Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Аннотация 28 страница



— По идее, должен выставить команды. Как в прошлый раз.

— Но собаки надоели. С людьми интереснее.

— Говорят, трупы будут сжигать. Построили крематорий.

— Ради этого крематорий строить? Обычно в серную кислоту…

— Спорю, Томас вызовет добровольца.

— Только придурок может выйти. Против Томаса никто не устоит. Чего стоит его «два за один».

— Что? — Нэд вновь выплыл из паутины размышлений, повернул голову к спорящим. — Что значит — «два… за один»?

— А это, — любезно пояснил Саманец, — когда человеку снимают голову и разваливают пополам от шеи до ног. Причем одним ударом.

— Есть такая легенда. В средние века в Европе жил рыцарь…

— Не ври! В Европу он приехал из Ругии. Наш он был…

Саманец отмахнулся, увлеченно продолжил:

— В общем, жил рыцарь. Герой крестовых походов. Трегольд Красный. Красный — прозвище, потому что из его убитых противников кровь хлестала, как из фонтана. Так вот, он мог обезглавить человека и разрубить одним ударом. Его меч потом в музее выставили. Как доказательство героической жизни знаменитого воина. Томас о легенде услышал, достал себе доспехи и меч и тренируется. Хочет повторить подвиг. Но пока не выходит.

— Да хрен у него выйдет! Это как одним ударом сразу и голову, и тело? Получается крест-накрест.

Саманец махнул рукой, увлеченно добавил:

— Уже ставки делают на то, когда Томас покажет удар. Ставка сейчас сто штук. Представляешь?

Нэд попробовал. Но вместо кучи денег перед глазами встал одетый в сверкающие доспехи рыцарь. С непокрытой головой, с длинным мечом в руках и удивительно знакомым лицом. Что-то не очень приятные воспоминания связаны с ним.

— Стоп! — скомандовал Борис. — Приехали. Выходим…

Куратору третьего направления Сварду Срочно.

В течение последних суток сканер дважды фиксировал пиковые значения фона. Вероятность обнаружения — 88%. Каждый сеанс обнаружения длился около трех минут. Кроме того, во второй раз сканер высветил второй источник фона. Место обнаружения — северная часть Ламакеи. Анализатор определяет показатели фона как мощные источники излучения, причем первый превосходит ламакейский в три раза. Каждый раз после исчезновения сканер фиксирует слабые колебания, распознаваемые как проявление нового контура. Последующая проверка аппаратуры показывает наличие сбоя в программе и мощного помехового сигнала.

Никаких иных данных аппаратура не выдает. Технической группой проводится постоянная настройка и калибровка сканера, анализатора и установки контроля целиком.

Космический спутник «Венро» к запуску готов. Скрытность вывода обеспечена. Проверка всего ПСД по плану «1-2» проведена.

Начальник станции Обер-официал Уверан.

21. 06. 96.

Обер-официалу Уверану Согласно распоряжению директора управления приказываю:

1. Спутник «Венро» на орбиту впредь до особого распоряжения не выводить.

2. Немедленно свернуть все поисковые работы. Оперативные группы, выполняющие задания, оповестить о возвращении в кратчайшие сроки. При необходимости обеспечьте эвакуацию всеми доступными средствами.

3. Усилить охрану станции.

4. Подготовить станцию к экстренной эвакуации.

5. Держать контур в режиме ожидания постоянно.

6. Об исполнении каждого пункта донесите не позднее 12 часов с момента получения сообщения.

Куратор третьего направления Свард.

Прочитав послание, Уверан передал лист Ночару. Тот только приехал и вошел в кабинет обер-официала, не успев смыть грязь и пот с лица. Пробежав строки, фыркнул, бросил листок на стол.

— Как?

— У меня такое впечатление, что они сами не знают, чего хотят. То активизируйте, то прекратите!

— Мне кажется… — Уверан скатал бумажку в тонкий рулон и тер пальцами. — Там перепуганы возможностью прорыва сюда наших противников. Отсюда и противоречия в приказах.

