Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Дэвид Барр Киртли Череп



 

 

Дэвид Барр Киртли – автор множества коротких рассказов, опубликованных в таких журналах, как «Realms of Fantasy», «Weird Tales», «Intergalactic Medicine Show», а также на подкастах «Escape Pod» и «Pseudopod», выходили они и в антологиях «Новые голоса научной фантастики» и «Это сделал дракон». Рассказ Киртли «Пожалуйста, спаси меня» был включен в антологию «Лучшие рассказы года в жанре фэнтези» за 2008 год.

Предлагаемый вниманию читателя рассказ был написан летом 2000 года, когда Киртли заинтересовался хоррором и решил попробовать создать историю о зомби.

«Я часто идентифицирую себя с людьми, которых окружающие сторонятся и презирают только потому, что они чем-то отличаются от других, – говорит писатель. – Так что я стал подумывать о том, чтобы написать рассказ, где события рассматриваются с точки зрения зомби».

Другим источником вдохновения стала ссора Киртли с одним из его лучших друзей, произошедшая за несколько месяцев до написания рассказа. «Я видел, что он ужасно обращается со своей девушкой и вообще ведет себя как полный придурок, – вспоминает писатель. – А наши друзья не осмеливались возразить ему, что бы он ни сделал, и бездумно повторяли за ним, что бы он ни сказал». Как зомби из этого рассказа.

 

У же за полночь Джек и Дастин ехали по извилистой лесной дороге. Джек был за рулем. Они спорили из-за Эшли.

Джек всегда считал, что у нее очень милое лицо – тонкие, как будто приподнятые брови, чуть курносый нос, нежный подбородок. В колледже она встречалась с Дастином где-то с полгода, пока тот не начал обращаться с ней как со своей собственностью, не давая ей ни минуты покоя.

Она порвала с ним, и Джек надеялся, что теперь девушка обратит внимание на него.

Но Дастин настаивал:

– Она даст мне еще один шанс. Когда-нибудь.

– Сама она так не думает, – произнес Джек, посмотрев Дастину прямо в глаза.

Когда он снова взглянул на дорогу, яркий свет фар очертил фигуру человека прямо перед капотом. Не успев ни о чем подумать, Джек вывернул руль. Машину резко тряхнуло, и она врезалась в дерево. Вся сила удара пришлась на левую сторону. Приборная панель выгнулась, как морская волна, и рулевая колонка раздавила живот Джека. Дастин не был пристегнут. Он пробил лобовое стекло головой, скатился с капота и рухнул на землю.

 

Джек очнулся, не понимая, где он и что произошло.

Какой-то человек топтался возле машины, с водительской стороны, но сквозь потрескавшееся боковое стекло невозможно было что-либо разглядеть. Джек толкнул дверь, которая со скрипом приоткрылась ровно настолько, чтобы он смог увидеть лицо человека. Тот уставился на Джека ничего не выражающим взглядом, потом развернулся и побрел куда-то.

Джек закричал:

– Позовите на помощь!

Но незнакомец, не отвечая, плелся в сторону леса.

– Эй! – завопил Джек.

Он стряхнул с себя битое стекло и отстегнул ремень безопасности, затем отодвинул сиденье назад, отлепляя свой кровоточащий живот от рулевой колонки. Он вывалился из двери и пополз за человеком, который продолжал идти, не обращая ни на что внимания.

В конце концов Джек нашел в себе силы встать на ноги. Пошатываясь, он догнал незнакомца, ухватил его за рукав и закричал:

– Да что с вами такое? Нам нужна помощь! – Он растерянно посмотрел по сторонам и добавил: – Мне нужно найти моего друга.

В ответ человек издал только нечленораздельный стон. Джек уставился на него. Незнакомец был очень бледен, с растрепанными волосами, лицо покрыто коркой грязи, зубы кривые и гнилые, глаза сочатся гноем…

– Он мертв, – услышал Джек голос приятеля у себя за спиной.

Он обернулся. У Дастина не было ни щек, ни носа. Только гигантские глазные яблоки жутко таращились из глазниц голого черепа. С нижней челюсти свисала борода из лоскутов содранной кожи. Джек закричал.

