Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Глава 24 СБОР ВОЙСКА



Тиранда, Лукан и Тура опомнились в темной долине. Вокруг себя они слышали беспрерывные крики жертв Кошмара, которые одновременно страдали и служили Ксавию. По земле ползали черные жуки Кошмара.

" Сейчас вы поймете, зачем я вас сюда привел…" - сказал Летон в туман.

В тумане сформировалась огромная гниющая фигура Эмерисс. Дракон ухмыльнулась, увидев узников, которых привел сюда Летон.

" Такие здоровые… такие нетронутые…" - ворковала она. - " Разве не забавно будет обратить их? "

" Ты знаешь желание господина. "

Эмерисс не довольно ответила. " Конечно, знаю! "

Тиранда слушала их разговор с возрастающей тревогой. Но больше всего она переживала за остальных и за Малфуриона, где бы он сейчас не находился. Она была уверена, что он делает все, что в его силах для борьбы с Кошмаром, хотя если учесть, что Алекстраза сейчас также находится во власти Ксавия, то шансы на победу казались равны нулю.

А была ли Хранительница Жизни в плену по настоящему? Тиранда вспомнила ее образ и коварство Кошмара. То видение было слишком мимолетным. Почему он прячет ее от них? Почему Алекстраза так быстро исчезла из виду? Возможно из-за того… что образ заключенного красного дракона было всего лишь иллюзией, которая предназначалась для разрушения ее надежд, а также надежд остальных?

Верховная жрица сжала кулак. Уже не в первый раз она была обманута Кошмаром.

" Сначала топор, " - скомандовал Летон.

Тиранда обратила внимание на слова оскверненного дракона и очень удивилась тому, что оружие до сих пор находится в руках орка. И самый главный вопрос, почему Ксавий не забрать его у Туры, как только они предстали перед его тенью? Ведь, являясь тем, кем он был сейчас, Повелитель Кошмара не должен был хотеть, чтобы кто-то из находящихся рядом с ним врагов владел этим топором. Снова Тиранда вспомнила видение Алекстразы. Все было сделано для того, чтобы поселить отчаяние в душах защитников… возможно по большей части из-за этого самого оружия.

Эмерисс уставилась на орка. Тура крепко сжала топор, ясно давая понять, что она не желает с ним расставаться. Она замахнулась им на дракона, которая, как заметила Тиранда, первым делом убедилась в том, что находится за пределами досягаемости.

Все дело в нем! - решила верховная жрица.

" Эта маленькая игрушка вам не поможет! " - зашипела Эмерисс.

Дракон продолжала смотреть на Туру, руки которой начали дрожать.

" Топор - мой! " - прорычала воин.

" Не надолго…" - вмешался Летон, присоединяясь к Эмерисс. Он также уставился на Туру.

Глаза орка закрылись. Дрожа, она упала на одно колено. Ее руки дико тряслись, но она все еще держала топор. Верховная жрица знала, что они делают с Турой. Они атакуют ее основным заклинанием сновидений своего вида.

Тура снова и снова страдала от своих собственных кошмаров и все это ради того, чтобы заставить ее выпустить оружие из рук.

Оружие…

" Лукан… топор…" - тихо произнесла Тиранда.

Он взглянул на нее, проследил за ее взглядом и, несмотря на некоторые сомнения, двинулся к нему.

Тиранда начала молиться Элуне, затрагивая то, из-за чего она захотела стать одной из помощниц Матери Луны. Она вспомнила всю нежность и красоту лунного света в себе и то, что используя его, она может помогать остальным.

Вокруг нее появилось серебряное сияние.

" Дурочка! " - зашипела Эмерисс на нее. Летон зарычал и тоже повернулся к ночной эльфийке.

Лукан схватил Туру. Орк сразу же поняла, что хотел сделать человек.

Мужчина и орк исчезли, как только Лукан перенес их из Кошмара в Азерот. Однако, за мгновение до этого, над ними нависла тень ветки. Никто, и верховная жрица в том числе, не заметили ее.

