Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





gt; Издательство «Сова», 2002 ?> ЗАО «Издательство 3 страница



Я говорю своим клиентам: «Хорошо, посмотрите прямо в гла­за этому факту: вы совершали очень глупые ошибки большую часть своей жизни. Вы не добились успехов на работе, которых могли бы добиться; вы женились не на той девушке и затем бесконечно пожинали плоды этого поступка; вы были намного бо-

 

2 Альберт Эллис

 

 

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

лее худшим отцом своим детям, чем могли бы быть, и, следова­тельно, способствовали возникновению ненужных проблем у них. Хорошо. Вы совершали все это, и нет смысла пытаться оправ­дать ваши действия или сказать, что они были правильными. Они не были верными; они были глупыми и неправильными. Но по­чему вы вините себя и отрицаете свою ценность из-за того, что действовали такими отвратительными способами?».

«Хорошо, но следовало ли мне совершать эти неверные по­ступки и таким образом причинять боль себе и другим?».

«Конечно, следовало, просто потому, что вы это сделали. Ес­тественно, было бы желательным, если бы вы не поступали та­ким образом. Однако из того, что поступок желателен, вовсе не следует, что он должен произойти. Только какой-нибудь неиз­менный, божественный закон Вселенной может предписывать, что вы должны, что вам следует делать то, что желательно. А где существует такой закон? Можете ли вы продемонстрировать, что такой закон когда-нибудь существовал или когда-нибудь будет существовать?».

«Я понимаю, что вы имеете в виду. И если не существует ни одного неизменного закона Вселенной, который предписыва­ет, что я не должен был делать то, что я сделал, тогда, я полагаю, вы будете утверждать, что не существует ни одного дополни­тельного закона, который предписывает, что я должен быть на­казан за нарушение того закона».

«Правильно! Конечно, вы по-настоящему наказаны за мно­гие свои неправильные действия. Если вам не удалось что-то выполнить по работе так хорошо, как вы могли бы, вы не полу­чаете награды, то есть материального или карьерного роста. Если вы остаетесь с женой, с которой вы не совместимы, вы живете хуже, чем могли бы, то есть вы ведете жалкую семейную жизнь. Таким образом, плохие или неэффективные поступки обычно (хотя не всегда) несут в себе и наказания. Но когда вы думае­те, что вы ничтожество и что вы должны быть наказаны, вы на самом деле имеете в виду, что некое мистическое сверхсущество во Вселенной шпионит за вами, замечает ваши ошибки и уста­навливает вам наказание. Хорошо, вы можете представить, что


Ценность человеческого существования

на самом деле существует такое сверхсущество, которое имеет такие садистские наклонности, что оно собирается нарочно до­бавить особое наказание для вас, когда вы уже серьезно наказа­ны своим глупым поведением?».

«Нет, я полагаю, это не так. Я полагаю, я действительно верю в какого-нибудь монстра, когда я думаю, что заслуживаю нака­зания за свои плохие поступки».

«Несомненно, вы верите. А как насчет дел в будущем? Вери­те ли вы по-настоящему, что если вы будете жить на этой земле и совершать ошибки, то вы обретете следующую жизнь где-ни­будь еще и там вам придется страдать за свои земные ошибки?».

«Ну, едва ли! Но мои действия, если честно, означают, что я действительно отчасти верю в такую глупую болтовню, так как я часто чувствую, что буду вечно осужден, когда совершаю не­правильные поступки во время своего земного существования».

«Да. То есть вы действительно продолжаете осуждать себя раз­личными способами, и вы действительно чувствуете, что долж­ны быть временно или вечно наказаны. Однако вы, как чело­век, не подлежите оценке в любом случае, хотя ваши поступки, возможно, подлежат. Теперь, каждый раз, когда вы действитель­но чувствуете себя подобно червяку, вам лучше полностью признать, что вы оцениваете себя негативно и далее энергично опротестовать эту оценку. Вы, таким образом, не решите практиче­ские проблемы, которые одолевают вас: как работать лучше, как ладить со своей женой или как быть хорошим отцом своим де­тям. Но вы решите свою эмоциональную проблему Вы безого­ворочно примите себя, хотя будете продолжать не одобрять или отказываться принимать очень большую часть своего поведе­ния. Вы будете продолжать оценивать свои черты, но прекра­тите оценивать себя».

