Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Андрей Олегович Белянин 10 страница



— А дальше что?

— Ну ничего такого личного, потанцевали и разошлись.

— Дальше читай, было что! — доходчиво пояснили гномы.

— Прошу прощения, — поспешно извинился я и продолжил: — «Ты не мог не попасть в расставленные мною сети и еще не раз послужишь моим целям. Остальных я убью быстро, одного за другим, как убил нерадивую Сун, предавшую меня…»

— Но жива ведь наемница уродливая самая?! — хором испуганно возопили Туром и Нетуром.

— Конечно, она жива! — поспешил успокоить их я. — Но Карланиус мог и не знать, что она выжила. Что, кстати, нам только на руку! Но я продолжу… «А ты, ааргх, умрешь последним, так чтобы моя маленькая дочь видела твою смерть и навсегда запомнила, как опасно противиться моей высшей воле! »

Я чуть не выронил письмо, буквально без сил опускаясь на пол. Задница Берлобогова, мало мне проблем с Эшли, так не хватало еще, чтобы и отвязная крошка Эйвин была во все это втянута! А судя по всему, заманив нас в Блуждающий замок, Карланиус как-то намеревался выйти и на маленькую предсказательницу, которую упорно называет своей дочерью.

Спорить не буду, в жизни бывает всякое, да и сама девочка прекрасно знает, что не является чистокровной эльфийкой. Но от такого, с позволения сказать, папы она тоже категорично отказывается, и это ее священное право. Кто против — получит в рог, и от меня, и от нее!

Да и дедушка-эльф, может, и высокомерный зануда, как и все старейшины Вороньей пустоши, но зато во внучке души не чает и любит ее больше жизни. Да случись что, все эльфы без раздумья костьми лягут за эту маленькую грозную предсказательницу, о которой века назад говорили все их великие пророчества.

Эйвин спасет мир! В смысле, эльфийский мир, их лес, весь народ, обычаи и традиции. Честно говоря, как именно она это сделает, я себе и близко не представляю, она тоже, но не это сейчас важно…

— Похоже, нас всех обвели вокруг пальца, — резюмировал я, обращаясь к ожидающим бородатым родственникам.

Гномы, разумеется, ничего не поняли, но уловили главную суть — нас кинули, значит, денег не будет, а прочие детали их не особенно интересуют.

— Золотом не заплатят, однако, нам?

— Понятия не имею! Вы же где-то пограбили здесь в прошлый раз? Вот там и ищите. Верховная клялась бородой, что позволит нам самим выбрать себе награду.

— Сумеем это быстро мы. А в чем тогда засада? — на всякий случай осторожно уточнил Нетуром.

Я развел руками. Близится ночь. Надо возвращаться, забирать Эшли с Эландером, определяться, где, в какой комнате или башне мы заночуем, так чтоб без последствий, а уже завтра с утра общим мозговым штурмом займемся всеми насущными проблемами. Какими бы глобальными они ни были!

Туром и Нетуром еще раз тщательно перевернули все вверх дном (а чего, собственно, церемониться — бардак так бардак) в поисках чего-либо блестящего пли просто ценного, но ничего подходящего не нашли. Если Карланиус где-то и держал свои личные запасы золота и драгоценностей, то уж никак не в этой комнате. Зато деятельный Туром, шаривший у подоконника, вдруг отдернул занавеску и быстро поманил меня:

— Гада зловредного, смотри, летящего куда, а?!

— Гр-р-р… — невольно вырвалось у меня на завистливом полувздохе.

Далеко в оранжево-розовом закатном небе четко вырисовывался черный силуэт кареты, влекомый шестью огромными птицами, то ли грифами, то ли орлами. Мне вроде бы даже показалось, что в оконце мелькнул горбоносый профиль старого мага, прощально махающего нам рукой.

Тьфу, вот старый мерзавец… Интересно, куда это он вдруг так резво намылился и зачем все-таки оставил нам целый замок? Что мы должны делать со всем этим нежданным богатством? Как сообщить Верховной, что ее задание выполнено, мы свое слово сдержали, она может прийти и забрать свою недвижимость?

