Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





В.М. Бехтерев 18 страница



Так» известно, что обезглавленный угорь обороняется вокруг раскален­ного угля.

При переломах ноги, когда для скорейшего заживания необходимо соблюдать полную неподвижность, всякий рефлекс должен быть признан вредным, а между тем рефлексы в этом случае наступают столь же роко­вым образом, как и в иных случаях.

Рефлексы в своей сложности разнообразятся в зависимости от того, передаются ли она через ближние узлы или же через центры череп-но-спинной оси.

В этом отношении нужно иметь в виду, что каждый центр имеет свой район центростремительных и центробежных приводов, в области распро­странения которых и развиваются соответствующие рефлексы.

Надо, однако, иметь в виду, что различные центры находятся во взаимной между собою связи при посредстве нежцентральных проводни­ков, что и дает основание для распространения рефлексов на более уда­ленные области тела.

Таким образом, раздражение задней конечности приводит к движениям в области передней конечности и в области лицевых мышц.

Здесь необходимо обратить внимание на то обстоятельство, что упомя­нутые выше законы распространения рефлексов представляют у различ­ных животных изменения соответственно их видовым особенностям. Таким образом, изученные на лягушке как прыгающем животном они не могут быть вполне переносимы на других четвероногих, а тем более двуногих животных.

О внутренних рефлексах

Рядом с внешними двигательными рефлексами происходят и внутренние рефлексы, состоящие в движении и изменении состояния внутренних органов. Они менее изучены вообще, хотя большинство из них имеют важнейшее жизненное значение.

Наиболее существенную роль для жизнедеятельности организма играют так называемые сосудистые рефлексы вследствие чего мы считаем здесь необходимым остановиться на них несколько подробнее.

В этом отношении уже Мантегаццаа исследовал кровенаполнение отдельных частей тела при резких механических или так называемых «болевых * раздражениях, причем он мог убедиться в рефлекторной природе сосудистых изменений, так как, если нерв был лишен возможности проводить влияние раздражения к центрам, то сердце вовсе не реагировало на резкие механические влияния.

По Loven'y* °ОД влиянием резких кожных («болевых») раздражений частота ударов сердца значительно уменьшалась, кровяное же давление сильно повышалось, причем сглаживались и волны на кривой, обусловлен­ные искусственным дыханием. Вместе с тем автор находил как следствие

Mantegazza Я, Histologische Veranderungen nacfa der Nerveodurchacheiduftg // Schmidt4» Jabrbucher der to- uod audandischen gesamten Medic in. Leipzig, 1861, Bd+ 135, N 1+ S. 148-149.

упомянутых раздражений местное расширение артерий без изменений общего кровяного давленая \

Neumann, производя электрические раздражения на кожу, убедился, что при средней силе в течение 2,5 мин пульс ускоряется, волны же его уменьшаются, что продолжается некоторое время и после прекращения раздражения, В одном случае, однако, обнаруживалось замедление пуль­са; после же сильных раздражений замедление пульса является правилом и оно продолжается долгое время и по прекращении раздражения 5.

Новицкийб, производя резкие кожные раздражения, подобно Neu-marm'y, убедился, что у слабых в анемичных людей после короткого периода замедления наступает ускорение пульса, исчезавшее постепенно. У здоровых и сильных лиц сначала обнаруживается замедление, которое, однако, постепенно переходит в продолжительное ускорение. При действий горчичников было обнаружено сокращение сосудов конечности, выра­жавшееся уменьшением ее объема,

По Sewall'K) и Sanford'y, исследовавшим с помощью плетизмографа рефлекторные сосудистые изменения, при слабых кожных раздражениях на предплечье происходит расширение сосудов, при более сильных же раздражениях — сужение сосудов. Чем это раздражение было сильнее и чем неожиданнее оно наступало, тем более резким представлялся эффект. Как продолжительность, так и степень сужения сосудов, по автору, стоит в зависимости от состояния сосудодвигателыгого центра в каждый данный момент.

По Schmeller'y и Wolkenstem'y, кожные раздражения вызывают уско­рение пульса. По Рериху и Симановскому, слабые раздражения вызывали ускорение пульса и сужение сосудов, сильные же раздражения произво­дили обратный эффект. Очень сильные раздражения, по Vigouroux'y, производят моментальную остановку сердца с последующим ускорением пульса .