«Могут ли люди в действительности следовать этому методу?» «Не полностью и не всегда. Но если они продолжают рабо­тать над этим, они могут справиться с этой задачей, и у них не будут возникать проблемы с эго. Фактически, существование проблемы эго на самом деле означает, что вы пытаетесь быть сверхчеловеком и не принимаете свою человечность, свою под-

 

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

верженность ошибкам. Если вы следуете ходу рационально-эмо­циональной терапии, которая является одним из самых гума­нистических методов решения личностных проблем, вы без­оговорочно примете себя и других. Такая терпимость, на мой взгляд, является сутью эмоционального благополучия. Почему бы не попробовать и не принять его для себя?»

Рационально-эмоциональный подход в психотерапии явля­ется не только необыкновенно эффективным в клиническом плане, но теперь подкрепляется значительным количеством экс­периментальных данных, которые почти последовательно под­тверждают его феноменологические принципы и указывают на то, что на человеческие эмоции и поведение в громадной сте­пени влияют его когнитивные способности. Кроме успешного практического применения рядом клиницистов, которые под­тверждают эффективность подхода, он также имеет значение в образовательной сфере, в индустрии и в других сферах челове­ческой жизни. Существуют клинические, экспериментальные и другие подтверждения эффективности рационально-эмоцио­нальной терапии.

Вся психотерапия, по существу, является системой ценностей. Человек, у которого есть проблемы, решает, что он предпочел бы менее тревожное, угнетенное или враждебное состояние. Он обращается к психотерапевту, так как считает, что ему может помочь разговор с ним. Со своей стороны, терапевт соглашает­ся с клиентом, что ему не обязательно быть в такой степени обес­покоенным и что он может помочь ему чувствовать и вести себя лучше. Теоретически, клиент и терапевт могут согласиться, что сильная тревога, депрессия и враждебность являются благотвор­ными — в таком случае терапевт может, в качестве ученого, по­мочь клиенту стать более (а не менее) обеспокоенным. Но они оба имеют сходные предрассудки или системы убеждений от­носительно эмоциональных проблем, и они соглашаются со­трудничать для сведения к минимуму, а не к максимуму тех эмо­ций, которые заставляют клиента страдать.

В клинических условиях наблюдалось, что большую часть вре­мени, когда клиента одолевают тревога, аутизм, запреты или де-


Ценность человеческого существования

прессия, он оценивает себя очень низко и размышляет о себе как о не имеющем ценности, неадекватном или плохом. До тех пор пока у него есть такое представление о себе, или пока он оценивает свое существование так, кажется почти невозмож­ным ощутимо помочь ему в решении его основных эмоциональ­ных проблем (хотя, вероятно, можно временно отвлечь его от них различными способами). Следовательно, основной целью интенсивной, глубинно-центрированной психотерапии обыч­но является помощь клиенту в изменении самооценки и при­обретении того, что обычно называют уверенностью в себе, чув­ством собственной значимости или силой эго.

Рационально-эмоциональная терапия предполагает, что су­ществуют два основных подхода, которые могут помочь клиен­ту приобрести самоприятие. Один подход — грубый, а другой -тонкий. Грубый подход должен вынудить клиента поверить, что он «хороший» или «значимый» как личность, но не потому, что он успешно справляется с чем-нибудь или его одобряют дру­гие, а просто потому, что он существует. Более тонкий подход приводит человека к мысли, что у него нет необходимости оце­нивать себя или измерять свою значимость вообще. В этом слу­чае от человека требуется принять тот факт, что он существует; что для него лучше жить и получать удовольствие, чем умереть или испытывать боль. Клиенту доказывают, что он может полу­чить больше радости в жизни, если будет оценивать исключи­тельно свои черты и поступки и не будет беспокоиться относи­тельно оценки своего так называемого Я. Как только клиенту помогают стать терпимым ко всем людям, включая себя, и прекратить присваивать им любые общие шаблоны, у него проявляется философское решение проблемы личностной ценности и он может по-настоящему принимать себя, а не оценивать. Тогда он будет рассматривать себя не как хорошего или плохого человека, а как личность с удачными и неудачными чертами. Он по-настоящему примет свою человеческую сущность и пе­рестанет требовать совершенства от других.