— Ой, мама-а!.. — еще раз вскрикнул я, потому что именно это слово и обозначило для меня суть вопроса. Нет, не совсем так, но суть от этого не меняется — слишком много вопросов…

Можно ли назвать Блуждающий замок недвижимостью? Ведь он как раз таки очень даже движущийся! Значит, по идее завтра мы можем проснуться в любом краю нашей Империи, а в принципе запросто еще и в двух-трех сопредельных государствах. Если правильно помню, эта махина стоит на месте день-два, а потом произвольно переносится, куда…

Куда? Не знаю. И ведь мы, скорее всего, тоже перенесемся в эту необъяснимую неизвестность. Следовательно, э-э-э…

— О чем задумался, ааргх, с лицом таким страшно серьезным?

— Надо уходить отсюда!

— Согласны мы, ибо нет в покоях этих ни монетки, ни камня граненого, ни украшений серебряных, ни золотых слитков, что в хранах гномьих предъявлены быть могут весомо…

— Я говорю, что вообще из замка драпать надо! Нас заманили сюда, чтобы Эшли ни при каких условиях и обстоятельствах не мог вернуться в столицу. Уходим!

— Уж нет тут вот! — неожиданно и согласованно уперлись гномы. — Без оплаты достойной не покинем мы крепость эту страшную, на железо надежно кованное в бою взятую честно!

— Гр-р, вот врать-то не надо…

— Не будем, ладно, прав ты. Тихо сюда и скромно проникли мы, рады нам были угроз без. Однако без золота уйти — это ж позор на бороды наши отпавшие будет. Клятву же дали оба мы!

Я застонал, обхватив голову руками и полностью признавая свое поражение. Любые аргументы бессильны перед гранитной логикой гномов: раз данная «на бороде» клятва подразумевает задание и плату, то, выполнив одно, нельзя отказаться от другого. Рисковать отпадением бород в случае добровольного отказа от законного гонорара они не будут даже на плахе! Иногда гномье упрямство настолько сродни эльфийской чести, что искренне считаешь эти два народа практически братскими. Ладно, будь по-вашему, пробуем выкрутиться иначе…

— Предлагаю компромисс: до завтрашнего утра весь замок ваш! Если вдруг каким-то чудом вы найдете золото, смело им набивайте карманы, но с рассветом мы все покинем стены Блуждающего замка.

— Годится! Еще, верное дело, однако, успеем, утвердительно стукнулись шлемами Туром и Нетуром. — Ты же сам делать будешь что, отважно и мудро тут при всех?

— Ну, допустим, пойду заберу Эшли, — подумав решил я. — Вы же делайте все, что сочтете нужным Верховная разрешила. Только в подвалы не спускайтесь, там куча бешеных ведьм за решеткой. Могут плюнуть в глаз…

— Учтем сие! — не оборачиваясь, буркнули родственники. — Но прежде тебя проводим, мало в пути то что случиться может всякое…

Я оценил их целеустремленные взгляды, махну, рукой, и мы пошли обратно. Туда, где еще недавно оставили Эшли и Эландера. Они должны были хоть как-то отвлечь публику. Иначе зачем их вообще с собой таскать, согласитесь…

О том, что речь моего хозяина производит на публику неизгладимое впечатление, было слышно, наверное, еще шагов за сто — сто пятьдесят. Хотя, пожалуй, я вру — речи как таковой и не было, до меня до носилась лишь мелодия двух мандолин и дудочки, наигрывавших нечто романтическое, и плох сдерживаемый девичий визг с вскриками, всхлипами стонами и даже, наверное, короткими воплями. Яркими такими, на выдохе, страстными и возбуждающе-горячими… Да что же там происходит?!

Признаюсь, первоначально у меня были мысли что они его там попросту убивают в процессе какой-то извращенной ведьмовской оргии. Ведьмы на такие выдумки мастерицы, а этому графскому отпрыску, как молодому жеребчику, только дай порезвиться.

