Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Annotation 21 страница



112 Ведь он был тот, кто с пальмой поспешил
К владычице, когда наш груз телесный
Господень сын понесть благоволил.

115 Но предприми глазами путь, совместный
С моею речью, обходя со мной
Патрициев империи небесной.

118 Те два, счастливей, чем любой иной,
К Августе приближенные соседи, -
Как бы два корня розы неземной.

121 Левей – источник всех земных наследий,
Тот праотец, чей дерзновенный вкус
Оставил людям привкус горькой снеди;

124 Правее – тот, кем утвержден союз
Христовой церкви, старец, чьей охране
Ключи от розы вверил Иисус.

127 Тот, кто при жизни созерцал заране
Дни тяжкие невесты, чей приход
Гвоздями куплен и копьем страданий, -

130 Сел рядом с ним; а рядом с первым – тот,
Под чьим вожденьем жил, вкушая манну,
Строптивый, черствый и пустой народ.

133 Насупротив Петра ты видишь Анну,
Которая глядит в дочерний лик,
Глаз не сводя, хоть и поет «Осанну»;

136 А против старшины домовладык
Сидит Лючия, что тебя спасала,
Когда, свергаясь, ты челом поник.

139 Но мчится время сна, и здесь пристало
Поставить точку, как хороший швей,
Кроящий скупо, если ткани мало;

142 И к Пралюбви возденем взор очей,
Дабы, взирая к ней, ты мог вонзиться,
Насколько можно, в блеск ее лучей.

145 Но чтобы ты, в надежде углубиться,
Стремя крыла, не отдалился вспять,
Нам надлежит о милости молиться,

148 Взывая к той, кто милость может дать;
А ты сопутствуй мне своей любовью,
Чтоб от глагола сердцем не отстать".

151 И, молвив, приступил к молитвословью.

ПЕСНЬ ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ Комментарии
 

1 Я дева мать, дочь своего же сына,
Смиренней и возвышенней всего,
Предъизбранная промыслом вершина,

4 В тебе явилось наше естество
Столь благородным, что его творящий
Не пренебрег твореньем стать его.

7 В твоей утробе стала вновь горящей
Любовь, чьим жаром; райский цвет возник,
Раскрывшийся в тиши непреходящей.

10 Здесь ты для нас – любви полдневный миг;
А в дельном мире, смертных напояя,
Ты – упования живой родник.

13 Ты так властна, и мощь твоя такая,
Что было бы стремить без крыл полет -
Ждать милости, к тебе не прибегая.

16 Не только тем, кто просит, подает
Твоя забота помощь и спасенье,
Но просьбы исполняет наперед.

19 Ты – состраданье, ты – благоволенье,
Ты – всяческая щедрость, ты одна -
Всех совершенств душевных совмещенье!

22 Он, человек, который ото дна
Вселенной вплоть досюда, часть за частью,
Селенья духов обозрел сполна,

25 К тебе зовет о наделенье властью
Столь мощною очей его земных,
Чтоб их вознесть к Верховнейшему Счастью.

28 И я, который ради глаз моих
Так не молил о вспоможенье взгляду,
Взношу мольбы, моля услышать их:

31 Развей пред ним последнюю преграду
Телесной мглы своей мольбой о нем
И высшую раскрой ему Отраду.

34 Еще, царица, властная во всем,
Молю, чтоб он с пути благих исканий,
Узрев столь много, не сошел потом.

37 Смири в нем силу смертных порываний!
Взгляни: вслед Беатриче весь собор,
Со мной прося, сложил в молитве длани! "

40 Возлюбленный и чтимый богом взор
Нам показал, к молящему склоненный,
Что милостивым будет приговор;

43 Затем вознесся в Свет Неомраченный,
Куда нельзя и думать, чтоб летел
Вовеки взор чей-либо сотворенный.

46 И я, уже предчувствуя предел
Всех вожделений, поневоле, страстно
Предельным ожиданьем пламенел.

49 Бернард с улыбкой показал безгласно,
Что он меня взглянуть наверх зовет;
Но я уже так сделал самовластно.

52 Мои глаза, с которых спал налет,
Все глубже и все глубже уходили
В высокий свет, который правда льет.

55 И здесь мои прозренья упредили
Глагол людей; здесь отступает он,
А памяти не снесть таких обилии.

58 Как человек, который видит сон
И после сна хранит его волненье,
А остального самый след сметен,

61 Таков и я, во мне мое виденье
Чуть теплится, но нега все жива
И сердцу источает наслажденье;

64 Так топит снег лучами синева;
Так легкий ветер, листья взвив гурьбою,
Рассеивал Сибиллины слова.

67 О Вышний Свет, над мыслию земною
Столь вознесенный, памяти моей.
Верни хоть малость виденного мною

70 И даруй мне такую мощь речей,
Чтобы хоть искру славы заповедной
Я сохранил для будущих людей!

