Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





июня 1257 года 2 страница



Альтаир обнажил меч. Звуки битвы приближались. Он увидел ассасинов и тамплиеров, сражающихся на холме у подножия замка, а ещё ниже бегущих из деревни жителей, напуганных атакой. Тела некоторых из них лежали на склонах холма.

На Альтаира, рыча, набросился тамплиер, Альтаир развернулся и, положившись на свои инстинкты, вскинул меч, встречая удар христианина, который быстро и яростно навалился на него. Его палаш с лязгом столкнулся с мечом ассасина. Но Альтаир был готов, он стоял, широко расставив ноги, в идеальной стойке, поэтому атака тамплиера не принесла успеха. Альтаир отбил вражеский меч, используя вес палаша против рыцаря. В последний момент противник попытался ударить бесполезным оружием, но Альтаир шагнул вперед и вонзил свой меч в живот противнику.

Тамплиер полагал, что его будет легко убить. Так же легко, как жителей деревни. Он ошибался. Теперь в его кишках была сталь, он закашлял кровью, глаза его расширились от боли и удивления.
Альтаир рванул клинок вверх, рассекая тело тамплиера надвое. Тамплиер упал, кишки вывалились на пыльную землю.
Альтаир сражался с нескрываемой злобой, вкладывая всё свое разочарование в удары клинка, словно пытаясь заплатить за свою ошибку кровью врагов. Следующий тамплиер обменялся с ним ударами, пытаясь сопротивляться бешеному натиску ассасина, но Альтаир оттолкнул его, вынуждая перейти от атаки к обороне, а потом и уйти в глухую защиту. Отбивая удары ассасина, тамплиер хныкал, осознавая неотвратимость собственной смерти.
Альтаир сделал ложный выпад, вынуждая противника открыться, крутанулся на месте, лезвие меча скользнуло по горлу христианина. Кровь хлынула на одежду тамплиера, окрашивая её в красный, такой же красный, как и крест на его груди. Тамплиер рухнул на колени, потом упал. На Альтаира бросился ещё один солдат, солнце сверкнуло на лезвии поднятого меча. Альтаир отступил в сторону, увернувшись, и вонзил клинок в спину нападающему. Тело того напряглось, острие меча показалось у него из груди, рот открылся в немом крике. Альтаир толкнул его на землю, вытаскивая меч на свободу.
На него тут же напали ещё двое крестоносцев, надеясь взять его численным превосходством. Они не ожидали столкнуться с такой злостью. Альтаир дрался с холодным равнодушием, кое ему было не присуще, а в груди у него горел огонь. Огонь бойца, не заботящегося даже о собственной безопасности. В данный момент он был самым опасным воином.
Вокруг Альтаир увидел множество трупов деревенских жителей, погибших от мечей тамплиеров. Гнев снова поднялся в нем, удары меча стали ещё сильнее. Двое вражеских солдат пали от его клинка, Альтаир бросился дальше, оставив врагов биться в предсмертной агонии в грязи. Чем дальше он шел, тем больше ему встречалось рыцарей.
Деревенские жители и ассасины бежали вверх по склону - Альтаир услышал, как Аббас приказывает всем отступать в крепость.
- Вперед, на язычников! - закричал какой-то рыцарь. Он кинулся вверх по склону по направлению к Альтаиру, размахивая мечом, и вонзил его в упавшую женщину. - Заставим ассасинов сражаться!..
Альтаир воткнул меч в горло христианина, последние слова застряли у того в глотке. Но бегущих жителей преследовали тамплиеры. Альтаир замер на склоне холма, задумавшись, не пришло ли время последней схватки - умереть, защищая свой народ и избавиться, наконец, от жгучего стыда.
Нет. Он знал, что бесполезная смерть не принесет чести. Поэтому Альтаир побежал за отступавшими в крепость, успев в последний момент, когда ворота уже закрывались. Там он повернулся, смотря на побоище. Красоту Масиафа теперь запятнали окровавленные тела жителей деревни, солдат и ассасинов.