Дастин добрел до разбитой машины, отломал наполовину оторванное боковое зеркало и уставился на свое отражение. Долгое время он стоял неподвижно, не говоря ни слова.

Наконец произнес:

– Этот человек восстал из мертвых. Посмотри на него, Джек. Он мертв, как и я.

Джек вздрогнул и отшатнулся от человека.

Глазные яблоки Дастина таращились на его живот.

Догадываясь, что значит этот взгляд, Джек посмотрел вниз, задрал пропитанную кровью рубашку, обнажая изуродованную плоть.

– Как и ты, – добавил Дастин.

 

Они отправились в путь пешком. Взобрались на высокий утес и увидели, как толпы оживших мертвецов бредут по полям далеко внизу. Дастин сел на землю и отвернулся, пряча в тени изуродованное лицо. Тихо сказал:

– Все. Все мертвые вернулись.

Тот мертвец, из-за которого произошла авария, увязался за ними. Он натыкался на деревья и безучастно рассматривал Джека.

Джек подошел к нему и спросил:

– Вы можете говорить?

На секунду человек замешкался, как будто пытаясь сосредоточиться, затем издал очередной нечленораздельный стон и побрел прочь.

Джек сказал Дастину:

– Почему мы не в таком же виде, как он?

– Успел полежать в могиле. Он мертв уже долгое время – тело гниет, и мозги тоже.

– Есть ли другие, такие же, как мы? – спросил Джек.

– Не знаю. – Дастин вскочил на ноги и крикнул в долину: – Эй! Вы слышите меня? Понимаете, что я говорю?

В ответ порыв теплого ветра донес до них только волну зловония и стоны. Дастин вздрогнул.

Они с Джеком продолжали идти по дороге, пока не увидели свет в окнах маленького домика.

– Можно попросить о помощи, – предложил Джек.

– О какой помощи? Нам уже ничего не поможет, – возразил Дастин.

Но он пошел вслед за Джеком по направлению к домику, дверь которого была распахнута настежь. Они остановились на пороге. Через окно кухни они увидели женщину, сжимавшую в руках бейсбольную биту. Мертвый ребенок загнал ее в угол и медленно приближался к ней, вяло волоча ноги по желтому линолеуму. Засохшая грязь осыпалась с его рукавов, оставляя за ним извилистый след.

Он тихо произнес:

– Мама… помоги мне.

– Не приближайся, – предупредила она срывающимся голосом. – Не подходи. Ты мертв. Я знаю, что ты мертв.

Джек хотел было броситься на помощь, но Дастин остановил его.

– Мамочка, – сказал мальчик. – Что с тобой? Не делай мне больно.

– Прекрати! – закричала женщина, но ее руки дрогнули, и бита упала на пол.

Женщина сползла по стене, всхлипывая. И тут мальчик обрушился на нее, вцепившись ей в волосы. Она пыталась отбиваться, но он стал срывать с нее скальп зубами.

Сжавшись в комок от ужаса и отвращения, Джек зажмурился. Женщина вопила, потом раздался булькающий звук, и стало тихо. Когда Джек отважился открыть глаза, он увидел, что Дастин как зачарованный смотрит в окно, на омерзительную сцену.

– Какого черта? Мы могли это остановить, – просипел Джек.

– Мы тоже мертвы. Мы не на их стороне. – Дастин махнул рукой, указывая на женщину.

– Ты с ума сошел, – сказал Джек.

Дастин оставил эти его слова без ответа, но произнес:

– Я хочу это видеть.

– Да ты… – начал было Джек, но запнулся, когда женщина с обезображенной окровавленной головой начала подниматься с пола. Она неуклюже шагнула вперед. Застонала.

– И ты сейчас был бы таким, – прошептал Дастин. – Ничего не соображающий, голодный. Если бы тот, первый, добрался до тебя в машине и сожрал твой мозг до того, как ты очнешься.

Джек вошел в дом и, стараясь держаться как можно дальше от женщины и от мальчика и не наступать на пятна крови на полу, добрался до телефона.

– Я звоню домой, – сказал он, снимая трубку. – Надо позвонить отцу. Скажу ему, что я…

– Что? Что ты в порядке? – произнес Дастин, усмехнувшись.

Джек помедлил.

