Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Елена Малиновская 9 страница



– Что‑ то Владыка задерживается, – протянул Шерьян, наконец‑ то убирая руку с моей талии. – Обычно он отличается прямо‑ таки феноменальной пунктуальностью. Странно.

Рикки, который все так же держался позади нас, словно защищая от неожиданного нападения со спины, неопределенно хмыкнул. А я нахмурилась от внезапного дурного предчувствия. Замок Гвория в последнее время стал слишком опасным местом. Если на Владыку нападут здесь, то никому не придет в голову разбираться, кто в этом виноват. Скорее, меня растерзает на месте обезумевшая толпа. Просто потому, что я нечисть и имела несчастье присутствовать на эльфийских землях в момент преступления. Потом, конечно, окажется, что виновен кто‑ то другой, но легче мне от этого вряд ли станет. С земель мертвых, знаете ли, не возвращаются, даже если убили тебя по ошибке.

Тишина в битком набитом зале была невыносимой. Она ощущалась физически, давя на голову и сжимая сердце в тиски тревоги. Неужели с Владыкой действительно что‑ нибудь случилось? Да нет, глупости, он сумеет за себя постоять. Не зря ведь прожил столько лет.

– Странно, – буркнул себе под нос Шерьян и переступил с ноги на ногу. Гворий, не выдержав, принялся расхаживать по помосту, играясь рукоятью меча. Со своего места я видела, как мельчайшие бисеринки пота усеяли лицо полуэльфа, но он не сделал ни малейшей попытки стереть испарину.

Я с трудом перевела дыхание. В зале было душно. Магические шары, плавающие над потолком, казалось, плавились от внутреннего жара, хотя я знала, что они не дают тепла. Шерьян стоял около меня неподвижно, но я видела, с каким трудом ему давалось показное спокойствие. Он с такой силой сжал губы, что они сложились в тонкую бескровную линию, а пальцы намертво приросли к перевязи с мечом.

– Шерьян. – Я легонько дернула его за рукав, заставляя вспомнить о своем существовании. – Скажи, у Владыки есть телохранители?

Я была уверена, что мой шепот может услышать только храмовник, однако Гворий тотчас же остановился и с ледяным вниманием посмотрел вниз. От этого у меня по спине табуном пробежали мурашки, а сердце ухнуло от ужаса в пятки.

– Думай, что говоришь! – прошипел Шерьян, одарив меня не менее свирепым взглядом. – И где, самое главное! Если с ним действительно что‑ нибудь случилось, то за твою жизнь и гроша ломаного не дашь!

– А то я не в курсе, – огрызнулась я. – Потому и спрашиваю.

Гворий никак не вмешивался в наш разговор, хотя прекрасно слышал его. Он лишь по очереди смотрел то на меня, то на Шерьяна, задумчиво покусывая губы.

– Он сейчас придет, – с ложной уверенностью в голосе произнес храмовник, глядя прямо на полуэльфа. – Обязательно. Просто задержался, наверное. Или лошадь подвернула ногу.

Я скептически кашлянула, вспомнив, что обычно Владыка предпочитал использовать для своего появления здесь совсем другие способы. Даже если представить, что сегодня Виррейн решил воспользоваться более традиционным методом передвижения, и на дороге действительно что‑ нибудь случилось, то почему в таком случае он не прибегнул к помощи магии? Что может быть проще и безопаснее, чем построить телепорт?

– Я что‑ то чувствую, – неожиданно подал голос Рикки. Сделал шаг вперед, поравнявшись с нами, и с тревогой зашептал на ухо отцу: – Тефна права, с Владыкой случилась беда. Это еще не смерть, но что‑ то близкое. Я ощущаю вокруг замка черное марево смерти. Вот‑ вот откроются двери в земли мертвых.

Мир неожиданно поплыл у меня в глазах. Куда‑ то пропал душный зал, битком набитый эльфами. Покачнулся и исчез помост со стоящим на нем Гворием. В нос резко ударил металлический запах крови.

– Что с тобой? – откуда‑ то издалека раздался встревоженный голос Шерьяна. – Тефна, ты в порядке?

При всем желании я не могла ответить на его вопрос. Я была сейчас в совершенно другом месте. Недалеко от крепостной стены, именно там, где сегодня Рикки нашел растерзанного оленя, а затем Шерьян испепелил тушу, уничтожая следы не моего преступления. Разгоряченную кожу ласково огладил прохладный осенний ветер, напоенный ароматом прелой листвы и далекого костра. Что я тут делаю?

