Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Послесловие автора 13 страница



Синон сделала глубокий вдох, стиснула зубы и вновь перевела взгляд на идущий вдалеке бой.

 

***

 

…Кирито‑ кун!!

Асуна прикрыла рот рукой, чтобы удержаться от вскрика.

Никаких визуальных эффектов не было, но движение Дес Гана явно было восьмиударным колющим комбо «Звездные брызги». Это был высокоуровневый навык, которым сама Асуна по прозвищу «Молния» когда‑ то с успехом пользовалась. Изначально это был навык для рапиры, но он не включал в себя рубящих ударов, поэтому его можно было применять и с эстоком – производным от рапиры.

На плоском экране на стене было видно, как Кирито получает удар за ударом по всему телу; вот он отпрыгнул, чтобы разорвать дистанцию. Однако игрок в маскхалате на правой половине экрана каким‑ то странным скользящим движением погнался за ним. Кирито продолжал сопротивляться налетающему на него со всех сторон жалу эстока.

Прибор рядом с Асуной тревожно запищал; она кинула взгляд на монитор. Пульс Кадзуто перевалил уже за 160. Асуна заставила себя оторваться от экранов и взглянуть на лицо лежащего на кровати Кадзуто.

Он был весь в поту; и, похоже, ему было больно. Приоткрытый рот хватал воздух. Медсестра Аки тоже заметила его состояние; ее глаза за линзами очков смотрели озабоченно.

– …Я сказала ему, чтобы он перед Полным погружением принял много воды… но прошло уже больше четырех часов. Если так и продолжится, возникнет угроза обезвоживания. Может, ему разлогиниться?..

Услышав слова медсестры, Асуна крепко закусила губу, потом ответила:

– Кирито‑ кун нас сейчас не слышит… и он участвует в турнире PvP. Я не знаю, можно ли там разлогиниться…

В турнирах, проводимых в ALO, чтобы не давать игрокам умышленно «рассоединяться», когда они оказываются в невыгодном положении – в VRMMO это может дать игроку незаконное преимущество, – выход из игры временно запрещают.

– …Но Амусфера заметит изменение кровообращения в мозгу. Если будет угроза здоровью, она разлогинит его автоматически…

При этих словах Асуны медсестра кивнула и ответила:

– Я знаю. Пока будем просто наблюдать. Он не пациент, так что делать ему какие‑ либо инъекции нет нужды.

– Да, вы правы…

Голос Асуны звучал напряженно. Если Кадзуто окажется под капельницей, не будет ли это так же, как во время SAO?

Нет – кое‑ что радикально отличается. На голове у Кадзуто сейчас не нейрошлем со смертельной ловушкой внутри, а Амусфера с надежной системой обеспечения безопасности. И даже если Асуна сорвет серебряное кольцо с головы Кадзуто, ему ничего не будет угрожать. Просто Кирито исчезнет из пустыни, которую показывают на телеэкране, и вернется в кровать – вернется к Асуне.

Кошмарный враг по имени «Штербен» никогда больше не прикоснется к Кадзуто.

Асуна изо всех сил старалась подавить в себе это желание.

Кирито/Кадзуто сейчас ставит на кон свою гордость мечника, он сражается изо всех сил, и Асуна, конечно же, не имеет права его останавливать.

Но – может ли она хоть что‑ то для него сделать? Она совсем рядом, но неужели она никак не может передать ему весточку – в тот мир, где он сражается?

«Мама, твоя рука…»

Внезапно мягкий голос раздался из динамика телефона – голос Юи.

«Пожалуйста, возьми папу за руку. Амусфера не может полностью отключить внешние сигналы, это не нейрошлем. Папа обязательно ощутит тепло руки мамы. Я не могу дотрагиваться до материальных объектов, но, пожалуйста, прикоснись… и за меня тоже…»

Голос Юи дрожал, но она все же договорила до конца. У самой Асуны все внутри дрожало; она с силой покачала головой и ответила:

– Нет… папа обязательно почувствует руки Юи. Давай вместе поддержим папу… поддержим Кирито‑ куна!

