Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Признательности 3 страница



 

Глава 6

 

Дон сидел на кровати, кислородная маска лежала на столе рядом с ним. По еле заметным полоскам на его лице я поняла, что до того, как мы вошли, она была на нем. Я бы могла сказать ему надеть ее снова, но, конечно же, эта вполне логичная просьба отклика с его стороны не найдет. Я закрыла дверь позади нас шестерых и продолжила обрисовывать в общих чертах ситуацию с упырями.

– Как я уже говорил Кэт, нам нужен человек внутри, – заявил Дон, как только я закончила. – Это достаточно важно, поэтому я решил попросить тебя, Дэйв, взять длительный отпуск из команды, чтобы проникнуть к этим фанатикам. В нашей стране достаточно проблем и с человеческими террористами. Мы не можем себе позволить, чтобы и немертвые наращивали власть. Результаты могут быть просто катастрофическими.

Дэйв пробежался рукой по волосам.

– Чертовски правильно. Я сделаю это.

Я знала, что таким и будет его ответ. Дэйв никогда не отказывался от опасного задания. Даже после того, как на одном из них был убит.

Удовлетворение мелькнуло в моем подсознании лишь на мгновение, а затем испарилось. Я бросила взгляд на Кости как раз вовремя, чтобы поймать его слабую улыбку, прежде чем и она исчезла. И тогда меня поразило осознание.

Он все так и планировал. Кости знал, что сделает Дон, если мы расскажем ему об упырях, и он также знал, что я запротестовала бы, если бы он сам предположил Дэйву стать тайным агентом. Черт, мне уже не нравилось использовать Скретча и Эда как приманку, а мы только что с ними познакомились.

Неудивительно, что он так увлекся идеей прийти сюда, когда я захотела заглянуть к дяде. Я хотела подождать до завтра, но Кости сказал, что мы должны отправиться сразу же. Я просто подумала, что все это потому, что он хотел быстрее вернуться в Огайо на случай, если Скретчу и Эду посчастливится столкнуться с теми упырями сегодня ночью, но оказалось, что у него в целом совсем другой план.

– Мы с тобой поговорим позже, – сказала я ему тихим и тщательно взвешиваемым голосом.

Темная бровь выгнулась, но Кости не стал симулировать непонимание касательно темы будущей беседы.

– Почему ты снова стала фокусом упырского краснобайства, Кэт? – спросил Тейт, а его пристальный взгляд цвета индиго заметался между мной и Кости. – Я думал, паранойя Аполлиона насчет тебя закончилась, когда ты стала полным вампиром.

Я переминалась на месте, испытывая неудобство. Это был как раз тот вопрос, которого я надеялась избежать, но если уж Дэйв рисковал своей жизнью, а моей старой команде приходилось на время терять одного из своих членов, они имели право знать.

– Хорошо. Потому, что у меня особый вид расстройства пищевого поведения… – начала я, прежде чем выложить все детали моей необычной диеты и последующих побочных эффектов.

В комнате воцарилась тишина. Дядя выглядел слишком потрясенным, чтобы даже кашлять, а остальные уставились на меня с различными степенями удивления на лице.

– Ты жрешь вампиров и поглощаешь их силы? – выдал Жуан. – Madre de Dios!

– А я – то думал, что ты выиграла премию «freak award» будучи полукровкой, Командир, – пробормотал Купер. Затем он бросил взгляд на Кости. – Хотя я предполагаю, что он тебя голодом не морит.

Дэйв медленно покачал головой.

– Ты всегда все делала не как все, Кэт. Можно было догадаться, что это не станет исключением.

Тейт все еще молчал, но продолжал осматривать меня своим пристальным взглядом.

– Похоже, мы не единственные, кто хранил секреты, – сказал он, наконец.

– Это не то же самое, – резко ответила я.

– Конечно, нет, – сказал он тоном, который буквально кричал: «бред».

– Мы держали причину моих способностей под секретом, потому что не хотели давать Аполлиону еще одно оружие для подстрекания паранойи, – в раздражении сказала я. – При нормальных обстоятельствах я не думаю, что кого – нибудь заботило бы, что я питаюсь кровью немертвых, но ясно же, что некоторые упыри нормально сейчас не думают. Зачем подливать масла в огонь?

Тишина встретила этот вопрос, но он был скорее риторическим, поэтому ответа я не ждала.

