Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





В.М. Бехтерев 32 страница



 

О локализации центров мимических движений

Нам: остается еще рассмотреть вопрос о локализации центров мимических движений. Здесь при решении вопроса мы должны будем иметь в виду прежде всего экспериментальные и патологические наблюдения.

В указанном отношении заслуживает внимания факт, что животные & удалением мозжечка и всех частей большого мозга впереди Варолиева Моста ещё в состоянии обнаруживать двигательное беспокойство и рефлек­торные крики под влиянием резких кожных раздражений. При этом и раз­дражение слизистой оболочки носа аммиаком или раствором уксусной кис­лоты побуждало животных удалять с помощью лап причину раздражения.

Между тем при перерезке позади моста все вышеуказанные рефлектор­ные явления исчезали, хотя дыхание и кровообращение у таких животных мгогло происходить еще целыми часами.

Эти опыты, повторенные затем Vulpian'OM и др., как известно, послу­жили основанием для признания в В ар ол и ев ом мосту так называемого sehsorium ctiinmunet или особого центра восприятия.

В настоящее время учение о таком центре на уровне Варолиева моста уже не находит более защитников, тем более что явления, которые припи­сывались деятельности Варолиева моста, в позднейших исследованиях мог-лк быть в мозгу более точно локализированы. В этом отношении прежде Йсего следует сказать несколько слов по вопросу о голосовом центре.

Исследования, произведенные Goltz'eM над лягушками, показали, что у й'йх имеется рефлекторный голосовой центр на уровне среднего мозга, или так называемого двухолмия. Если у лягушки была произведена мерс-резка мозга впереди двухолмия, то животное реагировало кваканьем на каждое поглаживание спины пальцем, тогда как здоровое животное в этом случае не'обнаруживало автоматического кваканья, а животное с перерез­кой позади двухолмия совершенно прекращало квакать.

36 См.: Бехтерев Bi M* Основы уявния о функциях мозга.

3?Сн,: Бейнар И. А. Об изменениях мозгового кровообращения при остром алкогольной отравлении; Дне. ... д-ра медицины. СПб., 1398.

Проверяя эти опыты и подвергая разрушению оба бугра двухолмия, я убедился, что голосовой центр лежит, собственно, не в самих возвыше­ниях двухолмия, а в глубине подлежащей ткани, так как с разрушением последней прекращается и обнаружение голоса животного.

Что касается млекопитающих, то, как известно, уже Ferrier находил особый голосовой центр в заднем четверохолмии, на основании чего он признавал это образование за центр для выражающих движений. Но позд­нее произведенные мною исследования не подтвердили того, чтобы с зад­него четверохолмия можно было с постоянством вызывать обнаружение голоса,

G другой стороны, при исследованиях моих и д-ра Onodi выяснилось, что голосовой центр лежит в глубине мозговой ткани под задним четверо­холмием, простираясь у собаки на несколько миллиметров позади заднего четверохолмия. Анатомически он соответствует описанному мною верх­нему центральному или срединному ядру, принимающему в себе частью перекрещивающиеся во шве волокна от ядра боковой петли, заложенного на пути слуховых волокон. Что касается центра передвижения, обычно участвующего во многих выражающих движениях, то все имеющиеся фи­зиологические данные говорят о том, что такой центр расположен у млеко­питающих на уровне верхней части спинного мозга или на уровне продол­говатого мозга.

Новейшие исследования, особенно Bidermann'a и ВккеГя зв, не остав­ляют сомнения в том, что лягушки после перерезки под продолго­ватым мозгом могут обнаруживать целый ряд сложных рефлекторных дви­жений и перемещать свое тело в пространстве под влиянием внешних раздражений. То же самое еще ранее было доказано для птиц И, Р. Тарха­новым опытами над обезглавленными утками. Тем не менее полное соче­тание мышечных сокращений для передвижения животного достигается в той случае, когда перерезка производится над продолговатый мозгом.

Равным образом и опыты над более высшими животными не оставляют сомнения в том, что для передвижения служат центры, заложенные на уровне продолговатого мозга.

