~*~*~*~ Маркус
~*~*~*~ Маркус
Я бью кулаком по машине снова и снова, пока мои костяшки пальцев не разбиты и кровоточат. Отчаянный рев вырывается из моего горла, заглушая ее крики. Снова я оставил ее опустошенной и сломленной. Только в этот раз она ответила тем же. Она забрала мою душу, так же, как и я забрал ее, она растоптала ее. Теперь мы были жалкими, один не лучше другого. Боже, помоги нам.
~*~*~*~ Катя
– Форд? – хриплю я в телефон. – Господи, Катя, где ты? – Я…я в городе. Я в баре в Рэдклифе. Забери меня, пожалуйста. – Я буду через десять минут. Жди там. Я закрываю глаза и опускаю телефон на пол. Мои бедра болят, мои гениталии распухли, и так много частичек Маркуса окружает меня. Я разбита. Я уничтожила себя. Я уничтожила его. Вместе мы уничтожили друг друга. Стыд и вина скопились в моем теле, когда я осознаю свои действия. Я собиралась убить его. Какой бессердечный, холодный, жестокий человек пойдет на такое? То, что Маркус сделал со мной, даже не сравнится с тем, что я планировала сделать с ним. Когда я делала это, мне казалось, что это сработает? Я думала, что разрушенная жизнь сойдет мне с рук? Хуже, когда я думала о дочери во всем этом? К тому времени, как Форд добирается до меня, слезы истязают мое тело, и я задыхаюсь. – Черт, – бормочет он, наклоняясь и поднимая меня. Он быстро ведет меня к машине и сажает в нее. Я падаю вперед, плача так сильно, что слезы застилают глаза. Как я могла быть такой безответственной? Как я могла быть такой холодной? Я забыла о своей дочери, на какое-то мгновение я забыла о своей дочери. – Эй, – говорит Форд. – Черт, Катя, посмотри на меня. – Я монстр, – рыдаю я. – Я бессердечный монстр. – Нет, это не так. Я поднимаю голову и смотрю на него. – Да, я такая, – кричу в истерике. – Катя, успокойся. – Я собиралась убить его. – Да, но ты не сделала этого. – От этого не становится легче. Он вздыхает, закрывая глаза, чтобы успокоиться. Затем он тянется и хватает меня за плечи. – Послушай меня, – начинает он, но я перебиваю его. – Я собиралась убить его, – кричу я. – Я собиралась уничтожить его жизнь и меня это не волновало. Я не остановилась и не подумала о себе или о своей дочери. Я забыла о ней, Форд. Я забыла о Пенни на короткий промежуток своей жизни, полная решимости отомстить. Я стала такой же, как он. –Да, но хочешь знать разницу между вами? Я поднимаю свои заплаканные глаза к его, мое тело так сильно дрожит, что мои зубы стучат. –Он бы не отступил, – продолжает он. – Ты же делаешь это. Ты осознаешь то, что сделала, и ты исправишь это. Это различие между монстром и человеком, который попросту сломлен. – Моя дочь заслуживает лучшего. Он поднимает мой подбородок. – Возможно, но это не твой выбор, а ее, и сейчас ты единственная в ее мире, кто имеет значение. Возьми себя в руки, расторгни эту сделку, с кем бы ты там ее не заключила, и вернись к нормальной жизни. –Я не знаю, смогу ли. Он держит мое лицо в руках. – Ты сможешь. Я закрываю глаза, наклоняясь вперед, и обхватываю свое лицо. – В кого я превратилась?