Дастин продолжал:

– Джек, ты мертв. Для него ты больше не существуешь. Он никогда тебя не примет.

Джек еще мгновение колебался, а затем стал набирать номер. Дастин развернулся и ушел куда-то в темноту. На том конце линии сразу же сняли трубку.

– Джек? – Голос принадлежал его отцу.

– Я возвращаюсь домой, – произнес Джек. – Я… я не могу сейчас говорить.

Он повесил трубку, взял со стойки какие-то ключи и вышел из дома. Вдалеке он увидел Дастина, который направлялся к толпе мертвецов и кричал:

– Вы меня понимаете? Те, кто слышат меня, сделайте шаг вперед. Если вы хоть что-то понимаете.

Джек обогнул дом, подошел к припаркованной за ним машине, сел в нее и поехал на север по Девяносто пятому шоссе в сторону Уотервилля. Он ехал больше часа, поглядывая на свое отражение в зеркале заднего вида. Кожа была желтоватой, а прочие краски как будто стерлись с его лица. Выглядел он очень болезненно, но, если закрыть зияющую рану на животе, вполне мог сойти за живого при неярком освещении.

Припарковавшись возле своего дома, он вышел из машины. На лужайке лежал труп с простреленной головой. Джек вздрогнул и решил подойти к дому с другой стороны. Старые деревянные ступеньки заскрипели, когда он поднялся на заднее крыльцо и постучался, стараясь оставаться в тени. Занавеска отдернулась, и несколько пар глаз уставились на него.

– Джек! Это Джек!

Дверь распахнулась. На пороге стоял его отец с винтовкой в руках. Он присмотрелся, охнул и попятился назад, поднимая винтовку.

Джек весь сжался и торопливо пробормотал:

– Папа, выслушай меня. Пожалуйста. Я не такой, как другие.

Теперь ружье было нацелено Джеку прямо в лоб. Из дула на него смотрела сама темнота. Потом ружье медленно опустилось.

Наконец отец сказал:

– Ну заходи, сынок.

 

Джек переступил порог.

Отец приковал его к трубе, которая тянулась от стены гаража и уходила под землю.

– Прости меня. Это только на ночь. Иначе они не позволят тебе здесь остаться.

В доме прятались девять человек. Отец принимал у себя всех беглецов.

– Я понимаю, – прошептал Джек.

Отец ушел обратно в дом.

Луна светила ярко, но гараж отбрасывал на Джека густую тень. По всем окрестностями раздавался истошный собачий лай. Ночь, казалось, будет длиться вечно. Джек не сомкнул глаз. Он подозревал, что больше никогда не сможет заснуть.

Шли дни.

Люди – беженцы – все прибывали. Джек старался не попадаться им на глаза, и большинство уходило дальше на юг. Те, кто оставался, иногда впускали его в дом, но старались не приближаться к нему и всегда держали оружие наготове.

Днем люди выходили из дома, бродили по округе в поисках еды и боеприпасов, а по ночам рассказывали друг другу истории об уничтоженных ими зомби. Потом кто-нибудь смотрел на Джека, и все тут же умолкали.

Каждую ночь на протяжении многих недель его сажали на цепь.

Как-то на закате, когда Джек сидел на диване в гостиной, снаружи раздались выстрелы. Кто-то громко постучал в дверь. Сорванный голос прокричал:

– Впустите нас! Ради бога, впустите! Они идут!

Отец, держа винтовку наготове, бросился к двери и распахнул ее. Двое высоких мужчин с охотничьим снаряжением вбежали в дом. У каждого было по нескольку ружей. Отец захлопнул за ними дверь.

Один из новоприбывших выдохнул:

– Нам рассказали об этом доме. Говорили, что вы не откажете в помощи. У нас почти не осталось патронов.

Отец Джека начал говорить:

– Это мой дом, и вы…

Но тут один из мужчин заметил Джека и отскочил к стене, вскидывая дробовик.

Отец встал перед ним:

– Не стреляйте! Это мой сын. Он вам ничего не сделает.

Дуло описывало небольшие круги, пока новоприбывший прицеливался.

Джек подал голос:

– Пожалуйста! Все в порядке!

Мужчина бросил взгляд на своего компаньона, который забился в угол, всхлипывая:

– Вот дерьмо. Дерьмо какое, это с нами в одном доме!

