный тон - такая манера, на самом деле, естественна для человека, которого что-то сильно волнует, но он сам этого до конца не понимает. Делаю это дополнение теперь, к написанному уже прежде очерку. Возможно, коснусь некоторых из поднятых здесь вопросов позже, в дальнейшем течении рассказа. Пока же буду подводить к концу этот раздел моих размышлений.

 

ПОДВЕДЕНИЕ ИТОГОВ

 

           Итак, я заканчиваю эти мои слегка затянувшиеся воспоминания. Какой же я могу подвести им итог, какой след оставили в моей жизни эти годы, эти мои посещения этого места? Должен сказать, что след этот был далеко не блестящим. Придя сюда исполненным воодушевления, с горячим желанием послужить Церкви, я с течением лет постепенно терял это воодушевление, и, что самое печальное - чистоту и напряжённость моей собственной духовной жизни. В Церкви принят тот взгляд, что в этом отношении каждый отвечает сам за себя. Но я хотел бы обратить ваше внимание на то, как в таких ситуациях мы все отвечаем и друг за друга. Мне кажется, что в такой чисто учебной обстановке, пассивного восприятия большинством участников того, что чисто интеллектуально накопили немногие другие, просто невозможна серьёзная, полноценная духовная жизнь. Она в эту обстановку просто не вмещается. Такая обстановка не даёт понимания смысла и целей происходящего. Не было серьёзного общения, в ходе которого мы могли бы обрести общие цели и понятия, не было серьёзного общего дела, которое бы нас сплотило - т.е. всего того, что дало бы нам понять, что мы здесь действительно чему-то учимся. Не было серьёзных запланированных изменений в нашей духовной жизни и в наших взаимных отношениях - т.е. того, что, в действительности, и составляет суть духовного обучения.

           Вместе с тем, если трезво взглянуть, то, по-видимому, никого нельзя было в этом обвинить. Это была только первая попытка, первая проба организации такого духовного обучения. Те, кто организовал наши Курсы (я уже об этом писал), решили расширить свой круг за счёт увлечённых людей из разных церковных приходов - и при этом пошли по испытанному пути, т.е. организации регулярных лекций. В какой-то степени всё это "работало". Люди ходили на эти лекции, им было даже интересно. Некоторые черты нашего обучения были очень привлекательными - например, то, что к нам ходили люди самых разных возрастов, что обучение стоило совсем не дорого. Люди имели возможность встречаться на этих лекциях, знакомиться. Всё это делало такое обучение в какой-то степени востребованным.

           Благодаря этому наши Курсы всегда привлекали какое-то количество людей, и могли существовать многие годы. Определённая потребность, существовавшая в то время в церковной среде, удовлетворялась. То, что люди при этом духовно не развивались, что духовная их жизнь останавливалась "на точке замерзания", что они при этом привыкали быть потребителями духовного и интеллектуального труда немногих людей (преподавателей), что отношения между ними полноценно не складывались, не развивались и не закреплялись, что из этих занятий, как правило, мало что выходило в будущем, видимо, находилось за пределами внимания тех, кто их организовал. В самом деле, невозможно же обратить внимание на всё и решить сразу все задачи! Хорошо, что сами эти лекции существуют, а вы имеете возможность на них ходить! Человеку, который стал бы обращать внимание на те моменты, о которых я здесь пишу, можно было бы сказать: "Мы здесь реальным делом занимаемся - а у вас всё какие-то фантазии!.."

           Благодаря этому здесь и сохранялся "нижний", "нулевой" уровень духовного обучения, при котором, как это принято говорить, люди "приобретали знания" (в действительности они и их не приобретали) - но при ­этом духовно не развивались, не вступали друг с другом в серьёзные отношения, не занимались никаким общим делом, не ощущали друг перед другом никаких обязательств на будущее - и, разве что, только и могли при случае вспомнить и сказать, что "нам здесь что-то интересное рассказывали".