 

 

РАЦИОНАЛЬНО - ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ПОДХОД И ДРУГИЕ ВИДЫ ТЕРАПИИ

Рационально-эмоциональная терапия контрастирует с пси­хоаналитической, бихевиориальной и другими видами терапии по теории, методам и эффективности. Психоанализ обращает пристальное внимание на опыт раннего детства, однако клас­сический фрейдизм практически никогда не добирается до ос­новополагающей причины эмоциональных нарушений челове­ка. Если же психоаналитику это случайно удается, то он предо­ставляет человеку слишком мало информации для того, чтобы помочь ему устранить эту причину и, таким образом, стать по-настоящему спокойным и невраждебным и достичь максималь­ной самоактуализации. Хотя психоанализ утверждает, что ле­чит скорее глубинные проблемы человека, а не просто симпто­мы, он фактически действует наоборот, иногда давая человеку возможность снизить симптоматику. Однако психоанализ ред­ко позволяет человеку понять и оказать сильное сопротивле­ние своим глубинным, порождающим беспокойство стремле­ниям. Что еще хуже, он побуждает клиента сосредоточиться на огромном количестве не относящейся к делу информации о себе, поощряет его продолжительную зависимость от аналити-


Рационально-эмоциональный подход

ка и внушает ему ряд очень сомнительных утверждений по по­воду оснований и причин его поведения. Психоанализ уводит клиента именно от тех поступков, которыми он может помочь себе — от работы над научным исследованием и оспариванием своих иррациональных установок относительно самого себя и мира и от стремления вести себя иначе, а не в той снисходи­тельной и распущенной манере, как он позволял себе делать в прошлом и позволяет делать в настоящем.

Психоанализ не вносит большого вклада в терапию. Вместе с наивным бихевиоризмом он предполагает, что события и пере­живания имеют величайшее значение в жизни человека, что человек не может избежать травматического состояния, вызван­ного неприятными событиями раннего детства, и что если он полностью понимает происхождение этих событий, он преодо­леет их пагубное влияние. На самом деле, как продемонстриро­вал Эпиктет около двух тысяч лет назад, люди не беспокоятся о событиях, которые происходят с ними, а беспокоятся относи­тельно своего взгляда на эти события. Люди имеют для внешних стимулов особый вид воспринимающего аппарата, что позво­ляет им создавать радости или травматические переживания в связи с событиями, которые они переживают. Фактически, их «жизненный опыт» содержит и стимулы, и ответные реакции. Если бы люди были, скажем, марсианами или жителями Вене­ры, а не Земли, они бы без сомнения обладали совсем другим «жизненным опытом», а не таким, как в условиях приучения к пользованию горшком, при отвержении матерями или при уг­розе неодобрения со стороны отцов.

Человек изначально является реагирующим или творческим индивидуумом. Он не только воспринимает внешние и внут­ренние стимулы, но он при этом размышляет или выдвигает общие идеи относительно них. Кроме того, человек находится во власти своих собственных выводов и принципов и он вос­принимает последовательные стимулы (или, если хотите, «жиз­ненный опыт») в искаженном и индивидуально интерпретиро­ванном виде. Таким образом, он постоянно осуществляет свои собственные ответные реакции. Конечно, они не полностью

 

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

принадлежат ему самому (так как его подталкивает или моти­вирует в некоторой степени природа самих стимулов), но час­тично проистекают из его собственной предрасположенности к сильному предубеждению (или к тому, что многие психологи иногда относят к «эмоциям» человека).

