Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Владимир Кунин 11 страница



— Кыся!.. Ну не гад ли ты ползучий?! — возмутился Тимур. — Мы для чего сюда приехали?!

Я тут же стыдливо прикрылся хвостом и передней лапой.

Меньше всего мне хотелось бы посвящать двенадцатилетнего пацана в собственную Половуху! Да, сегодня они в свои двенадцать лет — что Мальчишки, что Девчонки — прекрасно знают все истинные способы изготовления Котят, Щеночков и Детей. Идиотские легенды об аистах и капусте приводят лишь к тому, что Дети начинают считать всех Взрослых законченными кретинами. Что потом очень затрудняет Взрослым воспитание своих Детей.

Но и разговаривать с Детьми на «равных» ПРО ЭТО — тоже достаточно безнравственно. Вот как тут быть?..

— Вылезай из-под кресла немедленно! — рявкнул на меня наш Ребенок. — Там на компьютере такое!.. А ты тут... И ты, потаскуха калифорнийская, — кыш отсюда!

И Тимур шуганул мою Шиншиллочку так, что та пулей вылетела в сад. Потом Тимур презрительно посмотрел на меня и желчно добавил:

— А ты, Кыся... Если ты, конечно, закончил облизывать свои неуёмные яйца, иди за мной! Будешь помогать мне с переводом.

— Ты в своем уме?! — испугался я. — Там же физика!

Ненавижу чего-то не знать! Не перевариваю неясностей!

— Ничего. Я буду называть тебе слова, в которых ни хрена не петрю, а ты, если когда-нибудь слышал их или знаешь, что это, — будешь мне объяснять. А я — переводить на английский...

... Когда мы с Тимуром вошли в кабинет Морта, по экрану компьютера ползли чертежи, расчеты и тексты. На русском языке.

Это я читать пока не умею. А отличить русские буквы от нерусских мне — раз плюнуть!

— Нашел своего Котика? — ласково спросил Морт.

— Нашел, — мрачно ответил Тимур и, указав мне на письменный стол, добавил по-шелдрейсовски: — Прыгай сюда. И внимательней!..

— Ох, не за свое дело беремся... — вздохнул я.

— Ишь как у тебя очко заиграло! — презрительно заметил Тимур. — Как чужих Кошек дрючить — так ты первый. А как...

— Ладно! Заткнись!

Пацан начал выводить меня из себя. Наверное, потому что прав был Он, а не Я.

— Надо бы его потом познакомить с нашей кошечкой, — предложил Морт Пински.

— Они уже познакомились, — процедил Тимур.

— Странно! — удивился Морт. — Она у нас такая пугливая и застенчивая...

Ах, если бы Морт только знал, КАК и ЧТО еще пять минут назад вытворяла их «пугливая и застенчивая» — ни одной порнухе рядом делать нечего!

Тимур, мерзавец, просек мои соображения на этот печальный счет и тихонько заржал, отвернувшись к стене. Заржал, Телепат чертов, и щелкнул меня по моему рваному уху. Но я не обиделся. Я понял, что он больше на меня не сердится. И даже муркнул.

Муркнул, естественно, я. Не Тимурчик же!

Морт показал на экран компьютера и сказал:

— Это, как я понял, одно из грандиознейших открытий в мировой науке, созданное, к сожалению, не в нашем научно-инженерном центре «Джей-пи-эл», хотя и мы занимаемся почти идентичными проблемами, а потрясающими русскими парнями из Физико-энергетического института Обнинска... Семь лет назад мы были там на симпозиуме по ядерной энергетике. Джей! Помнишь, я летал в Россию?

— А как же?! Меховая шапка с ушами и завязочками, которую ты мне тогда оттуда привез, до сих пор занимает почетное место в моем гардеробе.

— Ты действительно носишь ее? — удивился Морт.

— Нет, конечно. Я же сказал — «почетное место». Дальше, Морт!

— Так вот, когда мы там были, то интересовались, что у них новенького на подходе... А они все отмалчивались и отшучивались. Говорили, что хотят сочинить новый... Сейчас вспомню! А-а... Вот — новый «Гиперболоид инженера Гарина». Хотя среди сотрудников института, с которыми мы общались, инженера с таким именем не было.