С этими словами она положила телефон в бессильно лежащую левую руку Кадзуто, а потом обхватила ее обеими ладонями.

В палате было тепло, но ладонь Кадзуто была холодна как лед. Если Асуна сожмет пальцы слишком сильно, может сработать функция автоматического выхода из погружения, поэтому Асуна прижала руки к ладони Кадзуто совсем легонько, вливая в него все свое тепло и всю свою волю в надежде, что эта рука вновь станет теплой.

На экран Асуна больше не смотрела; она закрыла глаза и молча молилась.

…Постарайся, Кирито‑ кун. Ради всего, во что ты веришь. Я буду рядом с тобой всегда. Я всегда буду тебя защищать, всегда буду поддерживать.

Холодная как лед левая рука Кадзуто дернулась еле заметно, но явственно.

 

***

 

Враг был действительно силен.

Скорость, баланс, выбор момента удара – всё без малейшего изъяна. Немногие из числа Проходчиков были столь же искусны.

Но как он таким стал? Во время рейда этот тип из «Веселого гроба» даже не видел моего меча. Я очень быстро срубил его хит‑ пойнты до половины, после чего он отступил.

Если подумать – похоже, полгода в Железном дворце его здорово изменили. Я и другие Проходчики раздавили «Веселый гроб» – и он желал отомстить, и эта месть послужила для него отличной мотивацией совершенствоваться во владении мечом. Он, конечно, не мог получать деньги и опыт, но постоянная отработка навыков мечника позволяли ему совершенствоваться. Сотни, тысячи раз он повторял одни и те же движения в своей темной, холодной камере. И в результате навыки для эстока намертво впечатались ему в подкорку.

Я, конечно, не меньше, чем он, махал мечом, но сейчас в моей руке световой меч – он гораздо легче, чем те клинки, к которым я привык, и от него совершенно другое ощущение. Одноударный навык «Разящий меч» применить просто, но вот с многоударными возникают проблемы. А Дес Ган явно не собирается раскрываться, чтобы позволить мне провести масштабную атаку. Он все время был поблизости и непрерывно наносил разнообразные колющие удары. Я делал все, чтобы уклоняться, но острие эстока время от времени все‑ таки вонзалось в меня, и мои хит‑ пойнты медленно таяли. По‑ моему, у меня осталось процентов 30.

Даже несмотря на то, что этот меч постепенно отгрызает мои хит‑ пойнты, Дес Ган не может меня убить по‑ настоящему из своего пистолета. Я не вводил свое имя и адрес в автомат в Президентской вилле, так что никто не знает, где я живу.

Не слишком ли я полагаюсь на это «ощущение безопасности»? Мои глаза были ослеплены силой черного пистолета, и из‑ за этого я совершенно не рассматривал собственные умения игрока. Если все дело в этом – неудивительно, что я сейчас в такой неприятной ситуации. Враг по‑ прежнему остался в той смертельной игре, а я давно уже оттуда убрался – и телом, и душой.

Возможно, я слишком поздно это заметил.

Однако я все равно не позволю себе так вот ему проиграть. Мое тело в реальном мире не пострадает, да, но, как и сказал этот тип, Синон, ожидающая на холме у меня за спиной, уже на мушке черного пистолета. Если я сейчас проиграю, Дес Ган нападет на Синон. И как только в нее попадет пуля из черного пистолета, сообщник Дес Гана убьет Синон в реальном мире.

Один шанс. Мне нужен один‑ единственный шанс.

Всего лишь нужно, чтобы он остановил свою непрерывную атаку, хоть на чуть‑ чуть.