Более того, когда человек испытывает серьезные психологи­ческие расстройства, то он едва ли чувствует себя обеспокоен­ным, потому что он рождается с чистой психикой, которая за­тем травмируется событиями его раннего детства. Наоборот, ка­жется, что человек рождается с различными способностями, в том числе и со склонностью к размышлению и необдуманным поступкам и, таким образом, к превращению себя в плохо адап­тированного индивида. Эти врожденные биологические и со­циальные способности включают в себя, помимо многих дру­гих, склонности к сильному гедонизму, гипервнушаемости, ве­личию, сверхбдительности, экстремизму, чрезмерному обобще­нию, принятию желаемого за действительное, инертности, не­эффективному сосредоточению внимания и трудностям в уста­новлении различий. Кажется, что практически все люди силь­но обременены этими склонностями; и не важно, как их воспи­тывали, они едва ли могут помочь себе, испытывая беспокойство или тревогу. Хотя Фрейд отмечал этот факт, особенно в сво­их взглядах на «принцип удовольствия», он почему-то упускал его явную связь с эмоциональными нарушениями, которые он упорно продолжал связывать с событиями и переживаниями раннего детства человека, вместо того чтобы связывать эмоци­ональные нарушения с ранними или более поздними интерпре­тациями этих переживаний человеком.

Наивные бихевиористы совершают ту же самую ошибку. Они рассматривают ряд стимулов и «обусловленные» реакции, ко­торые следуют за предъявлением этих стимулов (8). Однако они делают неверное заключение, что стимулы вызывают ответные реакции. Очевидно, что более важной «причиной» является спо­собность реагирующего человека к обусловливанию. Если бы он не был способен действительно реагировать на 81, 82, 83 и т. д., тогда бесконечное количество предъявлений стимулов едва ли


Рационально-эмоциональный подход

повлияло бы на него. Даже знаменитая собака Павлова, когда она слышала звук колокольчика, предшествующий ее кормле­нию, не приобрела бы обусловленную реакцию слюноотделе­ния только потому, что у нее была врожденная способность ре­агировать на пищу. Очевидно, она также имела врожденную способность слышать звук колокольчика и связывать звук с дру­гими стимулами, которые ей предъявлялись. Если бы она была глуха или если бы она не имела врожденной способности свя­зывать звук колокольчика с запахом пищи, она едва ли сослу­жила бы Павлову хорошую службу.

Значит, и люди, и собаки привносят что-то важное в свой обусловленный «жизненный опыт». Это относится и к наибо­лее общим формам эмоциональных расстройств — таким как чувства неадекватности, ничтожности и чрезмерной враждеб­ности. Не только отвержение или жестокое обращение роди­телей с ребенком заставляет его чувствовать себя несчастным. Скорее, его собственная природная уязвимость, чувствитель­ность к критике и боли и его собственная врожденная способ­ность интериоризировать негативные оценки других по отно­шению к нему и заниматься самокритикой и осуждением дру­гих долгое время после того, как изначальные мучительные раздражители исчезли.

Другими словами, люди очень внушаемы, впечатлительны, ранимы и доверчивы. И они разговаривают с собой, внушают себе идеи и стимулируют себя сами. Конечно, они нуждаются в некотором влиянии окружающей среды, чтобы развиваться во внушаемых индивидуумов, так как они нуждаются во внешней стимуляции, чтобы вообще развиваться. Но при наличии боль­шего разнообразия стимулов от посторонних людей и событий, они, тем не менее, будут склонны к исключительной ранимо­сти и самовнушению.

Если это так, то следует, что чувство собственной ничтожности произрастает не из отношений, которые сложились у ребенка с родителями, а из его склонности воспринимать эти отношения слишком серьезно, переносить их в свой внутренний мир и закреплять их с годами. Если он должен победить такие

 

 

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

чувства, то терапевт едва ли сможет помочь ему, показывая и утверждая, что причиной слабости эго у него в настоящем явля­ется то, что родители наказывали его. Инсайт, который таким образом дается ему посредством психоаналитической терапии, возможно, является частично правильным; но он не действует достаточно глубоко или долго. Для того чтобы чувствовать себя лучше и оставаться в таком состоянии, он нуждается в понима­нии того, что каким бы ни было поведение его родителей, ему больше не нужно принимать их серьезно, соглашаться с их кри­тикой относительно себя и продолжать наказывать себя.