— Ой! — сказал Тимурчик. — «Гиперболоид инженера Гарина»!.. Это же такой сайнс-фикшен!.. Такая фантастика — потряс! Я совсем недавно брал читать эту книжку у мистера Могилевского... Там этот Гарин изобрел такой луч... Ну как теперешний лазер. Он им за несколько километров мог заводскую трубу срезать, башню, корабль на куски раскроить — что угодно! И хотел этим лучом запугать весь мир!.. Это Толстой написал.

— Толстой? — усомнился Пит Морено. — Фантастику?.. Странно.

— Да нет... Это другой Толстой! Мне мистер Могилевский рассказывал — тоже был граф, но только очень советский. Так вот, этот гиперболоид...

— Так вот, этот гиперболоид... — невинная детская игрушка по сравнению с тем, что мы сейчас видим на экране! — прервал Тимурчика Морт Пински. — Читай, Тим! Что там написано?

— ОКУЯН... Оптический Квантовый Усилитель с Ядерной Накачкой, — по-русски прочитал Тимур и растерянно признался мне: — Я не знаю, что это, как это будет по-английски... А ты?

— С ума сошел, что ли?! — огрызнулся я. — Ты хоть этот «Гипер...» читал... Я только одно чувствую, что мы будь здоров как во что-то вляпываемся! Вспомни того МЕРТВЕНЬКОГО в «боинге»...

— Не закатывай истерику! Еще ничего не случилось, — обрезал меня Тимур, а вслух сказал: — Мне очень жаль, Морт, но я не знаю, что это такое.

— И слава Господу! — Морт поставил на письменный стол бутылку с виски, розовую ванночку со льдом и стаканы. — Я знаю, что ЭТО. Язык науки — своего рода «эсперанто».

Он разлил виски по стаканам, раздал их всем, кроме меня и Тимура, и сказал:

— Лед каждый сам кладет столько, сколько ему требуется. — И кивнул на экран компьютера: — Эта штука создавалась в очень засекреченном Обнинске и уж совсем гиперсекретном Арзамасе. Но реализована была в дубнинском институте. В прошлом году в их газете «Известия» была даже небольшая статейка про это изобретение. Видно, кому-то там надоело секретничать и шептаться по углам... А у нас в «Джей-пи-эл» превосходное пресс-бюро! И оно отбирает для нас всю мировую...

— О, чтоб ты лопнул, Морт! Ты всю жизнь был диким занудой!.. Должен обрадовать тебя — ты ничуть не изменился, черт бы тебя побрал!!! — не выдержал Джек. — Ты можешь отвлечься от подробностей, интересных только тебе и твоим психам из «Джей-пи-эл», и наконец объяснить Ребенку, Коту и двум полицейским — что это за русское дерьмо, которое мы сейчас видим у тебя на компьютере?

— Как старший и более разумный, я прощаю тебя, Джек. Ты никогда не отличался воспитанностью, — ухмыльнулся Морт и сделал хороший глоток из стакана. — То, что вы видите сейчас на моем мониторе — УПРАВЛЯЕМАЯ ЯДЕРНАЯ БОМБА!!! Я вспоминаю, что тогда в той русской газете было убаюкивающе написано, что этот кошмарный ОКУЯН может стать «основой уникальных мирных проектов». Самый перспективный — лазерный термоядерный реактор. А с помощью ядерного лазера можно будет защитить Землю от угроз из Космоса. Например, изменить траекторию астероида и совершить многие другие чудеса!.. Наверное, этой статьей гениальные бедняги из Обнинска пытались заинтересовать собой и своими открытиями собственное правительство, которому сейчас насрать абсолютно на все! Но, перечислив только мирные достоинства своего изобретения, ребята из Обнинска просчитались. Чтобы привлечь к себе внимание — им нужно было выкладывать все до конца!..

— Что?! — хором завопили Пит и Джек.

— То, что этим вот ядерным лазером можно стереть с лица земли любое государство величиной с Китай!!!

В воздухе кабинета доктора физики Мортона Пински повисла тяжелая, душная пауза...

Одной рукой Джек притянул к себе Тимура, а вторую руку положил мне на загривок. И тихо предположил:

— Или — величиной с Америку...

— Или — величиной с Америку, — согласился с ним Морт.

 

* * *

 

Поняв, что мужчинам предстоит серьезный разговор, Айрин сервировала нам ужин на небольшом журнальном столике в кабинете. И, уходя, предупредила:

— Только, пожалуйста, Морт, не надирайся. Ты в том возрасте, когда с давлением уже не шутят.

