Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Гонения конца 19 в. 26 страница



Храмоздательство

Уже с 1905 г. началось строительство старообрядческих церквей и колоколен, и продолжалось оно включительно до конца 1917 г. За этот период воздвигнуто было старообрядцами новых церквей более тысячи, из них немало весьма великолепных, чрезвычайно ценных по своей замечательной архитектуре, древнему стилю и по затраченным на них огромным суммам.

Много церквей и колоколен воздвигнуто было старообрядцами по всей России и в предыдущие периоды их истории, когда это было возможно. Особенно обогатилось старообрядчество храмами Божиими в царствование императрицы Екатерины Великой и отчасти - в царствование императора Александра I. Многие из них блистали своим наружным великолепием и особенно ценны они были своим внутренним украшением: иконостасами с древнейшими и даже чудотворными иконами, церковной утварью, редчайшими книгами, богатыми облачениями. Эта ценность не может быть выражена никакой цифрой, ибо такая святыня воистину бесценна. Все многочисленные старообрядческие приходы имели тогда церкви с колокольнями, во многих местах - по две: одну летнюю церковь, а другую зимнюю; в монастырях же было церквей и того больше. Любили старообрядцы воздвигать домы Божий и украшать их самой дорогой святыней. Усердие их в этом святом деле было бесподобным. Но все это их бесценное достояние было в царствование Николая I отобрано и отдано единоверцам, а в значительной части своей и совсем уничтожено, так что от него и памяти никакой не осталось. В последующие царствования вместо отобранных и уничтоженных церквей старообрядцы стали строить под разными предлогами и с чрезвычайными усилиями новые дома молитвы, похожие своим наружным видом на обыкновенные жилища или даже на амбары и сараи, или в готовых жилых домах устраивать молитвенные помещения. Но и таковые убежища, как мы видели, подвергались преследованию и закрытию и, прежде всего, ограблению. С провозглашением в России начал веротерпимости, а потом и свободы, религиозной и политической, следовало бы, по справедливости и по совести и совершенно на законном основании, возвратить старообрядцам все отобранное у них церковное имущество, как их собственность, созданную их трудами и на их средства. Но этой справедливости не было проявлено по отношению к коренным русским людям, тогда как католики и протестанты, поляки и армяне получили свое имущество и, кроме того, получили еще государственную обеспеченность на содержание своего духовенства, училищ и даже благотворительных учреждений.

Пришлось старообрядцам снова воздвигать себе церкви и колокольни и собирать в них бесценную святыню, и они принялись за это дело с прежним усердием и с горячей любовью. Построить за каких-нибудь 10-11 лет более тысячи церквей, украсить их внутри величайшей святыней - и все это сделать исключительно на свои средства, без какой бы то ни было посторонней помощи - это действительно великое дело любви и усердия, чудо милости Божией. В одной статье, посвященной этому церковному строительству, говорилось: "Русское государство, самое великое во всем мире, никак не соберется с силами воссоздать хотя бы такой флот, какой был у нас до японской войны (1904 г.), когда японцы его разгромили; а старообрядцы после непрерывного 250-летнего разгрома сумели за тот же 7-8-летний срок (писалось в 1914 г.) построить более тысячи церковных кораблей, вооруженных всеми необходимыми средствами. Старообрядчество вполне заслуживает того, чтобы перед его силой и величием склонили головы и исконные враги его. Повсюду теперь звонят старообрядческие колокола, они возвещают не об одной только молитве и Богослужении старообрядцев, но и о внутренней мощи старообрядчества, о его духовных силах, его жизненности, способности на великие жертвы во славу Господа и святой Его Церкви"452.

