Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





ИНТУИТИВИЗМ



Перевод

ИНТУИТИВИЗМ идеалистич. течение в философии, усматривающее в интуиции единственно достоверное средство познания. Хотя интуитивистские тенденции присущи мн. философам и филос. направлениям прошлого, как специфич. течение И. возникает на рубеже 19—20 вв. и представляет собой, в частности, своеобразную реакцию на распространение рассудочного мышления и сциентизм. Будучи разновидностью иррационализма, И. противоположен диалектическому материализму.

Для И. характерно противопоставление интуиции и интеллекта. Вместе с тем некоторые сторонники И. пытаются сочетать интеллектуальное познание с интуицией (рус. философы Н. О. Лосский, С. Л. Франк, Е. Н. Трубецкой, франц. неотомисты Жильсон, Мари-тен и др., отчасти Гуссерль и феноменологич. школа — Шелер, Н. Гартман и др. ). Бергсон противопоставляет интуицию дискурсивному, логич. мышлению, рациональному знанию, истолковывая её как непосредств. слияние субъекта с объектом, преодоление противоположности между ними. В биологич. вариантах философии жизни (напр., у Клагеса) И. сближается с инстинктом, дающим непосредств. знание предмета. Мотивы И. свойственны также представителям экзистенциализма (напр., Марсель), крьте стремятся выйти за пределы непосредств. чувств. опыта и предлагают философии опереться на опыт особого рода — духовный (в частности, религиозный, мистический) «опыт».

см. также Интуиция.

Философский энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия. Гл. редакция: Л. Ф. Ильичёв, П. Н. Федосеев, С. М. Ковалёв, В. Г. Панов. 1983.

ИНТУИТИВИЗМ

реакц. идеалистич. филос. учение, весьма распространенное в совр. бурж. философии (а также эстетике, этике и, в известной мере, в философии математики) и являющееся разновидностью иррационализма. Гл. представители И. в 19 в. – Ф. Шеллинг и Э. Гартман, в 20 в. – А. Бергсон, Э. Гуссерль, Н. Лосский. С т. зр. И., интуиция представляет собой основу и источник всякого знания или, по меньшей мере, специфич. филос. форму наиболее достоверного постижения действительности. И. противопоставляет интуицию, с одной стороны, конкретному эмпирич. исследованию фактов (в т. ч. и непосредств. чувств. восприятию внешнего мира), а с другой – мышлению, логич. демонстрации и, в особенности, теоретич. анализу. При этом И. претендует на преодоление противоположности между материализмом и идеализмом, рациональным и иррациональным, сенсуализмом и рационализмом, априоризмом и эмпиризмом, разумом и верой и т. д. По словам Лосского, И. "... устраняет самую почву для возникновения спора, показывает, что он основывается на недоразумении... " (" Обоснование интуитивизма", СПБ, 1908, с. 338). В действительности И. пытается подчинить рациональное иррациональному, разум вере и обосновать тем самым новую утонченную форму идеализма.

И. как филос. течение необходимо отличать от тех учений о роли интеллектуальной интуиции в процессе познания, к-рые развивались прогрессивными бурж. философами 17 в., гл. обр. представителями рационализма, но частью также и теоретиками филос. эмпиризма и сенсуализма. С т. зр. Декарта, Спинозы и др., интеллектуальная интуиция представляет собой высший акт разумного познания, она, следовательно, не исключает дискурсивного, логич. мышления (так же как и чувств. отражения внешнего мира), а образует их необходимую предпосылку или же завершение. Эта концепция была вызвана к жизни, с одной стороны, необходимостью теоретически обосновать математич. аксиоматику, с другой – определить исходные посылки теоретич. знания. Поскольку рационалисты (так же как и сенсуалисты и эмпирики) не понимали гносеологич. значения практики, они неизбежно должны были приходить к представлению об интуитивной основе познания и интуитивно постигаемой ясности и отчетливости как критерии истины.