Тиранда осталась. Она и не думала убегать вместе с остальными. Она должна была остаться и отвлекать тех двоих. Драконы были слишком уверенными в своих силах и слишком сконцентрированы на своем желании забрать топор у Туры. И это позволило ей придумать способ, с помощью которого орк и Лукан смогли выбраться отсюда.

Но вдруг она почувствовала ужасный толчок. Тиранда упала на землю, где ползали жуки, которые быстро начали заползать на нее. Она начала сбрасывать их с себя и лишь через несколько мгновений заметила, что перед ней появилась гноящаяся голова Эмерисс.

" Спасибо за то, что ты сделала…" - усмехнулось ужасное чудовище.

Летон присоединился к ней в их зловещем веселье. Поднявшись, Тиранда увидела, что когда ее товарищи переносились отсюда, что-то осталось позади них.

" Твои усилия неоценимы! " - с издевкой произнес Летон. - " Переносясь отсюда, в нужный момент… когда она и человек были между мирами… орк потеряла концентрацию и достаточно ослабила свою хватку… "

Наполовину покрытый жуками, топор, который когда-то принадлежал Броксу, лежал в нескольких ярдах от Тиранды. А над ним нависала тень скелетообразной ветки.

***

Никто и слова против не сказал на предложение Мафуриона. Все ему доверяли. Но они не могли полностью доверять тому, что находилось перед ними, тому, что было создано без их ведома.

Портал находился там, где раньше был фасад жилища Фэндрала. Он не был таким большим и сложным, как остальные, которые создавались для того, чтобы входить в Изумрудным Сон, но внутри него закручивалась завораживающая энергия, которая была признаком того, что он работает… и поэтому Малфурион как надеялся, так и беспокоился.

" Как он смог его создать втайне от нас? " - спросил один друид.

" Много чего происходило и это всех вас отвлекало, " - с оправданием ответил Малфурион, вспоминая все то, до чего довели его поиски в Изумрудном Сне. - " Но мы должны быть благодарны ему по одной причине; портал все еще открыт…"

Бролл посмотрел на него с опаской. - " Но будет ли он еще открыт к тому моменту, когда вы сделаете то, что задумали? "

" Я… прослежу… чтобы он оставался открытым. "

Даже Малфурион изумился тому, что услышал от Хранительницы Жизни. Еще более удивительным было то, как сейчас выглядела Алекстраза. Она шагала среди друидов в виде эльфийки, маленькие языки пламени сновали по ее длинным темно-красным локонам. Она шла словно королева и мать, смотря с доверием и верой на тех друидов, мимо которых проходила. Хотя Изера и была их покровительницей, Малфурион и остальные без колебания высказывали свое уважение Алекстразе.

" Великая Хранительница Жизни, это не… " - начал было говорить Малфурион.

" Кто бы сомневался. " Огненная фигура шагнула к порталу. - " Даже сейчас Кошмар чувствует, что портал его " пешки" открыт. "

Алекстраза остановилась только тогда, когда близко подошла к крутящейся энергии. Хранительница Жизни заглянула в портал. Огненное сияние вокруг ее тела стало более интенсивным и достигло портала. Внутри возникла вспышка пламени и стало понятно, что если что-то стояло возле портала на другой стороне, то оно было сожжено дотла.

" Ничто не пройдет сквозь него и ничто не закроет этот последний портал с другой стороны, " - уверенно заявила она. - " Портал останется открытым, Малфурион Ярость Бури… Я буду следить за ним. Так как он очень важен для всех нас. "

Верховный друид угрюмо кивнул. - " Тогда больше нет причин ждать!

Хамуул! Мне понадобится твоя помощь, а также твоя, Бролл! А насчет остальных - вы сами знаете, что вы должны сделать…"

Друиды начали делить между собой необходимые задачи. Многие собрались возле портала. Остальные превратились в более стремительные формы и быстро помчались в анклав.

Малфурион сел посредине друидовской рощи, а Хамуул и Бролл сели на колени по обе его стороны. Малфурион закрыл глаза, но перед тем, как начать медитацию, он сказал своим двум товарищам, - " Мне понадобится вся ваша сила и осмотрительность. Заранее извиняюсь за ту опасность, в которую я вас втягиваю. "

Таурен фыркнул, а Бролл проворчал, - " Я годами сражался, как гладиатор, но для меня нет ничего лучшего, чем вот так сражаться на твоей стороне! "

Благодарный за их жертву и преданность, Малфурион ушел в себя. Ему нужно было связаться с теми, кто сможет выстоять вместе с ним - при условии, что такие еще остались в живых. От каждого потребуются огромные жертвы и, возможно, это приведет к более быстрой победе Кошмара. Но у него не было других вариантов.