– Помоги мне…

Шепот на самой грани восприятия. Я мотнула головой, решив, что мне почудилось.

– Помоги, Тефна…

Лиловый сумрак ворочается под деревьями, укладываясь на ночлег. Интересно, какие чудовища в нем скрываются? И словно в ответ на мой вопрос где‑ то рядом громко захрустел валежник под чьими‑ то беспечными шагами.

– Помоги!

Отчаянный крик ударил по ушам. И в тот же миг неведомая воля бесцеремонно швырнула меня в собственное тело, едва не размазав чрезмерным усилием. Я очнулась в объятиях Шерьяна. Он крепко держал меня, не давая упасть, а рядом стоял встревоженный Гворий, наконец‑ то спрыгнувший со своего помоста. Ну, и еще несколько десятков крайне недовольных нарушением придворного этикета эльфов.

– Что с тобой? – Шерьян, не отпуская меня, провел ладонью по моему лбу, словно проверяя – нет ли жара. – Тебе плохо?

– Уже нет. – Я рванулась из рук храмовника, чувствуя, как жгут его прикосновения. Будто опять отведала кнута, честное слово.

Шерьян удивленно вскинул брови, но послушно отпустил меня. А я со стоном вцепилась себе в волосы, пытаясь привести в порядок заполошные мысли.

В памяти вновь встал ночной лес и приглушенная мольба о помощи. Святые отступники, я почти готова поклясться, что узнала голос Владыки! Но что делать? Бежать туда? Не успею, далеко и времени мало. Просить Гвория перенести нас в нужное место при помощи магии? Он, пожалуй, сочтет меня за безумную. И в любом случае я потеряю еще больше драгоценных минут на объяснения. Что же остается?

Взгляд упал на огромное зеркало за возвышением. Это был бы наилучшим выходом. Но тогда Гворий узнает о моей маленькой тайне и при желании отнимет последнюю надежду на побег из эльфийских земель. Однако если Владыка погибнет – мне уже сегодня ночью придется делать лапы куда подальше отсюда. А я пока не готова к столь опасному приключению, учитывая, что мне в спину будут дышать лучшие эльфийские маги и охотники за нечистью.

– Рикки, руку, – скомандовала я, откидывая последние сомнения. – Быстро!

Юноша посмотрел на отца, молчаливо спрашивая совета. Тот лишь недоуменно пожал плечами.

– Драгоценная, – ласково вмешался Шерьян после мгновенного обмена взглядами с Гворием, – что ты делаешь?

– Долго объяснять! – отмахнулась я от его вопроса и сама без лишних церемоний схватила Рикки за руку. – Главное, не пытайся мне помешать!

– Что происходит? – властно поинтересовался Гворий. – Тефна, объяснись!

Я лишь злорадно ухмыльнулась. Что, дорогие мои, не нравится, когда не отвечают на ваши вопросы? Быть может, хоть немного теперь поймете, что чувствовала я, когда меня использовали втемную, не снисходя до объяснений.

Рикки, не дожидаясь моих дальнейших указаний, привлек меня к себе, догадываясь, что последует дальше. А в следующий миг в зеркало полетело заклинание, призванное вытащить нас из замка.

Я успела заметить, как Гворий, который стоял практически на пути магического удара, машинально бросил перед собой блокирующий щит, должный отразить возможное нападение. Но не он был моей целью. Зеркало послушно вобрало в себя мои чары и тут же отправило их обратно, многократно усиленные. А теперь самое время не проморгать нужный момент. Давай, Тефна!

Серебристая пелена отражающего заклинание плотной пеленой окутало нас с Рикки. Юноша что‑ то порывисто выдохнул и прижал меня к себе с такой силой, что стало трудно дышать. Его горячее дыхание защекотало мне шею, а низ живота привычно замер в сладкой истоме, как всегда при прикосновении Рикки. Тефна, не смей отвлекаться! Лучше как можно подробнее представь то место, куда тебе нужно отзеркалить заклинание.

Через долю секунды колдовство закончилось, выбросив нас в ночной лес. Я слишком спешила, поэтому не смягчила переход в реальный мир. Неведомая сила сбила меня с ног, протащила по влажной от росы земле и с размаха приложила о ствол ближайшего дерева. Я не сумела сдержать болезненного стона, почувствовав, как от удара зазвенело в голове, а рот наполнился кровавой слюной. Отступники, кажется, язык себе едва не откусила. Вот бы Шерьян и Гворий обрадовались данному обстоятельству.