– Теперь, когда все мы знаем план, мы с Кости уезжаем, – продолжила я. – Мы должны вернуться на случай, если наши вампирские шпионы позвонят, не говоря уже о том, что я оставила свою кошку в пещере с одним только призраком.

– Мы еще не можем уехать, – заявил Кости.

Я кинула на него косой взгляд. Что еще он припрятал в рукаве?

– Почему?

Его губы изогнулись.

– Потому что ты все еще голодна, Котенок.

О, точно. Из – за всего, что произошло за последнюю пару часов, я забыла об этом. Я откашлялась, начиная испытывать неловкость.

Как следовало по этикету спросить друга, могу ли я попить его кровь?

– Гм, Жуан, ты не был бы –

– Пей из меня, – прервал меня Тейт. Изумруды горели в его пристальном взгляде. – Ты это пыталась спросить у него, не так ли?

– Не тебя, – сказала я в тот момент, когда Кости напрягся, словно гремучая змея, готовящаяся к броску. – Я же сказала тебе, что мое терпение к тебе закончилось.

Что – то похожее на фырканье раздалось с его стороны.

– Я не предлагаю по личным мотивам. После того, как я увидел, что ты уезжаешь с Князем Тьмы, а не со мной, когда думала, что Кости тебе изменяет, я, наконец, понял. Ты не хочешь меня и никогда не захочешь. Даже если бы Кости на этой картинке не было.

Мои глаза расширились, а Кости пробормотал:

– Думал, что ты, черт побери, никогда не поймешь.

Купер и Жуан притворились внезапно оглохшими, но дядя бросил вдумчивый взгляд на Тейта.

– Тогда почему ты хочешь, чтобы Кэт взяла твою кровь? – спросил Дон.

Тейт расправил плечи.

– Поскольку я – лидер этой команды, если чья – либо кровь и должна пролиться, то только моя.

Самая странная форма ностальгии нахлынула на меня. Это был Тейт, который взломал мою холодную сдержанность, когда я только присоединилась к команде несколько лет назад. Сильная личность, которая никогда не колеблется, толкая себя на линию фронта или ради друзей, или для всей команды. Не тот упрямый, язвительный человек, который неоднократно пытался вбить клин между мной и Кости. Дружба, которая, как я только что поклялась, была мертва между нами, сделала маленький вдох жизни.

– Я не стану кусать тебя. Игла и пакет для крови – вот, как мы сделаем это, – решила я.

Тейт пожал плечами.

– Как знаешь.

Дон нажал на кнопку.

– Энн, Вы можете принести шприц, катетер и пустой мешок?

Медсестра ответила утвердительно и внесла предметы через две минуты. Тейт воткнул иглу, отсылая Энн, и скоро пластиковый мешок начал наполняться темно – красной жидкостью.

В животе заурчало так, что, к моему огромному смущению, я была уверена – услышали абсолютно все.

– Собираешься сказать нам, почему не пьешь у него? – спросил Тейт, кивая головой в сторону Кости.

– Он слишком силен. Я получаю больше способностей, чем могу справиться, – ответила я, пытаясь не смотреть неотрывно на теперь уже наполовину наполненный пакет.

– А такой, как я, хорош и слаб, – фыркнул Тейт.

Несмотря на то, что Тейт заслуживал, чтобы его опустили на пару ступенек за все, то дерьмо, что он вытянул из себя за прошедшие пару лет, я не могла заставить себя втирать соль в раны.

– Ты не слабый; ты просто молодой вампир. Будь ты такого же возраста, как Кости, я уверена, что ты тоже был бы для меня слишком сильным.

Откровенное веселье Кости проскользнуло через мое подсознание как раз в тот момент, когда Тейт пробормотал:

– Чтоб ты знала, жалость делает еще хуже, так что, в следующий раз не пытайся ободрить меня.

Я вскинула руки. Мужчины. Их невозможно убедить.

– Как вы намереваетесь поддерживать связь с Дэйвом, пока он под прикрытием? – спросил Кости у Дона, меняя тему.

Дядя нахмурился.

– Обычным путем. Звонить всякий раз, когда он сможет благополучно ответить.

– Слишком опасно, – заявил Кости. – Его мобильный телефон может прослушиваться, сообщения и электронные письма копироваться… Вам нужен коммуникационный метод, который не вызовет у упырей подозрение, пока он втирается им в доверие.

– И что же это за метод? – спросил Дон со скептицизмом, утяжелявшим его голос.

Кости хитро улыбнулся.