– Вы можете уйти, – резко сказал отец.

Воцарилось долгое, напряженное молчание. В конце концов пришелец опустил ружье и произнес:

– Ну хорошо. Мы оставим его в покое. – Пристально посмотрел на Джека и добавил: – Но ты чтоб ко мне не приближался.

 

Новоприбывших звали Сэм и Тодд. Сэм был выше, энергичнее, и Тодд его слушался. Когда все немного успокоились, Тодд начал рассказывать:

– Мы присоединились к ополчению, пытались отстоять Портленд. Но мертвые, они… – Он запнулся и уставился в пол.

Сэм без всякого выражения произнес:

– Там нехорошо. Очень нехорошо.

– Откуда вы узнали об этом доме? – спросил отец.

– Во Фрипорте, – ответил Тодд. – Там скрываются некоторые выжившие. Среди них была одна девушка, и она передала записку для вашего сына. – Он бросил на Джека нервный взгляд и выдавил: – То есть, видимо, для него.

– Мне кажется, это плохая идея, – проворчал Сэм.

Отец нахмурился и сказал:

– Отдай ему записку.

Тодд пожал плечами и бросил записку на стол. Джек взял ее и развернул.

Она была от Эшли. Девушка писала, что у нее все в порядке и что он может присоединиться к ней, если не чувствует себя в безопасности. Она объясняла, как ее найти. Джек положил записку в карман.

Сэм заговорил, не в силах справиться с дрожью в голосе:

– К югу отсюда есть этот парень без лица. Люди зовут его Череп. Он соображает и может говорить, как и этот. – Сэм кивнул на Джека.

Джек пробормотал:

– Дастин.

– Что?! – резко переспросил Тодд.

– Это он. У него было изуродовано лицо, я видел.

– Ты его знаешь? – Сэм смотрел на него с ужасом.

Джек понял, что сказал что-то не то.

– Дастин был школьным приятелем Джека, – объяснил отец. – Они были вместе в ту ночь, когда… когда все это началось.

– Сэм! Это безумие. Он один из них! – В голосе Тодда слышались визгливые истерические нотки. – Это Череп прислал его сюда, он…

– Заткнись! – взревел Сэм. – Просто заткнись!

Воцарилось молчание.

Отец сказал:

– Вставай, сынок. Пошли на улицу.

Он опять был прикован к трубе. Сжавшись на земле в тени гаража, он прислушивался к голосам, доносящимся из дома сквозь щели между досками, которыми были заколочены окна.

Первым заговорил отец:

– Так в чем дело?

Раздался взволнованный голос Тодда:

– Мы потеряли Портленд из-за Черепа. К югу отсюда он собрал что-то вроде армии из мертвецов.

– Он выдрессировал их. Они приходят к людям, которые знали их, любили, – родные, друзья. Мертвые ведут себя так, будто у них сохранились чувства. Люди мешкают, не стреляют сразу. А потом уже слишком поздно.

– И какое отношение это имеет к моему сыну?

– Вы что, не понимаете? – Джек снова услышал голос Тодда. – Он часть этого. Он был другом Черепа. Он притворяется безобидным и выжидает момент, чтобы напасть.

– Он опасен, – добавил Сэм. – Он знает об этом доме, а теперь еще и про убежище во Фрипорте. Что еще ему известно? Его нужно уничтожить.

– Нет, – отрезал отец.

– Это уже не ваш сын, – продолжил убеждать его Тодд. – Ваш сын мертв, его нет больше. Теперь это просто нечто, вселившееся в его тело. И оно использует против вас вашу собственную любовь.

Сэм добавил:

– Люди имеют право на самозащиту. Если кто-нибудь из ребят однажды ночью выйдет во двор и пристрелит эту тварь, я не буду его винить.

Один из жильцов прошипел:

– Эй, потише. Он может услышать нас.

После этого голоса стихли. До Джека доносился только слабый шепот, в котором он не мог различить ни слова.

Долгие часы он провел в ожидании. Потом увидел, как отворилась задняя дверь. Темная фигура с ружьем в руке двинулась через двор к нему.

Сэм? Тодд? Кто-то из жильцов? Джек не мог разглядеть.