Малфурион без проблем вошел в необходимое состояние, даже несмотря на свое напряжение. Верховный друид почувствовал, что связь между его ментальной формой и физическим телом почти исчезла. Он немного занервничал, когда вышел из своего смертного тела и парил над Броллом и Хамуулом. Хотя они и не видели его, но инстинктивно посмотрели вверх.

Малфурион мысленно с ними связался, сообщая им о том, что он планирует сделать, и пытаясь найти способ использовать их помощь. Затем Малфурион попробовал сделать что-то, чего он никогда не делал до этого. С помощью этого у него были самые большие шансы связаться со всеми теми, кто был еще в состоянии помочь Азероту.

Верховный друид связался с Тельдрассилом, а через него с Азеротом, используя тот факт, что не важно где он найдет своих помощников, они будут частью этого мира.

И Тельдрассил, и Азерот дали ему то, что он хотел. Малфурион громко вздохнул, когда внезапно увидел весь мир одновременно. Он был огромен. Малфурион понял, что будь на его месте любой другой смертный, он бы сошел с ума в тот момент, когда его ум распался бы на более чем миллион частичек. Существовали вещи, о которых он даже не догадывался и которые наполняли его ужасным древним злом, которое было заперто глубоко внутри мира и имело знакомые нотки, но было отложено, как и тысячи других, требующих его внимания вещей. Он оказался под такой сильной атакой, что сперва ему пришлось восстановить свои концентрацию и рассудок. И снова свои силы он черпал из Мирового Древа и Азерота.

Опасность навсегда остаться в этом мире исчезла. Малфурион осмотрел свой осажденный мир и нашел тех, кто ему был необходим. Их не было столько, на скольких он рассчитывал, но среди них оказались те, кто был важен для осуществления его плана.

Вариан посмотрел на свое осажденное войско. Он знал, что здесь все еще были безопасные места, а также они были по всей столице и, возможно, за ее пределами, но их количество быстро сокращалось. Для него не было неожиданностью то, что оружие в этом сражении было бесполезным. В основном он и его люди были вынуждены бежать, как только возникала такая необходимость, как бы позорно это не выглядело.

Огонь, казалось, замедлял ужасную толпу, по крайней мере ненадолго. Невиданная до этого волна ужаса - спящие - не только шокировала психически, а и была тем врагом, который мог сражаться физически.

Единственная проблема в том, что у защитников все еще было чувство опасения нанести вред невинным, даже если эти невинные были бешеными нападавшими. Но отчаяние заставило многих из сокращающихся сил Вариана применять оружие и он сам вынужден был жестоко сражаться.

Вариан… король Штормграда…

Только благодаря спокойному и утешительному тону голоса, Вариан понял, что он все еще находится вне власти Кошмара. Ведь Кошмар не приносил никакого утешения; казалось, что своих жертв он сразу же погружал в их собственные страхи.

Вариан… товарищ Бролла Медвежья Шкура… Я - Малфурион Ярость Бури…

Он сразу же выпрямился. Хотя Вариан никогда лично не встречался со знаменитым верховным друидом, как и с многими другими вождями Альянса и Орды, но он знал, что Малфурион является главой друидов.

Помощь друидов была решающей для победы в битве за гору Хиджал и, следовательно, в Третьей Войне. В то время Вариана не было в Калимдоре, но он очень подробно слышал эту историю. То, что сейчас король в своей голове слышит голос верховного друида, не было удивительным. Но несмотря на то, что присутствие Малфуриона в некоторых отношениях было желанным, Вариан все же поторопил его. Так как ситуация становилась все более безнадежной.

" Чтобы ты не хотел, лучше говори быстрее…" - король Штормграда пробормотал это так тихо, чтобы его солдаты не начали подозревать его в том, что он разговаривает с тенями.