В отличие от рационализма, И. истолковывает интуицию, несмотря на всякого рода оговорки, как иррациональный акт познания, в к-ром якобы преодолевается противоположность между субъектом и объектом, знанием и бытием, связывает интуицию с инстинктом, подсознательным, религ. верой, с признанием трансцендентного и возможности непосредств. общения с ним. Соответственно этому, одной из важнейших особенностей И. является критика разума и понятийного (единственно возможного) мышления вообще. Интуитивное видение мира рассматривается как отрицание научной картины мира, к-рая заменяется идеалистич. интерпретацией представлений обыденного сознания. Такое толкование интуиции весьма близко к мистич. представлениям о наитии, вдохновении свыше, откровении, озарении, слиянии с божеством и т. п.

Антинауч. интуитивистская концепция слияния субъекта с объектом преподносится обычно как отрицание гносеологич. индивидуализма, субъективизма, эгоцентризма, как т. зр. последоват. объективизма, благодаря к-рой якобы постигается, что знание не есть отражение действительности, а есть сама действительность, к-рая соответственно этому должна быть определена как знание-бытие (Н. Лосский). Было бы неправильно поэтому рассматривать И. как лишь гносеологич. теорию, противостоящую материалистич. теории отражения, но не претендующую на создание своего собств. интуитивистского учения о бытии. Интуитивистское устранение " расщепления" мира на субъект и объект прежде всего означает отрицание объективной реальности, независимой от познающего субъекта и обладающей чувственно воспринимаемыми и логически постижимыми свойствами и формами. Учение Гуссерля о феноменологической редукции, исключая реальный мир из рассмотрения, рассматривает как истинный мир логич. сущностей, значений, смыслов, постигаемый интуитивным видением. Подобно тому, "... как можно непосредственно слышать звук, можно созерцать " сущность", сущность " звука", сущность " вещного явления", сущность " видимой вещи", сущность " образного представления", и т. д. и, созерцая, высказывать сущностные суждения" (Гуссерль Э., Философия, как строгая наука, см. " Логос", кн. 1, М., 1911, с. 31). Эта аналогия с обычным восприятием показывает, что одним из гносеологич. источников И. является мистификация реального, действительно непосредственного в своей основе восприятия человеком объективной действительности. Гуссерль противопоставляет феноменологич. видение психологизму, однако главным противником его интуитивистской концепции познания и действительности является не психологич. концепция, а материализм.

Интуитивизм А. Бергсона также неотделим от вполне определ. онтологич. предпосылок. Столь же связаны между собой интуитивистская гносеология и спиритуалистич. онтология в филос. учении Лосского, называющего свою философию " мистическим эмпиризмом". Ссылки на эмпиризм, апелляция к особым образом понимаемому опыту типичны для представителей И., к-рые характеризуют свою теорию как учение о непосредственном и в силу этого достоверном знании, в противоположность опосредств. знанию якобы неотделимому от предмета и представляющему собой как бы его внутр. содержание, душу, истинную действительность, в отличие от конструируемой рассудком геометрич., физической и вообще материальной формы, структуры, связи. Не случайно поэтому ученик Бергсона Ж. Мэр утверждает, что двумя гл. направлениями в философии являются эмпиризм и идеализм, причем наиболее последоват. формой эмпиризма объявляется бергсоновский И., к-рый противопоставляется, т. о., идеализму как рассудочному, интеллектуалистскому, умозрит. учению, игнорирующему живую, непосредственно данную жизнь со всеми ее красками (см. J. Maire, Une ré gression mentale d'Henri Bergson à Jean-Paul Sartre, P., 1959, p. 29–30).

Во взглядах интуитивистов в искаженной форме отразился кризис метафизич. способа мышления и неспособность бурж. философии найти выход из этого кризиса. В гносеологич. отношении И. представляет собой критику метафизики справа; при этом метафизич. абсолютизации количеств. определенности явлений противопоставляется столь же метафизическая абсолютизация качеств. различий. С т. зр. Бергсона, ощущение – чистое качество, принципиально неизмеримое. Измерение интенсивности ощущений является, по учению Бергсона, подменой " качественных впечатлений" чисто рассудочным и поэтому неправомерным " количественным толкованием".