           Интересна дальнейшая судьба этих занятий. Уже в наше время, т.е. в 10-х годах нашего века, с приходом к власти нового Патриарха, были предприняты некоторые реформы в описанных мной учебных заведениях. В частности, Православный Университет для молодёжи, который к этому времени, несомненно, находился в некотором кризисе, как бы получил "новое дыхание", обрёл новые яркие, убедительные, динамичные черты. Что же касается вечерних Курсов, то их, по-видимому, уже незачем было реформировать. Они были достаточно небольшие, на них не обучалась молодёжь, с ними не было связано каких-то серьёзных, далеко идущих планов. Некоторое время их, правда, пытались всё-таки вписать в новую систему (интересно, что эти усилия, в основном, шли по тем же направлениям, которые я здесь уже описал - т.е. введения общения учащихся и преподавателей, самостоятельной работы учащихся, некоторого объединяющего общего дела) - но потом, видимо, всё-таки оказалось так, что они в неё не очень вписываются. Среди учащихся и преподавателей распространилось стойкое убеждение, что наши Курсы скоро прекратят своё существование. В этот период я и перестал на них ходить (хотя до этого время от времени, несмотря на плохое самочувствие, всё-таки то и дело приезжал сюда, и даже старался в чём-то принять участие) - очень трудно принимать участие в деле, которое уже, по существу, не имеет перспективы.

           Должен сказать, что в Церкви такая ситуация совершенно не нормальна. Церковные сообщества (я имею в виду любые - приходы, общины, учебные заведения) должны в нормальном случае не затухать, а развиваться. Там, где людей объединяет Бог, где им есть, что сказать другим людям, есть, что предложить этому миру, возможно только укрепление, расширение и развитие. Даже если в окружающей их ситуации что-то изменится, такое сообщество людей не пропадёт, оно приспособится к новым условиям, оно независимо ни от каких внешних условий будет развиваться и жить. Но для этого нужно, чтобы его существование имело смысл, чтобы этим людям действительно было что сказать, и даже больше - было, какой образ жизни предложить другим людям. Но, по-видимому, этого в нашей жизни не было.

           Но я параллельно описал также обстановку в нашем монастыре. Что же она для меня значила, что я могу из неё извлечь?.. В первую очередь, я благодарен судьбе за то, что попал в это место и встретился с этими людьми. Люди, которые я встретил здесь, были действительно лучшими людьми Церкви. И вот, при этом странное, удивительное впечатление, которое до сих пор преследует меня - что люди эти по-настоящему не были ничем объединены! Каждый из них был как бы "сам по себе"! Не было никакого большого общего дела, которое бы их объединяло, совершенно не чувствовалось, что они являются частью какого-то прочного сообщества людей! Правда, все они были членами Православной Церкви. Но Православная Церковь - это довольно аморфное понятие, к ней могут принадлежать люди, объединённые общей верой, но которых больше ничто в жизни не связывает. Вот именно это, видимо, и происходило здесь. Люди приходили сюда, аккуратно исполняли свои обязанности, поддерживали общий порядок - но не было понятно, чем же они вместе здесь занимаются, почему они вместе здесь оказались, что их объединяет. Здесь совершенно не ощущалось Церкви. Не было регулярных встреч священников с прихожанами, взаимопомощи, наставления приходящих к вере людей и других общих дел, по которым мы узнаём Церковь. Правда, проводились регулярные лекции, для молодёжи - в Университете, и для взрослых людей - на наших Курсах. Конечно, это было хорошо. Но это, как я уже сказал, само по себе не создавало здесь церковной жизни и церковных отношений. Это побуждало лишь определённый сорт людей приезжать сюда, и наполняло их жизнь достаточно поверхностно, я бы сказал, лишь интеллектуально.

            Почему так происходило?.. Этого я, пожалуй, здесь объяснить не смогу. Есть некоторые вещи, понимание которых, пожалуй, выходят за рамки возможностей отдельного человеческого сознания. Почему в одном из лучших и интереснейших мест, где собрались, по-видимому, лучшие люди Церкви, где делалось так много важного и интересного, тем не менее, не далалось чего-то самого основного, необходимого, простого - это, видимо, вопрос, имеющий уже отношение не к этим людям, а в целом к нашему времени, к нашей стране, к нашей Церкви, и судить об этом отдельный человек не в состоянии. Единственное, что он может - это просто запечатлеть, что он в жизни видел, в надежде, что кто-то другой, может быть, в будущем, сумеет лучше это понять.