Ночар пожал плечами. На покрытом загаром и пылью лице возникло выражение досады.

— Спутник мог облегчить поиск.

— Поиска не будет.

— Знаю. Потому и горюю. Когда поступит приказ возобновить поиск, у нас не останется запаса времени. И опять начнутся гонка и нервотрепка.

— А когда было иначе? — философски заметил Уверан и развел руками. — Жизнь на нервах — это единственное удовольствие, доступное нам круглосуточно…

— Рабов-новичков только в групповые бои поставили. — Саманец в бинокль рассматривал поле стадиона. — И то с оружием.

— А какой от них толк без оружия?

Светловолосый здоровяк Артем пробасил:

— Ролка ставит на наемников вроде Томаса.

— Да, — согласился Саманец. — Это зрелище.

Водители устроились на нижней трибуне неподалеку от ворот, откуда выходили очередные бойцы и технический персонал, обслуживающий мероприятие. Мимо то и дело пробегали помощники главного распорядителя боев с тряпками, носилками и ведрами. Под конвоем выводили на арену гладиаторов. Тут же стояла охрана рабов — с десяток вооруженных боевиков.

Сегодняшняя программа «забоя» подходила к концу. После небольшого перерыва на арену выйдут профессионалы. У них в основном бои с холодным оружием и схватки против нескольких противников из числа лучших бойцов-рабов.

Нэд, впервые смотревший «забой» со стороны, с интересом вертел головой. Зрелище было потрясающим.

Огромная чаша стадиона вмещала не меньше пятидесяти тысяч человек. Но сейчас здесь сидело около двух-трех тысяч зрителей. В основном боевики Ролки и его сторонников. А кроме них, любители острых ощущений из разных стран, торговцы, вольнонаемные рабочие, водители вроде компании Бориса. Было несколько групп журналистов, на разных концах поля установлены видеокамеры, у самой арены толпились фоторепортеры. Удачный кадр попадал на страницы популярных изданий на Западе, где Зона была в моде, а различные «забои» по рейтингам опережали блокбастеры и знаменитые ток-шоу.

Старое футбольное поле разделили на две части и огородили четырехметровой сеткой. На одной части установили помост, там проходили бои профессионалов, работавших в основном один на один, на другой насыпали песок и поставили дополнительное ограждение. Здесь бились рабы с такими же рабами, со зверями; группа на группу, с оружием и без.

Стадион освещали шесть мощных прожекторов, позволявших проводить «забои» даже ночью. Ролка электричество не жалел, все окупалось с лихвой.

Для хозяина Прайды и особо важных гостей установили специальные кабинки из стеклянных бронепакетов с зеркальной тонировкой. Кроме диванов, столиков под еду и питье, каждое место оборудовано подзорной трубой для удобства наблюдения. Верхние ряды трибун занимала охрана, внимательно наблюдавшая за зрителями: десять снайперов и двадцать автоматчиков.

Это было крупнейшее в Зоне место, где проводились «забои». Даже довольно знаменитая арена в Ягдари не шла ни в какое сравнение с Прайдой. Стадион приносил Ролке прибыль, сопоставимую с прибылью от торговли наркотиками, оружием и электричеством вместе взятыми. Главарь самой крупной банды «шерифов» был не только удачливым боевиком, но и хорошим бизнесменом.

…Двадцать лет назад бывший боцман торгового судна Ролло Грентов продавал импортный ширпотреб в портовом городе на южном побережье. Когда мятежники бежали за Маног, а огромные земли остались без хозяев, он одним из первых смекнул, какое золотое место — новообразованная Зона. Имея связи в криминальных кругах, без проблем сколотил небольшой отряд и рванул в самый крупный из оставленных городов. Последующие три года его банда не вылезала из стычек с конкурентами. Шел раздел территории. Ролло — к тому времени уже Ролка

— залил кровью все окрестности, но не пустил никого в свой город.