Морт лишь укоризненно покачал головой, а Джек с интересом тут же спросил у Айрин:

— А что, наш ученый муж и брат стал сильно поддавать?

— Подозреваю, что пока я рядом — алкоголизм нам не грозит. Но пить твой брат стал намного больше и, что пугает, — значительно чаще.

— С чего бы это? — удивился Джек.

— Наверное, по закону компенсации: что-то с возрастом уходит, что-то приходит взамен... — усмехнулась Айрин. — А вы, Джек и Пит, приглядывайте за Мортом. Полиция существует на деньги налогоплательщиков и обязана заботиться об их безопасности.

Айрин рассмеялась и вышла, плотно притворив за собой дверь.

Пит удивленно поднял свои рыже-седые брови и тихо спросил:

— Какая «компенсация»?.. Что «уходит»? О чем это она?..

— Наверное, она имела в виду возрастное ослабление половой функции, — пожал плечами Морт Пински.

— Это так? — впрямую спросил Джек у Морта.

— Может быть, у Айрин и есть кое-какие основания, но моя ассистентка из «Джей-пи-эл» утверждает совершенно противоположное.

— Попробовала бы она своему шефу сказать что-нибудь другое! — заржал Пит.

Я, как известно, далеко не ханжа. И всякие там охи и ахи по поводу раннего полового созревания мне тоже несвойственны. Но я на всю жизнь запомнил, что когда я, будучи еще совсем Котенком-несмышленышем, впервые увидел, как один наш знакомый Кот взгромоздился на какую-то уличную Кошечку, вцепился ей зубами в холку и во все завертки стал ее остервенело ТРАХАТЬ — я чуть сознание не потерял от ужаса!..

Может быть, поэтому, когда я уже подрос и мне пришло время ВПЕРВЫЕ сделать ЭТО самому, — не скрою, ТОГДА у меня ничего не получилось!

Счастье еще, что Господь вложил в меня мощную волевую закваску! Сумел себя переломить. Но только с третьего захода.

Зато потом я несколько лет с ЭТИМ своим любимым ОРГАНОМ наперевес бросался на все, что движется. Это сейчас я стал избирательней: иногда популярность сдерживает — а вдруг нарвешься на какую-нибудь Кошку типа Моники Левински или... Ну, как ее?.. Дженнифер Флауэрс! Не отмоешься потом. А у меня семья. Тимур, Рут, Шура. Куча общественных нагрузок — все-таки я как-никак Президент Крысо-Котового Сообщества Квинса! И нужно все время следить, чтобы это Сообщество не превратилось в обычную Банду...

Шура говорит, что сейчас у нас в России такие, как выражаются в парламенте, ПОДВИЖКИ — сплошь да рядом. То Сообщество перерастает в Банду, то Банда захватывает Власть и становится Сообществом. Тут, главное, ухо вовремя не завалить...

Поэтому я как услышал, что наши Мужики при Тимурчике начали язык распускать, так сразу и подумал: «Чтоб вы провалились к свиньям собачьим! Мало того, что у нашего Ребенка, как и у любого пацана, изнутри башка забита ЭТИМИ САМЫМИ неудовлетворенными желаниями, — так еще и Взрослые только и делают, что болтают при нем ОБ ЭТОМ!..»

— Может быть, сменим тему, а?! — спросил я у Джека.

И зло хлестнул себя по бокам собственным хвостом. Слева и справа. Так мне чего-то тошно стало.

— Давайте-ка действительно сменим тему, — тут же проговорил Джек. — Какие будут предложения с этим вонючим компакт-диском?

 

* * *

 

Это только в хреновом кино полиция действует и мыслит четко и слаженно. Уж если на то пошло, то «конкурс предложений» — что делать с компакт-диском — выиграли мы с Тимуром.

Пока Пит Морено и Джек Пински скребли в затылках, а ученый Морт предлагал что-то уж совсем несусветное, нам с Тимуром ОДНОВРЕМЕННО в головы пришла одна и та же достаточно толковая мыслишка! О чем мы тут же и заявили:

1. Если, как вы сами говорите, эти ублюдки-террористы не остановятся ни перед чем — лишь бы добыть то, за что они уже наверняка и аванс отслюнили, а те двое крутых убивцев — русский и немец — обязательно захотят любой ценой заполучить этот диск, чтобы за оставшиеся пару-тройку миллионов втюхать его этим же исламистским отморозкам, — ИМ ОБЯЗАТЕЛЬНО НАДО ДАТЬ ЗАВЛАДЕТЬ ЭТИМ ДИСКОМ! Но...