73 В моем уме ожив, как отсвет бледный,
И сколько-то в стихах моих звуча,
Понятней будет им твой блеск победный.

76 Свет был так резок, зренья не мрача,
Что, думаю, меня бы ослепило,
Когда я взор отвел бы от луча.

79 Меня, я помню, это окрылило,
И я глядел, доколе в вышине
Не вскрылась Нескончаемая Сила.

82 О щедрый дар, подавший смелость мне
Вонзиться взором в Свет Неизреченный
И созерцанье утолить вполне!

85 Я видел – в этой глуби сокровенной
Любовь как в книгу некую сплела
То, что разлистано по всей вселенной:

88 Суть и случайность, связь их и дела,
Все – слитое столь дивно для сознанья,
Что речь моя как сумерки тускла.

91 Я самое начало их слиянья,
Должно быть, видел, ибо вновь познал,
Так говоря, огромность ликованья.

94 Единый миг мне большей бездной стал,
Чем двадцать пять веков – затее смелой,
Когда Нептун тень Арго увидал.

97 Как разум мои взирал, оцепенелый,
Восхищен, пристален и недвижим
И созерцанием опламенелый.

100 В том Свете дух становится таким,
Что лишь к нему стремится неизменно,
Не отвращаясь к зрелищам иным;

103 Затем что все, что сердцу вожделенно,
Все благо – в нем, и вне его лучей
Порочно то, что в нем всесовершенно.

106 Отныне будет речь моя скудней, -
Хоть и немного помню я, – чем слово
Младенца, льнущего к сосцам грудей,

109 Не то, чтоб свыше одного простого
Обличия тот Свет живой вмещал:
Он все такой, как в каждый миг былого;

112 Но потому, что взор во мне крепчал,
Единый облик, так как я при этом
Менялся сам, себя во мне менял.

115 Я увидал, объят Высоким Светом
И в ясную глубинность погружен,
Три равноемких круга, разных цветом.

118 Один другим, казалось, отражен,
Как бы Ирида от Ириды встала;
А третий – пламень, и от них рожден.

121 О, если б слово мысль мою вмещало, -
Хоть перед тем, что взор увидел мой,
Мысль такова, что мало молвить: «Мало»!

124 О Вечный Свет, который лишь собой
Излит и постижим и, постигая,
Постигнутый, лелеет образ свой!

127 Круговорот, который, возникая,
В тебе сиял, как отраженный свет, -
Когда его я обозрел вдоль края,

130 Внутри, окрашенные в тот же цвет,
Явил мне как бы наши очертанья;
И взор мой жадно был к нему воздет.

133 Как геометр, напрягший все старанья,
Чтобы измерить круг, схватить умом
Искомого не может основанья,

136 Таков был я при новом диве том:
Хотел постичь, как сочетаны были
Лицо и круг в слиянии своем;

139 Но собственных мне было мало крылий;
И тут в мой разум грянул блеск с высот,
Неся свершенье всех его усилий.

142 Здесь изнемог высокий духа взлет;
Но страсть и волю мне уже стремила,
Как если колесу дан ровный ход,

145 Любовь, что движет солнце и светила.

notes

Примечания
 

СОКРАЩЕНИЯ
 

А. – «Ад». Ч. – «Чистилище». Р. – «Рай». Эн. – Вергилий, «Энеида». Метам. – Овидий, «Метаморфозы». АД
 ПЕСНЬ ПЕРВАЯ
 Лес – Холм спасения – Три зверя – Вергилий
 