На сегодняшний день он хозяин самого богатого района. Кроме наркотиков, оружия, техники и рабов, Ролка имеет еще один источник дохода. Под городом практически в первозданном виде осталась ГРЭС. Электричества хватало не только на город, но и на все окрестности, фабрики, заводики и иллюминацию.

Ролка снабжал электричеством соседние города, благо линии ЛЭП note 33 уцелели. Он держал под контролем все трассы центра, контактировал с разведками Ламакеи и Магриба и по праву считался самым богатым в Зоне.

Под ружьем у него около двухсот головорезов, и почти столько же готовы прийти по первому зову. С такой силой вынуждены считаться даже военные Ругии. Обе трассы, по которым возили грузы на форпосты, обходили Прайду по широкой дуге.

Умный, хитрый, властный, самолюбивый, Ролка цепко держал власть в своих руках. Он пошел на контакт со спецслужбами, зная, что это принесет ему дополнительные дивиденды. Он собирал вокруг себя соседей, рассчитывая прибрать к рукам их территории. Он делал все, чтобы быть хозяином не только Прайды. Некоронованный король Зоны имел многое и рассчитывал получить еще больше…

Они уже второй час торчали на трибуне, наблюдая за мясорубкой на поле. Зрелище захватило всех, даже Нэд поддался всеобщему азарту, глядя на арену. Он оценивал работу гладиаторов, подмечал слабые стороны бойцов и почти безошибочно называл победителя задолго до конца схватки.

Вовсю работал тотализатор, и водители шуршали купюрами, делая ставки. Борис и Саманец выиграли по тысяче долларов, а Макс и Яромир, наоборот, просадили по триста баксов.

— Все! Если эти козлы сейчас не выиграют, я больше ставить не буду!

— в сердцах заявил Макс.

— Брось это дело! — Каштан — флегматичный парень богатырского телосложения с вечной улыбкой на лице — невозмутимо потягивал пиво из банки. — Подожди до вечера. Там все бойцы знакомые, легче угадать…

Макс досадливо отмахивался и совал деньги агенту, собирающему ставки на этой части сектора.

— На тех, в дальнем углу. Сто.

— В дальнем? А-а… первая команда. Понял.

— Стой! — Макс мучительно наморщил лоб. — Вот еще сотня. На вторую команду.

Агент убрал деньги и заспешил дальше. Макс сделал было шаг следом — забрать вторую ставку, но потом передумал, махнул рукой и сел на скамейку. Каштан добродушно улыбнулся и протянул товарищу банку.

— Не журись. Выиграешь.

Борис обернулся к ним, растянул губы в усмешке. Половину гонорара его парни точно оставят на стадионе. Будут сговорчивее, когда подойдет время следующего рейса.

…Сейчас, днем, дрались рабы и вольнонаемные бойцы из начинающих. Им надо зарабатывать авторитет, имя. Чтобы потом ушлые промоутеры заметили их старание, ловкость и живучесть и взяли к себе, начали вкладывать деньги в подготовку. Если повезет и в первых трех-четырех боях не убьют, можно рассчитывать на неплохие гонорары за каждый последующий выход. А там при удачном стечении обстоятельств вполне реально выйти на уровень сотен тысяч долларов за схватку. По крайней мере именно так начинали нынешние короли «забоя» — Медведь, Тиран, Томас, Белый…

И поэтому новички из кожи вон лезли. Трещали кости, рвалась плоть, фонтаном била кровь. Предсмертные крики тонули в воплях радости и страсти, стук палок и скрежет клинков исчезал в реве динамиков.

Бились рабы, выпущенные на потеху, заводя себя матом и криком, спасая жизнь, чтобы потерять ее в следующих боях. Статистика была неумолима: один-два боя — и самый удачливый невольник-гладиатор падал на мокрый от крови песок, добавляя своей. Спасались те, кто получил травму в первом бою. Достаточно тяжелую, чтобы не позволить продолжить смертельную игру, но не настолько, чтобы хозяин решил добить, а не лечить.