– Призрачный курьер.

– Ну конечно! – воскликнула я, внезапно чувствуя себя намного лучше из – за новых возможностей для Дэйва. – Другие упыри, если они вообще заметят Фабиана, просто проигнорируют его. К тому же, Огайо полон лей‑ линий[1], поэтому он сможет быстро путешествовать, если появятся проблемы или нам нужно будет вытащить Дэйва.

Дон выглядел заинтригованным.

– Призрак согласится?

– Мы спросим, но держу пари, что он ответит «да». – Мое настроение поднималось тем выше, чем больше я размышляла об этом. – Фабиан сказал мне, что больше всего остального скучает по чувству полезности. Нематериальность ограничивает множество вещей, которые он может разделить, знаете ли?

Фабиан скучает и по дружбе, поэтому он и оказался со мной и Кости. В конце концов, одиночество не ограничивается рамками жизни.

– Почему тогда мы не можем просто попросить Фабиана шпионить за упырями и потом отчитываться, вместо того, чтобы делать из Дэйва тайного агента, а из Фабиана – транслятора? – спросил Купер.

Я скривила губы. Несмотря на то, что этот вариант буквально взывал ко мне, потому что нес в себе намного меньшее количество опасности, он не был практичным.

– Призраков обычно игнорируют, но для того, чтобы собрать то же количество внутренней информации, какое сможет Дэйв, изображая из себя новичка, Фабиану придется практически сидеть у тех упырей на закорках. Если они сложат два и два, поняв, что один и тот же призрак постоянно ошивается рядом, они просто могут решить накормить нас через него дезинформацией.

Иногда старомодный путь является лучшим выбором, даже если он означает больший риск.

Тейт вытащил иглу из руки, и маленькое отверстие заросло прежде, чем он успел передать мне теперь уже полный пакетик.

– Есть кое – кто еще, кто может оказаться полезным в этой операции, – медленно проговорил он. – Внештатный репортер, который продолжает выставлять секретную сверхъестественную информацию глазам общественности.

– Как репортер может помочь следить за группой фанатиков – упырей? Сомневаюсь, что они рекламируют свои антивампирские митинги в газете.

– У этого парня хорошие инстинкты, – ответил Тейт с легкой мрачностью. – Настолько хорошие, что теперь у нас есть служащий, единственная работа которого заключается в том, чтобы искать пути дискредитировать его каждый раз, когда его электронный журнал «Уродливая Правда» выставляет слишком много вещей, которые общественность знать не готова.

Я не была убеждена, что репортер поможет. Особенно тот, который разбомбил Интернет сверхъестественной информацией. Но не в моем характере было не использовать все возможные способы.

– Так ты собираешься арестовать этого современного Морфея и уговорить его на помощь в нашем деле?

Губы Тейта изогнулись.

– Нет, Кэт. Это сделаешь ты, потому что ему посчастливилось жить в Огайо.

 

Глава 7

 

Я пристально смотрела на узкую дорогу перед нами и густые деревья, окружающие место с обеих сторон, даруя тем самым чувство естественной изолированности.

– Из всех мест, думаю, он приедет именно сюда, – пробормотала я. – Если нам позволят войти, я буду поражена.

Кости ухмыльнулся в мою сторону, съезжая на гравийную дорогу. Открытые ворота приблизительно в миле от нас были единственным индикатором, что эта дорога вела к чему – то другому, нежели тупику.

– Мы войдем. Поверь мне.

Как только мы проехали через кованые ворота, в поле нашего зрения попал большой склад. Снаружи он выглядел заброшенным, окна были заколочены, и только мусор валялся на пустой автостоянке. Не будь у меня сверхъестественного слуха, я бы не уловила музыку, доносившуюся из – за звуконепроницаемых стен. Кусочки песен летели по ветру, как будто периодически открывались невидимые двери.

Кости объехал строение. Оказавшись позади склада, мы увидели другую стоянку, на этот раз заполненную автомобилями. Из – за необычной клиентуры реальный вход в клуб был здесь, а ветхое складское строение впереди было предназначено только для того, чтобы не привлечь случайно проезжающих автомобилистов.

– Почему бы нам просто не поболтаться здесь, пока он не выйдет из клуба? – спросила я. – Если мы войдем внутрь, нас могут узнать.

Я оставила обручальное кольцо в отеле, в котором мы зарегистрировались, но не стала красить волосы или делать что – либо еще, чтобы замаскировать свою внешность. А вид Кости означал, что он выделится независимо от того, какого цвета его волосы.