– Ты в порядке? – раздался встревоженный голос Рикки откуда‑ то из темноты.

– Да, – отозвалась я, ощупывая здоровенную шишку на затылке, которая набухала прямо на глазах и отзывалась горячей пульсацией на каждое неосторожное прикосновение. – Хотя бывало и лучше.

Рикки хмыкнул и прищелкнул пальцами. Через миг его глаза вспыхнули отраженным зеленым пламенем, словно у голодного помоечного кота. Понятно, ночное зрение активировал, не желая пока прибегать к помощи магии. Оно и правильно: если мы воспользуемся огненным заклинанием, чтобы осветить лес, то сразу же выдадим свое присутствие здесь. И по всей видимости не одной мне казалось, что это будет не самым лучшим решением в данной ситуации, когда мы не знаем, кто ждет нас в темноте и ждет ли вообще кто‑ нибудь. Поэтому лучше последовать примеру Рикки.

Я зажмурилась, привыкая к окружающей темноте. Затем осторожно открыла глаза и прищурилась. Мрак вокруг посерел, отодвинувшись, так что стали различимы широченные вековечные дубы, заросли кустарника неподалеку и на приличном отдалении громада замка. Затем я перевела взгляд на себя и огорченно цыкнула, увидев, во что превратился мой праздничный наряд – платье повисло грязными лохмотьями, а на локтях и коленках алели свежие глубокие царапины, оставленные узловатыми корнями дубов.

– Ну и зачем мы здесь? – спросил юноша, подходя ближе и подавая мне руку. Ему момент перехода дался куда легче, чем мне. Рикки непонятно каким образом удалось устоять на ногах, поэтому он, как и прежде, был в безукоризненно чистой одежде. Правда, меч уже успел обнажить, без сомнения, почувствовав то же, что и я – навязчивый запах смерти и крови, витающий над этим местом.

Сильные пальцы Рикки обхватили мое запястье, и я с кряхтеньем поднялась на ноги. Ныли отшибленные конечности, перед глазами плыло при любом резком движении, в спине что‑ то неприятно хрустело. Отступники, да меня и впрямь неплохо приложило. В следующий раз буду знать, что спешка и небрежность при балансировке на грани перехода добром не оканчиваются. Еще скажи «спасибо», что меня не размазало тонким слоем на несколько миль вокруг.

– Ты ведь и так знаешь ответ на этот вопрос, – проговорила я, морщась от боли. – Нам надо найти его прежде, чем это сделает убийца.

Рикки не стал спрашивать, о ком идет речь. Он лишь понятливо ухмыльнулся и громко втянул в себя воздух, словно гончая, берущая след. Затем уверенно развернулся и пошел прямо, ступая так тихо, что ни одна сухая веточка не хрустнула под подошвами его сапог. Последовала за ним и я, растирая ушибленный бок и стараясь не поломать каблуки, запнувшись о какой‑ нибудь пень, неразличимый в темноте и ворохе опавших листьев. До полноты счастья не хватало еще расквасить себе нос, споткнувшись на ровном месте.

– Помогите…

Я нахмурилась. Мольба была почти неразличима, затерявшись в шепоте озябших веток над головой и шорохе листвы, оплакивающей ушедшее лето. Быть может, мне почудилось? Сама не так давно горевала, что мне в последнее время слишком часто мерещатся различные голоса.

Однако Рикки не стал сомневаться или медлить. Он бросился бежать с такой скоростью, что просто растворился в ночном мраке. Лишь смазанная серая тень мелькнула по направлению к куче валежника, темной горой выделяющейся на фоне остального леса. Поспешила за ним и я. Ну как сказать – поспешила. Скорее, поковыляла, жалобно охая при каждом шаге. Неужели все‑ таки сломала себе что‑ то? Было бы весьма некстати, учитывая последние события.

Когда я добралась до небольшой низинки, удобно укрытой со всех сторон невысоким, но чрезвычайно колючим кустарником, Рикки уже давно был там. Он сидел на коленях перед каким‑ то ворохом тряпья, небрежно сброшенным в одну неопрятную кучу.

Неожиданно ворох пошевелился, и я с ужасом поняла, что это вижу перед собой Виррейна. Чья‑ то бессмысленная и беспощадная воля перемолола его, словно жернова мельницы, скрутила и бросила умирать здесь, под самыми стенами первоочередного наследника.