Альтаир осмотрел себя. Его одежда оказалась забрызгана чужой кровью, но сам он не был ранен.
- Альтаир! - крик оторвал его от размышлений. Снова Рауф. - Идем!
Альтаир внезапно ощутил страшную усталость.
- Куда?
- Мы подготовили сюрприз для наших гостей. Делай всё то же, что и я. Скоро ты всё поймешь...
Рауф указал вверх на бастион крепости. Альтаир убрал меч в ножны и побежал за Рауфом. Они добежали до лестниц, ведущих на верх башни, где уже собрались лидеры ассасинов, среди которых был и Аль Муалим. Идя за Рауфом, Альтаир бросил взгляд на Мастера, но тот поджал губы и не обратил на ученика никакого внимания. Рауф указал на одну из трех деревянных платформ, выступающих с башни, приказывая Альтаиру занять на ней место.
Ассасин шагнул на платформу и, глубоко вдохнув, подошел к краю.
Он стоял на вершине Масиафа и смотрел вниз, на долину. В лицо ударил ветер, и одежда ассасина заколыхалась. Альтаир увидел стаи птиц, парящих на теплых воздушных потоках.
От высоты и раскинувшегося внизу зрелища закружилась голова и перехватило дыхание. Холмы, поросшие пышной растительностью, мерцающие воды реки, тела павших - пятнышки на склоне.
И тамплиеры.
Вражеская армия собралась на холме перед сторожевой башней и воротами в крепость. Во главе неё был Робер де Сабле. Он вышел вперед, глядя на бастион, где собрались ассасины, и крикнул Аль Муалиму:
- Еретик! - заорал он. - Верни то, что ты украл у меня!
Сокровище. Альтаир моментально вспомнил сундук на столе Аль Муалима. Ему показалось, что сундук светился...
- Ты не получишь этого, Робер, - откликнулся Мастер, голос его эхом разлетелся по долине. - Убирайся отсюда, пока твои оставшиеся люди ещё целы.
- Ты ведешь опасную игру, - процедил де Сабле.
- Уверяю тебя, это не игра.
Кое-что в голосе Мастера Альтаиру не понравилось. Де Сабле повернулся к одному из своих людей.
- Привести заложника.
Из рядов солдат выволокли ассасина. Он был связан, во рту торчал кляп, веревки врезались в кожу, вынуждая его корчиться от боли, пока его грубо тащили вперед. Приглушенный крик донесся до платформы, на которой стоял Альтаир.
Затем, без лишних предисловий, де Сабле кивнул стоявшему с ним рядом солдату. Тот грубо дернул ассасина за волосы, открывая горло, и перерезал ему глотку. Тело упало на траву.
Ассасины затаили дыхание.
Де Сабле подошел и встал рядом с телом, оперся ногой на спину умирающего и
торжествующе скрестил на груди руки, словно гладиатор.
По рядам ассасинов пронесся вздох отвращения, а де Сабле громко сказал:
- Ваша деревня разрушена, а запасы небезграничны. Сколько времени пройдет, прежде чем твоя крепость падет изнутри? Сколько им потребуется, чтобы не взбунтоваться, когда иссякнут колодцы и закончится еда? - Он почти не скрывал нотку злорадства, проскользнувшую в голосе.
Когда Аль Муалим заговорил, голос его был спокоен.
- Мои люди не боятся смерти, Робер. Они рады ей – и награде, что она несет.
- Хорошо, - отозвался де Сабле. - Тогда смерть они и получат.
Конечно, он был прав. Тамплиеры могли взять Масиаф в осаду и перекрыть снабжение крепости ассасинов. Как долго они продержатся, прежде чем ослабнут настолько, что де Сабле возьмет их голыми руками? Две недели? Месяц? Альтаир мог только надеяться на то, что у Аль Муалима есть план, который поможет справиться со сложившейся ситуацией.
Будто прочитав его мысли, Рауф шепнул: «Следуй за мной. И отбрось сомнения».

Третий ассасин стоял дальше. Роббер де Сабле и его люди не видели их. Взглянув вниз, Альтаир увидел сложенные внизу стога сена, достаточно большие, чтобы смягчить падение. Он начал понимать, что имел в виду Рауф. Им придется спрыгнуть, незамеченными тамплиерами. Но зачем?