1. Земную жизнь пройдя до половины. – Серединой человеческой жизни, вершиной ее дуги, Данте («Пир», IV, 23) считает тридцатипятилетний возраст. Его он достиг в 1300 г. и к этому году приурочивает свое путешествие в загробный мир. Такая хронология позволяет поэту прибегать к приему «предсказания» событий, совершившихся позже этой даты 13. К холмному приблизившись подножью. – Над лесом грехов и заблуждений возвышается спасительный холм добродетели, озаряемый солнцем истины (ср. ст. 77-78). 17. Свет планеты. – Согласно Птолемеевой системе мироздания, которой придерживается Данте, Солнце было одной из планет, вращающихся вокруг неподвижной земли. 31-60. Восхождению поэта на холм спасения препятствуют три зверя: рысь (ср. А., XVI, 106-108) – сладострастие, лев – гордость и волчица (ср. Ч., XX, 10-15) – корыстолюбие. 38-40. – Те же звезды вновь – звезды созвездия Овна, в котором солнце находится весной, то есть в ту пору года, когда, согласно христианской мифологии, бог сотворил мир и придал движение небесам с их светилами 62. Какой-то муж-Вергилий (70-19 гг. до н. э. ), знаменитый римский поэт, автор «Энеиды». В средние века он пользовался легендарной славой мудреца, чародея и предвозвестника христианства (Ч., XXII, 64-73). В «Божественной Комедии» Вергилий, ведущий поэта через Ад и Чистилище к Земному Раю, – символ разума (Ч., XVIII, 46-48), направляющего людей к земному счастью. 69. Мантуя. – Вергилий родился в Мантуанской области, в местечке Андес, ныне Пьетола. 70. Sub Julio (лат. ) – при Юлии Цезаре (убитом в 44 г. до н. э. ). 71. Под Августовой сенью – то есть при римском императоре Августе (27 г. до н. э. – 14 г. и. э. ). 74. Сын Анхиза и Венеры – Эней. 91. Ты должен выбрать новую дорогу. – Данте еще не подготовлен к тому, чтобы одолеть волчицу и взойти на отрадный холм. Предварительно он должен посетить три загробных мира. 102. Пес – грядущий избавитель Италии, который победит волчицу, мешающую общественному устроению (Ч., XX, 15). 103. Не прах земной и не металл двусплавный – то есть его не прельстят ни земельные владения, ни сокровища. 105. Меж войлоком и войлоком (tra feltro e feltro). – Старейшими комментаторами толковалось различно, в зависимости от понимания аллегории Пса. В XV в. пророчество о Псе начали относить к Кангранде делла Скала, синьору Вероны (1312-1329 гг. ) и главе гибеллинской лиги в Ломбардии, и было предложено новое объяснение спорного стиха: «Между городом Фельтро в Тревизанской марке и замком Монтефельтро в Романье» (так расположена Верона). 107-108. Камилла, предводительница вольсков (Эн., VII, 803-817, XI, 532-831), и Турн, вождь рутулов (Эн., XII, 887-952), пали, обороняя Италию от троянцев, а троянские юноши Hue и Эвриал (Эн., IX, 176-449) погибли в борьбе против рутулов, ради завоевания земли, на которой Энею суждено было стать родоначальником римской державы. 117. О новой смерти тщетные моленья. – Грешники в Аду, уже умершие телесной смертью, хотели бы умереть и душой, чтобы прекратились их муки. 122. Душа достойнейшая – Беатриче (см. прим. А., II, 70). 134. Врата Петровы – врата Чистилища. ПЕСНЬ ВТОРАЯ
 Сомнения Данте. – Ответ Вергилия
 

13. Сильвиев родитель – Эней, который, по рассказу Вергилия (Эн., VI, 236-899), спускался в подземную обитель теней, где его отец Анхиз показал ему души его потомков, поощряя его основать новую державу в Италии. 24-25. Преемнику верховного Петра – папе римскому. Он – Эней. 28. Там, вслед за ним. Избранный был Сосуд – то есть апостол Павел, которому легенда приписывала посещение рая и ада. 52. Из сонма тех, кто меж добром и злом-то есть из толпы душ, пребывающих в Лимбе (см. прим. А., IV, 24). 70. Беатриче. – Данте любил ее с детства, и когда она, двадцати пяти лет от роду, умерла (в 1290 г. ), он дал в своей «Новой Жизни» обещание «сказать о ней такое, чего никогда еще не было сказано ни об одной». В «Божественной Комедии», оставаясь по-прежнему той женщиной, которую он любил на земле, она является символом небесной мудрости и откровения. 71. Из милого мне края – из Рая. 78. Малый небосвод – небо Луны, ближайшее к Земле, которая недвижно покоится в центре вселенной. 94. Благодатная жена – то есть дева Мария. 96. Судью – то есть бога. 97. Лючия – христианская святая, аллегорически – «просвещающая благодать» (лат. lux – свет). ПЕСНЬ ТРЕТЬЯ
 Врата Ада. – Ничтожные – Ахерон. – Челн Харона
 