По убойной силе световой меч намного превосходит сверхтонкий Эсток. Я уверен, одного точного попадания хватит, чтобы срубить хит‑ пойнты Дес Гана до нуля. Однако я просто не мог найти прореху в его обороне. Неподготовленные попытки наверняка не сработают; эсток врага может даже через энергетический клинок проходить, а значит, я не могу создать шанс, просто сильно рубанув мечом и отбив его клинок. Что же мне делать? Что же делать…

Шшш шшш шшшн. С низким звуком трехударная атака облизала мое лицо с правой стороны, и мои хит‑ пойнты ушли в красную зону.

От спецэффекта, окутавшего мое лицо, у меня покраснело все перед глазами.

Дес Ган решил, видимо, что уже почти победил, – его красные глаза стали еще краснее.

Красный игрок с эстоком – в «Веселом гробе» он тоже выбрал себе красный цвет глаз. Мое сознание зашаталось, трещины пошли по стене, не пускавшей наружу воспоминания.

Да, верно… я действительно отказался выслушать имя этого типа. Я не желал больше иметь со всем этим никаких дел. Я просто хотел побыстрее выкинуть из головы ту ночь, полную безумия, крови, криков и ругательств.

Но я не смог.

Я ничего не смог забыть. Я только притворился, что забыл, я просто лгал самому себе. Я запечатал этот кусок воспоминаний куда подальше, пытаясь убедить свой мозг, что я ничего этого не видел…

Дес Ган отвел эсток, намереваясь нанести решающий удар. Холодный блеск острия заставил всплыть тот запечатанный кусок воспоминаний.

Прежде чем отправиться в рейд, мы собрались в штаб‑ квартире Альянса Священного Дракона на последнее совещание.

На этом совещании мы вновь поделились со всеми участниками информацией о членах «Веселого гроба». Она включала в себя умения и навыки лидера гильдии ПоХа, а также вооружение, внешность, навыки его подручных – и их имена.

Разумеется, мы говорили в том числе, что двое из них любят определенные цвета. Один из них ходил в черном – он обожал отравленные кинжалы. Его звали… да, «Джонни Блэк». Кляйн, как только это услышал, сразу с серьезным видом сказал мне: «Не дерись с этим типом. А то мы не будем знать, кого из вас защищать».

Второй любил красный цвет. Однако он не одевался во все красное. Этот тип, пользующийся эстоком, покрасил лишь глаза и волосы, плюс перевернутый крест красного цвета был у него на сером шлеме. Его цвета и вообще образ походили на те, что использовали Рыцари Крови, и сублидер РыКов, «Молния» Асуна, смотрела волком. Я встретился с этим типом в самом начале битвы. Уже отступая, он произнес слова «когда‑ нибудь, я, убью тебя, обязательно» и собрался назвать свое имя. Это был он.

Прошло полтора года, и он, проломив стену другого мира, вновь появился передо мной. И, в полном соответствии с тем своим заявлением, он был готов пронзить мое сердце эстоком – да, Дес Ган и был тем парнем. А имя его было –

– «ЗаЗа».

Слово, вырвавшееся у меня изо рта, заставило клинок, готовый уже пронзить мое сердце, заколебаться.

Игнорируя касание острия, которое тут же отошло назад, я продолжил:

– «Красноглазый ЗаЗа». Так тебя звали.

И тут – сразу несколько вещей произошло одновременно.

Откуда‑ то из‑ за моей спины протянулась красная линия и вошла Дес Гану в капюшон.

Это была не пуля – всего лишь Линия пули. Синон. Ее намерение я понял сразу. Это была ее атака – с использованием одной лишь Линии пули. Решающий удар, в который она вложила весь свой опыт, свое вдохновение и желание драться. Призрачная пуля, выпушенная ею.

Дес Ган, точно зверь, почувствовавший голодного хищника, инстинктивно отпрянул назад.

Низкое рычание донеслось из‑ под черепоподобной маски. Он должен был сообразить, что Синон не рискнет стрелять, боясь попасть в меня; но когда я назвал его имя, это его потрясло, и его суждения стали несколько сбивчивыми. Именно поэтому он рефлекторно увернулся, реагируя на призрачную пулю.