Мимо них вновь пробежали рабочие с носилками. Очередного неудачника несли в подсобное помещение. С носилок свесилась рука, голова залита кровью, левая часть сплющена, глаз вытек. Видимо, угодили палицей — бейсбольной битой, усеянной гвоздями.

Нэд сплюнул, повернул голову к полю. Там работала последняя перед перерывом пара. Потом короткий антракт и второй заход.

— Пошли перекусим. — Борис вышел в проход. — Что-то желудок подводит.

— А я после всего на еду смотреть не могу. Выворачивает.

— Ничего. Увидишь шашлык — сразу полегчает…

На поле более удачливая пара спешно добивала противника. Торопились не от усердия, а от животного ужаса и страха. Пленники спасали свои жизни ценой чужих.

Нэд первым последовал примеру Бориса. Уши заложило от криков и визгов, нос раздражал сильный запах крови и внутренностей. Со стороны смотреть на «забой» не намного легче, чем драться самому.

Небольшое кафе, одно из сотни подобных заведений, окруживших стадион, было забито битком. Впрочем, кафе это назвать сложно. Навес из брезента, десяток столов, стулья, в дальнем углу кухня: две микроволновки, два мангала, три холодильника и большой ящик с припасами.

Водители успели занять места и не спеша поглощали пережаренное мясо, именуемое шашлыком, заедая его зеленью, тонкими лепешками, именуемыми лавашем, и запивая пивом. Пережевывая жаркое, делились впечатлениями, спорили, кто победит в следующих боях, и прикидывали, на кого ставить.

Рядом, за соседними столами, шли такие же разговоры. Чаще других называли имена Тирана, Томаса, Черного Тарантула и Медведя как вероятных победителей «забоя».

Нэд успел опустошить тарелку и ждал второй. Про себя удивлялся — столько вооруженных боевиков, разгоряченных спиртным, но стрельбы не слышно. Умеет Ролка держать порядок, ничего не скажешь. И не боится в такой момент, когда идет война в Зоне, приглашать столько гостей.

…Дело шло к вечеру. Солнце постепенно уходило с неба, тени от домов росли на глазах. К стадиону все прибывал народ. Импровизированная ярмарка закрылась, торговцы и покупатели спешили занять места на трибунах. Впереди самое интересное.

Мощные динамики рвали воздух децибелами.

— Скоро, скоро, скоро! Самые сильные, самые могучие, самые непобедимые! Раз в год здесь собираются лучшие из лучших! Раз в год у вас есть шанс получить небывалый выигрыш! Правил нет, времени нет, выживает только сильнейший!!! Делайте ставки!

Нэд усмехнулся, услышав знакомые призывы. Так же орали в Ягдари, когда он выходил на ринг.

— Слушай, где тут отлить?

Рядом пританцовывал Макс, глядя по сторонам. Борис кивком указал на арку возле одного из входов на стадион.

— Там. Налево и дальше еще налево.

— Угу… — Макс поспешил в указанном направлении.

— Не задерживайся. А то ставки не успеешь сделать! — крикнул вслед Яромир.

Саманец и Нэд последовали за Максом. Часть подсобных помещений стадиона располагалась в подвале, на нижних этажах. Полутемные узкие коридоры, в которых пахло сыростью и кровью, выглядели жутковато. На полу видны коричневатые пятна, обрывки одежды, окрашенные в бурый цвет. Судя по всему, через этот проход выносили с поля тех, кто уже отыграл свое.

— Черт! — Макс поскользнулся, едва не упал, с брезгливостью посмотрел на пол и побледнел. — Твою мать!

Под ногами блестела лужа блевотины, а рядом порванные кишки в слизи и крови.

— Пошли быстрее, не то меня стошнит.

Навстречу вышли несколько человек со швабрами и ведрами в руках. Их сопровождал бандит. Он настороженно посмотрел на водителей.

— Кто такие? Куда претесь?

— В сортир. Не видишь?

Бандит глянул на Нэда, перевел взгляд на автомат, нахмурился.