– Он еще жив, – бросил мне через плечо Рикки. Провел рукой по лицу эльфа, убирая слипшиеся от крови светлые волосы, и обреченно покачал головой. – Но не знаю, надолго ли.

– Так сделай что‑ нибудь! – потребовала я, подскакивая ближе. Но тут же пожалела о своем неосторожном порывистом движении. Дурнота накатила так резко, что я едва успела ухватиться за ствол ближайшего дерева. Часто‑ часто задышала, словно жестоко побитая собака, пытаясь удержаться в сознании. Не знаю, то ли причиной стало мое головокружение, то ли кусты давали достаточную защиту от ветра, только запах крови моментально стал невыносимым.

Я тихо зарычала, как никогда прежде мечтая перекинуться. Аромат смерти дразнил, дергал за усы, пробуждая в самых темных уголках души затаенные мрачные желания. Как было бы прекрасно выйти в эту безлунную ночь на охоту! Мчаться по темному лесу, выслеживая достойную добычу, чтобы потом вступить с ней в схватку на равных. Чем тяжелее дается победа, тем слаще ее плоды. Пусть поединок жестоко потрепал бы меня, пусть даже смерть поманила бы погребальными благовониями, но тем радостнее было бы встретить новый день, понимая, что прошедшей ночью удача улыбнулась именно тебе.

– Если бы я не провел с тобой весь вечер, то поклялся бы, что это твоих рук дело, – глухо заметил Рикки, неприязненно глядя на меня снизу вверх. – Тефна, ты пугаешь меня. Стоя перед раненым, ты думаешь не о помощи ему, а об охоте. Как это понимать?

Я подавила раздраженное рычание, готовое сорваться с моих губ. Он прав, тысячу раз прав. Что со мной происходит? Впрочем, подумаем об этом позже.

– Так ты можешь помочь ему? – повторила я, наконец‑ то отцепившись от дерева и сделав неуверенный шаг вперед.

– Я уже говорил, что не обладаю способностью к целительной магии, – огрызнулся Рикки. – Надо ждать отца или Гвория. Я послал им зов. Будем надеяться, им удастся быстро построить сюда переход, хотя это тяжело. Точных ориентиров, к сожалению, я не сумел им предоставить.

Внезапно я насторожилась. Легкое дуновение ветерка принесло новый звук. Кто‑ то шел сюда. Шел, как в моем недавнем видении, беспечно насвистывая незамысловатую песенку себе под нос.

– Присмотри за ним, – чуть слышно прошептал Рикки. Встал, и ночной мрак располосовало острое лезвие меча. А затем юноша растворился в темноте. Растаял без малейшего шороха, будто почудился мне.

Полнейшую тишину нарушало лишь прерывистое дыхание раненого, рискующее в любой миг оборваться. Если честно – мне совершенно не хотелось подходить ближе. Что скрывать, я с трудом удерживала зверя внутри себя. Неизвестно, не окажется ли поводок слишком слаб, если я собственными глазами увижу истекающего кровью Виррейна.

Однако я колебалась недолго. Вновь послышался приглушенный стон, и я отбросила свои сомнения. Отступники, если Владыка умрет, то и моя жизнь, считай, окончена. Что скрывать, жить при замке Гвория, зная, что за моей спиной стоит столь могущественный покровитель, было намного спокойнее.

Я подковыляла к распростертому эльфу. Села на влажную землю и лишь тогда поняла, что мокрая она не от росы, а от его крови. Удивительно, что он еще дышит. Его же, считай, буквально выпотрошили.

Виррейн лежал, не шевелясь. Лишь судорожно сжимал руками страшную рану на животе. Я наклонилась и нерешительно коснулась пальцами его холодной щеки. Никакой реакции. Только едва заметно дрогнули длинные пушистые ресницы. Н‑ да, плохо дело. Как бы и в самом деле не умер у меня на руках.

Тревожное молчание полуночного леса неожиданно разорвал грубый оклик Рикки. Тут же стихла неприличная песенка, но звона мечей, знаменующего начало поединка, не последовало. Странно.

Виррейн внезапно жалобно застонал, отвлекая меня от напряженного прислушивания. Распахнул глаза и взглянул прямо на меня.

– Помоги, – шепнули его бескровные губы. – Пожалуйста.

– Но как? – Я растерянно всплеснула руками. – Я не целитель.

– Ты кошка. – Голос эльфа, казалось, раздавался у меня прямо в голове. – У тебя девять жизней. Пожертвуй одной.