Одежды Альтаира хлопали на ветру по коленям. Звук был успокаивающий, словно плеск волн или стук дождя. Альтаир посмотрел вниз и выровнял дыхание. Сосредоточился. Собрался.

Он слышал, как торгуются Аль Муалим и де Сабле, но уже не слушал их, думая только о прыжке, постепенно успокаиваясь. Ассасин закрыл глаза. Внутри себя он ощущал мир и спокойствие.

- Сейчас, - приказал Рауф и прыгнул, следом за ним последовал третий ассасин, последним – Альтаир.

Он прыгнул.

Пока он падал, раскинув руки, время исчезло, словно и не существовало. Тело было расслаблено. Альтаир описал в воздухе грациозную дугу; он знал, что достиг совершенства. Сейчас он будто бы наблюдал за собой со стороны. А потом он идеально приземлился в стог. Рауф тоже, но третий ассасин при ударе о землю сломал ногу. Он закричал, и Рауф подполз к нему, чтобы успокоить, чтобы тамплиеры не услышали криков. Чтобы их уловка сработала, рыцари должны верить, что трое мужчин пошли на смерть.

Рауф повернулся к Альтаиру.

- Я останусь с ним и помогу. Иди один. Канаты приведут тебя к ловушке, которую мы установили. Обрушь смерть на головы врагов.

Конечно же. Теперь Альтаир всё понял. На короткий миг он задумался, как ассасины без его ведома сумели подготовить ловушку. Сколького он ещё не знал о Братстве? Альтаир проворно перебрался вдоль каната через пропасть, потом обошел ущелье и скалу позади сторожевой башни. На башню он взбирался, положившись лишь на инстинкт. Быстрый и гибкий, он ощущал, как ноют мышцы на руках, пока он взбирается всё выше и выше, на самый верх башни. Там он обнаружил ловушку: тяжелые связанные бревна, уложенные в штабеля на наклонной платформе и закрепленные веревками.

Внизу стояла армия тамплиеров. Альтаир обнажил меч и впервые за несколько дней улыбнулся.

 

Чуть позже ассасины собрались во дворе, радуясь триумфу.

Бревна упали со сторожевой башни на рыцарей внизу. Большую часть вражеского войска раздавило первой волной, а оставшуюся - шедшей следом. Мгновением до того они были полностью уверены в своей победе. Теперь на земле лежали искалеченные, поломанные тела. Отряд был в панике, Робер де Сабле приказал отступать, но лучники-ассасины, воспользовавшись преимуществом, послали на разбегающуюся вражескую армию дождь из стрел.

Аль Муалим, стоя на площадке у входа в башню, потребовал тишины и жестом приказал Альтаиру подойти к нему. Взгляд у Мастера был суровый, и когда Альтаир подошел ближе, Аль Муалим подозвал двух стражей. Они заняли места по обе стороны от Альтаира.

Радостные крики сменила тишина. Альтаир, стоявший между стражами, понял, что все взгляды направлены на него. Теперь уже все знали, что произошло в Иерусалиме; Малик и Аббас порадовались бы, увидев это. Теперь ничего не имело значения - ни доблесть Альтаира в бою, ни то, что он привел ловушку в действие. Всё, на что он мог надеяться - что Аль Муалим проявит милосердие.

- Ты помог нам дать отпор Роберу, - произнес Мастер, и в его голосе промелькнула гордость. Надежда на то, что он прощен, что искупил случившееся в Иерусалиме, вновь поднялась в Альтаире. - Его силы разбиты, - продолжал Аль Муалим. - Теперь он долго не посмеет беспокоить нас. Ответь, ты понимаешь, почему ты сейчас добился успеха?

Альтаир промолчал, сердце громко билось в груди.

- Ты слушал! - пояснил Аль Муалим. - Если бы ты слушал тогда, в Храме Соломона, то многого можно было бы избежать.

Он описал рукой круг, охватывающий всё вокруг, включая двор и холм, откуда уже убрали тела ассасинов, тамплиеров и жителей деревни.