           И, тем не менее, несмотря на все огорчения и разочарования, могу свидетельствовать - многие люди, встреченные мною здесь, несомненно, были святыми. Ведь святой человек - это вовсе не тот, полное собрание сочинений которого стоит у вас на полке, или который, как отшельник, сидит в какой-нибудь пустыне под одиноким деревом! Святой человек - это тот, который искренне посвящает себя Богу, который служит Ему так, как это уместно в его месте и в его время! И, безусловно, именно такие люди были здесь. Все они в то непростое и яркое время пришли к вере. Все они получили духовное образование - именно то, какое их время им предоставляло. Все они имели желание делиться своей верой, проповедовать, наставлять, и для этого пришли сюда, чтобы преподавать в Университете или на Курсах, или служить в этом монастыре.

           И поэтому я с полной уверенностью говорю - люди, встреченные мною здесь, несомненно, были святыми! Это касается и настоятеля, который главные свои силы посвящал воспитанию студентов, а в свободное время старался запечатлеть свои раздумья и внутренний опыт в статьях и художественных сочинениях. И того собранного и внимательного священника, под началом которого я в то время работал, который руководил нашими вечерними Курсами и исполнял в монастыре множество других поручений. И того необычного священника, которого я услышал однажды вечером, зайдя в наш храм, в словах которого всегда звучала полная, абсолютная Правда, и который занимался в Университете изучением психологии. И даже того поистине ужасного священника, из монашествующих, с которым почти и невозможно было ни о чём поговорить, кроме как о Льве Толстом, да о каком-то старинном бунте афонских монахов! Понятия-то у него были не соответствующие нашему времени, с отставанием на 100 или 150 лет - но зато душа чистая, устремлённая к Богу! И то же самое я могу сказать о многих людях, встреченных мной в этом монастыре!

           Но дело в том, что личная святость отдельных людей, как их устремлённость к Богу, как их всецелое служение Богу - это вовсе ещё не целостность и полнота жизни всей Церкви. Отдельные люди могут быть святы и чисты, и в то же время у Церкви, как у единого организма, может быть множество проблем. Святость отдельного человека - это его личное свойство, конечно же, очень ценное, которое может влиять вокруг него на множество людей. Глубина же и полнота церковной жизни - это наше общее свойство, это, если можно так сказать, "качество жизни" множества людей, вовсе не святых, но которое, тем не менее, помогает им приблизиться к святости. Она проявляется в их духовном единении, в разнообразных связях, возникающих между ними, в их подлинно христианских взаимных отношениях. И этого не заменить отдельными людьми, пусть горячо и искренне устремившимися к Богу и научившимися об этой своей вере говорить! Вот этого-то духовного единения, разнообразных связей, общего дела, подлинных христианских отношений - короче, глубокой, целостной христианской жизни - мне здесь очень не хватало. И потому месяцы и годы, проведённые здесь, не оставили всё-таки глубокого следа в моей душе.

           Ладно, попробую теперь, под конец, объяснить замысел этих очерков. Я уже давно хотел описать главные впечатления моей церковной жизни. К этому побуждал меня не столько интерес к себе, сколько интерес к Церкви и к её состоянию в наше время. Не секрет, что Церковь - это самое важное, что есть в нашей жизни. Человек, который ещё не приобщился к Церкви, по существу, ещё и не жил.         К этому добавляются особенности духовной ситуации в России нашего времени. В XX веке существование Церкви в России было буквально поставлено под вопрос. И вот каким-то чудом (на самом деле, конечно же, вполне в согласии с волей Божьей!) Русская Церковь в наше время снова жива! Понятно поэтому, что сейчас она находится в центре общественного внимания. Даже те, кто спорят с Церковью, кто не согласны с ней, не могут оторваться от этой темы, потому что чувствуют - в этой теме содержится что-то чрезвычайно важное! А те, кто просто пришли к вере, могут со всей определённостью об этом свидетельствовать, поскольку они в полном смысле обрели новую жизнь.

           У таких людей совершенно естественно желание об этом как-то рассказать. Да, но как?.. Я долго думал, как это сделать, пока не остановился вот на какой идее. Я решил описывать конкретные места, которые я в своей церковной жизни посетил, людей, встреченных в них - и высказывать на эти темы определённые мысли. В сущности, это идея очевидная. По такому принципу и пишутся любые воспоминания. При этом достигается некоторое "равновесие" между описанием "фактического материала", некоторой объективностью - и личным характером этих наблюдений, тем, что это писал конкретный человек. От "личного характера" здесь избавиться совершенно невозможно. Автор, конечно, хочет дать как можно более объективные картины, как можно точнее изобразить реальность - но всё это может быть увидено только его собственными глазами, и потому будет неизбежно носить его личный отпечаток.