— Топайте дальше и направо.

— Да? А мне сказали, налево…

— Налево не пройти. Там свалка.

Он дал команду, и рабочие пошли дальше. Сам еще раз окинул водителей пристальным взглядом и потопал прочь.

— Типчик… — Макс усиленно тер подошвой о пол. — Какая свалка?

— Видимо, свалка трупов.

— Да? — Макс недоверчиво глянул на Нэда. — Этого не хватало. С меня довольно трупов на поле.

— Под ноги смотри.

Они нашли туалет скорее по запаху, чем по указаниям. Отхожее место было едва ли в лучшем состоянии, чем коридор. Судя по всему, бандиты пользовались другим, а этот оставили для персонала и рабов. И для недотеп-водителей.

У выхода из коридора Нэд задержался, глядя, как трое рабочих перетаскивают трупы в длинный трейлер. Процесс утилизации сильно напоминал тот, что он наблюдал в Ягдари.

— Эй, парень! — произнес за спиной усталый голос. — Посторонись.

Глухо звякнуло, словно что-то железное поставили на бетонный пол. Нэд повернул голову, глядя, как рабочий замывает шваброй пол. Тот последний раз провел тряпкой по бетону, поднял ведро и, прихрамывая, зашагал дальше. Подойдя к Нэду, вздохнул и поднял голову. Взгляды встретились. На Нэда, слегка прищурясь, смотрел Мечислав.

Шифрованное донесение в отдел контрразведки центрального штаба форпостов Срочно.

Пришедший после операции в сознание пленный, взятый на месте боя у брода, дал следующие показания.

1. Колонна из десяти грузовиков должна была провезти груз в Прайду через Конек. Старший в колонне некто Борис, опытный водитель, занимающийся перевозками по Зоне.

2. Содержимое груза ему неизвестно.

3. Охрану колонны осуществляли сорок два боевика из банд Конска и Баюра под командованием Кортиша — старшего группы из отряда Хмеля.

4. Ранее было отправлено четыре каравана, но прошли два.

5. Дальнейшую судьбу груза после прибытия в Прайду он не знает.

6. Полностью маршрут движения от границы с Ламакеей до Прайды он не знает, смог показать путь, проделанный от Ловшана до места боя.

Пленный особо заявил, что является водителем и не воевал с правительственными войсками Ругии.

На сегодняшний день пленный находится в отдельной палате под постоянным контролем. Операция прошла успешно, пуля извлечена из раны. По заверения врача, он сможет встать на ноги через три недели.

Начальник отдела контрразведки четвертого форпоста капитан Крунгов.

Капитану Крунгову Срочно. Особо секретно.

По переданным вами фотографиям и словесному описанию пленного нами он был опознан как Влад Веский, специальный агент ГСБ Ламакеи. Предположительно Веский был внедрен в команду водителей около трех лет назад.

Личное дело Вескина будет вам передано.

Под вашу личную ответственность:

— проведите допрос Вескина с целью выяснения поставленного перед ним задания;

— выясните все связи в Зоне и на севере Ламакеи;

— выясните каналы связи с руководством, коды и шифры, а также принцип выхода на связь.

Для помощи в обеспечении получения информации к вам будет направлен наш сотрудник.

Дополнительно организуйте полную изоляцию Вескина и его безопасность. А также исключите все возможности для самоубийства и передачи информации за пределы госпиталя.

О результатах допроса немедленно информируйте штаб.

Начальник отдела контрразведки центрального управления форпостов полковник Смушкевич.

После нескольких секунд изумленного молчания Нэд выдохнул:

— Ты? Ты как сюда попал?

На лице Мечислава было написано не меньшее удивление. Он шагнул ближе, споткнулся о ведро и едва не упал вперед. Нэд придержал его за плечо, легонько встряхнул.

— Нэд… — наконец обрел голос Мечислав. — Жив?!

— Живой… а с чего ты взял, что я погиб?