Чтобы решить проблему своей собственной ценности, человеку следовало оценить свою собственную склонность к преувеличению значимости отношения к нему других и ясно понять, что он может активно подвергать сомнению, оспаривать, изме­нять и минимизировать свои искаженные представления о себе и других. Даже лучше, если он Гпонимаёт, что все меры измере­ния собственной ценности являются тавтологическими, опре­делительными и, в сущности, мистическими. Хотя он рождает­ся и воспитывается со стремлением измерять и оценивать себя, он не должен поддаваться этому стремлению. На самом деле че­ловек может серьезно и эмпирически оценить только свои чер­ты и поступки, а не свое существование или свое Я, и таким об­разом действительно прекратить превращать себя в бога или дьявола.

Психоаналитические методы концентрируют свое внимание, главным образом, на событиях прошлого, а не на мышлении человека, которое придает значение этим событиям; они косвен­но, пассивным образом и неэффективно обучают клиента, как работать над изменением своих вызывающих беспокойство со­стояний. Тревога, депрессия, враждебность и другие симптомы расстройств вызываются не его прошлыми неправильными ин­терпретациями поведения и отношений его родителей, а его нынешним продолжением этих интерпретаций; и пока с остатка­ми его старых когнитивных ошибок не будут интенсивно и упор­но бороться, существует малая вероятность того, что клиент зна­чительно изменится.

42
Рационально -эмоциональный подход

Психотерапия в этом смысле более эффективна, поскольку те­рапевт исходит из предпосылки, что его клиенты имеют эмоцио­нальные расстройства из-за дефектов в их мыслительных меха­низмах. Клиенты меняют свои эмоциональные реакции на вне­шние стимулы, прошлые и настоящие, если им помогают изме­нить мышление. РЭТ-терапевты значительно увеличили эффек­тивность работы по сравнению с ранее применяемыми аналити­ческими, ориентированными на клиента, и другими видами те­рапии. Некоторые из них обратились к рациональному подходу потому, что получили почти сразу лучшие результаты, особенно когда они опробовали рационально-эмоциональный подход с клиентами, которые не реагировали на другие виды терапии. Так­же было обнаружено, что если психоаналитические техники по­могают лишь в небольшом количестве случаев, то всем клиентам можно помочь рационально-эмоциональным методом, включая людей с расстройствами, чертами которых являются навязчивый гомосексуализм, психопатии, шизофренические реакции, ум­ственная недостаточность и другие симптомы, которые обычно плохо поддаются большинству терапевтических методов.

Более того, основная часть РЭТ — схема А-В-С личностных нарушений — может эффективно применяться не только тера­певтами рационально-эмоционального подхода, но и терапев­тами других школ, которые хотят включить ее в свои собствен­ные системы. Таким образом, терапевты психоаналитического направления, бихевиористы, экзистенциальные, семейные пси­хотерапевты и терапевты различных других направлений часто следуют принципам РЭТ. Они показывают клиентам, что каж­дый раз, когда они реагируют нарушением эмоционального со­стояния (на этапе С) на активизирующее событие (на этапе А), их нарушения вызываются непосредственно не самим событи­ем (А), а их системой убеждений (В). Затем клиенты могут (на этапе О) разумно и активно обсудить и оспорить свои иррацио­нальные убеждения и, таким образом, значительно изменить или исключить свои эмоциональные нарушения.

Конечно, многие терапевты все еще интенсивно противятся РЭТ и настаивают на том, что она слишком уж проста, перена-

 

 

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

сыщена словесно, слишком интеллектуальна и авторитарна. На самом деле РЭТ не является таковой, но она довольно филосо­фична, быстро проникает в бессознательный и невербальный материал, имеет дело с основными эмоциями человека и реаль­но помогает ему изменить и свое поведение, и свои мысли. Она скорее авторитетна, чем авторитарна, и нацелена на то, чтобы побуждать людей быть менее внушаемыми и более независи­мыми в своих мыслях.

Одним из самых приятных аспектов развития теории и прак­тики рационально-эмоциональной терапии было открытие, что многие другие психотерапевты, изначально психоаналитики по своему мышлению, независимо угадывали и применяли похожие принципы в своей собственной работе1.