Это мой последний шанс. Трюк с Линией пули второй раз не сыграет. Этот шанс подарила мне Синон, и я не имею права его упускать. С этой мыслью я ринулся на Дес Гана.

Ах – чччерт. Его фигура исчезла. Проклятый оптический камуфляж. Я все еще мог найти его по следам на песке, но не мог нанести решающего удара световым мечом. Если я не убью его одним ударом, мои хит‑ пойнты обвалятся в ноль от его контратаки.

В следующее мгновение произошло нечто еще более поразительное.

Моя левая рука двинулась, словно ее кто‑ то тянул. Ледяную ладонь, задеревеневшую от нервов, – обволокли знакомые теплые руки и повели. Пальцы ухватили что‑ то – вспомогательное оружие, о котором я совершенно позабыл, пистолет «5‑ 7». Стоило моей руке ощутить вес извлеченного из кобуры оружия, как что‑ то вспыхнуло у меня в сознании.

– У‑ ООООООО!! – взревел я и оттолкнулся от песка. Развернулся на месте со скоростью пули, подался вперед левой стороной тела. Фигура Дес Гана уже почти полностью исчезла, и я махнул ему навстречу левой рукой.

Навык мечника для двух клинков включает в себя движение меча в левой руке снизу вверх – движение, пробивающее вражескую оборону. Сейчас в моей руке был не меч, а пистолет. Однако кто сказал, что навыки мечника нельзя применять с пистолетами? Я вел руку так, словно наношу рубящий удар мечом, и непрерывно жал на курок.

Пули, летящие снизу вверх, одна за одной попадали в почти невидимый объект, высекая пучки искр. Посреди вспышек вдруг снова появилась фигура Дес Гана. Стоя лицом к лицу с аватаром, чей оптический камуфляж перестал существовать…

…я вложил весь свой вес и всю энергию во взмах светового меча по часовой стрелке, сверху‑ слева.

Атакующий навык для двух клинков «Двойной круг».

Энергетический клинок вонзился Дес Гану в правое плечо и, пройдя сквозь туловище по диагонали, вышел возле левого бедра. Черный пистолет тоже был разрублен вместе с кобурой и взорвался в яркой оранжевой вспышке.

 

 

Две половинки аватара, обрывки маскхалата и огненная дуга парили на фоне сине‑ белой луны.

После долгого полета –

Тутум! – раздался двойной стук, и верхняя и нижняя половины Дес Гана упали на песок поодаль друг от друга. Чуть позже посередке между ними воткнулась металлическая игла эстока.

И в это мгновение, когда я стоял, опустившись на колено, до меня донесся слабый голос.

– …Ничто, не кончено… тот … не даст тебе… закончить…

Однако тут же между половинами тела появилась надпись «мертв», и Дес Ган лишился возможности что‑ либо делать и говорить. Я медленно встал, опустил голову и продолжил смотреть на «труп».

После того как Дес Ган лишился маскхалата, своего фирменного знака, ничто, кроме черепоподобной маски, не напоминало о той фигуре. Я взглянул на очки, лишившиеся своего красного сияния, и молча ответил:

– Нет… все кончено, ЗаЗа. Твоих сообщников поймают. Убийствам «Веселого гроба» конец.

Я развернулся и потащил свое израненное тело на запад.

Через несколько сотен шагов – несколько сотен метров – в поле зрения моих опущенных глаз попали две маленькие ноги в маленьких ботинках, и я поднял голову.

Передо мной стояла девушка‑ снайпер. Держа в руках эту свою здоровенную винтовку, потерявшую оптический прицел, она уверенно улыбалась.

 

***

 

Синон казалось, что она хочет что‑ то сказать, и она даже раскрыла рот, но вдруг осознала, что не знает, что говорить.

Даже она сама не понимала, какие эмоции сейчас у нее в сердце. Лишь все усиливающееся жжение в груди заставляло ее крепче обнимать «Гекату».