2. Но скормить им ФАЛЬШАК! Очень похожий на ОРИГИНАЛ. Как это сделать? Морт забирает компакт-диск к себе на работу, перезаписывает его на другой диск с такой же этикеткой, но вводит туда, в копию, в самые важные ее места те погрешности, которые никогда не дадут осуществиться этому чудовищному проекту!..

Пока же те засранцы-террористы будут разбираться в этой лаже и обвинять русских в жульничестве или в некомпетентности тех мудаков, которые возьмутся за осуществление этой омерзительной идеи, — для полиции окажется достаточно времени, чтобы вычислить всю эту компаху и обезвредить ее раз и навсегда!

Вот что заявили мы вместе с Тимурчиком. Я вообще заметил, что иногда у нас с ним мозги работают абсолютно синхронно...

Если честно, то большого энтузиазма наше предложение ни у «полиции», ни у «науки» не вызвало. Как говорил Шура Плоткин: «...чепчики в воздух не взлетали...»

Однако честные ребята — Джек, Пит и Морт поразмыслили малость и все-таки пришли к выводу, что ПОКА это наиболее приемлемый вариант. А проглядев еще раз несколько кусков из того компакт-диска на своем компьютере, Морт сказал, что, кажется, даже понимает, куда можно будет воткнуть эти разрушительные для проекта погрешности. И добавил:

— Только вчера мы получили сообщение, будто из Белоруссии исчезли пять килограммов обогащенного урана, который очень мог бы пригодиться этим сволочам при изготовлении русского ОКУЯНа! Особенно настораживает то, что появление этого компакт-диска в Америке по времени очень тесно совпало с сообщением об исчезновении урана. Может, подключить ФБР или ЦРУ? Какая-то из этих могучих организаций опекает секретную нашего «Джей-пи-эл».

— Морт, ты давно читал «Квентин Дорвард» Вальтера Скотта? — спросил Пит Морено.

— В далеком и розовом детстве...

— Тогда ты вряд ли помнишь, что в начале книги стоял эпиграф: «Олень был сражен оружием пажа, но слава вся досталась господину». Тим! Заткни уши... Так вот, Морт, имел я в виду эти могучие организации. Сами справимся.

— Поддерживаю позицию Пита и вношу коррективы в предложение Мартына и Тима, — сказал Джек. — Мы забираем компакт-диск и книжечку, в которую он был вклеен, едем сейчас в участок Пита, там Пит Морено все это прячет в сейф — вряд ли туда кто-нибудь сунется ночью, после чего Пит отвозит нас с Тимом и Кысей в отель.

— Точно! — сказал Пит. — А утром я...

— Нет, не точно, — прервал его Джек. — А рано утром ты, Пит, вместе с партнерами — лучше на двух машинах... Пит, я подчеркиваю: С ПАРТНЕРАМИ и НА ДВУХ МАШИНАХ, вы везете этот диск вместе с книжкой к Морту в его «Джет пропалшен лэборатори». Ты же, Морт, делаешь все, чтобы это дерьмо никогда не могло сработать, понял?

— Понял, понял...

— И чтобы никто там у вас не смог снять копию с русского оригинала! Ясно?..

— Да, Морт, нам в Америке эта штука абсолютно не нужна, — сказал Пит Морено.

— Что за детективные страсти вы тут разыгрываете?! — возмутился Морт. — Почему не оставить этот диск здесь у меня в кабинете, а утром я заберу его на работу сам... Для чего весь этот спектакль?!

— Да потому, Морт, что ты — мой старший брат, а Айрин — твоя жена, и под крышей этого дома сейчас спят твои внуки — дети моих племянников. И я хочу, чтобы этот дом остался целым и невредимым, а его обитатели жили бы долго и счастливо. А теперь, пожалуйста, продиктуй Питу, как к вам туда попроще доехать...

— Ол райт, ол райт, малыш! Но по-моему...

— Морт, давай договоримся раз и навсегда: в подобных ситуациях пусть будет «по-моему». А во всех остальных — «по-твоему». Диктуй! — жестко сказал Джек.

— Ты у нас никогда не бывал, Пит? — спросил Морт.

— Нет.

— Но ты знаешь, что это Северная Пасадина?

— Да.