- Я поступал, как приказано, - Альтаир с величайшей осторожностью подбирал слова, но это не помогло.

- Нет! - отрезал Мастер. Глаза у него полыхнули. - Ты поступал так, как тебе хотелось. Малик рассказал мне о твоем высокомерии. О твоем пренебрежении нашими принципами.

Двое стражей по бокам от Альтаира шагнули вперед и выкрутили ему руки. Альтаир напряг мускулы, впрочем, не вырываясь.

- Что вы делаете? - осторожно спросил он.

Лицо Аль Муалима покраснело.

- У нас есть закон. Нас не было бы, если бы мы не подчинялись Кредо Ассасинов! Есть три простых правила, которые ты, кажется, позабыл. Я напомню их тебе. Первое и самое главное: не позволяй клинку...

Похоже, Мастер решил прочитать ему лекцию. Альтаир расслабился и не сдержался, закончив вслух предложение Аль Муалима:

- Поразить невиновного. Я знаю.

Аль Муалим ударил Альтаира по лицу, звук пощечины разнесся по всему двору. Альтаир почувствовал, что щеки у него горят.

- Придержи язык, пока я не разрешу тебе говорить! - прорычал Аль Муалим. - Если ты так хорошо помнишь это правило, почему убил старика в Храме? Он был невиновен. Он не должен был умереть.

Альтаир промолчал. Что он мог ответить? «Я поступил опрометчиво»? «Убийство старика было совершенно из-за моего высокомерия»?

- Твоя наглость не знает границ, - продолжал рычать Аль Муалим. – Найди в своем сердце смирение, дитя, или, клянусь, я вырву у тебя его собственными руками.

Он сделал паузу. Плечи Мастер вздымались и опадали, пока он старался сдержать гнев.

- Второй принцип дает нам нашу силу, - продолжал он. – Скрывайся на виду у всех. Стань одним из толпы. Помнишь? Но мне рассказали, что ты выдал себя, привлек к себе внимание до того, как нанес удар.

Альтаир снова ничего не сказал. Его снова охватило чувство стыда.

- Третий и последний принцип. Нарушив его, ты совершил самый страшный поступок, - добавил Аль Муалим, - никогда не подставлять под удар Братство. Его смысл очевиден. Твои действия не должны причинить вред нам - прямой или косвенный. Но твое эгоистичное поведение в Иерусалиме поставило нас всех под угрозу. И что ещё хуже - ты привел в наш дом врагов. Все, кого мы потеряли сегодня, на твоей совести.

Альтаир не мог смотреть на Мастера. Голова его была повернута в сторону, щека всё ещё горела от пощечины. Но когда Альтаир услышал, как Аль Муалим обнажает кинжал, он поднял взгляд.

- Мне очень жаль. Поверь, - проговорил Аль Муалим. - Но я не потерплю предательства.

Нет. Только не это. Только не умереть, как предатель.

Глаза Альтаира расширились, он, не отрываясь, следил за клинком в руке Мастера. В руке, которая направляла его с самого детства.

- Я не предатель, - выдавил он.

- Твои действия говорят об обратном. Ты не оставил мне выбора, - Аль Муалим замахнулся кинжалом. - Мир над тобою, Альтаир, - сказал он и вонзил клинок ему в живот.

 

 

Так и было. Какое-то время умерший Альтаир действительно ощущал мир.

А потом... потом всё вернулось, и он постепенно снова осознал, кто он и где находится.

Он стоял. Как он мог стоять? Что это - смерть? Загробный мир? Он в Раю? Если да, то выглядит Рай совсем как комнаты Аль Муалима. Сам Мастер тоже был здесь. Он нависал над Альтаиром, неотрывно смотря на него, и во взгляде Аль Муалима ничего нельзя было прочесть.

- Я жив? - руки Альтаира непроизвольно коснулись живота, куда вонзился нож. Он ожидал, что наткнется на рваную рану и одежду, промокшую от крови, но там ничего не было. Ни раны, ни крови. Хотя он помнил, что видел их. Чувствовал их. Он чувствовал боль...

Ведь правда?

- Но я видел, как вы ударили меня, - выдавил он, - чувствовал дыхание смерти.