     
 

В нашей краткой Истории мы не можем даже просто перечислить все эти новые церкви, в столь короткий срок украсившие всю Россию даже в самых захолустных ее уголках. Отметим лишь наиболее замечательные и наиболее ценные из них. Упомянем прежде всего построенные в Москве церкви и колокольни. На Рогожском Кладбище, где сохранились две прежние церкви, одна зимняя - Рождественская и другая летняя - Покровская, воздвигнута была лишь колокольня, поражающая своим величием и красотой. Она сооружена в память распечатывания алтарей только что упомянутых храмов и высится между этими церквами, на расположенной перед ними площади кладбищенского садика. "По своей грандиозной величине и оригинальной архитектуре колокольня принадлежит к числу выдающихся сооружений в области церковного зодчества Первопрестольной столицы". Длина ее семь сажен, ширина (с двумя крыльями по бокам) 12 сажен, а высота - 30 сажен. В нижнем ярусе колокольни устроена церковь в честь Воскресения Христова; во втором - ризница и библиотека Рогожского Кладбища, а в 3-м и 4-м ярусах - колокола, из которых главный весит 1000 пудов, второй 350 и третий - 200 пудов, остальные меньшего веса. Верх колокольни увенчан круглым куполом, напоминающим купол колокольни Ивана Великого в Московском Кремле, и по величине (в диаметре 4 сажени) равный ему. По бокам колокольни, на боковых частях (крыльях), доходящих до третьего яруса, высятся два других купола с главами. Общая стоимость этого величественного памятника обошлась до двухсот тысяч довоенных рублей[448]. Но особую ценность представляет собою храм Воскресения Христова. По своим размерам он невелик, вмещает в себя всего около 25 человек, но по своей внутренней отделке и содержащейся в нем ценной коллекции древних икон он, без сомнения, один из самых замечательных во всей Москве. Величественная и строгая иконопись, исполненная в новгородском стиле XVI в., украшает стены, своды и купол храма; откосы дверей и окон покрыты древним орнаментом. Перед входом в самую внутренность храма находится небольшая паперть, стены ее также сплошь расписаны. Массивные медные двери ведут с паперти внутрь храма, они исполнены по образцу входных дверей московского Благовещенского собора, с изображениями и орнаментом, покрытыми золотом. Внутри храма, на северной стене, в особом киоте, покрытым басмою, исполненною по древним рисункам, помещаются девять икон древнего новгородского письма (XV в.). Замечательную художественную редкость представляют две заклиросные иконы: "Триипостасное Божество" и "Да молчит всякая плоть" - лучших писем царских (строгановских) XVII в., необычайно тонкой и тщательной работы. Покрытый стильной басмой пятиярусный иконостас заключает в себе также значительные по редкости и художественному исполнению изображения. Царские врата - лучших северных писем; по бокам их в столбиках находятся 12 небольшого размера изображений святителей замечательного новгородского письма XV в. Все ярусы иконостаса уставлены древними иконами московских и новгородских писем XIII-XV вв. Оригинальное двухъярусное паникадило, а также вся храмовая утварь, кадила и подсвечники исполнены в строго выдержанном древнерусском стиле XVII в. Напрестольная алтарная утварь сделана из кованого серебра также по древним образцам. Все в этой церкви выполнено стильно, высокохудожественно и в древнем вкусе. Построена и отделана церковь Воскресения Христова исключительно на средства жертвователей - прихожан Рогожского Кладбища и, главным образом, известной благотворительницы Ф.Е. Морозовой.