— Выбираешься на двести десятый фривей и чешешь по нему на север до съезда на Оук-Гроув-драйв — проезд Дубовой рощи... И едешь мимо «Девилз-Гейт резервуар» — такой огромный водоем. В просторечии — «Дьявольские ворота». Хорошенькое названьице для проезда в наш комплекс, да? — рассмеялся Морт.

— Их же, кажется, недавно переименовали? — спросил Пит.

— А как же!.. Наши кретины-либералы лишний раз лизнули индейцев в жопу и назвали эти «... ворота» никому не известным индейским словом — «Хахаменга». Что значит — «Текучая глинистая вода». Но для всех этот водоем так и остался «Дьявольскими воротами»... Доедете почти до самых отрогов гор Сан-Габриэль и там в каньоне увидите здоровенный участок с огороженными зданиями и мощной охраной. Я закажу вам пропуска...

— А-а!.. Так это же рядом с Калифорнийским технологическим институтом?

— Точно, Пит! — воскликнул Морт, отхлебнул из стакана и вдруг неожиданно скис буквально у нас на глазах. — Ребята... Вы как-то быстро и незаметно повзрослели! Особенно после Вьетнама. Когда-то я просто мечтал, чтобы Джек поскорее вырос и мы могли бы с ним на равных закатиться куда-нибудь к девочкам и пропустить по стаканчику. А теперь у вас уже и седина... И я старею катастрофически! Ребята, только честно — я не кажусь вам Мафусаилом?

— Главное, чтобы ты не казался им своей ассистентке, — оглянувшись на дверь, негромко сказал Джек.

— Нет, тут пока все в порядке! — фальшиво-бодро заверил его Морт.

— Тогда в порядке и все остальное, — ухмыльнулся Пит.

Лично мне это утверждение было идеологически очень близким, и, засыпая, я подумал: «Какой толковый Мужик — этот Пит Морено!..»

 

* * *

 

Всю обратную дорогу с заездом в полицейский участок Пита мы с Тимурчиком продрыхли на заднем сиденье автомобиля.

Проснулись только лишь у входа в «Беверли-Хиллз-отель», когда Джек и Пит выволакивали нас — сонных и почти ни хрена уже не соображавших — из машины, и Пит негромко втолковывал Джеку:

—...и Мартына не выпускай ночью одного в садик!.. Кугуары расплодились как саранча!

— Кто?! — Даже сквозь наше дремотное состояние было видно, что Джек никогда ничего ни о каких Кугуарах не слышал.

— Кугуары, — повторил Пит. — Ну, пумы... Кошечки такие — от полутораста до двухсот фунтов! Их еще «горными львами» называют... Силища — жуткая! На собак нападают, индюков воруют... Все полицейские участки предгорий завалены заявлениями!.. В долине Сан-Фернандо и на Лейк-Вью-Террас, в районе Тарзана-Хиллз и Вудленд-Хиллз, в Вест-Голливуде, здесь — в Беверли-Хиллз... Короче, держите ушки на макушке, глаза врастопырку!

— Хорошо, — сказал Джек и посадил меня к себе на плечо, а шатающегося от усталости Тимура взял за руку. — А ты, Пит, подыщи неболтливого и хорошего переплетчика, чтобы восстановить обложку той русской книжки, когда Морт сделает все, о чем мы с ним договорились. Привет, Пит...

Проходя мимо ночного портье, Джек на мгновение задержался и спросил:

— У вас действительно развелись эти — каги... кугу... В смысле — пумы?

— Ах, что вы, сэр! — Портье улыбнулся Джеку ласково и снисходительно, как взрослый — ребенку, сказавшему глупость. — В Беверли-Хиллз о них и не слыхали. Мы, правда, на всякий случай установили несколько сеток-ловушек и капканов на территории отеля, но... Не волнуйтесь, сэр. В нашем отеле ничего произойти не может!

— Ну-ну, — сказал Джек, не поверив ни единому слову портье.

Это мы с Тимурчиком мгновенно просекли.

Сонные и измочаленные наворотом событий и нескончаемым калифорнийским днем, который к тому же оказался почему-то длиннее нью-йоркского на три часа, уже глубокой ночью мы поплелись в свою райскую обитель стоимостью 495 долларов за ночь, половину из которой мы провели вне этого, прямо скажем, недешевого отеля.

Интересно, вернут нам за это хотя бы часть денег?