Лицо Аль Муалима оставалось непроницаемо.

- Ты видел то, что хотел показать тебе я. А потом спал сном мертвеца. Сном младенца в чреве. Чтобы переродиться и проснуться.

Альтаир попытался отогнать из головы туман.

- Для чего?

- Альтаир, ты помнишь, ради чего сражаются ассасины?

По-прежнему пытаясь прийти в себя, Альтаир ответил:

- Ради мира во всем.

- Да. Во всем. Недостаточно остановить насилие человека над человеком. Мир должен быть и внутри людей. Одного без другого не бывает.

- Так сказано.

Аль Муалим покачал головой, и, когда он повысил голос, лицо у него покраснело.

- Так и есть. Но ты, сын мой, не обрел внутреннего мира. И это привело к ужасным последствиям. Ты стал слишком груб и слишком самоуверен. Тебе не хватает самоконтроля и мудрости.

- Так что же будет?

- Я должен был бы убить тебя за то, что произошло. Малик считает, что это справедливо - твоя жизнь за жизнь его брата.

Аль Муалим помолчал, чтобы Альтаир смог осознать всю важность момента.

- Но это была бы пустая трата времени и твоего таланта.

Альтаир немного расслабился. Он спасется. Сможет искупить свою вину.

- Ты лишился всех своих привилегий, - продолжил Аль Муалим. - Как и звания. Ты снова новичок, ребёнок. Как в тот день, когда впервые пришел в Орден. Я предлагаю тебе искупить вину. Заслужить путь назад, в ряды Братства.

Конечно.

- Вы что-то задумали?

- Но сначала ты докажешь, что помнишь, как быть ассасином. Настоящим ассасином, - проговорил Аль Муалим.

- Хотите, чтобы я забрал жизнь? - спросил Альтаир, понимая, что расплата могла быть более страшной.

- Нет. Пока нет. Для начала ты снова станешь простым учеником.

- Мне это не нужно. Я - мастер-ассасин.

- Ты был мастером-ассасином. Другие выслеживали для тебя цели. Но такого больше не будет. С сегодняшнего дня ты будешь искать их сам.

- Как скажете.

- Именно.

- Что же я должен буду сделать?

- Возьми список. В нем - девять имен. Девять человек, которые должны умереть. Они - чума. Они разжигают войну. Своей властью они отравляют землю, из-за них продолжаются Крестовые Походы. Найди их. И убей. И ты посеешь семена мира не только в стране, но и в самом себе. Так ты заслужишь прощение.

Альтаир сделал длинный глубокий вдох. С этим он справится. Он не просто хочет выполнить задание, ему это необходимо.

- Девять жизней в обмен на мою, - осторожно сказал он.

Аль Муалим улыбнулся.

- Очень щедрое предложение, правда? У тебя есть вопросы?

- Откуда мне начать?

- Поезжай в Дамаск. Отыщи на черном рынке торговца по имени Тамир. Он будет первым, кто падет от твоей руки.

Аль Муалим подошел к клетке с почтовыми голубями, взял одного и осторожно сжал в руке.

- Когда приедешь, обязательно зайди в Бюро ассасинов. Я пошлю голубя, чтобы сообщить Рафику о твоем прибытии. Поговори с ним. Увидишь, он тебе поможет.

Он разжал пальцы, и голубь вылетел в окно, так быстро, будто его и не было.

- Если вы считаете, что это необходимо, - кивнул Альтаир.

- Считаю. Тем более ты не можешь приступить к заданию без его разрешения.

Альтаир едва сдержался.

- Это же ерунда. Мне не нужно его разрешение. Это пустая трата времени.

- Это цена, которую ты платишь за совершенную ошибку, - отрезал Мастер. - Теперь ты отвечаешь не только передо мной, но и перед всем Братством.

Альтаир молчал достаточно долго, чтобы показать свое недовольство.

- Да будет так, - согласился он наконец.

- Иди, - приказал Аль Муалим. - Докажи, что ты ещё не потерян для нас.

Мастер помолчал, потом вытащил что-то из-под своего стола и толкнул по столешнице к Альтаиру.