В наличии имеется большое количество данных, подтверждаю­щих основные гипотезы РЭТ. Например, фундаментальный тезис РЭТ, состоящий в том, что человеческое мышление является ос­новной причиной эмоций, а здоровые и нездоровые эмоциональ­ные реакции находятся под значительным влиянием изменений в представлениях людей, был экспериментально подтвержден мно­гими психологичес-кими исследованиями2.

Научные исследования, которые экспериментально под­тверждают, что рационально-эмоциональная терапия и похо­жие когнитивные терапии действительно работают, также по­являются в психологической литературе все чаще3. Что касает­ся клинических открытий, то они имеются в громадном коли­честве4.

Является ли РЭТ формой бихевиориальной терапии? В неко­торых отношениях, да. Ганс Айзенк (Hans Eysenck) включает ее в «другие методы» в своей книге «Эксперименты в поведенческой терапии». Джеральд Дэвидсон (Gerald Davidson) включает ее в техники, которые рассматриваются в курсах для специалистов, уже имеющих докторскую степень по различным модификаци­ям поведения, в Государственном Университете Нью-Йорка. Ар­нольд Лазарус (Arnold Lazarus) в своей книге «Поведенческая те­рапия и вне ее» показывает, как он применяет ее в своей собст­венной практике. Аарон Т. Бэк указывает на то, что РЭТ являет-

44
Рационально-эмоциональный подход

ся одним из основных когнитивных подходов, которые представ­ляют важный аспект фактически всех поведенческих терапий. Никого не нужно убеждать в истинности этих мнений.

Хотя РЭТ основана на предположении, что люди рождаются со
склонностью выучивать один набор реакций легче, чем другой, она
также допускает, что специфические паттерны нарушений заучи­ваются и что (хотя и не без труда) от них можно отучиться. Поэто­му РЭТ не только показывает клиенту, каковы его принципы, де­
лающие его неприспособленным к жизни, но и непосредственно
и активно побуждает его бороться, оспаривать и работать против
этих принципов и учить себя размышлять и действовать более эффективно. Она применяет многие проверенные временем обра-зовательные и воспитательные техники, включая дидактическое объ­яснение, ролевые игры, подкрепление, десенсибилизацию, убеж­дение, повторение, практику, моделирование и домашние задания. РЭТ также содержит профилактическое обучение и, возможно, по­ этому может по-настоящему называться, вместо закрепленного медицинского термина психотерапия, изменением поведения или обучением. Хотя РЭТ выходит за рамки обычных методов реци-прокного торможения Джозефа Уолпа (Joseph Wolpe) и оперантного обусловливания Б. Ф. Скиннера (B. F. Skinner), хотя она работает с глобальными состояниями эмоциональных расстройств, а не (как часто делают эти методы) с ограниченными симптомами, она законно включает многие техники, предложенные Ллойдом Е. Гом-мом (Lloyd E. Homme) и Дэвидом Примэком (David Premack). Некоторые из основных иррациональных идей, в которые клиент имеет тенденцию сознательно или неосознанно верить, и с которыми приходится работать терапевту, перечислены ниже.

1. Для взрослого человека крайне необходимо быть любимым
или.одобряемым фактически любым значимым человеком в
своей жизни.

2. Каждый должен быть совершенно компетентен, адекватен
и иметь достижения во всех возможных отношениях, чтобы счи­
тать себя ценным.

3. Некоторые люди - плохие, злые и подлые, и что они долж­ны быть жестоко наказаны за свою подлость.

 

 

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

4. Ситуация ужасна и катастрофична, когда события проис­
ходят не так, как хотелось бы, чтобы они происходили.

5. Человеческие несчастья вызываются внешними причина­ми, и что люди не способны или способны в малой степени кон­тролиро-вать свои страхи и расстройства.

6. Легче избежать жизненных трудностей или собственных
обязанностей, чем справиться с ними.

7. История прошлого опыта человека является самой важной
детерминантой настоящего поведения, и из-за того, что однажды что-то сильно повлияло на жизнь человека, оно должно бес­
конечно влиять на нее.