Вариан, мне нужно, чтобы ты возглавить тех, кто будет атаковать Кошмар там, где он наиболее уязвим… атаковать его в Изумрудном Сне…

" Я не покину Штормград! " - сам того не ожидая, Вариан повысил голос.

Несколько солдат посмотрели на него, а потом вернулись к своей отчаянной борьбе. Каждый должен оставить то, чем дорожит, если хочет сохранить его…

Вариан стиснул зубы. - " Черт побери… но как нам выбраться отсюда и куда нам идти, если мы согласимся сделать это? "

Никуда не нужно уходить… все, что вы должны сделать, так это просто следовать моим указаниям…

Кричащая фигура бросилась на короля. Это был один из его собственных слуг. Глаза мужчины были закрыты, а его лицо было перекошено от ужасного крика, который не прекращался из открытого рта. Вариан не обратил внимание на то, что он кричал. Все спящие страдали от собственных кошмаров, в которых они пытались нанести ответный удар своему мучителю - которым всегда оказывались защитники.

Вариан пытался ударить безумного мужчину по голове плоской стороной лезвия меча. Спящих можно было нейтрализовать и таким способом, хотя и понадобилось бы более одного удара. Но внезапно слуга сменил положение. Вместо удара плашмя, Вариан случайно глубоко проткнул его кончиком своего меча. Из раны хлынула кровь. Раненый спящий упал на короля. Сразу же один из солдат оттянул умирающего мужчину от Вариана, но король Штормграда не заметил этого. Он был ошеломлен тем фактом, что все-таки убил одного из своих людей, еще один кошмар добавился к тем, от которых он уже страдал.

" В таком случае, чтобы ты не задумал - рассказывай! " - проворчал он невидимому Малфуриону. - " И быстрее! "

Верховный друид рассказал ему, что нужно сделать. Вариан отнесся к словам Малфуриона скептически, но все же принял его предложение.

" Сложить оружие! " - скомандовал он остальным - " Ждите команду отступать! "

Я буду использовать свою силу… - добавил Малфурион. - И начну с тебя, так как это будет самым оптимальным вариантом, а ты потом сможешь связаться с остальными…

" Надеюсь, ты знаешь, что делаешь! Я принимаю зелье, чтобы не видеть сны…"

Это нам не помешает. Мое заклинание все отменит…

Король хмыкнул. Увидев своих изумленных сторонников, Вариан неохотно закрыл глаза… И мгновенно заснул.

***

Высоко над северной частью Мулгора - расположенный на высоких утесах возле Когтистых гор - находилась столица тауренов. До строительства Громового Утеса, все таурены вели кочевой образ жизни. Лишь недавно, изгнав со своих земель кентавров-мародеров, народ Хамуула наконец-то основал поселение, которое сравнимо с Оргриммаром, Штормградом и другими столицами Азерота.

Основание Громового Утеса состояло из четырех гор с плоской вершиной, а самая большая и густонаселенная находилась посередине. Огромные тотемы тауренов возвышались над постройками, которые отражали многое из прошлого этой расы, словно вечные странники. Даже огромные дома были построены в виде длинных, деревянных конструкций, которые племена когда-то использовали во время зимы, а более мелкие домики, окружающие их, были созданы в виде заостренных палаток из дерева и шкуры животных, которые в течении многих поколений служили повседневным потребностям кочевников.

Таурены выбрали такое местоположение из-за стратегического преимущества, так как горы защищали их от многих врагов. Однако даже эти утесы не смогли их защитить от того врага, который был частью тебя самого…

Сейчас… это слишком хорошо осознал Бейн Кровавое Копыто, сын великого таурена-главы Кэрна. С топором в одной руке и коротким, метательным копьем в другой, он стоял на передовой линии отряда воинов, которые заблокировали мост, ведущий к Среднему уступу, где находился квартал ремесленников, который до недавнего времени процветал. Средней уступ был последним местом, которое отчасти осталось нетронутым среди северных и восточных частей Громового Утеса. Ужас охватил все остальные части города, хотя некоторые там еще могли сопротивляться.