Еще более замечательный храм воздвигнут в Москве в честь Успения Пресвятыя Богородицы на Апухтинке, по Новоселенскому переулку, близ Покровской заставы. Снаружи храм этот представляет копию с большого Успенского собора в московском Кремле: увенчан он пятью круглыми куполами с главами, сверху которых утверждены вызолоченные кресты. Внутри храм поражает своим величием и благолепием: он поддерживается восемью четырехугольными столбами, из которых два крайних находятся за иконостасом. Пятиярусный иконостас сделан по образцу иконостасов Успенского собора в Москве, соборного храма в Сторожевском монастыре, храма Саввы Сторожевского в Звенигороде и других древних храмов, весь обложен древней вызолоченной басмой, художественно сделанной по старинным рисункам. Царские врата - XVI в., новгородского письма, тоже обложены басмой. Над царскими вратами находится сень XVI в. с иконами новгородского письма, а над сенью - корона с очень древними небольшого размера иконами. Все в этой величественной церкви древнее: XVII, XVI, XV и даже XIV вв. - и все замечательное, высокохудожественное, редчайшее и бесценное. Об этом храме нужно писать целую книгу. Мы предоставим краткое слово о нем известному знатоку древнерусского искусства г. П. Муратову. "Благодаря трудам и заботам старообрядцев, - говорит Муратов, - в Москве создались храмы совершенно особого типа, подлинные храмы-музеи. Будущий составитель московского Путеводителя, несомненно, отнесет к главным достопримечательностям Москвы старообрядческие церкви на Рогожском Кладбище, особенно старообрядческий собор во имя Успения Богородицы близ Покровской заставы... Создание этого храма является положительно каким-то чудом. Всего семь лет как было приступлено к его постройке (писано в 1915 г.). Несколько глубоко преданных делу людей, в числе которых необходимо прежде всего помянуть благодарным словом братьев [И.И.?] и А.И. Новиковых, довели успешно до конца постройку и в то же время, проявив удивительную энергию и редкий художественный такт, собрали полное древнее убранство храма. Необыкновенно сильное впечатление заставляет испытывать эта церковь. С первых шагов и во всем здесь видишь заботу о древности, о подлинности, которая так удачно сливается с заботой о красоте. Здесь, собственно говоря, в первый раз начинаешь понимать, чем должна быть русская Церковь и чем она, во всяком случае, могла быть в XV-XVII веках. Устроители храма решительно и смело удалили из убранства сплошные ризы, закрывающие иконы в других церквах. Вместо тяжелого ремесленного серебра и грубой позолоты мы видим здесь повсюду лишь тонкую серебряную басму, превосходно подобранную по старинным образцам. Нашелся в Москве мастер, имя которого необходимо назвать - (?)Я.Мишуков (тоже старообрядец), который выполнил эту работу с высокой и чисто артистической умелостью. На мягком, жемчужном тоне басмы выделились глубокие, сияющие, светлые краски древних икон, освобожденных от темной олифы и от прописей. В деле собирания икон устроители храма не знали усталости и были щедро вознаграждены за это рядом удач. Им удалось украсить иконостас грандиозным "чином" XV в. и несколькими замечательными "праздниками". Драгоценнейшим для этого храма-музея явился образ Смоленской Божией Матери, писанный, по всей вероятности, византийским мастером XIV столетия. Все школы древней русской живописи представлены здесь превосходными примерами, и нет возможности перечислить в этой короткой заметке хотя бы самые типические образцы эпох и писем. Храм Успения ждет своего исследователя и описателя. Но даже после краткого пребывания в храме Успения каждый унесет с собой воспоминание об искусстве светлом, украшающем и бесконечно мудром в своих древних традициях, об искусстве, которое с таким удивлением и даже недоверием учимся теперь связывать с существованием России. Странно даже подумать, что это впечатление оказывается одним из московских, а не итальянских, например, впечатлений, и первая мысль, какая приходит в голову, это - как плохо знаем мы Москву. И "неизвестная" Москва становится для нас вдруг новой надеждой".

Величественны и замечательны во многих отношениях и другие храмы, воздвигнутые старообрядцами в Москве. Красивый храм в Гавриковом переулке, при Покровско-Успенской общине, по художественной отделке, по богатой коллекции древних икон считается, после храмов Рогожского Кладбища и Успенского на Апухтинке, наиболее ценным. Затем идут храмы на Остоженке - новгородского типа с древнейшими иконами, большой Замоскворецкий, Николо-Смоленской общины, Тверской общины, на Малой Андрониевке, Тихвинский храм и другие. Все они построены в древнем стиле и представляют собою не только большую материальную ценность, но и весьма высокую архитектурную, художественную, эстетическую ценность, в особенности же по внутреннему своему убранству, по заключающимся в них древностям и святыням.