Еще Ф. Овсянниковым было доказано, что, если у кролика перерезать спинной мозг на уровне писчего пера (cal. scriptonus), то вслед за этим раздражение той или другой задней конечности вызывает движение то од­ной, то обеих вместе задних конечностей; с другой стороны, раздражение той или другой передней конечности вызывает движение также только в од­ной или обеих передних конечностях, тогда как при перерезке 5—6 ми выше писчего пера раздражение одной конечности вызывает рефлектор­ное движение в любой из конечностей. Этим путем доказывается совершен­но очевидно, что центр, сочетающий движение задних конечностей с перед­ними, необходимый для прыганий и вообще для передвижения животного, содержится на уровне продолговатого мозга, С другой стороны, мы имеем наблюдение проф. Ворошилова, который нашел, что раздражение шейной области спинного мозга вплоть до в шейного нерва вызывает у животного ритмические прыгающие движения, тогда как раздражение нижележащих областей вызывает обыкновенно резкий столбняк.

В сопоставлении с предыдущим-опытом и это наблюдение, если принять во внимание, что здесь речь идет о раздражении проводников, говорит о су­ществовании особого центра передвижения, заложенного в надшей ной об­ласти мозга.

 Bidermann W- Beitrage zuc К en и tn is der Reflexfunctian des Ruckemnarks // Archiv fur Physiologic. Leipzig, 1900. Bd. 20, S. 408; Bichei A, Beitrage zur Ruckefimaifkephy&iologie des Froeches // Archiv fur Physiologic 1900. 5, 485.

Подробно рассматривая вопрос о локализации центра передвижения в своих «Основах учения о функциях мозга* 39Т я прихожу к выводу, что в данном случае следует иметь в виду собственно ядра моста и описан­ное мною сетчатое ядро.

Роль спинного мозга

и подкорковых центров

в выполнении мимических движений

Возникает затем вопрос, не играют ли роли в выразительных движениях нижележащие центры спинного мозга*

Существующие экспериментальные данные говорят» безусловно, в поль­зу такого предположения. Давно известные опыты над лягушками не остав­ляют в этом отношении никакого сомнения, О стирании лягушками с пере­резкой под продолговатым мозгом кислоты лапкой известно уже давно.

Далее, вышеуказанные исследования Bidermann'a и БдекеГя не остав­ляют сомнения в том, что у пресмыкающихся в спинном мозгу содержатся сочетательные центры для движения конечностей локомоции и дефекации.

Но имеется и специальный ряд движений, который относится у лягушек к выражающим движениям и которые выполняются при посредстве цент­ров спинного мозга.

Сюда относится, например, произведенный GolU'eM над лягушкой опыт обнимания.

Если самцу-лягушке пересечь спинной мозг или отделить туловище от головной части между черепом и 4-м позвонком, то каждый предмет, раздражающий кожу его груди, будет обхватываться его передними лапа­ми.

Это рефлекторное движение имеет очевидное отношение к половой мимике животного, так как и самый рефлекс наблюдается обыкновенно весной в период развития полового влечения у лягушек*

Gad убедился, что короткие рефлекторные дуги, участвующие в акте обнимания, лежат в ближайших частях спинного мозга, частью же — над продолговатым мозгом. Эти дуги особенно представляются раздражитель­ными в период спаривания животных, что и приводит к возможности прочного обнимания самки целыми днями, как это наблюдается у жаб и лягушек.

Тот же автор воспользовался другим методом, чтобы доказать существо­вание координационных центров в мозгу 40.

У лягушек, как известно, можно наблюдать особую позу в виде готов­ности к прыжку* состоящую в сильном подгибаний задних конечностей. Gad'у удалось вызвать именно эту позу в виде готовности к прыжку при локализированном стрихнином отравлении верхней части грудной области, тогда как собственно двигательные центры для нижних конечностей зало­жены в нижней части спинного мозга. Если перерезать спинной мозг на уровне 3-го спинного корешка, то положение готового прыжка тотчас же прекращается.

Но и у более высших животных может быть доказано существование центров, выражающих движения в спинном мозгу.

Сюда относятся," между прочим, упомянутые уже ранее опыты И. Р, Тарханова над обезглавленными утками, которым при посредстве осо­бого аппарата поддерживалось искусственное дыхание. Такого рода обез-

w Бехтерев В. М. Основы учения о функциях мозга. Вып+ I. С. Й17. 10 Gad Lit Archiv ftir Physiologic. 1884.