Bezold, Ludwig и Thiry при раздражении чувствительных нервов наблюдали повышение кровяного давления.

По Schiff'y, при чувствительных раздражениях сначала наблюдается сужение, а затем расширение периферических сосудов в.

Большинство других авторов, таких, как Heidenhain и Grutzner, Dastre и Morat, Fr. Franck (AcacL d. Sciences 1876), Wertheimer, Остроумов, Овсянников, Чирьев и др., находили при раздражении центростремитель­ных нервов расширение кожных сосудов и сужение брюшных 9,

Гирш при «болевых» раздражениях находил ускорение пульса, умень­шение пульсовых волн и незначительное понижение пульсовой кривой; дыхание при этом ускорялось и уменьшалась его глубина. Он убедился также, что привычка к «боли» и исчезновение вазомоторных рефлексов обнаруживается скорее всего при раздражениях, повторяемых в одинако­вые промежутки и применяемых к одному и тому же месту, менее — при раздражениях* применяемых к одному и тому же месту, но повторяе­мых в различные промежутки, и еще менее при раздражениях, приме­няемых в различных областях тела и в различные промежутки времени ш.

Loven Ch. l( Schmidt's Jahrbucher derm- шм! aus) an disc hen gesamten Medicin. Leipzig, 1867. S. 291.

ъ Neumann I.t Neumann 0t Prager Vierteljahrschrift fur pracL Heilk, 1867.

* Новщяий П. М* Об отвлекающих действиях местных кожных раздражений: Дис. #„ д-ра медицины. СПб., 1330.

7 См.: Сымановский И. Ц, К вопросу о влияния раздражений чувствительных нервов на от­правления и питание сердца: Дис. ... д-ра медицины. СПб., 1881.

в Си.: Гирш Г. П. Об изменениях пульса и дыхания при некоторых психических состояниях: Пдетиэмогр. исслед. Дис. ... д-ра медицины. Юрьев, 1899. С* 48.

9 См.: Гирш Г. П. Указ. соч.

10 Там ж*. С. Ш

Все вышеуказанные исследования в общем довольно противоречивы меэкду собою. Но ати разноречия проще всего объясняются различною силою применяемых раздражений, которые к тому же определяются дале­ко не точно различными авторами. Кроме того, конечно, не без значения оказывается здесь и индивидуальность.

В тех случаях, где можно говорить о более или менее определенной силе раздражений, и результаты оказываются более согласными. В общем можно признать, что слабые и средние по силе колющие раздраже­ния (болевые) сопровождаются сужением сосудов и ускорением пульса, тогда как более сильные сопровождаются противоположными явлениями (Гирш),

Заслуживает внимания наблюдение Сараха Амитина п, который убе­дился, что при утомлении наступление сосудистых рефлексов представ­ляется чрезвычайно облегченным.

Далее можно указать целый ряд раздражений зрительных, слуховых и иных, которые сопровождаются заметными изменениями со стороны сердечно-сосудистой системы и со стороны дыхания.

Так, специальные исследования Corti и Charpentier 12 на кураризиро-ванных животных показали, что при различных раздражениях перифериче­ских воспринимающих органов (вкус, обоняние, слух и зрение) сердечная деятельность резко ускорялась или же замедлялась и вместе с тем и боко­вое давление в сонной артерии поднималось или понижалось. Так как пере­резка п. vagi не ускоряла сосудистых изменений, то очевидно, что они развивались в данном случае независимо от изменений сердечной деятель­ности. Вместе с удалением мозговой коры прекращался и соответствующий эффект, что указывает на то, что вышеуказанные изменения находятся в прямой зависимости от корковых центров*

НаШоп и Comte |3 при посредстве своего воздушного плетизмографа исследовали объем конечности при различных внешних влияниях, записы­вая одновременно и пульс в art, га dial is. Они убедились, что как при общих внешних раздражениях (боль, электрическое раздражение и т. п.), так и при раздражениях воспринимающих органов (шум, запах и пр.) вызывается сужение сосудов в конечностях. Достаточно даже простого ожидания раздражения, чтобы обнаружилось сужение сосудов. За этим сужением обычно следовало расширение, но первичное расширение ие на­блюдалось ни в одном случае.