Это был отец. Он вышел на свет, потом склонился над Джеком, разомкнул замок на цепи и сказал:

– Тебе нельзя здесь больше оставаться. Тебя могут убить. Мне очень жаль.

– Мне тоже, – прошептал Джек, поднимаясь на ноги.

Он обнял отца и ушел во тьму.

 

Армия Дастина расположилась на огромном поле к северу от Портленда. Тысячи мертвецов бродили по долине и бросали на Джека свои тусклые взгляды. Он шел сквозь мертвую толпу, выкрикивая:

– Дастин! Я ищу Дастина!

Наконец ему ответили:

– Эй, ты! Чего тебе нужно?

Джек обернулся на голос и увидел приближающегося к нему мертвеца – лысеющего мужчину в выцветшей солдатской униформе.

– Я ищу Черепа.

– Главнокомандующего, ты хотел сказать, – ответил мертвец. – Он тоже захочет тебя увидеть. Ты можешь нам пригодиться.

Мертвец повел Джека обратно сквозь толпу, вверх по пологому склону холма, на вершине которого небольшая группа мертвецов переговаривалась приглушенными голосами. Дастин стоял спиной к Джеку. Так он казался нормальным, знакомым.

Джек окликнул его по имени.

Дастин повернул голову, так что Джек мог увидеть одно выпученное глазное яблоко и жуткий безносый профиль. На Дастине был потрепанный армейский мундир. Он произнес:

– Так ты вернулся? – Потом он снова посмотрел в другую сторону, так что Джек мог видеть только его затылок, и продолжил: – Где ты был?

– Там, на севере, – ответил Джек.

– Сталкивался с живыми? С вооруженными отрядами?

– Нет, – солгал Джек.

– Мы скоро туда отправимся, – продолжил Дастин. – На север. По Девяносто пятому. В Уотервилль. Твой родной городишко. – Теперь он развернулся к Джеку, глядя на него в упор и следя за реакцией.

Джек не произнес ни слова.

После непродолжительного молчания Дастин сказал:

– Как бы то ни было, настало время дрессировки.

Он подошел к самому краю обрыва, взглянул на кишащие внизу орды и закричал:

– Не стреляй!

Зомби провыли в ответ:

– Не… стреляй…

– Это я! – надрывался Дастин. – Ты меня знаешь!

Нестройный хор тысяч тусклых голосов взметнулся к самому небу:

– Это… я… Ты меня… знаешь…

– Прошу тебя, помоги мне! – проорал Дастин.

И мертвые взвыли в ответ:

– Прошу… тебя… Помоги… мне…

Дастин удовлетворенно кивнул и отвернулся от толпы.

– Такова наша стратегия, Джек. Единственное, что есть у моих солдат, – это упорство. То, что живым они напоминают тех, кого они когда-то любили и потеряли, – одно из немногих наших преимуществ.

– Чего ты добиваешься? – спросил Джек. – Чего ты хочешь достичь?

– Мира, – произнес Дастин. – Живые хотят уничтожить нас. Всех нас. Наш единственный шанс – обратить их, сделать их такими же, как мы.

Джек смотрел на толпу воющих мертвецов. Они разбрелись по равнине до самого горизонта.

– И благодаря моему плану, – добавил Дастин, – мы выигрываем эту войну. Идею мне подал тот мальчик, который обратил свою мать. Помнишь, мы видели его в ту первую ночь.

– К черту твой план, – зло сказал Джек. – Из-за твоего плана я лишился дома и семьи.

Дастин быстро повернулся к нему:

– Так ты все-таки был дома. – Голый череп угрожающе приблизился к самому лицу Джека. – Там прячутся люди?

Джек отвернулся.

– В твоем доме? – допытывался Дастин. – Там они прячутся? Моя армия слаба, Джек. Они медленные, тупые и неуклюжие. Любой очаг вооруженного сопротивления может все погубить. Я должен знать о таких вещах.

– Оставь их в покое. Оставь в покое моего отца.

– Мы направляемся на север, Джек, – ответил Дастин. – Приводим мой план в исполнение.

– Не надо, – попросил Джек. – Оставь их в покое. По крайней мере пока. Двигайся на восток. К Фрипорту.