И. сводит разум, интеллект к метафизич. мышлению и, сознавая его недостаточность, объявляет недостаточным, несостоятельным мышление, противопоставляя ему сверхинтеллектуальное видение мира. Бергсон утверждает, что, будучи последовательным, нельзя не придти к выводу, что совершенное существо, если таковое существует, "... познает все интуитивно, без посредства рассуждений, абстракций, обобщений" (Собр. соч., т. 4, СПБ, [1914], с. 7). Человек же, в силу своего несовершенства, вынужден наряду с интуицией пользоваться рассуждениями, абстракциями, обобщениями. Но при этом обнаруживается, что, всячески принижая логику, рассуждения, обобщения, И. с помощью именно этих средств (ибо иных не существует) пытается обосновать истинность своего собств. учения. Такого рода противоречие неизбежно для всякого иррационализма, к-рый пытается рационально обосновать иррациональное.

И. абсолютизирует и извращенно интерпретирует момент непосредственности, свойственный процессу познания: игнорируя непосредственность чувств. восприятия внешнего мира, отрывая непосредственное в восприятии от отражения внешней действительности, не понимая диалектич. связи непосредственного и опосредованного, И. проповедует алогизм и на этой теоретич. основе сближается с откровенным фидеизмом. Так, напр., Бергсон утверждает, в частности, что " религия является оборонительной реакцией природы против разлагающей силы разума" (" Les deux sources de la morale et de la religion", P., 1932, p. 127).

И. свойствен ряду совр. филос. учений, к-рые в целом не могут быть рассматриваемы как интуитивистские. К ним в первую очередь следует отнести экзистенциализм. У Хайдеггера это особенно очевидно, поскольку он отрицает возможность логич. постижения " экзистенции" и доказывает, что смысл бытия и свойственные ему " экзистенциалы" обнаруживаются в сознании познающего субъекта лишь постольку, поскольку он погружается в феноменологич. самосозерцание. У Ясперса, выдвигающего на первый план не интуицию, а веру и связанное с ней " озарение" (Erhellung), самосознание, сознание собств. существования, рассматривается, тем не менее, как интуитивно постигающее себя. Экзистенциализм решительно сближает интуицию с внутр. переживанием, все более и более лишая ее познават. значения, вследствие чего И. у экзистенциалистов вполне сочетается с воинствующим агностицизмом. С И. связана и экзистенциалистская критика мышления – " упорная беспощадная борьба против духа абстракции", как выражается Г. Марсель (" Les hommes contre l'humain", P., 1961, p. 7), к-рая на деле является борьбой против всякого теоретического, логически доказательного, последоват. мышления вообще.

Виднейшие представители И. в совр. бурж. этике – англ. философы Мур, Причард, Росс. Моральные характеристики они рассматривают как особые, присущие явлениям не чувственные, не естеств. свойства, постигаемые не посредством чувств. восприятий или рационального суждения, а путем непосредств. интуиции. Вследствие этого моральные свойства недоступны логич. определению и обоснованию. Этич. И. направлен против рационального познания этич. явлений и науч. исследования социальной закономерности развития морали.

В бурж. эстетике И. (Кроче, Бергсон, Кэррит), признающий интуицию индивидуального сущностью искусства, является методом борьбы против реализма, используемым для оправдания и возведения в принцип произвола художника и исключающим объективный анализ и логически мотивированную оценку художеств. явлений.

В философии истории (и, частично, в социологии) интуитивистские концепции характерны для " философии жизни" и таких реакц. мыслителей, как О. Шпенглер, А. Тойнби. И здесь, как и в филос. теориях, И. неразрывно связан с отрицанием объективных закономерностей историч. процесса. Социальный смысл такого рода И. сводится гл. обр. к отрицанию закономерности обществ. прогресса и возможности разумного преобразования обществ. жизни.