У больных, страдавших анестезией вследствие сирингомиелии или по­ражений продолговатого мозга, никаких сосудистых изменений с анестези­рованных участков не вызывалось; ко при истерии они проявлялись обычным порядком.

Binet и Sollier, исследуя влияние стука на сосудистую систему, нашли, что эффект происходит такой же, как и при глубоком вздохе, а именно: незначительное сокращение сосудов и уменьшение пульса, которое сменя­ется расширением сосудов и поднятием пульса. При этом в объеме мозга изменения обнаруживаются в более резкой степени, нежели в объеме руки 14>

В работе Истаманова исследовалось влияние раздражений различных

4 Amitin $. Ueb&r den Ttraus d. Blutget bei Einwirkung von Wanne der Kalte // Zeitschrift

Fur Biologic, Leipzig, 1397, (a Corti A., Churpeiirtier P. Koch, sur lea effects card iovasiula ires etc, // Archif fur Physiologic,

Leipzig, 1S77+ Ui Haitian L,fComte Ch. Recherche» sur La circulation capillaire chez L'homme a faide <Tun uou-

vel apparetl plelhysmographique // L'annee psychologique. Paris, 1S95. P, 296—299. 14 Binet A., Sollier P. Rec here bos sur Le pouls cerebral da lie aes rapports avec les attitudes du

corps, la respiration et lea actes psychiques (Arch, de physiologic, octobre iSGS) // L'aanoe

paychologique. Paris» 1895, An. 2. P, 590—594.

воспринимающих органов специально на кровеносную систему с помощью плетизмографа. При этом оказалось, что сладкие вкусовые вещества и «приятные» запахи сопровождались расширением сосудов в конечности, при «неприятных» же обнаруживалось сужение сосудов, которое резче всего наблюдалось при действии лимонной кислоты на орган вкуса. Даже приближения ко рту куска лимона было достаточно, чтобы вызвать анало­гичный эффект .

С другой стороны, сильные шумы и муэыкальные тоны обыкновенно вызывают учащение сердцебиения с некоторым уменьшением объема органов. Заслуживает внимания, что при внезапном звуке сокращение сосудов обнаруживалось резче.

По Wundt'y» nPH слабых «приятных» раздражениях наблюдается уве­личение пульсовых волн и замедление сердца, при слабых «неприятных» раздражениях обнаруживаются обратные явления 16.

Schilds исследовал с помощью плетизмографа действие пахучих ве­ществ и раздражающих паров, причем убедился, что вышеуказанные раз­дражители, особенно же острые пары, в виде, например, муравьиной кисло­ты, вызывают уменьшение объема. Автор не мог убедиться, чтобы вещества с «приятным» запахом, как думают многие, увеличивали объем конечности. При наступлении же такого увеличения оно объясняется ускоренной деятельностью сердца >7.

Исследования Fere приводят к выводу, что всякое «приятное» раздра­жение выражается увеличением объема конечности, т* е. расширением ее сосудов, тогда как «неприятное» раздражение сопровождается обратным эффектом, т. е. сужением сосудов. При большей продолжительности раздражения или при частом его повторении плетизмографическое влияние сглаживалось 1В.

Гирш при своих исследованиях, производя раздражении различных органов чувств, убедился, что «неприятные» раздражения вызывают уско­рение пульса, уменьшение пульсовой волны и падение объемвой кривой* Дыхание при этом было неправильно, иногда ускорено. При «приятных* раздражениях чаще наблюдается замедление пульса, нежели ускорение, размах пульса увеличивается, объемная кривая получает стремление к подъему, хотя бывает и преходящее иди более постоянное падение. Дыхание при этом было неправильно, иногда замедленно*

Заслуживает внимания, что, по исследованиям А, Моздо *9, раздражение воспринимающих органов даже и во сне вызывает изменения пульса, хотя бы оно было столь слабо, что не прерывало самого сна.

При этом должно иметь в виду, что внешние раздражения отражаются не только на пульсе лучевой артерии и на общем давлении крови, но и на пульсе и кровообращении мозга, как это было доказано еще A. Mosso.

В нашей лаборатории этот вопрос был подвергнут экспериментальному исследованию на собаках с помощью установленных для этой цели специ­альных методов исследования.