Последнее время я стал замечать, что Западный Практицизм вторгается в меня все чаще и чаще. Шура даже упрекнул меня, в том, что я стал очень похож на Кота Матроскина из мультфильма «Трое из Простоквашино»...

Я этот мультфильм смотрел несчетное количество раз! Его у нас в России, слава Богу, гоняли по телику чуть ли не каждую неделю. И там, дома, мне этот Кот Матроскин был со всеми своими экономическими выкладками — до фени. Даже, я бы сказал, был чужд каким-то моим в то время жизненным принципам, которые Шура определял как «гуляй, Вася!».

А пожив на Западе — в Германии, вот теперь — в Америке, я понял, что Кот Матроскин был сочинен автором — как ЛИДЕР! Каковым, собственно, он и является в этой замечательной мультяшке: экономически грамотным, бережливым хозяином положения — ЛИДЕРОМ. Ибо Котам самим Господом Богом было предначертано быть ЛИДЕРАМИ! И бороться с ЕСТЕСТВОМ — бессмысленно и вредно. Так что все теперешние упреки Шуры — мне только во славу...

И вот пока мы шли до своего бунгало, и я висел на плече у Джека, как мокрое выкрученное полотенце, а Тимурчик, еле переставляя ноги, плелся за нами, словно на буксире, из последних сил держась за могучую лапу неутомимого Джека, я все пытался вяло прикидывать — вернут нам часть денег за неиспользование одной половины отельной ночи или не вернут?..

— Держи карман шире! — проворчал мне по-шелдрейсовски этот юный и сонный Телепат — Тим Истлейк. — Нашел благодетелей... Ты будешь шляться по гостям, а они... Просто «три ха-ха на вас» — как говорят в Одессе, мистер.

— Откуда у тебя это выражение? — подозрительно спросил я, уловив знакомые интонации.

— Позавчера Шура маме сказал.

— А-а... — Я убедился в том, что не ошибся, и непонятно почему удовлетворенно добавил: — Ну то-то же!

Однако чем ближе мы подходили к нашему замечательному пристанищу, тем быстрее прилив Западного Практицизма во мне стал вытесняться Восточной Настороженностью.

Джек почувствовал ЭТО и замедлил шаг.

Чтобы не пугать Тимура, я тихохонько шепнул на ухо Джеку — благо его ухо находилось у самой моей морды:

— У нас побывал кто-то чужой. А может быть, и сейчас там...

В одно мгновение в руке у Джека оказался пистолет!

— Что случилось?! — Тимур моментально очухался, и я услышал, как забилось его сердечко.

Ручаюсь, что не от страха! У нас очень мужественный Ребенок.

— Стойте здесь! — приказал я Тимуру и Джеку, а сам неслышно спрыгнул с Джекова плеча на пол и, мягко ступая, подолгу задерживая каждую лапу в воздухе, туго вытянув хвост стрелкой и прижав уши к затылку, направился к нашим дверям...

 

* * *

 

Я оказался прав всего лишь наполовину — в наших комнатах кто-то явно побывал, но успел смылиться до нашего возвращения.

Все вещи и комнаты, включая и хваленый отельный сейф, были подвергнуты тщательнейшему обыску, без малейшей заботы скрыть свое наглое вторжение в нашу частную жизнь!

Отпечатков пальцев, как на плоском чемоданчике убитого в самолете Николая Павловского, на этот раз, к сожалению, не было. Джек нашел только свои отпечатки и Тимуркины. Свои он знал наизусть, а Тимуркины определил по размеру, хотя для верности и поразглядывал Ребенкину лапу.

— Ну, бля, беспредел!.. — по-русски сказал Тимурчик и тут же перешел на английский: — Джек! Нужно немедленно поставить на ноги всю их говенную администрацию. Что за бардак?!

— Не смеши меня, малыш, — ответил Джек. — Даже если они и поверят нам — они удавятся, а ничего не скажут! У них в отеле «произойти ничего не может»! А знаешь почему? Да потому, что в таких отелях холуи, всего лишь выдающие тебе ключи, зарабатывают больше, чем Пит Морено, который каждую секунду рискует своей жизнью, чем я — отслуживший в полиции двадцать один год, чем твоя мама, несмотря на все ее последние повышения... На кой черт им рисковать такими деньгами только для того, чтобы завести «дело о незаконном вторжении» в уже оплаченные покои — пусть даже очень знаменитого Кота, двенадцатилетнего мальчишки и обычного полицейского детектива из Нью-Йорка? Вот обнаружь они парочку трупов в своем отеле — тут им не отвертеться. Но не стать ТРУПАМИ — это уже наша забота. О’кей? Мартын! Что с тобой? Что с тобой, Мартын?!