главленные утки могут отряхиваться хвостом, они могут плавать, нырять, взмахивать крыльями и даже летать. Кроме этого* утки с перерезкой на уровне 4—5-го позвонка производили и другие координированные движе­ния крыльев, шеи и хвоста, даже и при отсутствии внешнего повода,

Я видел, например, как курица, шея которой была перерезана тупым ножом, тотчас же вскочила на ноги и быстро побежала по двору, взмахивая крыльями, хотя голова ее совершенно свешивалась на бок на вытянутой и приподнятой шее.

Подобное же наблюдение относительно кроликов было сделано также д-ром Куссом,

Далее, известно, что собаки с перерезанным спинным мозгом при раз­дражении боковых частей спины производят чесательные движения. Если такая собака лежит на боку и соответственная задняя конечность ее при­давлена, то раздражение этого бока возбуждало оборонительные движения со стороны другой лапы, что напоминает аналогичные явления над лягуш­ками (Gergens) 4I.

У собак с перерезанным спинным мозгом можно наблюдать также рефлекторные движения задних ног в виде бега, причем «болевое* раздра­жение эти движения тотчас же приостанавливало.

Более подробно сочетательные центры в спинном мозгу были изучены, между прочим, Singer'oM.

Обращаясь к человеку, необходимо иметь в виду, что и здесь имеются факты, совершенно аналогичные вышеприведенным.

Так, исследования Sternberg'a и Latzel'a показали, что новорожденный гемицефал, у которого был сохранен лишь спинной и продолговатый мозг до locus coeruleus с зачаточным мозжечком и у которого, как оказалось при посмертном исследовании, отсутствовали пирамидный, Monakov/ский, Gowers'oB пучки и мозжечковые связи олив и моста, в своих жизненных проявлениях мало чем отличался от нормальных новорожденных. Он сосал и издавал крики, успокаиваясь после сосания, во время же крика откиды­вал ручки назад. Вместе с тем у него замечалось, между прочим, самостоя­тельное рефлекторное замыкание век. Кроме того, урод обнаруживал раз­личную реакцию, смотря потому, давали ли ему сладкую или кислую жид­кость 42. Если гемицефаду клали палец в рот, то урод его зажимал прочно и удерживал.

Обращало, однако, на себя внимание то обстоятельство, что у этого гемицефала отсутствовали оборонительные движения рук при раздраже­нии слизистой оболочки носа, а также совершенно отсутствовала реакция на свет и звук, что объясняется, очевидно, полным отсутствием обонятель­ных, зрительных и слуховых проводников.

Все эти данные не оставляют сомнения в том, что как у животных, так и у человека уже в спинном и продолговатом мозгу заложены особые центры, которые как центры координированных движений участвуют в вы­полнении рефлекторных и психорефлекторых выражающих движений, бо­лее или менее тесно связанных с внешними раздражениями.

При этом совершенно особое значение для выражающих движений должен иметь голосовой центр, заложенный под задним четверохолмием, о котором речь уже была выше.

Должно иметь в виду, что для обнаружения голоса имеются центры не только подкорковые, заложенные в зрительных буграх и под задним

41 Gergens // Pfltigers Archiv fur die gesamto Physiologic des Menschen und der Tierc. Bd. XIV.

42 Sternberg WJf Zeitschrift Physiologic d. mcngchl. Central и ervensystems an Heimcephalen. Monatechr fiir Psychiatric. 1902. tL 6. P. 552; Sternbzrg W. Geschmacksempfindung eines Anencephalus // Zeitschrift fur Psyuhologie und Physiologic der Sinnesorgane. 1902. Bd. 27. S- 77-79.

 

 

двухолмием, но и корковые. Благодаря этому у животных, лишенных полу­шарий, но с сохранением зрительного бугра, под влиянием внешних раз-доаженик может быть вызвано разнообразное обнаружение голоса (у cofea-,ки — визг, лай, ворчанье), тогда как простой визг может быть вызван.даже у, тех жицотных, у которых осталась в целости верхняя часть продолгова-.тосо мозга под задним двухолмием. Отсюда очевидно, что для такого движе­ния, как голос, мы имеем двусторонний основной голосовой центр, который Подчиняется двустороннему же подкорковому центру в зрительном бугре, .тот центр, в свою очередь, стоит к связи с двусторонним кордовым гортанным центром, лежащим в нижнем отделе передней центральной из­вилины; с.последним же в левом полушарии стоит в тесной связи корковый ррчевой, центр.