Эти исследования, произведенные Телятинкой и Боришпольскимао, доказали влияние раздражений как кожных, так и со стороны органов

IS Нстаманой С. Л. О влиянии раздражения чувствительных нервов на сосуд истуи» систему человека: Дис+ ... д-pft мед. СПб*, 1885.

ie Wundt fV. Vortasungen ueber die Menscben- und Thierseele, / Par W* Wundt, Leipzig, 1863—1864,

57 Schilds W. Di*L Baltimor.

ie Fere Ch* Sensation et mouvement: {Etudis experimental de psychomecanique) //Revue philoeophique. Paris, 1887, VoK 24, R 198—202.

10 Mono A. Die Diagnoatik (tor Pulses. 1899.

20 Телятник Ф. K.t Боришпольский Е. С. О влиянии чувствительных раздражений на черепноиозговов кровообращение // Обозрение психиатрии, неврологии» эксперимен­тальной психологии. 1899, № в, С. 465—484.

чувств, не только на общее кровообращение, но и на мозговое кровообра­щение, причем выяснилось, что большинство раздражений действует ускоряющим образом на мозговое кровообращение.

Что касается влияния периферических раздражений на дыхание, то к этому предмету относятся произведенные у нас исследования приват-доцента М. Жуковского. Они показали крайне резкие изменения со сто­роны дыхания при раздражениях общих и специальных нервов а|.

О развитии рефлексов

Обращаясь к вопросу о развитии рефлексов, необходимо иметь в виду, что по отношению к кожным и сухожильным рефлексам у новорожденных мы имеем работы Cattoneo, Фурмана, Быховского 22 и др. Этими исследова­ниями выяснилось, что некоторые из наиболее постоянных сухожильных и ножных рефлексов развиваются в младенческом периоде постепенно. Только коленный рефлекс наблюдают у детей с постоянством со дня рождения,

Так как есть основание думать, что онтогенетическое развитие рефлек­сов повторяет их филогенетическое развитие, to коленный сухожильный рефлекс поэтому должен быть признан, по-видимому, и наиболее старым в филогенетическом смысле рефлексом.

По отношению к кожным рефлексам, между прочим, установлен очень интересный факт, что у младенцев до времени ходьбы подошвенный реф­лекс вызывает разгнбательное движение большого и других пальцев ноги, тогда как позднее тот же рефлекс выражается сгибательным движением большого пальца. Babinski показал, однако, что в у взрослых лиц при орга­нических процессах мозга, прерывающих пирамидный пучок, при механи­ческом раздражении подошвы появляется разгибатсльный же рефлекс большого и других пальцев ноги. Эти данные заставляют признать, что подошвенный сгйбатвльный рефлекс, являющийся на смену первоначаль­ному разги бате льном у рефлексу, представляет собою продукт вмешатель­ства головного мозга в рефлекторную деятельность спибного мозга, которое обнаруживается лишь мало-помалу с возрастом ребенка и вместе с раз­витием акта ходьбы. Таким образом, в то время как разгибательный по­дошвенный рефлекс должен быть признан спинномозговым рефлексом, сгнбательный подошвенный рефлекс является корковым рефлексом, раз­вивающимся позднее первого и передающимся к спинному мозгу при по­средстве пирамидного пучка.

Что касается брюшных рефлексов, то у ребенка они развиваются позд­нее других рефлексов, что соответствует их корковому происхождению.

Относительно рефлексов со специальных воспринимающих органов из­вестно, что вкусовые раздражения уже со дня рождения возбуждают реф­лекторные движения в лице. Зрачковый рефлекс также принадлежит к наиболее ранним рефлексам.

Что же касается рефлексов с органа обоняния и в особенности зрения и слуха, то они развиваются в более позднем возрасте,

Следует иметь в виду, что у младенцев мы открываем рефлексы, кото­рые не встречаются у взрослых и которые имеют особенное значение

21 Подробнее см,: Бехтерев В. М. Основы учения о функциях мозга. СПб., 1903. С, 992-993.

22 Cattaneo. Ueber einige Reflex* im ersten Kindesalter / Jahrbuch fur Kinderheilkuode und РЬузисЬе Erziebung. Berlin, 1902. Bd. 55 (5)+ S- 458—463; Фурман Э. Б. О рефлексах грудных детей: Две. ... д-ра медицины. СПб.» 1903; Bichovski В. // Deutsche ZeilschrLft fur Nenrenheilk. Bd. 34.