Немало ценных церквей воздвигли старообрядцы и в провинции. В этом строительстве большую услугу оказал Совет Всероссийских Съездов: он печатал в журнале "Церковь" образцы и типы древних русских церквей, напечатал их и в старообрядческом календаре того времени, проникшем в самые отдаленные общины старообрядческие, которые и руководствовались при постройке своих храмов рекомендованными образцами и указаниями. Поэтому почти все многочисленные старообрядческие храмы оказались в своем архитектурном виде стильными, красивыми, характерно древнерусскими. Даже такие области, как Архангельская губерния и даже Енисейская, украсились замечательными старообрядческими церквами. Некоторые церкви, воздвигнутые в провинции, по своим размерам и по материальной стоимости не уступят и столичным. Так, в с. Поречье Калужской губернии церковь, построенная на средства местных деятелей-благотворителей братьев Сергевых, по своему великолепию может быть поставлена наряду с московскими. Чудные храмы воздвигнуты были в Петрограде на Громовском кладбище, во Владимире на Клязьме, в Самаре, в посаде Клинцах Черниговской губернии, в с.Воронцово-???Александровкое Ставропольской губернии. Особенно замечательный храм воздвигнут в с. Балакове Самарской губернии, здешним крупным благотворителем О.М. Мальцевым. Своим внешним величием он превосходит и московские церкви: одна постройка его обошлась в миллион рублей. Стиль его особенный, напоминающий готический; кладка его из ценного камня так подогнана, что он кажется вылитым из цельного мрамора. Весьма ценен он и по внутреннему убранству. И колокольный звон его могуч: главный колокол весит 680 пудов.

Много храмов построили по всей России и старообрядцы-беспоповцы. Великолепные храмы они воздвигли в обеих столицах России - в Петрограде и в Москве. Особенно замечателен храм поморской общины в Токмаковом переулке в Москве, но он отличается от всех других старообрядческих храмов своей архитектурной оригинальностью в декадентском стиле, напоминающем, скорее, средневековую капеллу, но не древнерусский храм; даже окна его украшены цветными стеклами, по образцу римско-католических и протестантских храмов Западной Европы. Еще замечательнее, что в иконостасе этого храма сделаны северные, южные и царские двери, которые ведут, конечно, в алтарь. Но какой же может быть алтарь у беспоповцев? И действительно, на месте алтаря поморцы устроили себе комнату для совета своей общины и тут же - закусочную: стоит в стороне такого беспоповского "алтаря" большой стол, там, где должен стоять престол Бога Вышнего, на нем кипит самовар, вокруг него расставлены чашки для чая и тарелки с закусками. Какая это жестокая насмешка над самим антихристом! По пророческим предсказаниям, он должен уничтожать христианские алтари, разрушать св. храмы, ниспровергать святые престолы, жертвенники и самую жертву Христову уничтожать. А на самом деле это делают беспоповцы, а он, напротив, дает разрешение на постройку христианских храмов, на устройство в них алтарей, приношение в них жертвы Исуса Христа, если, конечно, под антихристом, по верованиям беспоповцев, подразумевать не их самих, а никонианскую власть и всех ее служителей и последователей. "Золотой век" старообрядческой истории, как и следующий за ним период, разрушил многие воззрения и верования как никониан, так и беспоповцев.

К храмостроительству нужно отнести и устройство монастырей и скитов. В предыдущие периоды старообрядцы много устраивали этих спасительных убежищ - сотнями. В царствование императора Николая I почти все они были разрушены, разгромлены, совершенно уничтожены, а самые богатые из них отобраны и отданы единоверцам. Ни один ни монастырь, ни скит не были возвращены старообрядцам, как не была возвращена ни одна ценность из всего необъятного имущества, награбленного в этих духовных питомниках старообрядчества. Сокровища великой ценности погибли безвозвратно в тогдашний погром.