Это я еще как-то слышал... Зажмурившись, обхватив лапами голову, я лежал на ковре посередине нашей гостиной, и кончик моего хвоста мелко-мелко трясся, а левая задняя лапа непроизвольно подергивалась...

— Что с тобой, Кысинька?! — словно сквозь подушку услышал я голос Тимурчика.

А дальше уже все — ни хрена!..

... ДАЛЬШЕ МНЕ ЯВИЛОСЬ ТО, ЧТО ПРОИСХОДИЛО ЗДЕСЬ ЧАС ТОМУ НАЗАД...

БУДТО ОТКУДА-ТО СВЕРХУ Я УВИДЕЛ ТЕХ ДВУХ ТИПОВ — РУССКОГО И НЕМЦА, КОТОРЫЕ КОГДА-ТО ВЕРНО СЛУЖИЛИ БАРМЕНУ НА РУССКОМ ТЕПЛОХОДЕ, А ПОТОМ САМИ ЖЕ И РАССТРЕЛЯЛИ ЕГО...

ТЕХ, КОГО МЫ С ТИМУРЧИКОМ ЗАСЕКЛИ В НЬЮ-ЙОРКЕ НА ПРАЗДНИКЕ СВЯТОГО ПАТРИКА, ТЕХ, КОТОРЫЕ, НАВЕРНОЕ, ЛЕТЕЛИ С НАМИ В КАЛИФОРНИЮ И КОТОРЫХ, КАК МНЕ ПОКАЗАЛОСЬ, Я УВИДЕЛ СЕГОДНЯ УТРОМ В АЭРОПОРТУ ЛОС-АНДЖЕЛЕСА...

... ПОДСВЕЧИВАЯ ТОНЕНЬКИМИ СИЛЬНЫМИ РУЧНЫМИ ФОНАРИКАМИ, ОНИ РЫЛИСЬ В НАШИХ ВЕЩАХ, ОТДИРАЛИ ПОДКЛАДКУ В МОЕМ РЮКЗАЧКЕ, ЗАПРОСТО ВСКРЫВАЛИ СЕЙФ, ГДЕ НИ ЧЕРТА НЕ БЫЛО, ВОРОШИЛИ СУМКИ ТИМУРА И ДЖЕКА...

Я ВИДЕЛ, КАК ОНИ ЗАГЛЯДЫВАЛИ ПОД НАШИ ПОДУШКИ, ОТКИДЫВАЛИ ОДЕЯЛА, ПОДНИМАЛИ МАТРАСЫ, ШУРОВАЛИ В ШКАФАХ...

ОТ НИХ СИЛЬНО ПАХЛО ДОРОГИМИ ДЕЗОДОРАНТАМИ, ОРУЖИЕМ, СИГАРЕТАМИ И ГАЗОВОЙ ЗАЖИГАЛКОЙ...

... И ВДРУГ Я УСЛЫШАЛ, КАК ОДИН ПО-РУССКИ СКАЗАЛ ДРУГОМУ:

— НЕУЖЕЛИ ОШИБЛИСЬ?!

— НЕТ, — ОТВЕТИЛ ВТОРОЙ, — НЕДАРОМ ТОТ РЫЖИЙ ЛЕГАВЫЙ ОТВЕЗ ИХ В ПАСАДИНУ...

— НИ О ЧЕМ НЕ ГОВОРИТ. ТАМ ЖИВЕТ БРАТ ТОГО, ИЗ НЬЮ-ЙОРКА.

— А ТЫ ЗНАЕШЬ, ГДЕ РАБОТАЕТ ЭТОТ БРАТ?

— НЕТ.

— В «ДЖЕЙ-ПИ-ЭЛ»!

— ОТКУДА ИНФОРМАЦИЯ?

— ОТ ЭТИХ ИСЛАМСКИХ ПРИДУРКОВ, КОТОРЫЕ НАМ БАБКИ ПЛАТЯТ.

ТОСКЛИВЫЙ ВЗДОХ И ГОЛОС В ТЕМНОТЕ:

— НЕУЖЕЛИ ОПЯТЬ МОЧИТЬ КОГО-ТО?..

 

* * *

 

Я постепенно приходил в себя...