При виде молча стоящей Синон Кирито впервые за все время улыбнулся спокойной улыбкой. Он убрал свой пистолет «5‑ 7» в кобуру и, сжав руку в кулак, протянул ее Синон.

И Синон подняла свой правый кулак и слегка ткнулась им в кулак Кирито.

– …Все кончено, – прошептал мечник и поднял голову. Синон по его примеру тоже взглянула вверх.

Они и не заметили, как облака разошлись и на небе засияли звезды. Синон вдруг вспомнила, что никогда еще не видела звезд в этом мире.

Из‑ за войн прошлого небо в GGO постоянно затянуто толстым слоем облаков. День здесь всегда окрашен в унылые закатные цвета, и даже в ночном небе присутствуют кроваво‑ красные оттенки.

Однако старик‑ NPC на улицах пророчествует, что, когда отравленная земля будет очищена и вновь превратится в белый песок, облака разойдутся и небо вновь обретет сияние звезд и космических кораблей. Конечно, никто из людей в столь тривиальные слова не верил; но, быть может, эта пустыня – не просто кусок дикой местности, где игроки могут бродить, а какая‑ нибудь священная земля из далекого будущего.

Синон не могла найти что сказать и лишь глядела на мерцающие искорки в чистом ночном небе. Огни оставшихся там, наверху, космических кораблей походили на реки.

Вскоре Кирито произнес:

– …Пора заканчивать турнир. Зрители небось заждались.

– …Угум, да.

Синие камеры, устилающие все небо, нетерпеливо мигали огоньками «REC». Кирито, видимо, заметив их, неловко улыбнулся. Впрочем, он тут же снова посерьезнел и, придвинувшись ближе, прошептал:

– …Опасности в этом турнире больше нет. Дес Ган готов, так что его сообщник, который собирался тебя убить, должен уже уйти. Они собирались создать слух, что «игроки, убитые из того черного пистолета в GGO, умирают в реальном мире», так что вряд ли они сейчас будут убивать всех подряд. Если рассуждать логически, тебе не должна грозить никакая опасность, когда ты разлогинишься… но лучше все равно вызови полицию, на всякий случай.

– …А как я все объясню по один‑ один‑ ноль? Вряд ли мне там поверят, если я скажу, что кто‑ то убивает одновременно внутри и вне VRMMO, правда?

Услышав слова Синон, Кирито на секунду растерялся. Впрочем, он тут же кивнул и ответил:

– Ты права… мой знакомый – он типа госслужащего, так что мы можем обратиться к нему за помощью… но я же не могу просто взять и спросить твое имя и адрес…

Мечник вдруг весь застеснялся и отвел глаза. Разумеется, он прекрасно знал, как невежливо расспрашивать кого‑ то в VRMMO о его или ее реальной личности.

Синон, подумав чуть‑ чуть, сказала:

– Ладно. Тогда я сама тебе скажу.

– Ээ… но – но –

– У меня просто такое чувство, что это меня больше не волнует. И потом… я же все равно уже рассказала тебе о моем прошлом. Я никому еще не рассказывала…

Услышав шепот Синон, Кирито распахнул глаза, но тут же кивнул.

– Тоже верно… и, кстати, я ведь тоже…

Если они так и продолжат мямлить, Синон, вполне возможно, скажет в итоге «ладно, проехали» – такая уж у нее трусливая натура. Поэтому она решительно закинула «Гекату» за плечо и шагнула вперед. Приблизила губы к самому уху Кирито и произнесла совсем тихо, чтобы никто больше не мог расслышать:

– Меня зовут – Сино Асада. Мой адрес – Токио, Бункё‑ ку, станция Юсима, Ёнтёмэ…

Когда она закончила говорить, назвав номер дома и комнаты, Кирито ответил с легким удивлением в голосе:

– Юсима? Вот это совпадение… а я нырнул из Отиномидзу в Тиёда‑ ку.