Марксистско-ленинская философия, вскрывая диалектич. единство непосредственного и опосредованного отражения внешнего мира, утверждая диалектич. логику и показывая роль практики в процессе познания мира, полностью опровергает иррационалистич. истолкование интуиции и тем самым и И. В теоретич. построениях И. марксистско-ленинская критика видит проявление глубокого кризиса бурж. идеологии и метафизич. способа мышления вообще.

Лит. см. при статьях: Интуиция, Иррационализм, Феноменология, Бергсон, Гаман, Э. Гартман, Гуссерль, Лосский, Шелер, Шеллинг, Якоби.

Т. Ойзерман. Москва.

Философская Энциклопедия. В 5-х т. — М.: Советская энциклопедия. Под редакцией Ф. В. Константинова. 1960—1970.

ИНТУИТИВИЗМ — философско-методологическая установка, признающая “последним основанием” бытия и познания непосредственное “живое” отношение человека и мира, которое преодолевает расчленение реальности на субъект и объект. Иногда под интуитивизмом понимают и особое философское направление, представленное такими мыслителями, как А. Бергсон, Н. О. Лосский идр. Понимание интуиции серьезно варьируется у представителей различных философских школ. Интуитивизм еще не предопределяет содержательные характеристики основных проблем бытия и познания, и потому задача анализа сводится к выделению различных способов обоснования интуитивизма. Фактически речь идет о различных концепциях интуиции, скрывающихся под покровом специфических онтологических и гносеолопгаескихучений. Так в учении Бергсона исходное противопоставление интеллекта и интуиции призвано подчеркнуть примат жизни над косной материальностью. Интеллект противостоит интуиции прежде всего предметно: он знает только одну материю, потому что его метод работы — рядоположение, расчленение на элементы и установление внешних отношений между ними. Математический формализм Бергсон считает высшим проявлением интеллектуальной деятельности, механизм — общей формой предметности, открытой рациональному познанию. С его точки зрения, математическое естествознание порождено потребностями практической ориентации в мире и потому довольствуется относительностями, достаточными для этого целями. Познание же в собственном, “чистом” смысле слова предполагает незаинтересованное погружение в предмет, преодоление дистанции, которую субъект рационального знания заботливо удерживает по отношению к объекту своего исследования, и потому требует именно интуиции. “Правило науки, —как установил Бэкон, — подчиняться, чтобы господствовать. Философ не подчиняется и не господствует, он старается симпатизировать”. Определение интуиции как симпатии показывает, что Бергсон ориентирован на художественную модель познания в противоположность научной. Искусство порывает с миром внешнего, конвенционального символизма, прозревая подлинную суть вещей. Тоже самое делает и философия (“метафизика”), которая интенсифицирует до предела познавательные возможности художественной интуиции и позволяет войти в соприкосновение с “абсолютными глубинами” мироздания. Это — знание-переживание, которое принципиально не может быть концептуализировано. Поэтому интуиция Бергсона резюмируется в ряде метафор, из которых наиболее популярной стал “жизненный порыв”, столь же мало проясняющий суть жизни, как и определения механического редукционизма.