Сын Кэрна сделал выпад копьем в направлении ужасного существа, которое находилось всего в нескольких футах от него, пытаясь без убийства заставить его отступить. Бейн знал этого таурена, он был его бывшим товарищем по имени Гэм. Они бок о бок сражались с кентаврами. С закрытыми глазами и невнятным бормотанием о четвероногих мародерах, сейчас Гэм пытался убыть сына Кэрна, как будто бы он был кентавром.

Гэм продолжал наступать. В конце-концов у Бейна не осталось другого выбора. Его темно-коричневая шерсть и темная грива уже были слипшимися от крови, несмотря на защитную кожу на плечах, спине и руках и Бейн вонзил копье в грудь Гэма.

Со стоном спящий-таурен уронил свое оружие и упал через веревочный мост. Его тело стремительно приближалось к земле и, к счастью, исчезло в ужасном тумане, таким образом спасая Бейна от ужасного зрелища, как разбивается тело его друга. Лифты были недалеко, но не было никакого смысла спускаться вниз.

Разведчики, которых ранее отправил Бейн, не вернулись, хотя должны были отрапортовать давным-давно. Это могло означать лишь одно - что они стали жертвами Кошмара и в настоящее время являются частью угрозы.

Мост задрожал, как только больше спящих рвануло вперед.

" Что же нам делать? " - спросил один из его воинов. По своей природе таурены были мужественным народом, но эта борьба заставила их беспокоиться и держать глаза пошире… которые теперь у них были покрасневшими из-за недостатка сна.

Отец, если бы ты мог направить меня на путь истинный, - подумал Бейн.

Но пожилой Кэрн был среди первых спящих и Бейн не мог ему ничем помочь, но считал, что это случилось не случайно. Большинство тауренов не представляли себе жизни без их уважаемого главы, особенно это касалось Бейна.

Фыркнув, сын Кэрна принял решение. Хотя это и позволит им выиграть лишь немного времени, но другого выхода у них не было. Он начал молиться за тех невинных, которых собирался убить.

" Рубите веревки! " - скомандовал Бейн.

" Веревки? " - спросивший друид выглядел встревоженным.

" Рубите их! " - повторил Бейн, поднимая свой топор над ближайшей веревкой.

Но в тот момент в его голове появился голос.

Бейн Кровавое Копыто… Я - верховный друид Малфурион Ярость Бури, друг Хамуула Рунический Тотем… Я предлагаю надежду на выживание… для нас..

Бейн поблагодарил своих предков, а затем, не беспокоясь о том, что могут подумать остальные, вслух сказал. - " Рассказывай… и скорее…"

Вопрос, который долгое время беспокоил Малфуриона, решился тогда, когда он связался с дальними уголками Азерота, вопрос о том, что же произошло с Далараном. Когда он впервые понял произошедшее, то очень удивился, так как целого города Даларан не было на том месте, где он должен быть. Теперь он парил в воздухе. Обычно ночные эльфы относятся к магам и другим заклинателям, использующих тайную магию, не очень хорошо, но Малфурион, знающий магов лучше, чем многие другие из его вида, в прошлом имел с ними дело с некоторой степенью доверия.

Воодушевленный их удивительными способностями, он пытался связаться с ними - особенно с Ронином, с которым он познакомился десять тысяч лет назад - но обнаружил только то, что даже Даларан стал жертвой Кошмара. На самом деле, Даларан стал его особенной жертвой. Сперва на грандиозных, волшебно-освещенных улицах летающего города Малфурион не заметил ничего, кроме пустоты и тумана. Но как только он начал заходить в различные помещения странной формы, он наткнулся на первых спящих. Их было много, некоторые лежали в своих кроватях, а некоторый лежали там, где их одолело изнеможение. И среди тех, кто лежал в своих постелях, он нашел не только Ронина, но и любимую верховного мага - высшую эльфийку Верису. Хотя Малфурион лично ее никогда не встречал, он знал о ней из рассказов Ронина. Их поймали во время сна. По их лицам даже сейчас можно было понять, что они спят, подобно остальным жертвам, и видят ужасы Кошмара.