– Э… ээээ? Это же совсем близко?

Теперь даже Синон была поражена; эти слова она едва не выкрикнула. Отиномидзу от дома Синон отделяли лишь улицы Касуга и Курамаэ. Глаза Кирито внезапно расширились, он промямлил «это…», затем сказал:

– Тогда я сейчас разлогинюсь и найду тебя…

– Ээ… ты…

Синон хотела спросить «ты хочешь прийти ко мне? », но в последнее мгновение замолчала; несколько раз сухо кашлянув, она сказала другое:

– Мм… не нужно. Там рядом живет мой друг…

Шпигель, он же Кёдзи Синкава – человек, пригласивший Синон в этот мир, – был младшим сыном врача. Он жил в Хонго, совсем рядом с Ёнтёмэ. Он прибежит сразу, как только она ему позвонит. Кстати говоря, он, вполне возможно, видел всю трансляцию турнира, так что ей еще предстоит придумать для него оправдание, почему она пару раз оказалась чересчур близко к Кирито.

– …И он сын доктора, так что сможет мне помочь, если что.

Чтобы скрыть смущение и закончить разговор, Кирито с серьезным видом произнес:

– Эй, будет обидно, если что‑ то все же произойдет. Но, думаю, если ты так считаешь, то ладно… Когда я выйду из игры, я тут же потребую у моего знакомого связаться с полицией. Неважно, сколько сейчас времени, это должно занять пятнадцать… нет, десять минут. Да, полиция будет у тебя через десять минут.

– Мм, ясно. Было бы здорово, если бы удалось поймать сообщника…

– Мм…

Глядя, как Кирито кивает с по‑ прежнему встревоженным видом, Синон заявила:

– Проехали. Я правильно поняла, что ты собираешься сбежать, узнав мою личную информацию?

– Ээ, а… ой, прости. Я Кадзуто Киригая. Я нырнул из Отиномидзу, но вообще‑ то я живу в Кавагоэ.

Мечник поспешно, словно в замешательстве, выложил свою личную информацию. Синон пробормотала себе под нос то, что услышала, затем хихикнула.

– Кадзуто Киригая. Вот почему твой ник «Кирито», да? Простенький способ придумать имя.

– Что… кто бы говорил!

Они разом улыбнулись. Кирито вновь кинул взгляд на висящую над головой камеру и сменил тон.

– …Чтобы разлогиниться, мы должны завершить турнир… ну как ты, Синон? Хочешь устроить дуэль вроде вчерашней?

Услышав этот вопрос, Синон поняла, что ее сильное желание устроить матч‑ реванш с Кирито полностью испарилось. Не отводя глаз от его красивого лица, она ответила:

– …Сила – не результат… сила – процесс…

– Э? Что ты имеешь в виду?

– Мм, ничего – я что хочу сказать, ты же весь изранен? Если я у тебя выиграю, гордиться будет совершенно нечем. Давай отложим это до следующей ЗП.

Кирито потрясенно поднял брови, но тут же неловко улыбнулся.

– Ты хочешь сказать, что мне нельзя сконвертироваться обратно в мою старую игру до четвертого турнира?

– Ты можешь конвертироваться обратно, а потом снова сюда, но не думай, что в следующий раз ты меня победишь… ладно, пора закончить третий турнир.

– Но как? Это же «все против всех», значит, победитель определится, когда у одного из нас кончатся хит‑ пойнты, верно?

– Такое случается редко, но я слышала, что первую ЗП в Америке выиграли сразу двое. Потому что человек, который должен был победить, получил незапланированный подарочек под названием «дареная граната».

– Дареная граната? Это что?

– Игрок, который проигрывает, бросает гранату и забирает противника с собой – кстати, держи, это тебе.

Синон сунула руку в поясной карман и, достав оттуда круглый черный предмет, протянула его Кирито; тот машинально вытянул руку навстречу. Синон выставила таймер яблокоподобной гранаты на пять секунд.