- Возьми, - сказал он.

Альтаир с радостью потянулся за клинком, закрепил на запястье и набросил петлю, приводящую механизм клинка в действие, на мизинец. Потом протестировал механизм и снова ощутил себя ассасином.

 

 

Альтаир прошел мимо пальм, конюшен и лавок торговцев, стоявших за городскими стенами, и подошел к огромным, внушительным воротам Дамаска. Ассасин хорошо знал город. Дамаск был самым крупным и самым священным из всех городов Сирии, а ещё тут когда-то жили две цели Альтаира, которые он успешно устранил в прошлом году. Ассасин внимательно осмотрел стены и бастионы. Из-за них доносился привычный городской шум, и казалось, что каменные стены вторят этому шуму.

Сперва нужно было попасть внутрь. Успех задания зависел от способности Альтаира скрытно передвигаться по оживленным улицам. Конфликт со стражей был бы не лучшим началом. Альтаир спешился и привязал коня, изучая ворота, у которых на страже стояли сарацины. Нужно попытаться найти иной путь, но это было легче сказать, чем сделать. Дамаск был хорошо защищен, стены - Альтаир снова посмотрел вверх, ощущая себя маленьким, - слишком высоки и отвесны, чтобы через них можно было перебраться.

И тут Альтаир увидел группу ученых и улыбнулся. Салах Ад-Дин призвал ученых мужей в Дамаск, и теперь по всему городу бродило множество медресе. Они пользовались особыми привилегиями, и им было дозволено беспрепятственно ходить по всему городу. Альтаир подошел к ученым и затерялся средь них, напустив для себя самый благочестивый вид. С учеными он с легкостью прошел мимо охранников в огромный город, оставив позади выжженную солнцем пустыню.

Альтаир быстро, но осторожно прошел по улице, ведущей к минарету. Прежде чем влезть на подоконник и подтянуться, ассасин быстро оглянулся вокруг, а потом полез вверх, всё выше и выше, находя опору в горячих камнях. Альтаир осознал, что к нему возвращаются старые навыки, хотя теперь он двигался не так быстро, как когда-то. Он чувствовал, как они возвращаются. Нет - пробуждаются. А с ними возвращалось и старое чувство радости.

Взобравшись на самую верхушку минарета, он присел на корточки. Словно ястреб, выслеживающий добычу, он будто бы парил над городом, оглядываясь вокруг. Он видел купола мечетей и минаретов, которые рассекали неровное море крыш. Он видел рынки, дворики и святые места, и ещё он увидел башню, указывающую на местонахождение Бюро ассасинов.

Альтаир снова ощутил неудержимый восторг. Он успел позабыть, как красиво выглядит с такой высоты город. Он забыл, что чувствовал, глядя на него с самой высокой точки. В такие моменты он ощущал свободу.

Аль Муалим был прав. Долгие годы цели для Альтаира выслеживали другие. Ему говорили, куда и когда идти, а он просто убивал, ни больше, ни меньше. Он не осознавал, как забыл, что значит быть ассасином. Что это не только смерть и кровопролитие. Это ещё и что-то внутри тебя.

Немного раздраженно он посмотрел вниз на узкие улочки. Люди отправились на молитву, и толпа поредела. Альтаир осмотрел навесы и крыши, выискивая место для мягкого приземления, и увидел телегу со стогом сена. Не отводя от неё взгляда, он сделал глубокий вдох и встал, чувствуя на лице ветер. Зазвонили колокола. Ассасин шагнул вперед, изящно перекувыркнулся и приземлился в телегу. Сено оказалось не таким мягким, как он надеялся, но это было куда безопаснее, чем если бы он рискнул спрыгнуть на навес, который наверняка бы треснул под ним, и ассасин бы свалился прямо на товары какого-нибудь купца. Альтаир затаился, ожидая, пока на улице всё стихнет, потом выбрался из телеги и пошел в сторону Бюро.

В Бюро ассасинов Альтаир попал через крышу, спрыгнув в переднюю, погруженную в тень. Он увидел звенящий фонтан и растения, которые глушили звуки извне. У Альтаира появилось чувство, что он оказался в ином мире. Он собрался с духом и вошел в Бюро.