Старообрядческие монастыри и скиты имели огромное духовно-воспитательное и руководящее значение для всего старообрядчества. Здесь создавалась старообрядческая литература, тут выковывались крепкие духом борцы за святую старину, отсюда вышли наиболее видные деятели прошлого: первые епископы Белокриницкой иерархии, наиболее прославленные, были воспитанниками монастырей и скитов. Но с дарованием религиозной свободы прежнее значение этих духовных очагов было если не совсем утеряно, то, во всяком случае, понижено. Вот почему в "золотой" век возникло их в очень малом количестве - какой-нибудь десяток. Так, основан был женский монастырь в пос. Клинцах Черниговской губернии, женский монастырь при п. Касихе(?) Псковской губернии; женский скит при с. Чернухе Нижегородской губернии; женский монастырь на Дону, близ хутора Попкова. Там же, на Дону, близ Калача, устроен и мужской монастырь; в непроходимой сибирской тайге, в 120 верстах от г. Томска на север, возник очень благоустроенный монастырь, тоже мужской. Заслуживает особого внимания заволжский Спасо-Преображенский монастырь в Нижегородской епархии, устроенный епископом Иннокентием. Он предназначался для культурно-просветительных целей: отсюда должны были бы выходить начетчики, уставщики, учителя церковного чтения и пения и другие духовные деятели. Здесь воздвигнут был величественный храм с пятью алтарями, один из них освящен в память старообрядческих мучеников: протопопа Аввакума, священника Лазаря, диакона Феодора и преподобного Епифания, сожженных живыми в срубе после многолетних мучений. Для келий братии построен большой двухэтажный каменный корпус, во всем отвечающий современной технике: с центральным водяным отоплением, вентиляцией, водопроводом и пр.

Хотя существование старообрядческих монастырей и скитов разрешено Высочайшим Указом 17 апреля 1905 г., но правовое их положение, а равно и иночествующей братии, не было установлено и узаконено. Лишь в 1915 г. министерство внутренних дел, под влиянием настойчивых ходатайств Совета Всероссийских Съездов старообрядцев, решило приступить к "разработке законоположений об упорядочении правового положения старообрядческих монастырей, скитов и обителей". Министерство собрало сведения о количестве старообрядческих монастырей и скитов, о времени их возникновения, материального их положения, о характере внутренней их организации и о прочем. Но новые события в стране так и не дали возможности издать закон о монастырях, а крушение государства сокрушило в России и все монастыри всех исповеданий.

Культура и просвещение.

Старообрядческая культура - особенная: это древнерусская культура, религиозная, церковная, народно-бытовая. Она является полной противоположностью западной - внерелигиозной, внецерковной, языческой и во многом безбожной культуре[449] [450] [451] [452].
По признанию современных ученых, исследователей старообрядчества, "староверие было творческим этапом в русской церковной жизни, в реализации идеи церковной культуры"455. "Бесспорным является то, - говорит профессор В.В. Зеньковский, - что не одно сохранение традиций определило духовный путь старообрядчества, но и борьба за церковную культуру, как понимали ее тогда" (см. особенно труды профессора Каптерева)456. "В этом отношении необходимо отметить, - разъясняет тот же ученый в другом месте, - что отделение старообрядцев происходило не только по линии церковных споров, но и по линии всей культурной психологии, в старообрядчество уходила Русь, верная не только религиозному, но и культурному прошлому, не хотевшая никаких новшеств ни в Церкви, ни в жизни. Церковная и культурная неуступчивость не были только зловещим симптомом замыкания в самих себе, но в них с полной уже ясностью выступает мотив "самобытности", творческий замысел раскрытия и исторического проявления "своего"457.

Старообрядчество требует, чтобы вся жизнь человеческая: государственная, общественная, народная и личная - была пропитана религиозными началами, чтобы вся деятельность была освящена Церковью и благословлена Богом, была омолитвенена и облагодатствована. Даже советский комментатор Н.К. Гудзий, говоря о протопопе Аввакуме, подчеркивает, что "религиозное сознание его утверждало не принципиальное отрицание жизни в миру и жизни вообще, а проникновение жизни во всех ее бытовых подробностях религией"[453]. "С особенной силой и законченностью это стремление к освещению всей жизни Церковью сказалось в старообрядчестве, красочные и яркие страницы которого доныне еще не зарисованы вполне", - замечает профессор Зеньковский. По его проникающему взгляду, в старообрядчестве, за всяким его движением и течением, "стоит как определяющая их сила идея церковной культуры, идеал целостной жизни". Не духовная неподвижность лежала в основе староверия, а наоборот, духовная напряженность, борьба за церковную культуру, как ее понимало староверие... Деятели старообрядчества не ошиблись, когда так боялись новшеств - впереди предстояла эпоха Петра Великого, с его крутым поворотом к Западу"[454]. Старообрядческая культура действительно ярко и сильно сказалась