– Фрипорт? – рассеянно переспросил Дастин. – А что там, во Фрипорте?

Джек полез в карман, достал записку и тихо произнес:

– Эшли.

 

Тем же вечером Дастин сказал Джеку:

– Придется обратить ее. Это единственный способ.

– То есть убить, – проговорил Джек.

– Я хочу, чтобы она была с нами, – сказал Дастин. – Сейчас она постоянно подвергается риску. Если до нее доберется обычный мертвец, он повредит ее сознание. Уничтожит то, что делает ее особенной. А так она будет в безопасности.

Джек не мог понять, зачем он это сделал. Зачем предал Эшли. Чтобы защитить отца? Да, но на самом деле… Он хотел увидеть ее. Может быть, если она тоже будет мертва, она примет его.

– Это будет непросто, – произнес он вслух.

– Да, непросто, – согласился Дастин, – Для этого мне понадобишься ты. Мои солдаты подчиняются приказам. Я говорю им, на кого нападать, куда идти и что говорить. Но они слишком прожорливы, я не могу остановить их. Поэтому большинство моих новобранцев поступает ко мне в уже подпорченном виде. Мне почти некого произвести в офицеры.

– И ты собираешься сделать офицером меня? – скептически усмехнулся Джек.

– Я не могу использовать для этого дела моих рядовых. Слишком велика опасность для Эшли. Придется использовать офицеров, я должен быть уверен, что они не причинят ей вреда. А их у меня слишком мало.

Несколько тупых, бессловесных зомби прошли мимо, и Джек представил, как они рвут зубами нежное личико Эшли.

– Я пойду с вами, – сказал Джек. – Ради Эшли. Чтобы убедиться, что с ней не случится ничего плохого.

– Ради Эшли, – согласился Дастин.

 

Дастин собрал офицеров на совет и показал им фотографию, на которой он и Эшли стояли у костра, обнявшись.

– Вот она. Смотрите, чтобы ее не изуродовали.

Армия двигалась на восток. Тысячи воющих зомби брели по шоссе. Дастин ходил среди них, выкрикивая:

– Ищите знакомые места, людей, которых знали! Не стреляй! Ты знаешь меня! Помоги!

Эхо разносило по окрестностям нестройное бормотание: «Не стреляй… ты знаешь меня… помоги…»

При Дастине неотлучно находился десяток офицеров – мертвецов, вооруженных винтовками и пистолетами, которые всегда находились с ним рядом. У самого Дастина был дробовик и армейский нож за голенищем сапога. Джек следовал за ними на некотором расстоянии, волоча за собой винтовку, безучастно уставившись себе под ноги, на дорогу, усыпанную мокрыми сосновыми иглами. Его терзали дурные предчувствия.

Дастин тихо сказал своим офицерам:

– Они, скорее всего, никогда не сражались с такими, как мы, – быстрыми, сообразительными, вооруженными. В этом – наше главное преимущество.

– Они потратили недели на то, чтобы укрепить дом. Как мы заставим их впустить нас? – проворчал один из офицеров.

– Я могу это устроить, – вызвался Джек.

Дастин повернулся, уставился на него изучающе, затем кивнул.

Дом, который был им нужен, оказался особняком в викторианском стиле, со множеством пристроек, уютно расположившимся в рощице белоствольных кедров. Дастин направил отряд прямо к дому. Выстроившись в колонну и припадая к земле, они быстро перебрались через лужайку. Джек и Дастин взбежали на крыльцо, а все остальные притаились за перилами или в высокой траве.

Джек стал колотить в дверь, крича:

– Впустите нас! Это Сэм! Ради бога, впустите нас, они идут!

Через несколько мгновений он услышал, как щелкнула задвижка. Дверь приоткрылась. Дастин просунул дуло своего ружья в образовавшуюся щель и выстрелил. Кровь хлынула фонтаном, забрызгав крыльцо, и Дастин пинком распахнул дверь настежь.

Офицеры выскочили из своих укрытий, с ружьями на изготовку, и ворвались в дом. Загрохотали выстрелы. Джек вслед за другими вбежал в просторный холл, уже заваленный трупами. Отсюда на второй этаж вела лестница.

– Прикрывай лестницу! – приказал Дастин. – Чтобы по ней никто не мог спуститься.