в связи с отправлениями детского организма. К таким рефлексам должны быть отнесены сосательный рефлекс и ладонный сгиба тельный рефлекс, который был наблюдаемt между прочим, и у гемицефалат у которого, кроме спинного мозга, имелся лишь продолговатый мозг до locus coeru-leus 2\

Очевидно, что эти рефлексы с возрастом постепенно подавляются под влиянием деятельности коры головного мозга.

Что касается вопроса о филогенетическом развитии и происхождении рефлексов, то в этом отношении имеются еще далеко не установившиеся взгляды. Многие держатся того мнения, что рефлексы суть изначально явления механические, развивающиеся и поддерживающиеся в животном мире путем так называемого естественного подбора и укореняющиеся пу­тем наследования как явления полезные для вида в борьбе за существова­ние.

В пользу этого приводят те самые доводы* которые обычно служат подкреплением теории Дарвина о развитии случайных мелких уклонений в организации, из которых полезные для вида закрепляются в потомстве через наследование, С другой стороны, опыт учит, что всякого рода «пси­хические» акты при частом повторении становятся мало-помалу автомати­ческими и рефлекторными. Следовательно, в индивидуальной жизни каждого так называемый автоматизм является прямым следствием частого повторения так называемых психических, или высших нервных, процессов.

Расширяя это положение, некоторые распространяют его и на те реф­лексы, которые наш организм приобретает уже готовыми от рождения в виде рефлексов спинного мозга и даже еще более простых рефлексов, развивающихся в сфере внутренних органов. Иначе говоря, высказывалось предположение, что и эти рефлексы первоначально в филогенетическом ряду животных были психически обусловленными движениями, но затем в течение многовековой смены поколений они сделались благодаря постоян­ному упражнению автоматическими движениями и простыми рефлек­сами.

В пользу такого именно мнения говорит, между прочим, то обстоя­тельство, что, как показывают наблюдения, у более низших животных нерв­но-психические отправления локализируются в более низших частях нервной системы, а у таких простейших позвоночных, как amphyoxus lanceolatus, они, наверное, помещаются в спинном и продолговатом мозгу, так как более высших центров головного мозга у этого животного не суще­ствует*

Равным образом трудно отказать хотя бы в элементарных формах репродуктивной и сочетательной деятельности, характерных для невро-психики высших животных, и беспозвоночным, некоторые виды которых проявляют довольно сложные процессы вышеуказанного характера. Следо­вательно, и у этих животных могут быть подобные же условия для проис­хождения рефлексов, как и у более высших животных.

По Ziehen'y, согласно с Darwin'oM, «целесообразность рефлексов выра­боталась тем же путем, как и целесообразность окраски перьев, а именно посредством наследственности и естественного отбора* !*. Животные, не отвечающие отдергиванием уколотой части, проигрывали в жизненных ус­ловиях по сравнению с теми, которые реагировали на болевое раздраже­ние отдергиванием. «Первые поэтому развивались менее сильно, жили ме­нее долго, менее размножались и передавали по наследству свой нецелесо­образный механизм на все меньшее и меньшее число потомков. Продол-

 Sternberg W. Physiologic rler mGn&chlichen Centra 1 in erven systems an Hemicephalen // Monatsclir. fur Psychiatric. 1W3. H. 6,

жавшееся воздействие этого естественного подбора привело, наконец, всех животных с нецелесообразным механизмом к вымиранию, и остались только животные с целесообразным механизмом, как он теперь сущест­вует*2*.

Совершенно аналогично он представляет и развитие автоматических движений. Так, по поводу * автоматического» избегания препятствий лягушками, лишенными головного мозга, автор говорит: «Если бы мы захо­тели наглядно представить весь ход этого приспособления у лягушек в общих чертах и в более простом виде, чем он фактически происходил, то мы сказали бы: сначала существовало столько же амфибий, у которых движение не изменялось под влиянием неожиданно оказавшегося на пути препятствия, сколько таких, у которых происходило видоизменение в том смысле, что они уклонялись от препятствий, В борьбе за существова­ние последние имели решительный перевес, так как у них подкорковые механизмы, работая вполне целесообразно, освобождали большой мозг от некоторой работы. Это целесообразное свойство унаследовалось и по на­следству же передавалось далее, между тем как иначе устроенные живот­ные мало-помалу вымирали»