~*~*~*~
– Господи, она в порядке? Я слышу обеспокоенный голос отца, когда Форд несет меня вверх по лестнице в мою комнату. – Она сломалась сегодня. Это должно было произойти, но она с трудом принимает это. Ей нужно отдохнуть, и тогда мы сможем разобраться с этим. Разобраться с этим. Разобраться с ужасным, ледяным человеком, которым я стала. Я не заслуживаю их. Я не заслуживаю Пенни. Моей матери было бы стыдно за меня. – Она выглядит ужасно, – шепчет Кэнди. – Господи. – С ней все будет хорошо, – уверяет ее Форд. – Пенни спит. Положи ее в кровать рядом с ней. Это поможет. – Ты уверена, что это хорошая идея? – спрашивает Форд. Кэнди посмеивается. – Это ее малышка, единственное, что у нее осталось. Она не монстр, Форд. Она сломленная женщина. Положи ее на кровать рядом с ее дочерью. – Хорошо. Я слышу звук открывающейся двери, затем меня кладут на кровать. Слезы снова горят под моими веками, когда я чувствую Пенни рядом со мной. Я дотягиваюсь и беру ее крошечную ручку в свою, и она автоматически прижимается ко мне. Я горько и тяжело плачу, обнимая ее своими руками. Мне так жаль, Пенни. Я все исправлю. Я все исправлю.
~*~*~*~
– Ты был прав, – шепчу я, опустив голову, чтобы он не увидел отчаяния в моих глазах. – Мы все облажались, девочка. Я по-прежнему не смотрю на него. Он был прав. Он знал, кем я являюсь, он увидел это до того, что я сделала, и позвонил мне. Теперь у меня в руках деньги моего отца, хотя он не должен был их возвращать. Он не должен был, но сделал это. Он, может быть, и новый президент крупного байкерского клуба, но он искренне надеется, что он не плохой человек. – Посмотри на меня. Я поднимаю голову и смотрю в его необыкновенно красивые глаза. – В моей жизни были времена, когда я хотел совершать всякие вещи, плохие вещи и кое-что пришло и вытянуло меня из этого. Не позволяй этому овладеть тобой. Лучше извлеки из этого урок. Стань сильным человеком. Более хорошим человеком. Сейчас у тебя есть контроль над своей жизнью, так используй его. – У меня ребенок от него, – говорю я, и его глаза слегка расширяются. – И он все еще жив. – Только потому, что ты увидел, кем я была, до того, как сделала это. Он приподнимает уголок рта. Боже, он привлекательный. – Возможно, я сделал это. Я видел достаточно монстров в своей жизни, девочка. Его нет в твоих глазах, просто взгляд чертовски раненной девушки, которая ищет способ исцелить свое сердце. Я покачала головой. – Ты знаешь, – начинаю я, – я много слышала об этом клубе, много плохих вещей, но ты не…ты … – Я плохой человек, не сомневайся в этом. Я вернулся сюда по своим страшным причинам. Я также пытаюсь отомстить, как и ты. Я просто более холодный, чем ты, это большая разница между нами. Мой дядя Говард проебал этот клуб, проебал репутацию, которую я сейчас пытаюсь восстановить. Меня забросили в эту жизнь, и я принимаю это, потому что это единственное, что я знаю. Сейчас тебе лучше уйти. Я слабо улыбаюсь. – Теперь иди. Сделай вид, что никогда не встречала меня, представь, что этого никогда не было. Я киваю, разворачиваюсь и иду к машине, благодарная за то, что это закончилось, благодарная за то, что он позвонил уточнить детали, благодарная за то, что он хороший человек. Когда я добираюсь до машины, останавливаюсь и поворачиваюсь, смотрю на него, прислонившегося к его Харлею, со скрещенными руками на груди. – Могу ли я узнать твое имя? Его губы изгибаются. – Ты хочешь узнать мое имя? Я смотрю на него, по-настоящему смотрю. Он грубый, суровый, очевидно у него была нелегкая жизнь, но у этого человека где-то в душе есть теплота. Я знаю это, потому что он спас меня от самой большой ошибки в моей жизни. Так что, да, я хочу знать его имя. Нет, мне нужно это знать. – Да, думаю, да. Он держит свой байк и перекидывает ногу через него, затем он оборачивается и смотрит на меня. Громкий рокот его байка заполняет тихое пространство и прежде чем он уезжает, говорит мне: – Меня зовут Джаред Кистон, но ты можешь звать меня Джей Си. После этого он уезжает. Стоя в облаке пыли, которое осталось после него, я тихо шепчу: – Спасибо, Джаред.
|