           Вот так я, в общих чертах, себе это представлял. Так мне удалось написать два очерка (имеются в виду уже написанные и изданные книжки "Будни одного братства" и "Два храма", о которых я здесь не буду подробно писать). И вот теперь родился третий. Если в первом речь шла, в основном, о милосердии и благотворительности, а во втором - о возрождении храмов и приходского образования, то здесь речь идёт, в основном, о высшем церковном образовании. Этот очерк несколько отличается от предыдущих и по форме. В нём нет столь большого "фактического материала" (т.е. описаний обстановки, характеров, жизненных ситуаций) - и в то же время довольно большое внимание уделено некоторым "идеям". Это произошло потому, что, как я уже не раз говорил, место это достаточно серьёзное, здесь пересеклись многие "нити" современной церковной жизни - и потому для меня как раз настало время сосредоточиться на "идеях". По этой же причине, может быть, этот очерк вышел несколько затянутым. Но я, чтобы избежать этого, несколько раз его проверял, и постарался убрать из него всё, что не идёт к делу. Поэтому то, что в нём всё-таки осталось, я считаю достаточно существенным.

           Ещё раз окидываю взглядом наше время. Безусловно, в духовном плане оно очень необычное. Здесь, в России в течение последних трёх десятилетий произошёл массовый приход к вере - после такого же массового отхода от неё. Видимо, в мировой истории эта ситуация уникальная. Мы можем быть уверены, что именно эти новые ростки веры на нашей земле станут источником всего самого доброго, живого и светлого, что в ближайшем будущем родится в нашем обществе. Поэтому возникает совершенно естественное желание эти новые ростки веры запечатлеть.

           Но запечатлены они могут быть только усилиями конкретных людей. Именно таким образом сможем мы осмыслить наше время, оставить о нём свидетельство. Именно конкретные люди должны осмыслить свой жизненный опыт и как-то связно его изложить. Именно таким образом Церковь осознаёт себя.

           Представьте себе множество людей, которые в эти непростые последние 30 лет пришли к вере. Они живут, верят, как-то осмысливают себя. Они могут делиться друг с другом своими мыслями, что-то обсуждать. И вот, оказывается, что это и есть наша Церковь, этот непостижимый духовный организм, и что таким образом он мыслит, осознаёт себя. Это как какой-то хор, как множество голосов, которые отовсюду звучат. И не дай Бог, если кто-нибудь сочтёт свой голос главным, сочтёт, что именно он понимает, как всё на самом деле - или скажет, что люди в прежние века уже во всём разобрались, а он выступает от их лица! Тогда он сразу же и выбьется из этого хора, и сфальшивит, и отступит от Истины!

           Я - как один из этих голосов, которые отовсюду звучат. И в этом смысле то, что я здесь написал - это голос Церкви, поскольку её голос как раз и состоит из множества разных голосов. И хорошо, что я поднимал здесь разные проблемы, и был чем-то недоволен, и описывал не только добрые качества встреченных мной людей - сразу видно, что описывается реальная обстановка, и что живой человек писал! А за этим всем стоит правда Церкви, которая представляет собой самое важное, что есть на Земле! И ещё - за этим стоит наше время, которое здесь, в России неизбежно будет принято за новую точку отсчёта, так что всё доброе, что здесь отныне будет делаться, неизбежно будет отмериваться, отсчитываться от него!

           Именно это время, в его духовной, или верней сказать, церковной составляющей я и попытался отчасти здесь запечатлеть. Разумеется, это лишь капля в море - но море как раз и состоит из подобных капель. Надеюсь, что мои впечатления вольются в жизнь нашего общего духовного организма и побудят к некоторым размышлениям других его членов. Возможно, этот очерк, по некоторым обстоятельствам моей жизни, окажется последним - но, возможно, мне ещё удастся их продолжить и коснуться ещё некоторых важных тем. Тогда я надеялся бы обратиться к наиболее ярким и драматичным событиям моего церковного пути. Теперь же нужно сделать некоторый перерыв.               

_______________

 



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.