Он пожал плечами.

– Лучше, если нас узнают. Мы пробудем в Огайо еще несколько дней, но если заметят, что мы частенько посещаем пабы, меньше шансов, что те упыри подумают, будто мы здесь за ними. Они будут ожидать, что в таком случае мы бы прятались.

Имеет смысл. Я, по крайне мере, точно ожидала, что мы будем скрываться.

– Кроме того, – Что – то холодное блеснуло в глазах Кости, несмотря на то, что голос его оставался легким, – если они думают, что мы не осознаем опасность, некоторые из них могут оказаться достаточно тупыми, чтобы попытаться бросить нам вызов. Мне и нужно – то будет сохранить в живых всего одного, чтобы подтвердить, что за этими нападениями стоит Аполлион.

Я заёрзала на сиденье. Поместите меня в гущу настоящей битвы, и у меня не будет никаких приступов растерянности из – за возможности убить, но когда доходило до того вида допроса, о котором говорил Кости, я жалела, что не было лучшего пути. Не было, конечно. Не тогда, когда дело касалось немертвых, а вещам просто суждено было стать грязными, дабы остановить потенциальное восстание упырей… ладно, зовите меня Ганнибалом Лектором. С некоторыми расхождениями.

В зеркале заднего вида сверкнули фары, когда другой автомобиль въехал на автостоянку. Тайни и Бэнд – Эйд будут бдительно следить здесь. А это означало, что позже, когда мы выйдем из клуба, нас не будет ждать неожиданная засада, отчего я немного расслабилась.

Кости припарковался, и я вышла, стряхивая несколько ниточек со своей юбки темно – серого цвета. Она была более узкой, чем я предпочитала, к тому же сидела достаточно низко, чтобы выставить мой пупок и несколько дюймов живота, чему помогал топ до талии, но я знала, что целью было выглядеть более заинтересованной в веселье, чем в драке. Можно было предположить, что в моих сапогах до колен могут быть спрятаны кинжал или два, но только очень внимательный человек заметит, что мои каблуки сделаны из чего – то другого, нежели дерева. Или то, что слабые очертания на моей спине под топом – нечто большее, чем лифчик без бретелек.

Кости тоже приоделся, хотя его мотивацией было лишь веселье. Его кофта с длинными рукавами представляла собой сеть из черных свободных петель, в большей степени выставляя его кристальную кожу, чем прикрывая. Кожаные штаны, низко сидевшие на бедрах, были достаточно туги, чтобы намекнуть на то, чем обладал, но достаточно удобны, чтобы не мешать ему двигаться. Весь этот черный ансамбль в сочетании с его темными волосами делал его бледную кожу еще более поразительной, притягивая взгляд к мускулистой плоти, проглядывающей сквозь сотни крошечных дырочек.

Он поймал мой пристальный взгляд, блуждающий там, где заканчивалась демонстрация проглядывающих участков его кожи и начинался перед брюк – и коварно усмехнулся мне.

– Попридержи эту мысль, детка. Если повезет, мы вернемся в джакузи нашего гостиничного номера еще до рассвета.

Если бы я все еще была человеком, я, скорее всего, покраснела бы. Логика подсказывала, что я уже должна пройти ту стадию, когда было очевидно, что я мысленно раздеваю и пристаю к собственному мужу. В конце концов, мы больше не были на ранней стадии наших отношений. Но когда Кости приблизился ко мне, его темные глаза заблестели искорками зеленого, а по моей коже побежали мурашки, как будто это было первое наше свидание. Все во мне напряглось от предвкушения, когда он встал настолько близко ко мне, насколько это было возможно, не прикоснувшись, и лишь его дыхание соприкасалось с моей кожей, когда он произнес мне на ухо:

– Я говорил, что ты прекрасно выглядишь сегодня вечером?

Волна жара прокатилась по подсознанию, как будто нервных окончаний коснулись самой теплой лаской. Мои руки медленно сжались в кулаки, в то время как я сопротивлялась побуждению прикоснуться к нему, наслаждаясь растущим напряжением между нами. Да, это отличалось от того первого головокружительного притяжения, что я когда – то чувствовала к нему, но сейчас его влияние на меня ничуть не ослабло. Вместо этого желание, которое я чувствовала, стало интенсивнее, сильнее и гораздо более опьяняющим, объединившись с властью Кости над моим сердцем.