То есть нужного количества мозгов понять, что столько девиц заездят его насмерть в течение всего одного часа, наверняка не хватает. Придется выручать, хотя я и ненавижу лезть в чьи-то личные дела! Однако увиденное поменяло мои прежние приоритеты…

— Да-а! Еще! Ты мужик! Давай, не останавливайся! — наперебой скандировали трибуны. Там от силы едва ли пятьдесят девиц набралось бы, а сколько шуму-у…

— Малыш, тебе лучше этого не видеть, — попытался у входа остановить меня неумеренно целомудренный племянник главнокомандующего, но было слишком поздно…

Остроухий красавец-эльф плавно пританцовывал в самом центре зала, и из всей одежды на нем теперь оставался лишь широкий кожаный пояс да белые кружевные штанишки чуть выше колен. Эландер самозабвенно двигался под завораживающее музицирование трех симпатичных ведьмочек с инструментами, а все прочие вдохновляли его визгом и аплодисментами! Уф, практически в рифму…

— Вовек не видели скромные наши позора такого! — четко определились гномы, стыдливо прикрывая лица ладошками и нагло подсматривая сквозь пальцы. Видимо, запоминали и учились…

— Ничего предосудительного, — зачем-то поспешил успокоить меня Эшли с фальшивой бодростью в голосе. — Просто вас долго не было, и на определенном этапе стихи кончились. Наш благородный друг поддержал меня в трудную минуту и уже, наверное, с час развлекает почтеннейшую публику. Ты же помнишь, как именно таким игривым танцем с элементами раздевания стройные эльфийские девы пленяли врагов? Оказывается, и Эландер тоже так может… А ты?

— Я бы не смог.

— Еще бы! Ааргх на стрип-пластике у шеста — да тебя б засмеяли еще до того, как ты задрал килт выше колена, — убедил меня мой правдолюбивый хозяин. Даже я не рискнул бы так выйти, у меня носки третий день не стиранные. Представляешь, что было бы, по пытайся я раздеться при всех? Но речь вообще-то не об этом. Хочу спросить: а ты чего прибежал, есть новости?

— В двух словах всего не скажешь, — я зевнул и по чесал в затылке, — но можно попробовать. Если сей всем коротко, то — надо сваливать!

Эшли недоверчиво покосился на меня, шмыгну, носом, в очередной раз поймал сползающие штаны подтвердил, что хотя он мне, разумеется, верит, но для однозначного понимания слов «надо сваливать» ему все-таки явно недостаточно информации.

Я разумно признал его правоту как главы отряда, подцепил под локоток, отвел в сторонку за угол, где подробнейше, не опуская деталей, рассказал об всем, что с нами произошло. В качестве доказательства присовокупил сохраненное за пазухой письмо Карланиуса и устные показания слинявших к данному моменту гномов по поводу летящей на закат кареты со злобным магом.

Вот этого нашему аристократу показалось вполне достаточно. Признавая логичность и разумность моей инициативы, он громко свистнул эльфу, чтобы тот сворачивался и догонял нас в бывших покоях Верховной. Пусть там разруха и бардак, но все молоденькие ведьмы интуитивно от этого места шарахаются значит, уж переночевать сможем более-менее спокойно…

Так мы и поступили. Ушли, кстати, просто чудесно — стройный Эландер в длинном танцевальном плаще по кругу подхватил разбросанную одежду, пригоршню мелких монет, засыхающую алую розочку, три кусочка желтого сахара и кувырком вылетел в коридор, разочарованный вой и слезы показали, что юная публика жаждала продолжения и надеялась на большее. Типа он еще не все снял и тайные девичьи мечты пошли прахом…

Я поспешно затворил двери, а Эшли быстренько сунул мой топор рукоятью в красивые дверные ручки вместо засова. Таким образом, подавляющая масса молоденьких ведьм оказалась временно обезвреженной. Ну понятно же, что они все равно скоро оттуда выберутся, но и мы хоть какое-то время отдохнем в мужской компании. Вот вроде нет среди нас Сун, единственной женщины, и это плохо, потому что чего-то не хватает. Но когда девушек вокруг нас едва ли не десять на каждого, это тоже чрезмерный перебор. А с чего я вообще завелся на эту тему?