Глава ассасинов Дамаска развалился за столом. Когда ассасин вошел, он встал.

- Альтаир, рад тебя видеть. Невредимым.

- Я тебя тоже, друг, - Альтаир посмотрел ему в глаза, но не заметил там особой симпатии.

Глава Бюро вел себя несколько высокомерно, в голосе его звучала ирония. Он, без сомнения, уже знал о последних... затруднениях Альтаира. И, судя по его виду, намеревался воспользоваться предоставленной ему возможностью использовать Альтаира.

И, разумеется, когда он заговорил снова, на лице у него играла почти не скрываемая ухмылка.

- Извини за неприятности.

- Забудь об этом.

Глава Бюро напустил на себя поддельную озабоченность.

- Некоторые из твоих братьев уже были здесь...

«Да. Он определенно был хорошо проинформирован», - подумал Альтаир.

- Если бы ты слышал, что они говорили, - беззаботно продолжал глава Бюро, - уверен, ты убил бы их на месте.

- Всё в порядке, - ответил Альтаир.

Глава усмехнулся.

- Да, ты никогда не был сторонником Кредо, так?

- Всё сказал? - Альтаир внезапно осознал, что оскалился словно пёс. Но лучше так, чем вонзить клинок ему в...

- Прости, - собеседник покраснел, - иногда я забываюсь. Что привело тебя в Дамаск? - Он выпрямился, наконец-то вспомнив о своем месте.

- Человек по имени Тамир, - сказал Альтаир. - Аль Муалима волнует его деятельность, я должен пресечь её. Скажи, где я могу его найти?

- Тебе придется выследить его.

Альтаир едва сдержался.

- Такую работу пусть выполняют... - начал было он и остановился, вспомнив приказ Аль Муалима. Он должен снова стать новичком. Провести собственное расследование. Выследить цель. Убить. Он кивнул, осознав свою задачу.

Глава тем временем продолжал.

- Обыщи город. Выясни, что задумал Тамир, и где он работает. Подготовка - залог победы.

- Хорошо. Ты можешь рассказать мне о нём? - спросил Альтаир.

- Тамир ведет жизнь подпольного торговца, - тебе стоит поискать в рыночном районе города.

- Когда я всё выясню, мне возвращаться сюда?

- Да. Я дам тебе метку Аль Муалима. А ты нам - жизнь Тамира.

- Как пожелаешь.

С радостью покинув осточертевшее Бюро, Альтаир взобрался на крышу. В очередной раз он вдохнул город. Взгляд его задержался на узкой улочке лежащей внизу. Легкий ветерок колыхал навесы. Вокруг прилавка стояли женщины и полировали масляные лампы, без умолку болтая, а неподалеку спорили двое мужчин. О чем именно, Альтаир не слышал.

Он перевел взгляд на здание, возвышавшееся напротив него, а потом на крыши, уходящие вдаль. Со своей крыши он видел мечеть Паши и Сады на юге, но место, которое было ему нужно...

Наконец, он увидел и его. Огромный базар Аль-Шилаах, откуда, по словам главы Бюро, он мог начать поиски Тамира. Конечно, глава знал куда больше, чем показал Альтаиру, но ему явно приказали не открывать ассасину всего. Альтаир понимал, что «новичку» придется учиться на собственном горьком опыте.

Он отступил на два шага, тряхнул напряженными ладонями, сделал глубокий вздох и прыгнул.

Успешно перескочив на соседнюю крышу, Альтаир присел, прислушиваясь к разговору на улице. Внизу прошел отряд стражи, вслед за которым шел осел, везущий тележку, нагруженную бочками. «Дорогу! - приказывали стражники, расталкивая людей. – Мы везем эти бочки во Дворец Визиря. Его превосходительство Абу аль Нуквод дает пир в честь своих сторонников». Люди, которых они расталкивали на своем пути, старательно прятали недовольство.

Альтаир посмотрел, как они уходят. Он услышал имя - Абу аль Нуквод - имя человека, которого называли Королем Торговли Дамаска.