Его аромат стал глубже, эта смесь жженого сахара и мускуса соблазняла меня доказательством, что он чувствовал то же, что и я. Вчера вечером после отъезда из лагеря я была слишком эмоционально изранена из – за состояния Дона и новых смертельных стремлений моей матери, чтобы быть в любовном настроении. К тому же мы должны были предоставить всю информацию Фабиану, забрать его из пещеры и отвезти призрака к Дэйву в Теннеси прежде, чем снова возвратиться в Огайо. Оставшегося времени хватило только на короткий сон, после чего мы отправились на вечерние мероприятия.

Теперь, однако, я жалела, что перед отъездом в клуб мы не провели еще часок в нашем гостиничном номере. Его комментарий о джакузи заставил несколько ясных картинок протанцевать в моем разуме. Например, как потрясающе Кости будет выглядеть, если на нем не будет ничего, кроме пены, а затем моего тела.

Другая мысль принялась дразнить мой разум. Зачем ждать? Заднее сиденье нашего автомобиля всего в нескольких шагах…

– Знаешь, в дополнение к твоим способностям в телепатии, я, скорее всего, получила от твоей крови и некую распутность, – сказала я, слегка встряхивая головой. Должно быть, так и есть. Обычно я не стала бы думать о том, как бы сделать это на автостоянке, тогда как нам нужно было поймать репортера, находящегося внутри, а два бессмертных друга находились на расстоянии лишь в несколько дюжин футов.

Тихий смешок защекотал мне шею, в то время как возросла невидимая ласка его ауры.

– Будь по – прежнему моим небьющимся сердцем.

Греховность в его тоне ясно говорила, что он будет рад идее отложить наше появление в клубе – и взорвать уши Тайни и Бэнд – Эйда – стоит мне только предложить вариант с задним сиденьем. Я сделала шаг в сторону, решив, что на благо моей быстро истощающейся пристойности будет не трогать его до тех пор, пока мы благополучно не окажемся в клубе.

Хотя и там скрывались возможности…

– Давай, гм, пойдем и найдем нашего друга репортера, – сказала я. Слова путались, когда бриз омывал меня его ароматом с волной пропитанного жаждой воздуха. Я не смогла удержаться от быстрого, страстно жаждущего взгляда на автомобиль, прежде чем мысленно дала себе пощечину. Осторожно, впереди канава, Озабоченная! Мы здесь, чтобы остановить плохих упырей, помнишь?

Кости сделал глубокий вдох, заставляя меня задаться вопросом, был ли воздух окрашен и моим возбуждением. Скорее всего. Аромат был более очевидным индикатором желания у вампиров, чем мужчина с выпуклостью в штанах у людей.

– Верно, – сказал он, и это отдельное слово отдавало намеком на грубость. Затем он скрыл свою ауру, и невидимая энергия вокруг него ослабла до едва заметных покалываний, свойственных средненьким вампирам. В этот же момент моя связь с его эмоциями прекратилась столь же резко, как звонок сотового телефона. Только у очень старых вампиров и Мастеров есть способность скрывать уровни своей силы, что делало их еще более опасными. Кости мог и желать, чтобы нас в конечном счете узнали, но, видимо, начать мы должны более сдержанно.

Мы приблизились к входу «Укуса». Очередь людей, ожидающих у входа, была меньше, чем обычно, но я списала это на то, что сейчас ночь среды, а не выходные. Мы не стали ждать в конце – отсутствие у нас пульса было равнозначно наличию наших имен в списке VIP лиц. Но как только мы приблизились на достаточное расстояние к высокой мускулистой женщине – вышибале, она вытянула руку.

– Оставайтесь здесь. Версес взбешен на вас двоих.

Кости подарил вампирше свою самую очаровательную улыбку.

– Сейчас, Трикси, он не может все еще злиться из – за того пустякового инцидента.

Ее рот в неверии открылся, являя нам позолоченные резцы.

– Пустяковый? Вы, ребята, уничтожили автостоянку!

– По крайней мере, позови его, чтобы он сам сказал нам проваливать, если это то, что он имеет в виду, – ответил Кости все с той же легкой улыбочкой.

Трикси высвободила раздраженный вздох, но рявкнула кому – то, кого я не видела, привести хозяина. Спустя несколько секунд появился большой темнокожий упырь с совершенно недружелюбным выражением на лице.