т.е. дурным. Таким образом, очевидно, что истинный прогрессист есть необходимо пессимист". Федоров Н.Ф. Философия общего дела. Т. 1. С. 18. Федоров остро бросает этим "прогрессистам": "Занятые тряпками, т.е. живым делом, как это кажется людям нашего времени, они с гордостью смотрят на археологов, занятых ветошью; как не сказать нынешнему поколению: не гордись, тряпка, завтра будешь ветошью" (стр. 497). В применении этой "тряпки" к латино-польской культуре, которая захлестывающей волной надвинулась на Русь и при царе Алексее Михайловиче, эмигрантский профессор А. Карташев говорит: "Напуганная русская душа метнулась от нее в старообрядчество, убежала в леса и подполье и закрепилась там под впечатлениями совершенно чуждой и жуткой для нее стихии петровской реформы и нового европейского просвещения. Детски искреннее чутье этой души не обмануло ее. С Петром пришло на Русь и воцарилось на ней совершенно иное просвещение, идущее от иного корня, имеющее иное основание. Там ... целью было небо, здесь земля. Там Законодателем был Бог, здесь автономный человек с его мощью научного разума. Там критерием поведения было мистическое начало греха, здесь - хотя и утонченная, но в конце концов утилитарная мораль общежития..." // Путь. Париж, 1928. № 9. С. 36.

Проблемы русского религиозного сознания // Сборник. Берлин, 1924. С. 252.
Там же. С. 246.

Зеньковский В.В. Русские мыслители и Европа. Париж. С.10


 

во всех областях государственной и народной жизни: в торговле, в земледелии, в сельском хозяйстве, в колонизации, в просвещении[455] , в быту[456], в храмоздательстве, как мы уже видели, в особенности же - в сохранении и преумножении величайших сокровищ святой Руси, иконных и книжных, из которых составились огромные библиотеки и музеи бесконечной ценности. Только в правительственных верхах старообрядческая культура не имела никакого влияния, ибо туда ни один старообрядец не допускался. Только в годы великих потрясений старообрядчество пробиралось к этим "верхам": так, в Отечественную войну 1812 г. прославленные ее герои, граф Платов [457] , Орлов-Давыдов [458] [459] [460] , были старообрядцами, а также и тогдашний городской голова Москвы, коммерции советник дворянин, кавалер П.Д. Шелапутин464, был старообрядцем. И школьное государственное просвещение было чуждым старообрядческой культуре465. Само казенное православие было противоположно и враждебно старообрядческому духу466.

Об одной лишь фабричной и торговой промышленности старообрядцев можно написать огромные тома [461] . Не менее томов потребовалось бы для описания

464 Прокопий Дмитриевич Шелапутин принадлежал к старинному роду купцов белокриницкого согласия. Был коммерции советником; был возведен в дворянское достоинство; кавалер нескольких орденов. Городским головою был в Москве в 1812 г. и еще некоторое время после изгнания французов. См. Словарь: Старообрядчество... С. 311. - Ред.

465 По характеристике даже такого светского писателя, как г. Мережковский, "послепетровская культурная Россия, думая, что борется с Церковью, то есть с историей, с народом за свое спасение, - на самом деле борется за свою погибель: страшна борьба, похожая на борьбу самоубийцы с тем, кто мешает ему наложить на себя руки". Мережковский. Л. Толстой и Ф. Достоевский. Изд. Сытина. Т. XI. Ч. I. С. 12-13. В.В. Розанову гимназическое и университетское просвещение представлялось "нигилизмом, страданием и насмешкой над Россией". Голлербах. В.В. Розанов: жизнь и творчество. Сов. изд. С. 10(7).