Надо, впрочем, иметь в виду, что в вышеприведенном изложении Ziehen имеет в виду определенную группу автоматических движений, происходящую из рефлексов, тогда как другая группа автоматических движений происходит, по его мнению, путем обратного развития из произ­вольных resp. личных движений, как это, например» видно из примера пианиста. Первые возникли филогенетически из рефлексов, вторые — онтогенетически из так называемых произвольных resp, личных или инди­видуальных движений. Первые наследственны, вторые, по-видимому, не наследственны. Легавая собака, отыскивающая впервые дичь на охоте (на­блюдение Дарвина), по Ziehen'y, представляет также одно из сложных унаследованных автоматических движений первой группы, т. е. движений, образовавшихся из рефлексов.

Нет надобности говорить, что это объяснение кажется удовлетвори­тельным, если мы сравниваем по целесообразности приспособления живот­ных, у которых имеется уже известный механизм в готовом виде, с такими, у которых такого механизма нет вовсе, и притом допускаем их в прибли­зительно равном числе.

Необходимо, однако, иметь в Виду, что, как ни важен закон естествен­ного подбора сам по себе, вряд ли в развитии функций нервной системы он играет исключительную роль. Предположение, что в основе развития полезных уклонений лежит случайный момент, уже н в биологии встре­чает большие возражения, а в вопросах, касающихся нервной системы, затруднения представляются еще большими 24« Вообще говоря, не может не казаться слишком односторонним мнение, что в полезных изменениях такой системы, которая регулирует все вообще жизненные процессы организма и руководит его движениями, должна лежать исключительно «случайность» при появлении новой функции. Мы поэтому, не отрицая значения естественного отбора в развитии организмов, держимся того взгляда, что и индивидуальное упражнение не может быть исключено как фактор, содействующий развитию отправлений нервной системы, и полагаем, что, создавая условия усиленного питания, индивидуальное упражнение содействует лучшему питанию и увеличению роста упраэкня-емой части и что эти анатомически выраженные условия лучшего питания хотя и не передаются в потомство как таковые, но появляются здесь в виде наследственной склонности к развитию той же функции* что и способству-

 См.; Бехтерев В. М. Психика и жизнь. СПб-, 1902.

ет возникновению ее при соответственных условиях у потомков* Так, речь человека развилась путем упражнения и она не передается в потомство в виде готового приспособления; тем не менее ребенок научается говорить сравнительно очень легко и, во всяком случае, много скорее и легче, не­жели приобреталась речь первобытным человеком.

Так иле иначе первичная раздражительность протоплазмы, постепенно дифференцируясь в ряде многих генераций, служит к образованию более сложных проявлений раздражительности, называемых рефлексами,*на поч­ве которых затем путем упражнения развиваются уже сочетательные рефлексы или психорефлексы. Дело в том, что обыкновенные рефлексы суть проявления той же раздражительности, лишь более или менее диф­ференцированной в определенном направлении. С другой стороны, бла­годаря одновременности с возбуждающим обыкновенный рефлекс раздра­жением действия других внешних впечатлений, эти последние становятся источником так называемых сочетательных рефлексов, о чем речь будет в другом месте*

Таким образом, речь идет об эволюции более сложных рефлекторных явлений из более элементарных путем постепенной дифференциации, создающейся под влиянием жизненных условий в определенном направле­нии. Что касается предположения об обратном превращении сложных нервно-психических процессов или сочетательных рефлексов в обыкновен­ные, то оно не подтверждается опытами и можно лишь говорить о том, что упражнение постепенно устраняет внутреннее торможение и облегчает выполнение сочетательных рефлексов и в то же время их утрачивает.

Вместе с тем развитие путем упражнения сложной нервно-психической деятельности из обыкновенных рефлексов! помогающее в борьбе за сущест­вование, не только не противоречит закону естественного подбора, а, напротив, находится в полном с ним согласии.