В отличие от Бергсона в своей трактовке интуиции Э. Туссерль отталкивается от картезианской модели математического знания. Для него она есть прежде всего “сущностное видение”, “идеация”, непосредственное созерцание общего, как, напр., в геометрии, когда перед нашим умственным взором возникает геометрическая фигура и нам важен только ее тип, а не размеры, способ начертания или какие-либо другие случайные эмпирические признаки ее появления в нашем сознании. Общую установку интуитивизма Гуссерль обобщил в виде так называемого принципа всех принципов, согласно которому всякий вид интуиции образует законный источник познания; поэтому все, обнаруживающее себя посредством интуиции, должно приниматься так, как оно себя обнаруживает, и в тех пределах, в каких оно себя обнаруживает. Это установка на описание — в противоположность конструированию или дедукции из общих предпосылок. Но это описание не эмпирических фактов, а “идеальных сущностей” — смыслов, непосредственно открывающихся философскому сознанию, концентрирующемуся на постижении сущности, “эйдоса”, а не факта или соотношения фактов. Эта операция переключения внимания с факта на смысл получила название редукции. Поэтому редукция, по Гуссерлю, есть необходимое условие “идеации”, т. е. интеллектуальной интуиции. М. Шелерраспространил феноменологический интуитивизм на иные сферы, сформулировав положение об “эмоциональном априори”, представляющем собою “интуицию ценностей”, которая реализуется вакгахлюбви и ненависти со всеми градациями этих чувств. Учение Шелера послужило одной из предпосылок экзистенциализма, в котором интуиция потеряла гносеологические характеристики и превратилась в особый способ бытия человека в мире (“понимание” М. Хайдеггера, “фундаментальный проект” Ж. -П. Саргра). Вцеломин1уитивизмвыражает стремление обосновать полную автономию философского знания по сравнению с естественно-научным. Замыкая познание на “первичных очевидностях” интуиции, интуитивизмлишается возможности выработать общезначимую концепцию мироздания, довольствуясь неустранимым плюрализмом воззрений от христианского спиритуализма Бергсона и Шелера до атеистической феноменологической онтологии Сартра с ее своеобразным дуализмом всецело негативной активности сознания на фоне тошнотворной материальности телесно-вещного бытия.

Лит.: Bergson A. L'intuition philosophique. P., 1927; Husserl E. Ideen zu einer reinen Phä nomenologie und phä nomenologischen Philosophie. Erster Buch. Allgemeine Einfü hrung in die reine Phä nomenologie. Halle a. d. S., 1913, S. 43—44; SchelerM. Der Formalismus in der Ethik und die materiale Wertethik. Halle a. d. S., 1921, S. 61; Лосский H. О. Обоснование интуитивизма. СПб., 1906; Он же. Чувственная, интеллектуальная и мистическая интуиция. Париж, 1938.

М. А. Киссель

Новая философская энциклопедия: В 4 тт. М.: Мысль. Под редакцией В. С. Стёпина. 2001.


[1][1] Названия следующих ниже книг даны в переводе с англ. яз. — Прим. ред.

[2][2] См. Н. Лосский, Учение Лейбница о перевоплощении как метаморфозисе, в сборнике, опубликованном Русским научно-исследователь­ским институтом в Праге в 1931 г. на русском языке, а также см. на немецком языке в «Archiv fur Geschichte der Philosophiе» XL, 1931 («Архив истории философии»).

[3][3] См. Н. Лосский, Сотворение мира богом, «Путь», 1937, " Veber die Erschaffung der Welt durch Gоtt", Schildgenossen, 1939 («О сотворении мира Богом»).

[4][4] Название этой книги и цитаты из нее даны в переводе с англ. яз. — Прим. ред.

[5][5] docta ignorantia — мудрое невежество. — Прим. ред.

[6][6] Bei — sich — selbst — sein Гегеля.

[7][7] Название этой книги и цитаты из нее даны в переводе с англ. яз. — Прим. ред.

[8][8] Названия этих произведений и цитаты из них даны в переводе с англ. яз. — Прим. ред.

[9][9] О. О. Розенберг, Проблемы буддийской философии, стр. 77

[10][10] См. Гегель, Собрание сочинений, т IV, изд. II, стр. 67

[11][11] Все эти вопросы рассмотрены в моей «Логике», стр. 30—36 (О логи­ческих законах мышления)

[12][12] См. Н. Л о с с к и й, Метафизика стоиков как подсознательный идеальный реализм, «Журнал философских исследований», IV, 1929. (Названия статьи и журнала даны в переводе с англ. яз. — Прим. ред)

[13][13] См. некролог, посвященный Болдыреву, в журнале «Мысль» № I за 1922 г.

[14][14] Название этой книги дано в переводе с англ. яз. — Прим. ред.

[15][15] Название этой книги дано в переводе с англ. яз. — Прим. ред.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.