.„., Подкорковые голосовые центры служат, очевидно, для рефлекторного обнаружения голоса и, может быть, для выражения простых междометий и восклицаний, тогда как членораздельная речь требует уже участия кор-крвого, речевого и голосового центров.

Дадее, имеются все данные полагать, что w рефлекторные центры, которые мы открываем под четнерохолмием, играют роль и в других выра­жающих движениях. Об этом говорит прежде всего тот факт, что при раз­дражении переднего четверохолмия мы получаем сочетанные движения глаз и зрачков, которые, как известно, играют большую роль в мимике высших животных,

С другой стороны, раздражение .чадиего четверохолмия вызывает в выс­шей степени характерные дви .ения. уха, роль которого в выражениях, связанных со слуховым раздражением, представляется неоспоримой.

Центры этих движений, как показали производившиеся у нас исследо­вания, находятся под влиянием затылочно-теменных и височных глазных Й зрачковых двигательных центров, так как, например, достаточно разру­шить область четверохолмия, чтобы движения глаз и зрачка, вызываемые .с затылочно-теменных и височных шчтюв. совеишенно пюекоати-лись..

Кроме того, и другие исследования, указывающие на роль переднего и; заднего четверохолмия в отношении важных рефлекторных функций, ндпрймер дыхания, кровообращения, а та.кже секреторных функций, не ' доставляют сомнения в том, что средний мозг в его целом должен быть рассматриваем, как содержащий важные центры рефлекторных выражаю­щих движений.

Вряд ли можно сомневаться в трмт что движения уха, происходящие при, раздражении заднего четверохолмия, нормально возбуждаются при прс.р.едстве импульсов, идущих со стороны слухового нерва, тогда как изме­нения со стороны дыхания и др., получаюгЯиеся при раздражении перед­него четверохолмия, в нормальном состоянии возбуждаются при посред­стве, зрительного и слухового нерва, что, между прочим, было доказано Исследованиями, произведенными в нашей лаборатории д-ром Жуков­ским  ,.,_..,.   .        ■ .

Надо заметить, что удаление корковых дыхательных центров и даже удаление всей коры передней части мозговых полушарий» где также лежат дыхательные центры, не изменяя существенным образом автоматической дея'тельнрети дыхательного аппарата, не нарушает и рефлекса на дыхание .од зрительного, слухового и обонятельных нервов, а равно к с кожных ни рвов, тогда как 'нарушения дыхательного ритма, вызванные упомяну-

- w Жуко&ский М. Н. О влиянии мозговой коры и подкорковых узлов на дыхание: Дис.-... д ра медицины. СПб,, 1УУ

тыми раздражениями, могли быть соответственным образом изменены или устранены путем раздражения корковых дыхательных центров.

Отсюда ясно, что главную роль в отношении передачи центростреми­тельных импульсов на дыхание играют подкорковые образования и в атом отношении, по крайней мере что касается зрительных и слуховых импуль­сов, должно иметь в виду главным образом области переднего ш заднего четверохолмия.

С другой стороны, есть все основания полагать, что область обонятель­ного поля, к которой подходят волокна от обонятельного нерва, является той областью, которая играет также важную роль в отношении мимических движений, возбуждаемых иод влиянием обонятельных раздражений. Во всяком случае раздражение этой области вызывает усиленные дыхатель­ные движения с растопыриванием крыльев носа. Одностороннее же раздра­жение этой области приводит у собак, помимо изменений дыхания, к смор­щиванию носа на соответствующей стороне.

Таким образом, область среднего мозга и обонятельное поле могут быть признаны по аналогии со спинным и продолговатым мозгом теми областя­ми,, которые служат центрами, участвующими в выразительных движени­ях, развивающихся под влиянием раздражений в области зрения, слуха и обоняния.

Но, кроме первичных форм выражения или рефлекторных мимических движений, мы имеем еще более сложные мимические движения, которые, хотя и развились из более простых рефлекторных мимических движе­ний, но в то же время отличаются значительно большей сложностью во внешних проявлениях, как, например, мимика злобы, гнева и т. п.