Как только Синон поняла, что Кирито победил Дес Гана, она сразу побежала к телу Ямикадзе, лежащему западнее ее холма, и забрала гранату. Уже тогда Синон решила закончить турнир именно таким образом.

Когда до Кирито дошло наконец, чтО у него в руке, он распахнул глаза и машинально попытался отбросить гранату в сторону.

Однако Синон не дала ему этого сделать – она обвила его спину обеими руками и зажала его руки между телами.

Вскоре между двумя аватарами возникла ослепительная вспышка и закутала криво ухмыляющегося Кирито и улыбающуюся Синон в чистую белизну.

Время турнира: 2 часа 4 минуты 37 секунд.

Финальный раунд третьего турнира «Золотая пуля» завершен.

Результат – игроки «Кирито» и «Синон» разделили победу.

 

 

Глава 15

 

С того мгновения, когда Синон перенеслась с острова «ИСЛ Рагнерёк» в зал ожидания, она непрерывно смотрела то на таблицу участников, то на обратный отсчет перед выходом из игры, изо всех сил пытаясь успокоиться.

Турнир закончился, ситуация с Дес Ганом – нет. Сообщник Дес Гана, возможно, по‑ прежнему где‑ то рядом с ней в реальном мире. Кирито сказал, что полиция прибудет скоро, но его время разлогинивания должно быть такое же, как у Синон. И еще ему надо будет связаться со своим знакомым, на это тоже уйдет минут десять. В течение этого времени защитить себя сможет лишь она сама.

Сперва надо проверить, безопасно ли в комнате. Затем сказать Кёдзи Синкаве, чтобы пришел. Есть, конечно, шанс, что он наткнется на Дес Гана, но эти люди пользуются в качестве оружия не пистолетами и ножами, а шприцами с ядом – по крайней мере так считает Кирито, – и вряд ли будут втыкать эти шприцы во всех подряд людей, которые к тому же не спят. Разумеется, надо будет сказать ему по телефону, чтобы был осторожен.

Большой таймер обратного отсчета быстро отмерял секунды. До выхода из игры оставалось 10 секунд.

Имена Синон и Кирито, победителей турнира, сияли на самом верху списка. Хотя появление ее имени там и было главной причиной, почему Синон вообще играла в GGO, этот исход, скорее всего, не считается. Ситуация была слишком аномальная, так что остается надеяться на четвертый турнир.

Второго места не было. На третьем месте значилось имя персонажа Дес Гана, «Стербен». Синон не знала, как это слово следует читать, но, в любом случае, настоящее имя маскхалатника «Дес Ган», а имя аватара – лишь прикрытие.

На четвертом месте был Ямикадзе. Очень многие поставили деньги на его победу, так что официальная букмекерская контора, должно быть, немало заработала. Потом, начиная с пятого места, шли другие имена, в том числе «Дайн» и «Сяхоу Дунь» – однако таблица занятых мест заканчивалась на номере 28.

В самом низу значились имена двоих, кто рассоединился: «Пэйл Райдер» и «Гаррет».

Так она и думала – в этом турнире у Дес Гана было две жертвы. Это значит, сообщников тоже было два. В какой организации состояли эти трое в VRMMO, что они пережили, что заставило их придумать и осуществить такой кошмарный план…

Когда отсчет дошел до нуля, Синон ощущала не восторг победы, но лишь аномальный холод.

 

Чувство полета охватило Синон/Сино; а когда оно исчезло, она уже лежала в своей кровати в реальном мире.

Нет – не исключено, что она не одна здесь. Сино приказала себе не открывать глаза сразу же и не шевелиться.

Не двигаясь и лежа с закрытыми глазами, она принялась вслушиваться.

Тихие звуки начали заползать ей в уши. Первым был звук ее дыхания; следом сердцебиение – довольно частое.