466 Вышецитированный нами профессор Карташев, кстати сказать, бывший обер-прокурором Синода в дни керенщины, говорит об эволюции русского казенного православия: "Православие новой латино-схоластической школы, новых храмов и живописи в стиле барокко и ренессанса, новой оперной музыки, светское, государственное православие, встревоженное научно-протестантскими проблемами, модернизованное задачами внутренней миссии. Вот результат этой революции" // Париж. Путь. № 9. С. 38. Необходимо, однако, заметить, что это "православие" все-таки удерживалось от многих других увлечений именно старообрядчеством, как консервативным началом, в чем признавались не раз синодские архиереи. Часто в Синоде, при попытках ввести что-либо новое в церковь (например, в царствование Николая I - музыку в храмах при богослужении, как в католичестве), ставился вопрос: "А что на это скажут старообрядцы?" И этого было достаточно, чтобы охладить нововводителей.

колонизаторской деятельности старообрядцев, расширившей страну до необъятных пределов.

Особенного внимания заслуживает благотворительная деятельность старообрядцев. В России трудно указать хотя один значительный город, где были зажиточные старообрядцы, и в которых не существовало бы созданных ими каких-либо благотворительных учреждений: приютов, богаделен, больниц, санаториев (в курортных городах), вдовьих домов, инвалидных, приютских келий около храмов и т.п. богоугодных заведений. Крупными пожертвованиями участвовали старообрядцы в создании даже и не старообрядческих учебных заведений. Мы уже упоминали о Педагогическом Институте в Москве имени Шелапутина (старообрядца). Богатейшее здание археологического Института в Москве построено главным образом на капиталы старообрядческих жертвователей. Известный всей просвещенной Москве старообрядец К.Т. Солдатенков был крупнейшим меценатом, и его благотворительностью пользовались многие ученые, в особенности студенты. Старообрядческие стипендии были учреждены в университетах обеих столиц - Петрограда и Москвы. Многочисленные гимназии и реальные училища и другие школы в провинции создавались на средства старообрядческих благотворителей и жертвователей. Обо всем объеме культурной деятельности старообрядцев мы не можем говорить в нашей краткой Истории. Последняя и без того получается далеко не краткой. Очертим лишь то, что ими сделано в области просвещения за десятилетний "золотой" период.

Старообрядцы всегда стремились к знанию и свету. Верно говорит историк Н.И. Костомаров, что в русской истории "раскол был едва ли не единственным явлением, когда русский народ - не в отдельных личностях, а в целых классах - без руководства и побуждения со стороны власти или лиц, стоящих на ступени высшей по образованию, показал своеобразную деятельность в области мысли и убеждения" 468 . Гонимые, преследуемые и истребляемые, старообрядцы все же ухитрялись заводить у себя школы грамоты всюду, где только они приютились или укрылись: в монастырях и скитах, в лесных дебрях и пустынных окраинах необъятной России. На далеком севере, в знаменитой Выговской пустыни (Олонецкой губернии), была устроена высшая школа с преподаванием в ней даже философских дисциплин469 , тогда как, что нелишне отметить, не только в то время, в XVIII в., высшие иерархи господствующей церкви чуждалась философии: по словам современного философа Густава Шпета, "ее князья удушали ладаном,

электрических фонарей. В глуши, где завывал зверь, гудят на все лады фабричные гудки, и шум усовершенствованных двигателей, приводящих в движение армию тысяч машин и станков, вторит победному гимну русской промышленности. Это описывается только один старообрядческий посад Клинцы (Черниговской губернии), который представляет собою "Манчестер", вырабатывающий лучшие сорта разных сукон" // Московские Ведомости. 1912. № 175; Церковь. 1912. № 32. А какое описание можно представить о московском фабричном районе, об Ивано-Вознесенском, Богородско-Глуховском, Орехово-Зуевском, о фарфоровом производстве Кузнецовых (старообрядцев) и о многих других, покрывающих необозримую страну, включительно до Уральских гор, с их многочисленными заводами, и до беспредельной Сибири, с ее золотоносными рудами... И всюду - старообрядцы и старообрядцы...



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.