Мой дедушка любил заниматься самоанализом, приучив к этому и меня, хотя бабушка была против, так как ей в самом этом слове виделось что-то неприличное. Ааргхи простой и непритязательный народ, поэтому мозгокопанием себя утруждать не любят. Но я сейчас прекрасно понимал, что все мои сложности только из-за того, что в данный момент я не могу быть рядом со своей любимой, и, хуже всего, я почти уверен, что с ней все в порядке, что Трувор с Верховной как-то ей помогают. Они ее спасут, у нее все будет хорошо, только меня рядом не будет. Гр-р!!!

Я — шляюсь неизвестно где, потому что занят — непонятно чем, и вернусь — не знаю когда, не факт, что в целом виде и уж точно не всей командой. Нам слишком везло, такого везения долго не бывает, за все приходится платить, раз уж гномами рассчитаться не получилось, наверняка возьмут кого-то другого. Интересно, кого злой рок определит искупительной жертвой?

Эшли нам всем нужен, вокруг него все и вертится меня терять тоже нельзя — я еще вполне пригожусь Сун, маме, дяде Трувору и самому себе. Остается эльф. А чего? Кому он, собственно, нужен — капризуля, волосы в хвост собирает, пресс с шестью кубиками, ресницы длинные и вообще красавчик, чего только в нем девушки находят?! Точно, пусть его берут, он же хочет умереть героем! Но разве судьба будет прислушиваться к советам и стенаниям бедного, одинокого ааргха…

По зрелом размышлении в комнаты Верховной мы все-таки не пошли — вдруг какая-нибудь из кукольных ведьм уцелела и нападет ночью, тыкая нас спящих отравленной иголкой в нос? Вернувшиеся гномы нашли свободную комнатку под башней, перетащили туда несколько одеял из девчоночьих спален и неторопливо укладывались спать. Эшли о чем-то тихо спорил с Эландером — может, о танцах, может, о лирической поэзии, может, о дешевой популярности…!

А я все ходил туда-сюда, взад-вперед по коридору, безнадежно терзаясь не особенно умными, а потому настырными мыслями. И неизвестно, сколько бы еще я занимался самоедством, если бы не мелькание в дальнем конце металлической таблички на неприметной дверце. У меня едва ноги не подкосились, когда я прочитал — «Библиотека». Библиотека-а?!!

Сначала просто не поверил своим глазам, подошел, даже потрогал ее руками, огляделся по сторонам, никого не увидел, значит, спросить тоже некого и осторожно толкнул дверь указательным пальцем! Вроде ничего не взорвалось, и сигнализация не сработала…

Потом я шагнул внутрь и обалдел — под магическим сиянием волшебных негаснущих свечей высоко под потолок вздымались стройные стеллажи книг. Магия, философия, поэзия, энциклопедии, научная литература, религиозные трактаты, мемуары ученых мужей, исторические жизнеописания, сказки народов Империи…

Это последнее, что я помню. Потом дверь захлопнулась, и мир кардинально изменился…

— Малыш! Ма-лы-ыш!!! — кричал чей-то далекий голос, прорываясь к моему подсознанию из заоблачной выси.

Кто он такой, чего ему надо, зачем он мешает возвышенному парению моего светлого духа?

— За ноги брать надо, тащить его дружно, не в себе, видно, от знаний это все, от книг опасность, мозгам кипение одно, — слаженно вылезли откуда-то из-под земли целых два ворчливых голоса.

Несомненно, это были лишь условные иллюзии, ибо любые голоса для меня в звуковом облачении уже не нуждались. Я ощущал их на уровне тонких материй, они проникали в мою светящуюся оболочку, словно солнечные лучи сквозь сиреневое облачко чужой ауры…

— Наш бедный ааргх просто дорвался до литературы. Он банально перечитал, такое иногда бывает. Старейшины могут избавить его от этого наваждения, если, конечно, они позволят вам шагнуть на Воронью пустошь. Для меня, как природного эльфа, нет запретов, но я не уверен, что они будут так же рады и вам, друзья мои…

— В зад пнуть ли прилюдно эльфа природного? — опять забубнили голоса.

— Пнуть! Как командир отряда, я разрешаю вам это деяние, в чисто воспитательных целях…

До моего утонченного слуха, внимающего на данный момент дивной музыке всего космического мироздания, донеслись какие-то сдавленные выкрики, неэстетичная ругань, отголоски грубой потасовки, кончившейся абсолютно нелогичным вопросом:

— А ведро воды здесь где есть?