— Мы думали… черт! — Мечислав бросил швабру, потер лоб, огляделся по сторонам. — Ты тогда уехал, потом стрельба, потом пришла армейская колонна. Нас забрали с собой, повезло, что Дору опознали…

— А потом? Я видел ее по телевизору, думал, и ты вернулся в Ругию.

— Не вышло. Сначала лежал в госпитале, контрразведка взяла в оборот. Правда, потом отстали. Ногу подлечили, и я хотел махнуть на север.

— Но сюда? Как ты угодил сюда?

Мечислав тоскливо вздохнул, махнул рукой, мрачным голосом ответил:

— Не повезло.

За поворотом раздались шаги, Мечислав вздрогнул, ухватил Нэда за руку и потащил в небольшой закуток под лестницей, что вела наверх. Мимо кто-то прошел, топая подкованными ботинками.

— Нас поймали у Абты. Вчера утром. Есть такой хутор в восьми километрах от второго форпоста. Мы шли на четырех машинах и заскочили на минуту, спросить обстановку. Хозяева с армейцами связь держат. А там засада. Из всей колонны выжили только шесть человек. Один убежал, а я не ходок. Ну и привезли сюда. Двоих в «забой» отправили, а меня и еще троих оставили убирать здесь.

Нэд слушал, раскрыв рот. Кто-то в форпосте сошел с ума — лезть на четырех машинах в пасть бандитам. И это в разгар бойни!

— Да, я слышал. Не повезло вам. Вышли бы на день позже, может, и проскочили бы. А так попали под раздачу.

— Какую раздачу?

— Боевики специально устроили нападение, чтобы оттянуть внимание армейцев от каравана.

— Какого каравана?

— Не важно… — Нэд лихорадочно соображал, что делать. Теперь надо обеспечить уход двоих, а это сложнее, учитывая физическое состояние Мечислава.

— Ладно. Это мелочи. Надо выбираться…

— Как? — уныло спросил Мечислав. — Отсюда не уйти. Это же Прайда! Столица Зоны! Тут народу словно пчел в улье.

— Ерунда.

Черт! В голову ничего путного не лезло. Пешком далеко не удерешь. Нужна машина. На ярмарке наверняка кто-то торгует тачками, но сейчас ярмарка закрыта, все двинули на стадион. Если только угнать… Заметят, пустят погоню. Еще город перекроют. И опять, с недолеченным Мечиславом по оврагам и кустам не уйдешь.

Мечислав смотрел на Нэда со вспыхнувшей надеждой. Загадочный приятель, обладающий способностью пропадать и возникать словно из-под земли, одним своим видом внушал надежду.

Он изменился, недавний раб и гладиатор. Вид завзятого боевика, уверенность в словах и жестах. И автомат придерживает привычным жестом, словно носит его всю жизнь. Кто же он на самом деле?

— Ты дорогу отсюда на север знаешь?

— Н-нет. Я же здесь впервые. А лейтенант знает.

— Какой лейтенант?

Мечислав охнул, закрыл рукой рот, глянул по сторонам.

— Вот блин! Проболтался. — Голос упал до шепота. — С нами был. Когда раздолбали машины, его контузило. Мы его оттащили в овраг, там нас и поймали. Повезло, что форму не надел. Бандиты думают, что он тоже водитель.

— Где он?

— Там. — Мечислав махнул рукой в сторону коридора. — Там еще комнаты, тоже убирать надо. Оружейная, хозяйственная подсобка…

— Оружейная?

— А-а… орудия для «забоя». Дубинки, палки, палицы. Есть несколько старинных мечей и еще какое-то средневековое оружие. Выдают рабам и начинающим волонтерам. Вчера мы целый день от крови и мозгов отмывали.

— Вчера? Ах да, «забой» начался вчера.

«Бандиты впопыхах не решили, что делать с пленниками. Если завтра рабы в «забое» закончатся, их погонят на поле. Значит, уходить надо немедленно…»

— Пошли. Спросим твоего лейтенанта, как лучше уйти отсюда.