Эта форма мимики как более сложная не имеет прямого отношения к функции вышеуказанных центров. Как показывают данные наших опытов 44 и как учат клинические наблюдения, эта мимика выполняется главным образом при посредстве особых образований на основании мозга» которые известны под названием зрительных бугров или бугровых тел. При посредстве последних могут выполняться уже рефлекторно некоторые из форм этой мимики.

так, при удалении мозговых полушарий до зрительных бугров живот­ные не утрачивают вполне сложных выразительных движений. Они теперь лишь возбуждаются рефлекторно под влиянием тех или других раздраже­ний, притекающих со стороны периферических органов. При последую­щем же удалении зрительных бугров устраняются все более сложные рефлекторно возбуждаемые выражающие движения, например злобное ворчание у собак, и остаются лишь наиболее элементарные выражения, как, например, простое обнаружение голоса при болевых раздражениях, движения бегства и т. п., выполняемые, очевидно, нижележащими центра­ми.

Точно так же и клинические случаи с разрушением бугров в извест­ных случаях сопровождались отсутствием или ослаблением мимических движений, что в настоящее время удостоверено целым рядом авторов. При этом выяснилось, что в этом отношении имеем, собственно, разруше­ние внутреннего ядра зрительных бугров.

С другой стороны, специальные опыты и клинические наблюдения пока­зывают, что в зрительных буграх мы имеем, с одной стороны, чувствитель­ные центры для кожной поверхности и вкуса, с другой — рефлекторные центры движения, управляющие локомоцией <5, а также центры голоса,

**См.: Бехтерев В. М. Об отправления зрительных бугров животных н человека // Вести. , клинической а судеовой психиатрии. СПб., 1885, т. 3, вып. 2. С 91— 173 ю*; Бехтерев В. М.

Основы учения о функциях мозга. Вып. V. 46 Подробнее см.: Там же.

движения кожных придатков, центры сердечно-сосудистой системы, дея­тельности желудка, кишок и мочевого пузыря, половых органов и центры секреторных функций (отделение слезт отделение пищеварительного ка­нала и проч.).

Столь многообразная деятельность бугров делает их особо важными центрами выражающих движений.

Должно, однако, иметь в виду, что с удалением мозговых полушарий у животных могут быть рефлекторно вызваны далеко не все выразитель­ные движения, а лишь некоторые, например лай, ворчанье и мимика злости у собак. Такие же движения, как выражение ласки, благодарности и т. п., вовсе не могут быть обнаружены у животных, лишенных мозговых полушарий.

Отсюда очевидно, что известная часть мимических движений является функцией мозговой коры, выполня-ясь при посредстве проводников, преры­вающихся в подкорковых образованиях, особенно в зрительном бугре, четверохолмии, продолговатом и спинном мозге.

Роль мозговой коры в выполнении мимических движений

Ясно, что в выражающих движениях должна играть последнюю роль кора мозговых полушарий.

Если с удалением мозговых полушарий у животных представляется возможной лишь рефлекторная мимика, т. е. мимика, обусловленная не­посредственными раздражениями, то очевидно, что все те мимические дви­жения и жесты, которые мы называем психорефлекторными и которые выполняютс; путем сочетаний, происходят при участии мозговой коры.

Переходя к выяснению вопроса о том, какие области мозговой коры принимают участие в мимических движениях, необходимо заметить, что P. Flechsig на основании своих анатомических исследований приходил к выводу, что разрушения передней области мозговых полушарий приводят к расстройству в области воли и чувствований, выражаясь равнодушием, слабостью воли и внимаь чя.

Переводя на язык объективной психологии, мы должны были бы признать, согласно с P. Flechsig'oM, что общий нервно-психический тон и эмоции находятся в зависимости от изменений коры предлобной области.

Действительно, животные с удалением предлобных областей представ­ляются апатичными и вялыми, но есть основания думать, что эта вялость обусловливается, по крайней мере частью, глубоким поражением высших психических отправлений, благодаря чему существенным образом страда­ют процессы сосредоточения.

Более же непосредственное или ближайшее отношение к мимике имеют воспринимающие или приводные корковые области с заложенными в них рефлекторно-двигательными центрами.