Возле потолка гудел кондиционер, посылая в комнату теплый воздух; и еще тихо жужжал увлажнитель. Синон слышала звук машины, проезжающей вдали; из какой‑ то другой комнаты в доме доносилось низкое уханье стереодинамиков.

…Помимо этого, никаких странных звуков не было.

На этот раз Сино попыталась сделать глубокий вдох. Ее нос втянул частички воздуха – она ощутила лишь слабый аромат. Сино его узнала – ванильное мыло, которое она положила в комнате в качестве освежителя воздуха.

Никого постороннего в комнате не было.

Несмотря на то, что Сино пришла к такому выводу, она все же не могла открыть глаза немедленно. Может, кто‑ то смотрит на нее, стоя возле кровати, – этот страх оставался в ее сердце.

Нет, даже если он не в ее комнате – он ведь может прятаться на кухне или в туалете… или на балконе… даже в этой маленькой квартирке есть полно мест, где человек может спрятаться при желании. И есть еще вероятность, что он под кроватью. Нет, не хочу вставать.

Прямо сейчас Кирито – в смысле, Кадзуто Киригая – уже связывается с полицией через своего знакомого, и она совсем скоро услышит сирены патрульных машин. А раз так, то, может, безопаснее всего – не шевелиться.

Как только Сино подумала об этом и собралась зажмурить глаза еще крепче –

Старый кондиционер вдруг резко понизил температуру, и поток холодного воздуха прошелся по голым бедрам Сино. У нее сразу защипало в носу.

Сино сопротивлялась, наверное, секунды две. Потом ее брови и нос сморщились, ее собственная дыхательная система ослушалась приказа хозяйки, и она громко чихнула. Сино тут же застыла в ожидании реакции на свое чихание из какого‑ нибудь угла комнаты.

Однако движения по‑ прежнему не было.

Тогда Сино тишком приоткрыла правый глаз.

В комнате было темно, лишь свет от уличных фонарей проходил через щель между занавесками. Сино сперва удостоверилась, что оттуда, где она лежит, просматривается вся комната, потом медленно повернула голову и огляделась.

Как бы там ни было, в ее поле зрения никого не оказалось, даже несмотря на то, что она только что чихнула. Сино осторожно сняла Амусферу и положила рядом с подушкой. Напрягла брюшной пресс и села на кровати, затем вновь быстро оглядела комнату.

…Вроде все осталось так же, как было перед погружением.

Бутылка минералки на столе. Большой стереомаг рядом с ней. Школьная сумка на полу. Все как было.

Сино положила руку на матрас и сдвинула его. Сглотнув слюну, свесилась с кровати и заглянула под нее. Разумеется, там было пусто.

Подняла голову и сквозь занавески посмотрела, заперты ли окна. Заперты.

Опустила босые ноги на пол и, вытянув шею, стала прислушиваться к кухне – нет ли там каких‑ нибудь движений. Кухонька была всего на три татами, так что там едва ли можно было спрятаться.

Наконец Сино встала и, машинально подойдя к стене, нажала выключатель. Комната сразу осветилась белым светом; даже в коридоре за кухней стало светло.

Если присмотреться к замку на входной двери – непохоже, чтобы его открывали. Какое‑ то время Сино стояла неподвижно, пока не удостоверилась, что из‑ за стены – из туалета – тоже никаких странных звуков не доносится. В общем, ничего необычного. Тогда она на цыпочках направилась в сторону кухни.

Дверь в санузел была захлопнута, но не заперта; внутри было темно.

Сино ухватилась липкой от холодного пота правой рукой за алюминиевую дверную ручку.

Сделала глубокий вдох, задержала дыхание и рывком распахнула дверь; тут же левой рукой включила свет.

– …

Несколько секунд Сино молча оглядывала комнатушку.

– И чего я сама себя пугаю… – пробормотала она. Туалетная комната цвета риса была, естественно, пуста.

Наконец‑ то Сино расслабила напряженные мышцы спины и шеи. Повернувшись, она привалилась всем телом к стене, потом сползла на пол и села.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.