1-9. Надпись на вратах Ада. По христианской мифологии, ад сотворен триединым божеством: отцом (высшей силой), сыном (полнотой всезнанья) и святым духом (первою любовью), чтобы служить местом казни для падшего Люцифера (А., XXXIV, 121-126). Он создан раньше всего преходящего. Древней его – лишь вечные созданья (небо, земля и ангелы), и он будет существовать вечно. Данте изображает Ад как подземную воронкообразную пропасть, которая, сужаясь, достигает центра земного шара. Ее склоны опоясаны концентрическими уступами, «кругами» Ада. 37. И с ними ангелов дурная стая – которая, когда восстал Люцифер, не примкнула ни к нему, ни к богу. 42. Иначе возгордилась бы вина. – Грешники, казнимые в глубинах Ада, возгордились бы своим злодейством, видя рядом с собой этих ничтожных. 59-60. Кто от великой доли отрекся в малодушии своем – папа Целестин V, который был избран в 1294 г., семидесяти девяти лет от роду, и через пять месяцев, тяготясь своим саном, сложил его с себя. 77 Ахерон. – Реки античной преисподней протекают и в Дантовом Аду. В сущности, это один поток, образованный слезами Критского Старца и проникающий в недра земли (А., XIV, 94-142) Сначала он является как Ахерон (греч. – река скорби) и опоясывает первый круг Ада. Затем, стекая вниз, он образует болото Стикса (греч – ненавистный), иначе – Стигийское болото, в котором казнятся гневные (А, VII, 100-116) и которое омывает стены города Дита, окаймляющие пропасть нижнего Ада (А., VIII, 67-75). Еще ниже он становится Флегетоном (греч. – жгучий), кольцеобразной рекой кипящей крови, в которую погружены насильники против ближнего (А, XII, 46-54) Потом, в виде кровавого ручья, продолжающего называться Флегетоном (А., XIV, 134 и прим ), он пересекает лес самоубийц и пустыню, где падает огненный дождь (А., XIV, 76-90, XV, 1-12). Отсюда шумным водопадом он свергается вглубь (А., XVI, 1-3; 94-105), чтобы в центре земли превратиться в ледяное озеро Коцит (греч. – плач) (XIV, 119; XXXI, 123; XXXII, 22-30; XXXIV, 52). Лету (греч. – забвение) Данте помещает в Земном Раю (А., XIV, 136-138), откуда ее воды также стекают к центру земли (А., XXXIV, 127-132; Ч, I, 41), унося с собою память о грехах; к ней он добавляет Эвною (Ч., XXVIII, 121-133; XXXIII, 112-114). 83. Старик – Харон, перевозчик душ античной преисподней (Эн., VI, 295-330). В Дантовом Аду он превратился в беса (ст. 109) 92. Челнок полегче должен ты найти. – Харон, зная, что Данте не осужден на адские муки, считает, что ему подобает место в том легком челне, в котором ангел перевозит души к подножию Чистилища (Ч., II, 13-51). ПЕСНЬ ЧЕТВЕРТАЯ
 Круг первый (Лимб). – Некрещеные младенцы и добродетельные нехристиане
 

2. И я очнулся вдруг. – В миг пробуждения Данте оказывается уже по ту сторону Ахерона. 24. Вниз, в первый круг, идущий вкруг жерла. – Это Лимб (лат. limbus – кайма) католического ада, где, по церковному учению, пребывали души ветхозаветных праведников (см. прим. 52-54) и куда отправляются души младенцев, умерших без крещения. Сюда же Данте помещает души всех добродетельных нехристиан. 52-54. Я был здесь внове... – Вергилий, умерший в 19 г. до н. э., вступил в Лимб примерно за полвека до того дня, когда, по христианской легенде, Христос (Властитель), между своей смертью и воскресением, сошел в ад и вывел оттуда ветхозаветных святых в рай, открывшийся для людей только с искуплением первородного греха. 55. Первый прародитель – Адам. 59. Израиль – патриарх Яков. Отец его – Исаак. 60. Великой взятая ценой. – Чтобы жениться на Рахили, Яков служил ее отцу 14 лет (Библия). 68. От места сна – то есть от того места, где Данте очнулся (ст. 1-6). 86-90. Возвращающегося в Лимб Вергилия приветствуют четыре поэта древности, которых Данте выделяет как величайших: грек Гомер, которого он не мог читать, потому что греческого языка не знал, а латинских переводов Гомеровых поэм еще не было, но которого он признавал «превысшим из певцов» (ср. Ч., XXII, 101-102), и римляне: Гораций (65-8 гг. до н. э. ), отмечаемый им как автор сатир; Овидий (43 г. до н. э. – 17 г. н. э. ) и Лукан (39-65 гг. н. э. ). «Метаморфозы» Овидия, равно как «Фарсалия» Лукана, служили автору «Божественной Комедии» немаловажными источниками. 121-144. Взорам Данте предстают знаменитые троянцы, легендарные предки римской славы: Электра, дочь Атланта, возлюбленная Зевса, мать Дардана, основателя Трои; Гектор, троянский герой, и Эней; Пентесилея, царица амазонок, союзница Трои, сраженная Ахиллом. Рядом с ними – прославленные римляне: Гай Юлий Цезарь (100-44 гг. до н. э. ), полководец и государственный деятель, заложивший основы единовластия; род его, по легендарной генеалогии, восходил к Иулу (Асканию), сыну Энея от Креусы; Камилла, воительница «Энеиды»; Лавина (Лавиния), взятая в жены Энеем, и ее отец, царь Лация, Латин, герои «Энеиды»; Луций Юний Брут, первый римский консул (вместе с Луцием Тарквинием Коллатином, 509 г. до н. э. ), низвергший последнего из римских царей, Тарквиния Гордого; дочь Цезаря, Юлия, жена Помпея; супруга Коллатина, Лукреция, обесчещенная царским сыном Секстом Тарквинием и покончившая с собой, что повело к свержению царской власти; Корнелия, дочь Сципиона Африканского, мать Тиберия и Гая Гракхов, народных трибунов II в. до н. э.; Марция, жена Катана Утического, последнего защитника республиканского Рима (Ч., I, 78-90). Поодаль от них – мусульманин Саладин, (1138-1193), султан Египта и Сирии, прославленный и на христианском Западе своим душевным благородством. Отдельным кругом сидят мудрецы и поэты: учитель тех, кто знает – Аристотель (IV в. до. н. э. ), почитавшийся в средние века как величайший из ученых; Сократ (469-399 гг. до н. э. ). Платон (427-347 гг. до н. э. ); Демокрит (ок. 460-370 гг. до н. э. ), полагавший, что мир возник в силу случайного сочетания атомов; философы VII-III вв. до н. э. – Диоген, Фалес, Анаксагор, Зенон, Эмпедокл, Гераклит; Диоскорид – врач I в., писавший о целебных свойствах растений; Луций Анней Сенека, римский философ I в.; мифические поэты Греции – Орфей, своим пением чаровавший зверей и камни, и Лин; Марк Туллий Цицерон – римский оратор и философ I в. до н. э.; геометр Эвклид (III в. до н. э. ); астроном и географ Птолемей (II в. ), чьей системе мира следовал и Данте; античные врачи Гиппократ (V-IV вв. до н. э. ) и Годен (II в. ), философ и врач XI в. Авиценна (Ибн-Сина); Аверройс (Авероэс, Ибн-Рошд), арабский философ XII в., знаменитый толкователь Аристотеля. В дальнейшем Данте упоминает еще некоторых обитателей Лимба (см. Ч., XXII, 13-14; 97-114). ПЕСНЬ ПЯТАЯ
 Круг второй – Минос – Сладострастники
 