Предполагая, что клиент, создавая свое собственное расст­ройство, придерживается одной или нескольких иррациональ­ных идей, терапевт в рамках рационально-эмоционального под­хода внимательно изучает его чувства и ответные реакции и ищет особые приемы, с помощью которых клиент обрабатывает себя, что и вызывает его нарушенные состояния. Затем он показыва­ет клиенту, что всяким его дисфункциональным эмоциям или действиям предшествует такая ненаучная и эмпирически не­обоснованная гипотеза, и как эта необоснованная предпосыл­ка неизбежно вызывает его неэффективное поведение.

Другой способ решения этой проблемы: терапевт показыва­ет клиенту, что всякий раз, когда он испытывает эмоциональ­ные расстройства, он неизменно искренне верит в какую-ни­будь мистическую, неподтверждаемую гипотезу: что что-нибудь ужасно; что оно не должно существовать; что для того, чтобы быть чуть-чуть счастливым, он вынужден что-то изменить. Для клиента не существует способа какого-нибудь обоснования или признания недействительными этих мистических предположе­ний, так как ужас является неопределимым термином с излиш­ним значением (в противоположность затруднению или несча­стью, которые могут быть определены по отношению к эмпи­рическим ссылкам). Если не существует никаких абсолютных должен или не должен во Вселенной (хотя существует много же­лательного и нежелательного), то единственная реальная при­чина, по которой он должен иметь что-то для того чтобы быть


Рационально-эмоциональный подход

чуть-чуть счастливым, это то, что человек думает, что он дел-жен иметь это.

Реакция человека с расстройствами проистекает из нелогич­ного и иррационального превращения желаемого индивидуу­мом в необходимое; из его предположений, что что-нибудь яв­ляется скорее неприкасаемым, чем привлекательным; из его обожествления или отстранения от некоторых своих сторон, или сторон других людей, или Вселенной, окружающей его; из его отчуждения от эмпирической реальности и логико-дедуктивно­го метода научного мышления и обращения к абсолютным, мистическим, догматическим, совершенно бездоказательным предположениям, которых он затем некритично придержива­ется. Теория и практика рационально-эмоционального подхо­да считает, что если вместо этого человек строго придерживает­ся в своем мнении о себе и о Вселенной научного метода, у него, вероятно, никогда не будет никаких эмоциональных проблем, хотя, несомненно, будет много реальных проблем. Или, други­ми словами, он будет иметь жизненные проблемы; но у него не будет проблем относительно наличия проблем, а он будет заин­тересованно браться за сегодняшние и завтрашние проблемы и получать удовольствие от решения проблем этого типа,

Терапевт активно пытается продемонстрировать клиенту, что тот склонен пользоваться той же самой уменьшающей собствен­ную ценность мудростью во многих аспектах своей жизни: про­фессиональных, социальных и спортивных. Клиенту помогают понять, что он обычно преувеличивает свою несостоятельность. Если он должен избавиться от сексуальной импотенции и умень­шить свою тревожность, то ему следует изменить свою жизнен­ную позицию в целом. Ему нужно понять, что никакое невезе­ние на самом деле не является ужасным и что он никогда не смо­жет оказаться совершенно ничего не значащим индивидом, не важно сколько раз ему не везло.

Побуждая клиента обобщать философские источники своих настоящих и будущих симптомов, РЭТ становится холистичес­ким типом психотерапии, которая помогает клиенту миними­зировать тревожность и враждебность фактически во всех от-

 

 

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

ношениях. Более того, такой подход является одним из самых гуманных методов эмоционального воспитания, так как учит людей принимать самих себя и других как неизбежно подвер- женных ошибкам людей и не ожидать, что во всех случаях он      сам или любой другой человек будет совершенен, далек от за- блуждений и будет представлять собой сверхчеловека. Когда я внушаю себе, что являюсь сверхчеловеком, я становлюсь тре- вожным и угнетенным; когда я ожидаю этого от других, я ста-) новлюсь враждебным; когда я ожидаю, что мир совершенен, я    испытываю жалость к себе и перестаю действовать. Если я на самом деле человек и не ожидаю ничего, кроме человечности от других, я практически никогда не буду расстраиваться ни по какому поводу.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.