— Да, — машинально ответил Мечислав, но, пройдя несколько шагов, остановился. — Постой. Ты что, хочешь вдвоем уйти?

— А что?

— Да как-то… Что же, бросать ребят?

— Нам бы двоим уйти.

Мечислав покачал головой, хотел возразить, потом передумал. Нэд и так рискует, вытаскивая его. Просить за кого-то он не мог.

Сверху раздались звуки музыки и призывы распорядителя занимать места. Начиналось самое интересное.

Гулкое эхо шагов летало от стены к стене. Освещение было плохим, слабые лампочки едва разгоняли тьму по углам. Пахло сыростью и плесенью. И этот запах в совокупности с тьмой коридора вновь выдрал пласт воспоминаний. Где-то он уже видел подобное. Шагал по пустому коридору, настороженно глядя по сторонам, сворачивал за угол и вновь топал, вдыхая сырость.

Они свернули в очередной раз и оказались в просторном помещении, освещенном не в пример лучше. Половину комнаты занимала клетка, отгороженная железной решеткой. Дверь клетки открыта. В дальнем углу сложены носилки, ведра, тряпки и огромные веники. К стене приделана раковина, из ржавого крана капала вода. Внутри работали несколько человек.

Услышав шаги, работавшие подняли головы.

— Привет! — Молодой парень с багровым шрамом поперек лба окликнул Мечислава, но заметил Нэда и испуганно воскликнул: — О!

Остальные прекратили работу, мрачно поглядывая на визитера.

— Валеир, — позвал Мечислав, — тут с тобой хотят поговорить.

Из угла вышел молодой человек в испачканном спортивном костюме, высокий, плечистый, с уверенными жестами и строгим взглядом. Даже старая одежда выдавала выправку военного человека. Как бандиты могли принять его за водителя, непонятно. Либо не приглядывались, либо было не до того.

— Что надо?

Нэд шагнул вперед, жестким голосом спросил:

— Дорогу от Прайды до Валдана знаешь?

Валеир пожал плечами, настороженно глянул на Нэда.

— Да нет…

— Не ври. Офицеры форпостов знают карту Зоны наизусть. Все дороги, повороты, мосты, леса, болота, места возможных засад.

Валеир бросил на Мечислава презрительный взгляд, разочарованно выдохнул.

— Сказал?! Жизнь покупаешь?.. — В голосе слышалась обреченность.

Нэд жестом остановил вспыхнувшего Мечислава, поправил автомат.

— Дорогу знаешь?

— Знаю. — Валеир вскинул голову, прямо посмотрел на Нэда. — И что? С каких это пор бандиты забыли свои владения?

Нэд вновь одернул Мечислава, отчетливо произнес:

— Я не боевик.

В глазах Валеира промелькнуло недоверие. Он хмыкнул:

— А откуда это видно?

— Я его знаю. Давно. Это Нэд, он был рабом у Виконта в Кахове, как и я. А потом стал гладиатором и водителем.

Из угла клетки вышли два пленника. Один — ровесник Нэда и, судя по всему, тоже переодетый военный, второй старше, ниже ростом, с мрачным выражением лица.

Валеир с интересом смотрел на Нэда, перевел взгляд на оружие, недоверчиво сказал:

— Что-то не очень похож он на водителя и раба.

— Я не раб давно. Я вольный водитель. Знаешь, что это значит?

— Водишь караваны из Ламакеи в Зону.

— Верно. Я хочу уйти в Ругию. С Мечиславом. Карты у меня нет, да и по карте много не накатаешь. Даже полсотни километров.

— По Зоне и пяти не проедешь, — согласился Валеир.

— Если хочешь, поехали вместе.

— На чем?

— Это моя забота. Уедем сегодня, часа через два-три. Как только я найду машину.

Молодой парень подошел ближе.

— А как вы докажете, что не хотите нас подставить? Бандиты любят поиздеваться над пленниками. Мы слышали…

— Вон мой гарант. — Нэд кивнул на Мечислава. — Он вам и расскажет.