4. Минос – в греческой мифологии – справедливый царь-законодатель Крита, ставший после смерти одним из трех судей загробного мира (вместе с Эаком и Радамантом). В Дантовом Аду, превращенный в беса, он назначает грешникам степень наказания. 34. Вдоль скалы – на которой восседает Минос. 61-62. Нежной страсти горестная жрица – карфагенская царица Дидона, вдова Сихея, заколовшая себя, когда ее покинул Эней (Эн., I и IV). 73-74. Я бы хотел ответа от этих двух. – Это и в Аду неразлучные тени Франчески да Римини и Паоло Малатеста. Франческа, дочь Гвидо да Полента, синьора Равенны (А., XXVII, 40-42), была около 1275 г. выдана замуж за Джанчотто Малатеста, отец которого был вождем риминийских гвельфов (см. прим. А., XXVII, 46), некрасивого и хромого. Когда Джанчотто узнал, что она вступила в любовную связь с его младшим братом Паоло, он убил обоих. Это случилось между 1283 и 1286 гг. Последний свой приют изгнанник Данте нашел у племянника Франчески, Гвидо Новелло да Полента, синьора Равенны. 81. Если Тот позволит – то есть если позволит бог. 97-99. Я родилась над теми берегами – в Равенне. 107. Каина – первый пояс девятого круга Ада, где казнятся убившие или предавшие своих родных (см. прим. А., XXXII, 16). 128. О Ланчелоте сладостный рассказ – французский прозаический роман XIII в. о рыцаре Круглого Стола Ланчелоте (Ланселоте) и о любви его к королеве Джиневре (Женьевре), жене короля Артура. Роман этот имелся и в итальянском переводе. 137. Галеот – рыцарь, способствовавший сближению Ланчелота с Джиневрой. Он уговорил прекрасную королеву поцеловать застенчивого героя. ПЕСНЬ ШЕСТАЯ
 Круг третий. – Цербер. – Чревоугодники
 