Дело в том, что деятельность невропсихики ничуть не стоит в противоре­чии с иными проявлениями жизнедеятельности организма, а, напротив, оба порядка явлений взаимно дополняют друг друга. В самом деле, если бы мы признали, например, что невропсихика действует вопреки естествен­ному отбору, то очевидно, что в таком случае вид, одаренный невро-психи кой, не удержался бы в потомстве. Уже отсюда должно быть ясно, что невропсихика не только не находится в противоречии с законом отбора, но, напротив, является важным дополнительным звеном в порядке явлений, подлежащих эволюции.

Возникает, конечно, вопрос, как согласовать явления нервно-психи­ческой деятельности и естественного отбора, заключающегося в пережи­вании наиболее приспособленных,

В этом отношении нужно выяснить прежде всего вопрос, полезна ли организму нервно-психическая деятельность.

Поставленный в такой форме вопрос вряд ли даже может возбуждать какое-либо сомнение, потону что не найдется никого, кто бы ответил на него отрицательно* Несомненно, что, например, личные движения пред­ставляются движениями, приспособленными к гораздо более разнообраз­ным условиям, нежели обыкновенные рефлексы, которые, как вполне машинообразные движения, всегда приноравливаются лишь к нанчаще встречающимся условияи, но далеко не ко всем; а так как рефлекс всегда действует в одном и том же направлении и никогда в другом, то в извест­ных случаях он может оказаться не только не полезным, но даже вредным, о чем уже упоминалось ранее. Можно легко представить это на следующем примере. Положим, что над коленом ноги поставлено какое-либо острое орудие, и положим затем, что производится щекотание подошвы ноги. Наступающий при этом рефлекс, приводя к отдергиванию ногит естествен-

но приведет к повреждению колена, тогда как ничего подобного не могло бы произойти, если бы вместо рефлекса здесь действовали более сложная нервно-психическая деятельность в форме так называемых личных движений.

Единственная выгода рефлекса в быстроте движения, но и эта быстро­та, как мы знаем, почти достигается часто повторяемыми личными дви­жениями, которые постепенно в этом случае становятся машинообразными и в то же время близкими по времени выполнения к скорости рефлекса.

Итак, ясно, что так называемые личные движения устанавливают более целесообразное отношение организма к окружающим условиям, не­жели обыкновенные рефлексы, особенно если принять во внимание дости­гаемое яевропсихикой целесообразное приспособление самих условий к потребностям организации.

Но если это так, то очевидно, что естественный отбор должен приводить к переживанию тех именно животных, которые отличаются не только соответственным развитием обыкновенных рефлексов, но и большим разви­тием своей невропснхики **♦

Что касается до механизма обыкновенных рефлексов, то он выполняется путем прямой и унаследованной передачи через центры того нервного воз­буждения, которое вызвано со инерции внешним раздражением.

Физиологические исследования ее оставляют сомнения в том, что в за­висимости от своей сложности они выполняются при посредстве перифери­ческих узлов, центров спинного мозга, мозжечка, четверохолмия, зритель­ного бугра и коры головного мозга.

Достоверно известно, что некоторые рефлексы выполняются при по­средстве мозговой коры. К этим рефлексам относятся, между прочим, многие из местных рефлексов, возбуждаемых при посредстве специальных воспринимающих органов, То же имеет значение и по отношению к кожным местным рефлексам м.

Мы имеем полную возможность в настоящее время выяснить дугу этих местных рефлексов.

Если мы удалим у собаки двигательную область для передней лапы, то оказывается, что собака при проведении палочкой против шерсти по спинке лапки не производит соответствующего движения.

Если у собаки удалить с обеих сторон центр, вызывающий мигатель­ное движение глаз, то при угрозах, возникающих перед глазами, животное уже не может производить мигательных движений глаз.

Таким образом, очевидно, что вышеуказанные местные рефлексы про­ходят в виде импульсов по центростремительным проводникам до воспри­нимающих или приводных центров коры и оттуда по сочетательным связям передаются к двигательным отводным центрам сигмовидной resp. централь­ных извилин, из которых по центробежным проводникам они передаются к спинному мозгу н затем к периферии.

Что касается более общих, а равно и глубоких рефлексов, то они имеют более короткую дугу, реализуясь при посредстве рефлекторных дви­гательных центров сливного и продолговатого мозга. Это замечание имеет силу как по отношению к рефлекторным внешним движениям общего характера, так и к движениям внутренним.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.