Я нахмурилась. Чушь какая‑ то. Как можно сделать то, о чем он просит? И потом, сдается, у меня осталось куда меньше жизней. Побег из застенок храмовников, открытие круга мертвых в прошлом году, неудачный поединок с Рионием, спасение Шерьяна. Четыре раза я останавливалась на пороге земель мертвых. А быть может – и больше. Кто даст гарантию, что я не отдам свою последнюю жизнь?

– Пожалуйста.

Наверное, Владыка впервые за очень долгое время унизился до просьбы. Он смотрел на меня с такой безумной надеждой, что стало стыдно за свои метания. Риск – дело благородное, не так ли?

– Что я должна сделать? – сухим будничным тоном поинтересовалась я.

Вместо ответа Владыка с явным усилием разжал руки, открывая моему взору неприглядную картину его ранения. Я гулко сглотнула подкатившую к горлу тошноту. Это было невероятно, но на Виррейна напал зверь. Тот самый, по всей видимости, который задрал оленя. И явно принадлежащий к кошачьим. Иначе объяснить следы когтей я не могла.

– Ты знаешь, что делать. – Мокрая от крови ладонь Владыки слабо мазнула меня по щеке и вновь обессилено упала на землю. – Просто пожелай это от всей души.

Браслет горячо дернулся на запястье, словно напоминая о своем существовании. На Пустоши я спасла жизнь Шерьяну при его помощи. Попробовать повторить тот подвиг?

Я наклонилась и легко поцеловала эльфа в покрытый холодной испариной лоб, сама не совсем понимая, что делаю. Затем запрокинула лицо к далеким равнодушным небесам и сжала кулаки. Хочу ли я, чтобы Виррейн жил? Нет, даже не так. Готова ли я отдать за него жизнь? Я слишком многим и слишком часто жертвовала во имя других. Не пора ли задуматься о себе?

«Если он умрет – тебе не поздоровится, – испуганно шепнул внутренний голос. – А вот получить кровного должника в лице эльфийского Владыки будет очень кстати. Вряд ли кто‑ нибудь посмеет причинить тебе вред, зная, какой защитник стоит за твоей спиной».

Я криво ухмыльнулась. Действительно, как я могла забыть прошлогодний разговор после открытия круга мертвых? Как тогда Гворий сказал? Если ты спасла эльфа от смертельной опасности, когда он попросил об этом, – то он может стать твоим безропотным рабом, стоит только пожелать. И так будет до тех пор, пока он не оплатит свой долг тем же.

– Ты просишь спасти тебя? – сухо поинтересовалась я, чувствуя, как стремительно утекает драгоценное время. Виррейн уже на пороге мира мертвых. Секунда промедления – и все будет кончено. Но в данном случае разговор более чем оправдан. – Ты понимаешь, что это значит? По вашим законам я смогу претендовать…

– Я знаю! – грубо оборвал меня Виррейн и тут же скорчился на мокрой от крови земле от чрезмерного усилия. Следующие слова прозвучали уже в моей голове, тихо и безнадежно: – Сейчас не время показывать коготки, Тефна. Спаси меня. И я никогда не забуду эту услугу, клянусь.

За спиной зашуршали кусты. Кто‑ то шел к нам, только не понять – то ли Рикки, то ли неведомый убийца, спешащий закончить дело. Ну же, Тефна, действуй!

Я в последний раз посмотрела в усталое лицо Владыки. Он лежал спокойно, словно смирившись с любым моим решением. Только едва поблескивали белки его глаз из‑ под густых пушистых ресниц, показывая, что эльф внимательно следит за моими движениями.

– Да будет так, – прошептала я. И сразу же скорчилась от невыносимой боли. Меня словно окунули с головой в жидкое пламя. Неведомая сила выкручивала мне суставы, методично перемалывая кости в сплошное месиво. Я открыла рот, пытаясь закричать, но не смогла выдавить из намертво перехваченного спазмом горла и звука. Ночь вокруг окрасилась темно‑ багровым пламенем страдания. Я терпела. Терпела до тех пор, пока могла. И даже тогда, когда боль переросла всяческие пределы. Мне не привыкать умирать.

Закончилось все так же резко, как и началось. От нахлынувшего блаженства слезы выступили на глазах. Легкий ветерок нежно погладил меня по коже, высушивая их, и взъерошил волосы. Я улыбнулась, подставив его ласке лицо. Он пах не кровью или смертью, а дождем и осенним ненастьем. Неужели получилось?