Джек направил ружье в сторону лестничной площадки второго этажа. Другие офицеры устремились в боковые комнаты, и весь дом содрогнулся от криков и грохота выстрелов.

Вдруг дверь под лестницей распахнулась. Джек взвел винтовку и прицелился, но в дверном проеме вспыхнул белый огонь выстрела. Пуля попала ему в грудь, он отшатнулся назад, натолкнулся на маленький столик и сшиб с него лампу, которая тут же разбилась вдребезги.

– Подвал! Они в подвале! – закричал Дастин.

 

Три офицера ринулись вниз. Пол под ногами Джека дрогнул, снизу донеслись крики ужаса. Он вытащил пулю из груди.

Еще один офицер подбежал к Дастину и доложил:

– Сэр, мы нашли девушку. Она в кабинете. Истекает кровью.

Дастин кивнул.

– Я хочу быть с ней, когда она очнется. Заканчивайте тут.

– Да, сэр. – Офицер подошел к входной двери и скомандовал: – Идите сюда. Заходите. Да быстрей же!

Джек в ужасе смотрел, как толпы мычащих мертвецов, спотыкаясь, заходят в дом и жадно набрасываются на свежие трупы.

Он схватил Дастина за локоть и заорал:

– Что ты делаешь? Эти люди могли бы нам пригодиться!

Дастин ответил:

– Первое, что они сделают, восстав из мертвых, – попытаются нас пристрелить. Лучше уж так.

Джек бросил последний взгляд на пирующих мертвецов и пошел за Дастином в кабинет.

Эшли лежала в мягком кресле. Вокруг толпились офицеры. Из единственной ранки на ее груди стекала тоненькая струйка крови.

Один из офицеров произнес:

– Она уже не дышит. Осталось недолго.

– Я хочу остаться с ней наедине. – Это прозвучало как приказ.

 

Офицеры-зомби покинули комнату, увлекая за собой Джека. Он прошел по длинному, опустевшему коридору к входной двери, вышел во двор, прислонился к высокому белому кедру и стал ждать Эшли.

И вот она возникла в дверном проеме. Стройная, с длинными блестящими волосами. Но лица у нее больше не было. Только глазные яблоки таращились из глазниц черепа.

Дастин тоже вышел из дома и встал за ее спиной. Их костяные лица выглядели абсолютно одинаково.

 

– Не могу поверить, что ты сделал это, – с горечью сказал Джек тем же вечером Дастину, который стоял рядом с ним во дворе. – Она была такой красивой.

– Эшли всегда будет красивой, – ответил Дастин. – Для меня. Тебе нравилось ее лицо. Я любил ее саму. Так кто из нас заслуживает ее?

– Я хочу поговорить с ней, – произнес Джек.

– Нет, держись от нее подальше. – В голосе Дастина явственно слышалась угроза. – Или я расскажу ей, кто привел нас сюда. Кто ее предал.

Джек вздрогнул, а Дастин отошел от него, затем оглянулся через плечо и добавил:

– Я единственный, кто может понять ее сейчас. Понять, через что ей пришлось пройти.

Часами бродил Джек среди мертвых, продираясь сквозь массы гниющей плоти. Его тошнило от тупости и безобразия этих тварей.

В толпе мелькнул белый череп. Джек развернулся и пошел в другую сторону.

Пробиваясь сквозь толпу, он оглянулся. Череп следовал за ним и приближался.

Наконец Эшли догнала его.

– Джек. Это ты… – Ее жуткое лицо было совсем близко, обнаженные глазные яблоки изучающе разглядывали его. – Дастин сказал мне, что ты здесь. Скажи же что-нибудь. Ты узнаешь меня? Ты понимаешь?

Он не отвечал. Она что-то заподозрила.

– Ты имеешь к этому какое-то отношение? Ты помог ему сделать это?

Джек отвернулся и побрел сквозь полчища мертвых. В тот момент он завидовал им – они не понимали, что творят, не чувствовали угрызений совести. Было невыносимо чувствовать на себе взгляд Эшли. Пусть она оставит его в покое!

Оставалось только одно.

– Не обижай меня! – взвыл он нечеловеческим, низким голосом. – Прошу тебя, помоги мне!

 



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.