— А?..

— Хватит! Кто не хочет, может остаться, я никого не неволю.

— Я точно говорю, он свой. — Мечислав подошел к Валеиру. — Нам надо уходить, иначе…

— Иначе и вас погонят на арену. Не сегодня, так завтра. Можете поинтересоваться у Мечислава, каково это. Сейчас… — Нэд глянул на часы, — девять вечера. Через два часа я приду сюда. Максимум — через три. Вы будете здесь?

— Не знаю. — Валеир вроде поверил Нэду. — Нас могут послать убирать другие коридоры. Но потом мы вернемся сюда сложить инвентарь.

— Значит, здесь. «Забой» идет до полуночи, а потом еще пьянка. До этого времени постарайтесь не влипнуть в переделки и не злите бандитов.

Нэд хлопнул Мечислава по плечу и зашагал прочь. Ему в спину смотрели четыре пары изумленных глаз.

«Машину может дать Борис. Или продать. Подержанный «мустанг» стоит пять-шесть штук, денег хватит. Нужно еще оружие… и хоть какие-то припасы. Ларьки работают до утра, проблем не будет… Черт, всего шесть дней прошло с момента расставания, а словно месяц пролетел… Если повезет, мы выскочим из города, а там как кривая вывезет. Боевики заняты на юге, связывают форпосты, погони не должно быть. Если, конечно, на перехват не выйдут сообщники Ролки. На севере только Дарик. Он может и не выходить на перехват. А к востоку — Арзан. Там Грав, друг Ролки. И Эрик. Этот плюет на всех. Пойти на временный союз с Ролкой может, а по его слову устраивать облаву — нет. Больше до Валдана сторонников Ролки нет. Могут шастать отряды его врагов, тоже не подарок…»

Он свернул за угол и нос к носу столкнулся с тремя боевиками, стоявшими у выхода из коридора.

— Эй, ты чего здесь делаешь? — окликнул старший — матерый бандит в черной бандане на голове и кожаной безрукавке на голое тело. — Ну-ка иди сюда.

Нэд шагнул вперед, осматривая троих боевиков. Все при оружии, но оно висит на плече или в кобуре, позы расслаблены, выражения лиц спокойные.

— Кто таков? — Тон бандита упал, по виду он опознал своего коллегу.

— Из чьей команды?

— Все путем, кореш, — усмехнулся Нэд, выдавливая улыбку. — Свои.

— Откуда свои? От Хмеля, что ли?

Это могла быть провокация, спрашивающий мог сам быть из Баюра, где хозяйничал Хмель.

— Нет. Я водила. Мы привели караван. Не слышал?

Боевик повернулся к своим товарищам, и один — худой, с испитым лицом и глазами алкоголика — кивнул:

— Верно, пришел вчера. С Мормоном.

— А чего здесь забыл?

— Да сортир понадобился. Пока нашел, чуть не лопнул. Чего у вас так воняет? Никак трупы прямо здесь хороните?

Нэд перешел в наступление, спрашивал сам, демонстрируя дружелюбие и юмор. Но боевики не очень-то и поддавались. Третий бандит, одетый в отличие от приятелей в просторные спортивные брюки и легкую майку, вдруг сощурил глаза.

— Постой, что-то рожа мне твоя знакома! — Он напряг память, настороженно глядя на Нэда.

— Правда? Наверное, в Арланде виделись, — саркастически растянул тот губы в усмешке.

Первый бандит фыркнул, взгляд потерял колючее выражение. Но тот, третий, не унимался.

— Ты мне зубы не заговаривай! Видел я тебя. И в нехорошей компании. Только не помню, где и с кем.

— Ну, ты вспоминай, а я пошел. Слышишь? Началось самое интересное. Хочу выиграть пару штук.

— Где твои кореша, с которым ты приехал?

— На стадионе. Хочешь проверить? Пошли.

Первый бандит, несомненно, старший, повернул голову к товарищу:



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.