Я посмотрела на Виррейна. Он лежал спокойно, без малейшего движения, все так же судорожно прижимая руки к животу. Отступники, что это значит? Он… Он умер? Не может быть! И я наклонилась над эльфом, намереваясь проверить у него пульс.

– Отойди от него прочь, нечисть! – ударил в спину злой женский окрик.

Что‑ то приподняло меня в воздух и отбросило в сторону, словно нашкодившего щенка. Я пролетела несколько шагов, пока не врезалась в дерево. От очередного удара перехватило дыхание. Что‑ то страшно хрустнуло в позвоночнике, и острая боль пронзила нижнюю часть тела. Святые отступники, что же мне сегодня так не везет? Постоянно обо что‑ нибудь бьюсь, словно дрозд, объевшийся винной ягодой.

Перед глазами закружилась огненная метель из слепящих бликов. Я при всем желании была не в силах разглядеть, кто именно отшвырнул меня от Виррейна. Зрение упорно не желало фокусироваться на чем‑ нибудь.

– Скотина!

Я всхлипнула от боли, когда кто‑ то приподнял меня за грудки и хорошенько встряхнул. Что‑ то нестерпимо кололо в пояснице, а ноги отказывались держать меня.

– Ты хоть понимаешь, что натворила?!

И резкая оплеуха обожгла мне щеку. Я, несомненно, упала бы, но незваная гостья держала меня крепко, не собираясь прекращать настоящую пытку.

– Я убью тебя.

А это мне уже прошептали на ухо, и браслет на запястье сжался на руке, показывая, что рядом начинает ткаться чужое смертельное колдовство.

– Не сметь!

Я безвольным кулем сползла по дереву на холодную росистую траву, когда кто‑ то отшвырнул мою мучительницу от меня. Туман перед глазами немного рассеялся, поэтому я сумела узнать в своем спасителе Рикки. Он стоял спиной ко мне с мечом наголо, явно собираясь биться за мою жизнь.

– Ты не понимаешь, с кем связался.

Негромкий женский смех заставил меня поежиться от ледяных мурашек. Кажется, я узнаю голос. Это же Дория. Что она тут делает, хотелось бы знать?

– Мальчик, я разорву тебя голыми руками, – продолжила тем временем она. – Меня с детства учили убивать. Быть женой наследника престола и возможного эльфийского правителя нелегко. Необходимо уметь постоять не только за свою жизнь, но самое главное – за его. Так что лучше отойди, пока я не показала тебе все, на что способна.

Рикки остался стоять на прежнем месте. Лишь взял меч наизготовку, готовый к нападению в любую секунду.

– Это твой выбор, – обронила Дория.

Юноша лишь неопределенно пожал плечами. Я зажмурилась от ужаса, готовая к самому страшному.

– Прекратите!

Сначала показалось, будто мне послышалось. Словно это ветер решил надо мной зло подшутить, прикинувшись хорошо узнаваемым голосом.

– Что? – переспросила Дория, и только тогда я поняла, что была не единственной, кто услышал приказ.

– Я сказал – хватит!

Только после этого я рискнула открыть один глаз, чтобы посмотреть на происходящее. Но не удержалась и широко распахнула оба, с изумлением глядя на Владыку. Его фигура отчетливо возвышалась на фоне притихшего леса. Но как? Он же был при смерти!

Виррейн искоса глянул на меня, но ничего не сказал. Чуть прихрамывая, подошел ближе и совершенно неожиданно согнулся передо мной в глубоком поклоне.

– Ваше величество! – растерянно пробормотала Дория. – Что вы делаете?

Рикки смущенно буркнул себе под нос и поспешно отшатнулся, будто испугавшись, что его могут посчитать каким‑ либо образом причастным к этой сцене. А Виррейн вместо ответа встал передо мной на одно колено, словно одного поклона было мало, и негромко проговорил:

– Сегодня ты спасла мне жизнь, Тефна. Спасла, выполняя мою просьбу, а значит, моя судьба отныне полностью в твоих руках. Если пожелаешь – я стану твоим безропотным рабом. Только слово – и без вздоха упрека примерю ошейник покорности. Эльфы всегда выполняют свои клятвы.

Я криво ухмыльнулась, перехватив горящий ненавистью взгляд Дории. Ну и дела. Интересно, как отнесутся при эльфийском дворе к тому, что их правитель сделался кровным должником обыкновенной нечисти? Сдается, в ближайшее время мне точно скучать не придется.

 



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.