Бочки. Альтаир мог и ошибаться, но был почти уверен, что в них было вино.

Но это неважно. Задание Альтаира состоит в ином. Ассасин встал и кинулся по крышам, перескакивая с одного здания на другое, а потом на следующее, с каждым прыжком ощущая новые всплески силы. Пора было заняться делом.

Сверху базар выглядел как дыра с неровными краями в море городских крыш, поэтому Альтаир с легкостью нашел его. Огромный торговый центр Дамаска располагался в центре бедняцкого района города, на северо-востоке. Со всех сторон базар окружали дома из глины и дерева, и, когда шел дождь, Дамаск превращался в болото. Альтаир подумал, что базар напоминает лоскутное одеяло из телег, прилавков и палаток торговцев. Снизу поднимался сладковатый аромат: запах духов и масел, специй и выпечки. Насколько было видно, везде были люди. Одни покупатели, купцы и торговцы разговаривали друг с другом, другие проталкивались через толпу. Горожане тоже либо стояли, обсуждая что-нибудь, либо спешили от одной палатки к другой. Казалось, что на базаре вообще нет свободного места. Альтаир некоторое время смотрел сверху, потом спустился с крыши и, смешавшись с толпой, стал слушать.

Пока не услышал одно слово.

«Тамир».

Три купца, укрывшиеся в тени, разговаривали тихо, зато очень оживленно размахивали руками. Именно они произнесли это имя, поэтому Альтаир украдкой подобрался ближе и повернулся к ним спиной, вспомнив наставления Аль Муалима: «Никогда не смотри на цель пристально, старайся выглядеть так, словно ты занят, оставайся расслаблен».

- Он назначил ещё одну встречу, - услышал Альтаир, не зная, кто именно из трех мужчин сказал это. Кто этот «он», о котором они говорят? По-видимому, Тамир. Альтаир прислушался, сделав зарубку в памяти о месте встречи.

- Что на этот раз? Ещё одно предупреждение? Или очередная казнь?

- Нет. У него есть для нас работа.

- Значит, нам опять не заплатят.

- Он отказывается создавать торговую гильдию. И делает так, как ему заблагорассудится...

Они принялись обсуждать крупную сделку - важнейшую из всех, сказал один из них вполголоса. Потом вдруг замолчали. Недалеко от них Альтаир увидел оратора с аккуратно стриженной черной бородой, который занял место за трибуной, и теперь пристально смотрел из-под капюшона на торговцев черными глазами, в которых читалась угроза.

Альтаир покосился на него. Трое торговцев побледнели. Один принялся стирать грязь с сандалии, двое других скрылись в толпе, будто бы вспомнив о каких-то важных делах. Встреча окончилась.

Оратор. Возможно один из людей Тамира. Очевидно, что подпольный торговец держит базар в кулаке. Альтаир бесшумно проскользнул ближе к оратору, который обратился к толпе.

- Никто не знает Тамира лучше меня, - громко объявил он. - Подходите. Послушайте, что я вам расскажу о несравненном мастере торговли...

Альтаир решил послушать историю. Он подошел ещё ближе, напустив на себя вид заинтересованного наблюдателя. Вокруг собрались люди.

- Это случилось еще до Хатина, - продолжал оратор. - У сарацин кончилась пища, и нужно было пополнить запасы. Но помощи не было. Тогда Тамир водил караван между Дамаском и Иерусалимом, но дела у него не шли. В Иерусалиме никому не были нужны его товары: фрукты и овощи с близлежащих ферм. И Тамир уехал на север, предаваясь горьким думам. Ведь его товар скоро испортится, и эта история, как и жизнь несчастного торговца, подойдет к концу... Но судьба распорядилась иначе. И когда он привел караван на север, то встретил предводителя сарацинов и его голодных людей. К счастью для обоих, им было, что предложить друг другу. И Тамир отдал им пищу. А когда битва закончилась, предводитель сарацинов заплатил торговцу в сотни раз больше. Говорят, если бы не Тамир, люди Салах ад-Дина обратились бы против него. Возможно, эту битву мы выиграли благодаря Тамиру.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.