13. Цербер – в греческой мифологии – трехглавый пес, охраняющий вход в Аид (Эн., VI, 417-423). У Данте это трехглавое чудовище, бес (ст. 31) с чертами пса и человека (борода, руки), терзающий чревоугодников. 49. Твой город – Флоренция. 52. Чакко. – «Жил во Флоренции некто, всеми прозываемый Чакко, человек, прожорливее которого не бывало никогда», – так рассказывает о нем Боккаччо в посвященной ему новелле «Декамерона» (IX, 8). 64-72. И он ответил... – Чакко предсказывает ближайшие судьбы Флоренции, раздираемой враждою между Черными гвельфами (сторонниками римской курии), возглавляемыми знатным родом Донати, и Белыми гвельфами, с родом Черки во главе (отстаивавшими независимость Флоренции против посягательств папы Бонифация VIII). После долгих ссор прольется кровь – при стычке Белых и Черных на празднике 1 мая 1300 г. Власть достанется лесным (так названы Белые, потому что Черки были выходцы из деревни), а многих Черных постигнет изгнанье (летом 1301 г., после раскрытия их заговора в церкви Санта-Тринита). Когда же солнце трижды лик свой явит, то есть в 1302 г., они (Белые) падут, а тем (Черным) поможет встать рука тога (папы Бонифация VIII), кто в наши дни (в 1300 г. ) лукавит, ведя себя двулично. Они (Черные) придавят их (Белых) и восторжествуют на долгий срок (многие Белые, в том числе Данте, подвергнутся изгнанию. См. – прим. Р., XVII, 48). 73. Есть двое праведных, но им не внемлют. – Нет никаких данных, чтобы установить, имел ли здесь Данте в виду определенных лиц. Быть может, он просто хотел сказать, что во Флоренции не насчитать даже трех праведников, которые, по библейскому выражению, вошедшему в поговорку, одни спаслись бы от божьего гнева. 79-87. Данте спрашивает о судьбе некоторых славнейших флорентийцев, как гвельфов, так и гибеллинов (см. прим. А., X, 32-51). 95. До трубы архангела – то есть до Страшного суда, который, по церковным представлениям, ожидает живых и мертвых. 96-99. Смысл: «Когда придет Христос судить живых и мертвых (враждебный к грешным судия), каждая из душ поспешит к могиле, где погребено ее тело, войдет в него и услышит свой приговор». 106-111. Наукой сказано твоей-то есть в трудах Аристотеля, на «Этику» и «Физику» которого Вергилий ссылается и в других случаях (А., XI, 80, 101). Чем существо совершеннее, тем оно восприимчивее к наслаждению и к страданию. Душа без тела менее совершенна, чем соединенная с ним. Поэтому после воскресения мертвых грешники, хоть им «к прямому совершенству не прийти», будут испытывать еще большие страдания в Аду, а праведники – еще большее блаженство в Раю (Р., XIV, 43-60). 115. Плутос – бог богатства в греческой мифологии. Здесь это звероподобный демон, охраняющий доступ в четвертый круг Ада, где казнятся скупцы и расточители. ПЕСНЬ СЕДЬМАЯ
 Круг четвертый. – Плутос. – Скупцы и расточители. – Круг пятый. – Стигийское болото. – Гневные
 

1. Раре Satan, Rape Satan aleppe! – Как видно из ст. 3-12, Вергилию понятен смысл этих загадочных слов: они выражают ярость и угрозу. 11. Михаил – архангел, который в «Апокалипсисе» свергает с неба сатану и его войско. 22. Харибда – водоворот, образованный встречными течениями в Мессинском проливе, у сицилийского берега, против Сциллы (мыс Шильо) на итальянском берегу. 39. От нас налево. – В левом полукружии движутся скупцы, в правом – расточители. 42. Что в меру не умели делать трат – потому что одни были скупы, а другие – расточительны. 45. Наперекор друг другу нечестивы-то есть виновные в противоположных грехах, (ср. Ч., XXII, 31-54. ) 57. С плешью гладкой – потому что, по итальянской поговорке, «промотались до последнего волоса» (ср. Ч., XXII, 46-48). 61-96. Фортуна – римская богиня судьбы и случая. Вергилий попрекает Данте за его ошибочную мысль, будто Фортуна держит «в когтях своих» счастье всех племен (ст. 68-69), и поясняет, что она только исполнительница справедливой божьей воли. Бог, воздвигнув тверди, создал им вождей (ст. 74). Это ангелы-движители, «умы», «разумы» (см. прим. Р., II, 129), управляющие вращением небесных сфер и сообщающие им силу влияния на земную жизнь. Каждой части, то есть каждой из небесных сфер, сияет своя часть (ст. 75), то есть свой ангельский круг (Р., XXVIII, 13-78). Мирским же блеском (ст. 77), то есть земным счастьем, распоряжается Фортуна; здесь она полновластна, как в прочих царствах, то есть в небесных сферах, остальные боги, то есть ангелы-движители. 95. Первенцы творенья – ангелы. 96. Крутит свой шар. – Фортуна иногда изображалась держащей шар или колесо, символ переменчивости судьбы. 98. Склонились звезды... – Когда поэты двинулись в путь (А., I, 136; II, 1-6), звезды поднимались от востока к середине неба. Теперь они начали клониться к западу, то есть миновала полночь. 107. Стигийское болото – см. прим. А., III, 77. 118. Есть также люди. – Это те, кто особенно глубоко таил в себе гнев и ненависть и как бы задыхался от них. ПЕСНЬ ВОСЬМАЯ
 Круг пятый (окончание). – Флегий. – Город Дит
 