– Вы имеете наглость вернуться сюда…, – начал Версес.

– Да ладно, дружище, это была не наша вина, и ты знаешь это, – прервал Кости, хлопая его по спине. – Могло случиться с каждым, но сейчас мы здесь только для того, чтобы немного выпить и потанцевать.

Будь это возможно, темнокожий вампир потемнел бы еще больше.

– Не думай, что если мы были друзьями восемьдесят лет, я окажусь достаточно тупым, чтобы поверить этому. Это место должно служить тайм – аутом для всех наших видов. Никакого насилия в помещении, а автостоянка по – прежнему к нему относится!

– Я действительно сожалею о том, что произошло тогда, но на сей раз мы даже соломинку не согнем не так, как положено, – вмешалась я, даря Версесу свою самую обаятельную улыбку.

– На самом деле, – добавил Кости, и его собственная усмешка стала еще шире. – На моей чести, дружище.

– И на твоей кредитной карте, если останется хоть вмятина, – ответил Версес, прежде чем пробормотать: – Прекрасно. Входите, но не заставляйте меня пожалеть об этом.

С первого взгляда даже люди, которые не могли чувствовать колебания, испускаемые немертвыми посетителями, могли догадаться, что «Укус» не был типичным клубом. Во – первых, вспышки огней по потолку были намного более приглушенными, чем в нормальном клубе, плюс интерьер было более темным, чем позволено по легальным нормативам. Да и музыка не была оглушающе громкой для моих ушей – еще одна уступка усиленным чувствам вампиров и упырей.

Но наиболее заметным различием было то, что бары являлись отнюдь не единственными местами, где посетители могли получить напитки. В кабинках, на танцполе и даже в углах пары держали друг друга в объятиях, которые, при более близком рассмотрении, оказывались скорее хищными, чем страстными. Ощущаемый в воздухе аромат крови со слабым, медно – красным сильным запахом, скорее всего, дразнил вкусовые рецепторы Кости, но не делал ничего с моими, ведь это была человеческая кровь, не вампирская.

– Сколько времени ты хочешь подождать, прежде чем мы разделимся? – пробормотала я Кости, как только мы оказались подальше от Версеса. Если владелец «Укуса» все еще наблюдает за нами, он может что – нибудь заподозрить, разделись мы сразу же после того, как подчеркнули, что пришли сюда только ради отдыха.

– Давай начнем с нескольких напитков. А потом ты сможешь пойти припудрить носик и выбрать длинный путь обратно. А я поищу кого – нибудь перекусить и буду довольно требователен в своем выборе, – ответил он одинаково мягким тоном.

Для меня звучало как план. В конце концов, мы оба узнаем репортера, если он здесь. Я позволила Кости проводить меня к бару, радуясь тому, что до сих пор только мои собственные мысли грохотали у меня в голове. Я надеялась, учитывая, что высокий процент посетителей в этом клубе были немертвыми, что если бы я даже начала выбирать чьи – либо блуждающие мысли, я не чувствовала бы себя такой разбитой, как в молле. Догадываюсь, что было намного удобнее посещать места, заполненные представителями моего собственного вида, а не людьми.

Мой собственный вид. Как странно, что теперь я чувствовала себя таким путем. Первые шестнадцать лет своей жизни я провела, не зная о своей смешанной наследственности, затем следующие шесть лет ненавидя вампиров, пока не встретила Кости. Теперь, в двадцать девять, я была полноценным вампиром меньше года, но почти не помнила, каково это – думать о себе, как о человеке. Я не чувствовала себя человеком с тех самых пор, как моя мама впервые рассказала мне, почему я отличаюсь от остальных.

– Джин с тоником и виски, чистый, – сказал Кости бармену.

Достаточно странно, но это заставило меня улыбнуться. Некоторые вещи никогда не меняются

 

Глава 8

 

Я собиралась совершить третий поход в ванную комнату, думая, что мой нос никогда не был так доволен обстоятельством, что дамские комнаты больше мне не необходимы. Внезапный крик толчком отдался в моей голове.

– Отпусти меня!

Несмотря на шум и музыку, эти слова я услышала отчетливо. Я напрягла все свои чувства и двинулась к источнику звука, понимая, что он идет с того самого места, где я впервые встретила Кости. Кучка вампиров стояла кругом, спинами ко мне. Кто – то стоял посередине этого «кружка», и, судя по звукам, он был не очень доволен.