Действительно двустороннее удаление зрительного или слухового цент­ра в коре устраняет у животных зрительную и слуховую психорефлек­торную мимику. В первом случае поддразнивание пищей уже не вызывает облизывания животного и истечения слюны. Во втором случае знакомый звук приготовления пищи не возбуждает у животного реакцию сосредото­чения и не вызывает слюнного отделения, как у здоровых собак. С другой стороны, удаление чувство-двигательной области устраняет также часть

46 Флексиг П. Доклад на Международном психологическом конгрессе в Риме. 26—30 апре­ля 1905 г.27*

мимических движений, выполняемых при посредстве этих областей, как, например, движение ласки.

В пользу отношения отдельных корковых центров к мимическим дви­жениям могут быть приведены и экспериментальные доказательства. Так, мы знаем влияние эмоции на дыхание и опыты не оставляют сомнения в участии в этом корковых дыхательных центров. Д-р Лаври-

нович4Т производил специальные опыты с психорефлексами при аффектах у собак с удалением корковых дыхательных центров, причем оказалось, что животные после удаления корковых дыхательных центров утрачивали способность реагировать изменениями дыхания на различные звуковые и зрительные раздражения.

Заслуживают также внимания производившиеся у нас исследования д-ра Жуковского над выяснением центров, при посредстве которых проис­ходит передача на органы дыхания зрительных впечатлений. Автор подно­сил кошку к морде оперируемой: собаки. При этом животное, привязан­ное на станке для операции, производило два глубоких дыхательных движения с коротким вдыхательным подъемом и удлиненным выдохом, за которым следовало одно поверхностное дыхание и затем снова следовал глубокий вдох, после чего дыхание становилось нормальным. В другом случае при том же влиянии животное вновь обнаружило вдох с последо­вательным замедленным выдохом, после чего дыхание пришло в нормаль­ное состояние. Но достаточно было удалить корковые дыхательные центры, чтобы эти изменения дыхания при поднесении кошки уже не обнару­живались .

С другой стороны, те же опыты показали, что если у животных дыхание ускорялось под влиянием волнения, оно тотчас же замедлялось до полной задержки или же сменялось усиленным дыханием в виде редких и глубоких дыхательных движений под влиянием электрического раздражения дыха­тельных центров.

Отсюда более чем очевидна роль корковых дыхательных центров в отношении изменений дыхания, наблюдаемых при мимических движе­ниях.

Далее, Браунштейн, работавший с видоизмененным аппаратом Белляр-минова, вызывал эмоции у животных криком, неожиданным шумом, поднесением ножа и т. п. Оказалось» что при этом получается та же реакция в виде расширения зрачка, которая получается и при раздражении соответствующих участков коры на сигмовидной извилине (передняя часть gyr. suprarsylviaes), удаление же этих участков устраняло и самый эффект. По опытам автора расширение зрачка вызывается при эмоциях путем угнетения подкорковых центров глазодвигательных нервов, согласно со сделанными мною на этот счет указаниями относительно расширяющего зрачок влияния «болевых» раздражений при посредстве угнетения соот­ветствующих подкорковых центров.

Заслуживают также внимания позднейшие исследования д-ра Чирков-ского4* над кроликами, которые показали, что после перерезки зрительных нервов удается вызвать у животных еще большее расширение зрачков под влиянием психического возбуждения, а равно и под влиянием чувст­вительных раздражении, между тем как после перерезки расширителей зрачка, идущих через верхний шейный узел в шейном симпатическом нерве и затем в первой ветви тройничного нерва, расширение арачков

47 Лавринович М. О. К вопросу о влияния большого мозга на дыхание. Харьков, 1892.

411 Жуковский М. Н. О влиянии мозговой коры в подкорковых узлов на дыхание.

п Чирковский В. В. И вопросу об иннервации движений зрачка. Экспериментальное

исследование // Неврологический вестн. 1904. Т. 12, вып. 2. С. 142—196; Вып. 3.

С 126—206; Вып. 4. С. 1—56.

при психическом возбуждении животного совершенно прекращалось. От­сюда очевидно, что речь идет здесь о возбуждении расширителей зрачка.