Здесь не было ходячих спящих, хотя Малфурион чувствовал, что многие жертвы были почти готовы ими стать. Но какое-то заклинание сдерживало их на своих местах… и в конце-концов он нашел его источник в Аметистовой Цитадели.

Огромное здание возвышалось над всеми остальными. Его основой была огромная башня с меньшими конусообразными дополнениями, которые располагались возле нее. Высоко над остальной частью города, на самой заостренной верхушке, которая была окружена такими же другими пиками, находилось место, которое охраняли мощные магические заклинания.

Минуя их и находящиеся ниже многочисленные фиолетовые шпили, Малфурион связался с теми, кто там находился. Сразу же в его голове возникло одно имя, маг-старейшина Модера. Малфурион увидел образ решительной женщины с короткими седыми волосами и едва заметным хмурым взглядом. Она была одета не в сине-фиолетовые одежды правителей Кирин-Тора, а в серо-голубую броню.

Верховный друид… - откликнулась она очень уставшим голосом. - Так пал не весь Азерот…

Его восхищение тем, как быстро она его узнала, уменьшилось из-за второго утверждения. Маги в этой комнате были совсем отрезаны от внешнего мира.

Наши заклинания удерживают наших собратьев на своих местах… мы едва успели сделать это… мы потеряли нескольких наших людей, когда появились первые спящие… - Она ответила на его вопрос еще до того, как он его задал.

Те маги, которые остались в Даларане, не могли присоединиться к его плану. Так как они делали все возможное, чтобы удержать большинство из своего вида от присоединения к армии тьмы Кошмара.

Малфурион рассказал Модере столько, сколько и Вариану. Модера кивнула, хотя и не выглядела слишком уверенной. - Ты говорил с другими магами за пределами Даларана?

Да.

Она кивнула. Модера была очень уставшей, как и несколько десятков заклинателей возле нее и в других частях цитадели.

Пусть они тебе помогут… и пусть твои усилия сопровождаются удачей…

Боюсь, что твой план - это наш последний шанс…

Малфурион разорвал с ней связь. Он надеялся, что не выдал себя. Возможно Модеру могло удивить его высокомерие, если она узнала, что он действительно готовил для ее коллег-магов и всех остальных, которых он собирал…

Одновременно разговаривая с Варианом, Бейном, Модерой, Малфурион также разговаривал с множеством других. Он разговаривал с шаманом-орком Зором Одинокое Дерево в Оргриммаре, с советником короля Магни в Стальгорне, с троллем-разведчиком Рокхаром - сейчас вынужденный вести группу своего народа, которые были пойманы в ловушку за пределами столицы орков, в безопасное место - и с многими-многими другими. Как тролли, так и несколько других рас отнеслись к расе Малфуриона с враждебностью, но он все равно попытался их убедить. С некоторыми он добился успеха; с некоторыми - нет.

Но он не винил никого из тех, кто отказался от его предложения. Ведь он просил их стать беззащитными перед Кошмаром.

Среди тех, кто согласился, Малфурион до сих пор чувствовал настороженность и беспокойство… до тех пор, пока они не обнаруживали, что их души, по мнению многих, но на самом деле их ментальные формы попадали в то месте, которое большинство из них даже не могло и представить себе. В Изумрудный Сон.

Что это за место? - спросил Вариан за всех остальных.

Будучи также в ментальной форме, Малфурион объяснил, - Это место, где встречаются спящие и бодрствующие… когда-то было местом мирного общения, но сейчас почти полностью захвачено Кошмаром…

Тогда… зачем ты нас сюда перенес? Лучше бы мы погибли на наших собственных землях. - Многие с этим согласились.

Потому что только здесь мы можем изменить сложившуюся ситуацию… только здесь можно применить ваше оружие…

Это были те слова, в которых они нуждались. Однако, даже в этом случае, многие стали делиться в зависимости от расы и фракции. Но этого нельзя было допустить, так как Малфуриону они нужны были, как единое целое.

Вас всех поведет Вариан… - решительно заявил он.