– Убери от меня свои руки! – еще один крик прозвучал, но был слишком резким, чтобы я смогла различить, кто его произнес.

– Ты знаешь правила. Убери это, – сказал ди – джей. Я заметила, что ему было совершенно фиолетово на то, что случиться после этого.

Я подошла к этим вампирам ровно в тот момент, когда кричащий пропал у меня из виду. По колыханиям его груди я поняла, что это человек.

– Что происходит, ребята? – мой голос звучал без интонаций, и я постаралась убрать руку с кола у меня сзади. Я ведь пообещала, что не нарушу правила на этот раз.

Один из вампиров зло посмотрел на меня.

– Не твое дело, Рыжик.

Появился Кости, видимо услышав последнее замечание и намечавшуюся потасовку. Он улыбнулся группе вампиров, но не для того, чтобы выразить свою учтивость. Это была сила, которую он использовал, расслабив все свои щиты, так что можно было почувствовать электрические колебания в воздухе.

– Мне кажется, моя жена задала вам вопрос, – голос Кости был нежнее шелка.

Конечно, это в какой – то степени задело мои феминистические чувства, но они потерялись, как только я взглянула на испуганные лица вампиров. Что, поняли, что количество приятелей не имеет значения, ребята?

– Человек шпион, – тот, который говорил со мной так нахально с полным уважением в голосе обратился к Кости, – я еще раньше виде его здесь расспрашивающим о нашем виде. А сейчас он делал снимки. Ты знаешь, что за этим должно последовать.

– Отдайте его мне, – быстро соображая, бросила я, – я вытащу из него все, что он знает. Никаких проблем.

– Но я голоден, – запротестовал один.

О, ну, конечно. Еда на самом деле интересовала их намного больше, чем то, что он мог быть шпионом.

– Здесь много людей, которые будут рады Вам помочь в этом, но этого парня Вы не возьмете, – мой голос был мягким, но непреклонным.

Лидер группы проигнорировал меня, не удостоив ничем, кроме того, что он взял сигарету закурить.

– Нет смысла драться. Он Вам нужен? Давайте договоримся, – обратился он к Кости.

Гнев начал наполнять меня, когда я поняла, что я для них была практически невидима. Все их внимание было сфокусировано на Кости. К тому же Кости сказал, что будет хорошо, если нас узнают. Что ж, тогда это было моим вступлением.

– У меня идея. Как насчет армрестлинга? Победитель получает человека.

Все они сразу же обратили на меня свое внимание. Потом вся группа разразилась хохотом. Их лидер повернулся ко мне с розовыми слезами счастья на глазах.

– Ты, должно быть, шутишь, – наконец вымолвил он.

Моя улыбка была слаще карамели.

– Ни в коей мере, – тогда его взгляд обратился к Кости.

– Ты ведь не собираешься позволить ей сделать это, да?

– Позволить ей? Приятель, если ты думаешь, что можешь запретить что – либо делать женщине, ты никогда не сможешь встречаться с ними. И я уверен на сто процентов, что она надерет твою задницу.

– Давайте проверим, – я забралась на широкий стол, который отделялся низенькой стенкой от танцпола, – давай же, иди сюда.

Маленькая толпа начала вокруг нашего импровизированного ринга. Я не смотрела на них, сосредоточив все свое внимание на этом вампире. Я призывно подняла бровь, предлагая сделать первый удар. Я надеюсь, что это просто «парад» силы: я не хотела использовать свой кол, ведь мне не нужны новые враги.

Вампир передал свою сигарету одному из банды, прежде чем забраться на «ринг». Он с нарочитой медлительностью подвернул оба рукава, показывая, что не хочет долго пачкать руки. Было просто невероятно, что он не почувствовал ауру моей силы, ведь он не так молод. Но Кости сказал, что все вампиры ощущают меня не более как новичка, так же, как и обманчивое сердцебиение тогда, когда я была еще «человеком». В общем, у него было такое же телосложение, что и у Кости, но цвет волос был другой – черный, и сам он был очень плотный. Однако на его внешний вид я мало обратила внимания, меня более заинтересовала его аура, говорившая, что ему за пятьдесят и он слишком надеется на свой внешний вид.

Не непобедимый противник, конечно, но он мог пару раз меня ударить. Я облокотилась на стол, потому что не могла так показно закатывать рукава: топ был без рукавов. Также эта поза позволила мне услышать, что толпа не очень рассчитывает на мои шансы победить.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.