Далее, мы видели выше, что выделение слюны сопровождает с постоян­ством вкусовую мимику, причем это выделение происходит при соответст­вующих раздражениях обонятельного, вкусового, зрительного и слухового характера. Специальные опыты, производившиеся в нашей лаборатории (д-р Бслицкий), показали, однако, что если удалить у животного с обеих сторон открытые нами корковые слюноотделительные области, то оказы­вается, что хотя обонятельные и вкусовые раздражения по-прежнему вызывают слюноотделение, но зрительные раздражения, например под­дразнивание пищей и подражательное чмокание губами, уже не вызывали слюноотделения подобно тому, как это наблюдается у здоровых живот­ных50.

Недавно эти факты подвергались оспариванию, но позднейшие иссле­дования в нашей лаборатории д-ра Спиртова вновь подтвердили ранее произведенные исследования д-ра Белицкого, установив, что прекращение слюноотделительного рефлекса на зрительные и слуховые раздражения происходит лишь в ближайшие дни после операции, но во всяком случае после того, как животное от нее понравится, тогда как со временем вышеуказанные рефлексы восстанавливаются. Последний факт доказы­вает, очевидно, возможность компенсации утраченных в первое время I зфлексов другими путями, выходящими, быть может, непосредственно от корковых зрительных и слуховых центров к подкорковым областям.

Далее, мы имеем возможность указать здесь на опыты» произведенные в нашей лаборатории д-ром Гервером но отношению к корковому еокоотде-лительному центру желудка.

После того как предварительными оиытами была определена локализа­ция коркового сокоотделителыюго центра в коре мозга по соседству с двигательной областью, специальные исследования показали, что после удаления этого центра в коре с обеих сторон поддразнивание животного кусочками пищи, которое ранее всегда вызывало отделение желудочного сока из желудочной фистулы, по удалении вышеуказанных центров уже не вызывало соответствующего эффекта. Для контроля в других опытах производилась одинаковая по размерам травма мозговой коры, но в сосед­них областях, не заведовающих сокоотделительной деятельностью, и оказа­лось, что она не производит никакого влияния на отделение желудочного сока при поддразнивании животного съедобными веществами.

Надо заметить, что исследования доктора Тихомирова не согласуются с только что указанными исследованиями, но что в позднейшее время д-ром Трекером в нашей лаборатории вновь проделаны опыты с двусторон­ним удалением корковых сокоотделительиых центров, причем в общем получились' те же результаты, что и ранее у Гервера, но явления держались обыкновенно ti—8 дней, после чего они выравнивались посте­пенно путем компенсации ''.

Далее, в заведоваемой нами лаборатории доктор Никитин исследовал «психическое» влияние присутствия ягненка на отделение молока у мо­лочных овец. При этом у неоиерированных овец, как упомянуто, оказыва­лось всегда усиление отделения молока при виде своего ягненка. Так же действовал и крик ягненка. Уничтожение же соответствующих корковых

*° Белиц кий Ю< К. О влиянии коркового центра слюноотделения на рефлекторную работу елкшпых желез

51 Во кремя демонстрации оперированных жинотных V. А. Трекером, и одном на научных собраний Клиники душевных и нервных болемней в мае 1908 г, ныненшюсь, что в лабора­тории И, П. Пнилова не приступали к исследованию оперированных собак ранее (5 го дня, когда, очевидно, должны уже были наступить явления компенсации. Этим, без сомнения, объясняются отрицательные результаты исследований его лаборатории в указанном отно­шении.

центров, раздражение которых вызывало отделение молока, вызывало прекращение его отделения при показывании ягненка.

Наконец, можно укачать еще па тот факт, что при удалении корковых зрачковых центров п коре передних чжтен полушарий наблюдалось устранение расширения зрачки при испуге животного, что гонорит об отношении зрачковых корковых центров к иснхоцефлскториым движениям зрачков, участвующим в мимических движениях.

Клинические наблюдения равным образом пе остаиляют сомнения в том, что корковые центры чувство-двигательной оолагтм являются центрами некоторых из мимических дпиженни.

Известно, что при корковом параличе совершенно утрачивается к спо­собность выполнять жесты руками и только днустороине иннервируемые мимические движения в лице (смех и плач) еще сохраняются. И пользу отношения корковых двигательных центром к мимике говорит также и опубликованные мною и чатом другими антоцачи случаи корковых пара­личей, сопровождающихся насильственным смехом и плачем 2Й*.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.