И три голоса ответили утвердительно. После чего моя душа забыла о них на два тысячелетия до того момента, когда…

— Грр-р-р!!! — взревел я, когда целый водопад ледяной воды обрушился мне на голову.

Убью! Всех! Сию же минуту! Я вскочил на ноги, подскользнулся, грохнулся, свалив два стеллажа, вскочил снова, едва не навернулся, споткнувшись об упавшие книги по природоведению, и наконец лежа выхватил меч!

— Где вы, трусливые негодяи?!

Тишина. Вокруг никого. Я один в библиотеке, только пустое помойное ведро валяется на боку в трех шагах от распахнутой двери. Сбежали? От меня сбежишь! В праведном гневе я выпрыгнул наружу, спрятавшийся за косяком Эшли мигом прикрыл страшное помещение, до упора задвинув засов. По его кивку два строгих гнома, выйдя из-за угла, обухами топоров быстро вбили в дверь по здоровому арбалетному болту, запирая библиотеку намертво!

Что же тут происходит? Зачем они так с этим источником знаний? Я не понимаю…

— Малыш, мы думали, что уже навеки потеряли тебя, — горько вздохнул юный граф Эльгенхауэ по-отечески обнимая меня за напряженные плечи. Не знаем, чего именно и в каких количествах ты та начитался, но утром ты не реагировал ни на мои команды, ни на шлепки, ни на щипки за нос, вообще ни на что… Просто большая, рыхлая, аморфная медуза, не пригодная ни к чему, кроме естественного разложения. Прости, если были вынуждены поступить с тобой по суровым законам военного времени. И поверь, ТАК много читать — вредно!

Я бросил на пол меч и сжал ладонями виски. Вот уж не думал, что моя тихая страсть к художественной литературе может стать настолько роковой. Если смотреть правде в глаза, так не вытащи парни меня оттуда, я бы ни за какие коврижки не ушел сам. Столько книг! За всю жизнь не перечитаешь! И ведь я бы остался здесь, бросил всех, забыл о Сун и читал, читал, читал…

— Для этого и существуют друзья, — безошибочно угадав мои мысли, улыбнулся племянник главнокомандующего, уступая кому-то дорогу.

И прежде чем я хотя бы успел протестующе открыть рот, шагнувший на арену Эландер махом выплеснул на меня второе ведро. Гр-р! Выплюнув тонкую струйку, я решил, что теперь мне окончательно полегчало…

— Еще одно ведро, и я сам вас в нем утоплю, — честно предупредил я навостривших лыжи гномов.

Туром с Нетуромом огорченно поджали губки, напряжено покосились на Эшли, но, поскольку он лишь отрицательно помотал головой, вынужденно сдулись.

— Какие новости я проспал?

— О, кстати! — опомнился мой хозяин. — Уж новости-то точно есть. Помнится, мы все уснули в Блуждающем замке недалеко от Слепой реки, вблизи от границ Лавидии. А теперь выгляни в окно и удивись, где мы! Только о-очень осторожно…

— Почему?

— Мои собратья стреляют без промаха, — кисло пояснил эльф.

Гр-р… не люблю недомолвок, неужели нельзя просто сказать: мы в…

— Клянусь клыками Берлобога, да это же Воронья пустошь! — с первого взгляда опознал я, высунув нос в узкую бойницу. И вовремя убрав его обратно — с остроухими не шутят…

Снаружи и впрямь находилось культовое и религиозное место всего эльфийского народа, находящееся в далекой дали, среди непроходимой чащобы и девственного леса. Спутать эти тысячелетние сосны невозможно ни с одними другими деревьями на свете, не похоже, наш замок, набитый юными колдуньями, каким-то чудом умудрился встать буквально в получая ходьбы до эльфийской святыни. Представляете себе, что это значит?!