4. Два зажженных огонька – сигнал о прибытии двух душ, на который с башни города Дита (по ту сторону Стигийского болота) подается ответный сигнал, вслед за чем оттуда на челне отплывает перевозчик. 19. Флегий – по греческому мифу, царь лапифов, сын Арся и смертной. В гневе на Аполлона, обольстившего его дочь, он сжег Дельфийский храм и был ввергнут в Аид. У Данте он – злобный страж пятого круга, перевозчик душ через Стигийское болото, где казнятся гневные. 32. Мне встретился один. – Это богатый флорентийский рыцарь, сторонник Черных, Филиппе дельи Адимари, отличавшийся надменностью и бешеным нравом. Он прозван был Арджеити (ст. 61), то есть «серебряный», потому что подковывал своего коня серебром. Есть основания считать, что существовала резкая личная вражда между ним и Данте. 68. Город Дит. – Дит (Dis) – латинское имя Аида, или Плутона, властителя преисподней, сына Кроноса и Реи, брата Зевса и Посейдона. Данте называет так Люцифера (лат. Lucifer – Светоносец, древнерусск. – Денница), верховного дьявола, царя Ада (А., XI, 64; XII, 39; XXXIV, 20). Его имя носит и адский город, окруженный Стигийским болотом, то есть области Ада, лежащие внутри крепостной стены и носящие общее название нижнего Ада (ст. 75). 82-83. Много сот дождем ниспавших с неба-то есть многие сотни дьяволов, которые когда-то были ангелами, но вместе с Люцифером восстали на бога и низвержены в ад. 125-126. Так было и пред внешними вратами... – По церковной легенде, когда Христос сходил в ад, чтобы вывести оттуда души праведных (А., IV, 52-63), дьяволы преградили ему путь, но он разбил адские врата, которые с тех пор остались открытыми. ПЕСНЬ ДЕВЯТАЯ
 У ворот Дита – Фурии – Посол небес – Круг шестой – Еретики
 

1-3. Смысл: «Видя, что при его возвращении я побледнел от страха, Вергилий поборол собственную бледность». 8. Защитница – Беатриче. 17-18. Спускаются ли с первой той ступени – то есть из Лимба. 23. Эрихто – легендарная фессалийская волшебница, воскрешавшая мертвых и заставлявшая их предсказывать будущее (Лукан, «Фарсалия», VI, 507-830). 27. Иудин предел – Джудекка, центральный круг ледяного озера Коцит, в самой глубине Ада (А., XXXIV), где казнится Иуда. 29. От горней сферы, связь миров кружащей – от девятого неба, или Перводвигателя (см. прим. Р., I, 76-77). 38-48. Три Фурии (греч. – Эринии, ст. 45), то есть Тисифона («мстящая за убийство»). Мегера («ненавистница»), Алекто («неуемная»), в античной мифологии-богини проклятия, мести и кары. Они обитали в преисподней, где царит властительница вечных слез (ст. 44) Прозерпина (греч. – Персефона) – супруга Плутона. 52. Медуза – по греческому мифу, одна из трех сестер – Горгон, змееволосая дева, при виде которой люди и звери каменели. Персей отрубил ей голову, и «лик Горгоны» (ст. 56) стал в его руках страшным оружием против врагов, превращая их в камень. 53-54. Напрасно Тезеевых мы не отмстили дел. – Тезей со своим другом Пирифоем спускался в преисподнюю, чтобы похитить для него Персефону. Эринии жалеют, что в свое время не погубили его; тогда у смертных пропала бы охота проникать в подземный мир. 85. Посла небес – то есть ангела. 98-99. Наш Цербер... – Труднейшим из двенадцати подвигов Геракла было похищение Цербера. От Геракловой цепи у Цербера до сих пор потерта морда. 112. Арль – город в Провансе, на левом берегу Роны; близ него расположено знаменитое в средние века кладбище со множеством римских и христианских могил. 113. Пола – город на южной оконечности Истрии, омываемой с востока заливом Карнаро (Кварнеро). В его окрестностях также существовал обширный римский некрополь. ПЕСНЬ ДЕСЯТАЯ
 Круг шестой (продолжение)
 