Но король с презрением посмотрел на окружающих его орков. - Я не буду вести за собой эту мерзость! Пусть Кошмар поглотит их всех и будь они прокляты…

Также как были поглощены твой сын и многие другие в Штормграде? Только победив Кошмар, у тебя будет шанс вернуть Андуина… а победить его можно только в том случае, если работать будут все вместе…

Я… - в Вариане явно боролись между собой ненависть и любовь. И любовь победила. - Хорошо… пусть будет так…

Однако теперь многие из Орды не хотели присоединяться к войску во главе с Варианом. Но затем лидер тауренов Бейн стал рядом с человеком. - Я полагаю, что этот человек, который был выбран другом моего народа, будет с честью относиться ко всем нам…

Заявление таурена заставило передумать тех, кто не хотел присоединяться. Малфурион поблагодарил таурена, а затем сосредоточился. Он начал искал тех, кто с самого начала пытались бороться с Кошмаром. Их оказалось намного меньше, чем он ожидал и этот факт его очень обеспокоил. Он связался с духом Зейтара.

Малфурион Ярость Бури? - удивленно спросил брат Ремула с надеждой в голосе.

Ночной эльф впустил его в свои воспоминания, мгновенно предоставляя духу возможность узнать все, что его интересовало. Надежда Зейтара почти разрушилась. - " Мой брат? "

- " У меня нет о нем никаких известий. "

Зейтар больше ничего не спросил о своем брате, хотя отсутствие новостей явно беспокоило его. Он согласился с планом Малфуриона, как только увидел, что задумал верховный друид, но задал один последний вопрос, - " Все те, кого ты перенес сюда, к нам… действительно ничего не подозревают о твоих настоящих намерениях? "

" Да, действительно… и если они ничего не подозревают… то, возможно, и Кошмар тоже ничего не знает…"

Дух больше ничего не сказал насчет плана. Вместо разговоров, Зейтар связался с Варианом. Королю хорошо удалось скрыть свое удивление, когда он почувствовал отдаленное присутствие Зейтара.

" Ждите нас", - пообещал он брату Ремула.

Король Штормграда поднял свой меч - который на самом деле был частью его ментальной формы - и повел свое войско вперед.

Верховный друид уставился на Вариана, когда тот двинулся вперед. На мгновение показалось, что выражение лица Вариана стало совсем не человеческим. А волчьим. В голове возникло имя древнего духа, которого почитали многие расы, включая ночных эльфов.

" Голдринн" … - подумал Малфурион, вспоминая легендарного Древнего.

Белый волк убил не одну сотню демонов во время войны Древних, пока не погиб от их огромного количества. Однако говорят, что его дух продолжает жить, наблюдая за теми, кому он покровительствовал.

" Возможно, ты один из тех, кому покровительствует Голдринн", - заключил верховный друид, исходя из того, что увидел. - " Пусть сам Голдринн охраняет тебя и всех тех, кто идет навстречу нашему врагу…"

И как только армия из ментальных форм двинулась навстречу Кошмару, остальные, которых призывал на помощь Малфурион и другие друиды, начали также присоединяться к ним. Своим многогранным зрением Малфурион видел, как приходили не только древние, для которых война была призванием, но и многие другие. Их было также много как и видов деревьев в Азероте и хотя многие только начинали изучать свое призвание, они все были сильными защитниками реального мира. У некоторых были крылья, у некоторых - когти и хотя их было не так уж много, но каждый из них представлял собой огромнуюную силу.

И они были не одиноки. С ними пришли древни. Очень похожие на леса, которые они охраняли, древни были меньше и слабее древних, но от этого важность их присутствия не уменьшалась. По количеству их было больше, чем древних, и Малфурион радушно встречал в их составе дриад, лесных защитников и могущественных дочерей пропавшего Ремула.

Появились десятки гиппогрифов, которые присоединились к воздушным силам, состоящих из грифонов, гигантских бабочек, птиц-падальщиков, дракондоров и многочисленных красных, зеленых и даже синих драконов. Хотя во главе драконов были не их многоуважаемые Аспекты, они все равно хорошо разбирались в бою. Три вида драконов летели отдельно друг от друга, у каждого из них были свои собственные методы борьбы, вдобавок к их сильным челюстям и когтям. Синие драконы обладали магическими заклинаниями потрясающей силы, красные - извергали жгучий огонь, а зеленые, конечно же, пользовались своими способностями сновидений.