Я будто возвращался из небытия и сейчас складывался из мельчайших, рассеянных во Вселенной частиц — из моих же собственных крохотных шерстинок, микроскопической пыли своего тела, коготков, ничтожных глазных клеточек, коротюсеньких кусочков хвоста и лап...

— Успокойся, успокойся, Мартынчик... — шептал мне Джек, держа меня на руках.

— Очнись, Кысинька!.. — дрожащим голосом умолял меня Тимур.

Он прижимался щекой к моему животу, целовал меня в нос и пытался пальцами открыть мне глаза.

— Все, все!.. — уже совсем явственно услышал я голос Джека. — Вот его уже перестало трясти. Наверное, перепугался насмерть...

Боже мой! Так пошло и унизительно истолковать мое состояние! Так заподозрить меня в трусости до обморока...

Ах, как захотелось выматериться по-Человечески!!!

И если бы не мое отвращение к бессмысленности Людского мата — Джекочка от меня такое бы услышал, что ему потом до утра икалось бы!..

— Ну уж дудки! — гаркнул я по-шелдрейсовски, окончательно очнувшись от злости. — Тоже мне — нашли «перепуганного»! Да я вам сейчас такое поведаю...

И рассказал им все, что я УВИДЕЛ в совсем недавнем ПРОШЛОМ.

 

* * *

 

— Ага, — сказал Джек. — Значит, они не конкуренты... Наоборот, работают в сламе.

— Где? — спросил я, впервые услышав это слово.

— Ну, партнеры... — объяснил мне Тимур. — В смысле — заодно.

Это по фене. Блатняковое ботало.

— Значит, чтобы лишний раз не светиться, террористы наняли двух профикиллеров. Те сделают за них всю грязную работу, а потом Аллах уберет и самих киллеров... — задумчиво подытожил Джек. — Сюжет — старый как мир. Но, как ни странно, очень упрощает дело... А сейчас, мистеры Тимоти Истлейк и Мартын-Кыся Плоткин-Истлейк фон Тифенбах — немедленно спать!

Приходя в себя, я еще немножко пошатался по комнатам, увидел, как моментально, наверное, на нервной почве, задрых Тимур; как Джек загнал патрон в ствол пистолета и поставил его на предохранитель. А потом положил пистолет себе под подушку.

Я теперь про полицейские пистолеты все знаю. Рут нам с Тимуром, чтобы мы не лапали ее оружие, однажды целую лекцию выдала на эту тему с демонстрациями всех этих штук.

Писать и гадить хотелось чудовищно! Я и так сдерживался черт знает сколько времени. Но как только я намылился выскочить в наш собственный отельный садик, Джек погрозил мне кулаком величиной со среднюю кастрюлю и приказал идти в ванную и садиться на горшок. А он, дескать, потом спустит за мной воду...

Будто я сам не смог бы это сделать! Помню, Шура забыл меня выпустить из квартиры (еще в Ленинграде) и уехал на три дня в Москву. Так я только этим и занимался, что спускал за собой воду. Мог бы еще и Джека научить этому.

Я сделал вид, что согласился с Джеком, проявил невероятное напряжение воли, граничащее с самогипнозом, — не угадился посередине номера стоимостью почти в пятьсот долларов, дождался, когда Джек засопел, не вынимая правой руки из-под подушки, и...

... Конечно же, оказался в саду!

Ну не могу я гадить в обычных цивилизованных условиях. Мне для ЭТОГО необходима только Природа. И это меня очень тесно роднит с моими Большими Котами-Собратьями — Тиграми, Леопардами, Пантерами, Пумами...

Я когда вижу их по телику — аж захожусь от восторга! Я испытываю к ним буквально мистическое уважение и, если хотите, Любовь!.. И ГОРДОСТЬ. Гордость за то, что и Я принадлежу к ИХ Виду. Обо всем об этом я размышлял уже сидя под каким-то тропическим кустиком, поспешно справляя свою Большую и Малую Нужду.

Права, права была Айрин — жена Морта Пински: есть «закон компенсации»! Что-то на это место приходит. Еще минуту назад у меня в голове билось лишь одно — как бы погадить! А вот поди ж ты: освободился распираемый кишечник, опорожнился переполненный мочевой пузырь — и в башку полезли Гордые мысли о национальной принадлежности к Великому Виду Больших Котов, глубокие рассуждения, философские сентенции...



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.