11. Иосафат – название долины, где, по церковным представлениям, произойдет Страшный суд. 14. Эпикур – греческий философ-материалист (341-270 гг. до н. э. ), отрицавший бессмертие души. В средние века «эпикурейцами» называли всех вообще атеистов. 17. И утоленье помысла другого – то есть желания встретить в Аду могучий дух Фаринаты дельи Уберти (см. А., VI, 79-84). 21. Заповедь твою. – Данте запомнил ответ Вергилия? «Ты увидишь сам», который тот ему дал, приближаясь к Ахерону (А., III, 70-81). 32-51. Фарината дельи Уберти (род. в нач. XIII в. ) – глава флорентийских гибеллинов (то есть сторонников империи). Принадлежа к враждебной гибеллинам партии гвельфов (которая в борьбе с притязаниями империи опиралась на папство), предки Данте два раза потерпели разгром (ст. 48). Первым разгромом гвельфов было их изгнание гибеллинами, при содействии конницы императора Фридриха II (см. ст. 119 и прим. ), в 1248 г. Их дома и башни были снесены. Спустя три года они вернулись во Флоренцию и в 1258 г. в свой черед изгнали властолюбивого Фаринату и его сторонников. Те заручились помощью Сьены (Сиены) и неаполитанского короля Манфреда (Ч., III, 112-113 и прим. ) и в 1260 г. близ замка Монтаперти на реке Арбии (ст. 86) нанесли жестокое поражение флорентийским гвельфам и их союзникам. Гвельфам пришлось вторично покинуть Флоренцию. В 1264 г. Фарината умер. В 1266 г., когда Манфред пал при Беневенто, усилившиеся гвельфы возвратились снова. Вслед за тем они прибегли к покровительству Карла I Анжуйского (см. прим. Ч., VII, 112-114), и когда тот выслал им в помощь военную силу, гибеллины, в ночь на пасху 1267 г., навсегда покинули Флоренцию. Особенно сурово отнеслась гвельфская Флоренция к роду Уберти. На месте их срытых домов была устроена площадь; амнистия, предоставлявшаяся другим изгнанникам, никогда на них не распространялась, и те Уберти, которые попадали в руки республики, платились жизнью. Наконец, в 1283 суд инквизиции посмертно осудил «подражателя Эпикура» Фаринату как еретика. 52-72. Новый призрак – другой эпикуреец, Кавальканте Кавальканти, гвельф, отец Гвидо Кавальканти (ок. 1259-1300), философа и поэта (Ч., XI, 97-98), ближайшего друга Данте. Он удивлен, не видя своего сына рядом с Данте, и тот ему объясняет, что приведен сюда Вергилием, творений которого Гвидо «не чтил». Поняв это слово в том смысле, что Гвидо уже нет на свете (на самом деле Гвидо умер несколько месяцев спустя), и по-своему истолковав молчание задумавшегося Данте, он в отчаянии падает в свою раскаленную могилу. 80. Лик госпожи, чью волю здесь творят. – В античных верованиях Персефона (см. прим. А., IX, 38-48), наравне с Гекатой и Артемидой, считалась богиней Луны. Стихи 79-81 означают: «Не пройдет и пятидесяти месяцев, как ты сам поймешь, легко ли изгнаннику вернуться на родину». Действительно, к указанному времени, то есть к июню 1304 г., Данте утратил надежду на возвращение и порвал со своими товарищами по изгнанию. 86. Арбия – см. прим. 32-51. 91-93. Зато я был один... – После победы при Монтаперти вожди тосканских гибеллинов требовали разрушения Флоренции. Этого не допустил Фарината, заявив, что он, пока жив, один против всех с мечом в руке выступит на ее защиту. 97-99. Как я сужу... – Слова Фаринаты (ст. 79-81), как и предсказания Чакко (А., VI, 64-72), убедили Данте, что грешники в Аду обладают даром предвидения, между тем, судя по вопросу Кавальканте (ст. 68-69), они не знают того, что происходит на земле в настоящее время. 107. Едва замкнется дверь времен грядущих. – То есть: «Когда наступит Страшный суд и время сменится вечностью». 119 Федерик второй-Фридрих II Гогенштауфен (1194-1250), германский император, король Неаполя и Сицилии, сын Генриха VI и Констанции Сицилийской (см. прим. Р., III, 118-120). Его непримиримая вражда к папству, трижды приведшая его к отлучению от церкви, покровительство арабским и еврейским ученым и свободный образ жизни создали ему среди современников славу опасного еретика. 120 Кардинал – Оттавиано дельи Убальдини (умер в 1273 г. ), ревностный гибеллин, настолько влиятельный, что если говорили просто «кардинал», то имели в виду именно его. Сохранилась его фраза. «Если есть душа, то я погубил ее ради гибеллинов». 122. В тревоге от угроз-то есть встревоженный предсказанием Фаринаты (ст. 79-81). 130-132. Смысл: «Когда ты вступишь в благодатный свет прекрасных глаз Беатриче, она даст тебе увидеть тень Каччагвиды, который откроет тебе твою грядущую судьбу» (Р., XVII). ПЕСНЬ ОДИННАДЦАТАЯ
 Круг шестой (окончание)
 



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.