Кобольды и другие враждебные ко всем существа также согласились по крайней мере присоединиться ко всем остальным. Грозные медведеподобные фурболги, которым было бы комфортнее находиться среди диких животных, чем в войске Вариана, зарычали в ожидании заключительного боя.

Гигантские пантеры, клыкастые кабаны, ужасные василиски, кроколиски, гиены и другие животные, многие из которых были согнаны сюда более разумными рептилиеподобными хищниками, были всего лишь частью собранного легиона животных. Так как друиды и остальные также привели с собой животных, которые не догадывались об основной причине предстоящей битвы, но они точно знали, что их жизни и потомство были под угрозой.

Малфурион был признателен всем, все больше и больше осознавая то, что каждый из них имел решающую роль и что он нуждался в них также, как и они нуждались в нем.

Среди последних присоединившихся, хотя и в меньшем количестве, чем ожидалось, даже Отрекшиеся были готовы оказать свою помощь. Они стояли рядом со своими союзниками из Орды, дожидаясь своей возможности нанести ответный удар.

Малфурион наблюдал за всем происходящим, чувствуя одновременно благодарность и сожаление. Только Зейтар знает правду. Только Зейтар понял то, что все это может стать бесполезным, если верховному друиду не удастся сделать задуманное.

Думая о духе, ночной эльф также задумался о Ремуле. Он никак не мог почувствовать сына Кенария. Малфурион надеялся найти Ремула с помощью заклинания и не ожидал ничего хорошего. Но только там, где во Сне господствовал Кошмар, появились места, которые были защищены от верховного друида… и если Ремул находился именно там…

Малфурион волновался не только о пропавшем хранителе, хотя его огромная сила смогла бы существенно увеличить их шансы. На самом деле, сын Кенария был даже не первоочередной из его задач. Главнее всего для него была и всегда будет Тиранда, которую он подвел уже не один раз.

Тиранда…

Когда он думал о ней, то на какое-то короткое мгновение почувствовал какое-то присутствие. Он не сомневался в том, что это была она, что это могла быть только она. На протяжении десяти тысяч лет Тиранда всегда была с ним. Она не покидала его даже тогда, когда он снова и снова оставлял ее ради призвания друида. Если сейчас она погибнет… то прожитые врозь годы будут испепелять его душу. Прежде всего, по его мнению, единственной причиной их расставаний был он.

От таких мыслей Малфурион поневоле начал дрожать, вдобавок ко всему он осознал, что она стоит в тени дерева, которое было его возмездием… и что даже дар матери Луны не позволил бы ей связаться с ним даже той мгновенной связью.

Повелитель Кошмара манил его к себе.

Верховный друид заставил себя вернуться в свое тело. Он почувствовал огромное облегчение со стороны Бролла и Хамуула после своего возвращения. Также он почувствовал кого-то еще возле них… кого-то, кого здесь не должно было быть.

Малфурион вскочил на ноги, как только смог контролировать свое тело. Бролл и таурен удивленно отпрянули назад.

" Шан'до, с вами все в порядке? Что-то случилось? "

Но Малфурион ничего им не ответил, вместо этого он повернулся лицом к той неожиданной опасности, которая угрожала им всем. Тройка попала в тень той опасной фигуры. Она не улыбалась, а угрюмо кивнула в сторону Малфуриона. В одной руке, он держал длинное копье, которое было сделано из ветки. А в другой руке…

Его вторая рука - полностью, прямо до плеча - была скрученной и увядшей, и напоминала гниющую ветку дерева.

Перед ними стоял Ремул, хранитель леса, сын Кенария, который шагал вперед на своих четырех лошадиных ногах. То ощущение весны, которое когда-то возникало от него самого, теперь изменилось на зимний холод, который исходил от Владыки леса. Его кожа стала серой, а листья в его волосах высохли и превратились в коричневые.

" Я рад, что нашел тебя здесь, Малфурион. " - Ремул показал изуродованную конечность, а затем прогрохотал, - " Я был в самом сердце Кошмара… и если у тебя есть сила и дух, то мы с тобой должны немедленно туда вернуться… иначе все будет потеряно…"


 



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.