То есть их суверенная зона еще никогда не была так безапелляционно нарушена, а в списке добродетелей сынов леса такие понятия, как «милосердие» и «понимание», занимают самые низшие строчки. Если, конечно, существуют вообще…

— Поправьте меня, если ошибусь. — Я повернулся лицом к нашим. — Выходит, мы стоим перед Вороньей пустошью, у нас полон замок ведьм, и как минимум сутки эта дебильная крепость никуда отсюда не уйдет?

— Воистину, — кивнули гномы.

— Но если мы откроем ворота, выйдем наружу впустим сюда остроухих, позволив им пленить своих исконных врагов, то сохраним наши собственник жизни?

— Разумеется, — с готовностью подтвердил Эландер. — Хотя за жизнь всех этих молоденьких дур я бы не дал и гроша. Здесь слишком хорошо помнят, как в Блуждающем замке выкачивали кровь эльфов для самых черных заклинаний. Такое не забывается и не прощается, ааргх…

— А если…

— А если мы не откроем ворота, — закончил за меня благородный граф, скорчив самую умильную физиономию, — то Блуждающий замок будет взят штурмом. Причем очень быстро, мы ведь не будем его оборонять. Нас пожурят, как невольных пособников врага, всех ведьм казнят, и в любом случае свой замок Верховная не получит уже никогда, а у Турома с Нетуромом отпадут бороды, потому что они не сдержали слово… Гр-р?

— Это исключительно моя прерогатива вот так рычать с разными интонациями, у других все равно не получается, — вяло огрызнулся я и замолчал, сраженный одной неприятной мыслью.

Они же все внимательно смотрели на меня! Причем так, словно я тут главный, а значит, и ответственный за все. Вот только этого опять не надо, а? У нас Эшли командир отряда, он настоящий граф и весь из себя потомок полководцев, к нему и обращайтесь! А я кто? Я наемник, рабочая сила, кусок мяса с топором, прикрывающий задницу высокородного хозяина! Ну почему весь мир мне не верит?!

— Эландер попробовал выйти на стену, — виновато начал племянник главнокомандующего, — в него сразу полетели стрелы. И это при том, что они его узнали! Кричали обидные слова, называли изменником и предателем. Мы на запретной территории, мы в замке их заклятых врагов, эльфы собирают силы, и, если до обеда из ворот не выкатится войско, они сами ударят со всех сторон. По сути, мы обречены, Малыш…

— Бей-руби-руби-бей? — абсолютно безнадежно покосились на него гномы.

— Я не знаю, что делать. Быть может, нам все-таки придется принять бой…

— Нет, — опустив голову, встал перед нами Эландер, — я не могу позволить вам сражаться с моими собратьями. Для этого вам сначала придется убить меня…

— Не хотим того мы, эльф противный… Друг ты нам за время это стал верный, а гномы не платят зло за добро. Нас сам рукою своею убей, может, тебя пощадят они, знать как…

— Никто никого не убьет! — не выдержав, взорвался я. — Тошно уж от вашей пораженческой сентиментальщины! Надо идти и разговаривать с ними. Ваш главарь, как его… Айрондэл, он у себя?

— Он глава совета старейшин, — поспешно поправил меня эльф. — Ну… очень надеюсь, что да. В последние годы он редко куда выезжает, но…

— Найдите перо и бумагу! Эшли, садись и пиши этому старому хрычу, но в самых дипломатически выражениях, что через полчаса я выйду к нему на встречу через главные ворота.

— Ты не сделаешь и шага, как будешь утыкан стрелами!

— А если в меня будет произведен хоть один шальной выстрел, — перебивая Эландера, продолжил я, — то предупреди, что ты собственноручно поднимешь Блуждающий замок в небо и всем весом опустишь его на священную Воронью пустошь. После чего от неё не останется и следа!

— Но… мы вроде не можем этого сделать, — слегка замялся племянник главнокомандующего. — Мы ведь не умеем им управлять.

— Факт! Только они об этом не знают…

Наши с минуточку поразмышляли, потом лицо Эшли просветлело, эльф хлопнулся ладонями с довольными родственниками, и работа закипела. Буквально через десять минут из той же бойницы вылетела длинная эльфийская стрела с небольшим, но весьма убедительным посланием. Всего-то несколько строк, написанных в спешке, но таким красивым аристократическим почерком, словно бы писались не на коленке в коридоре, а где-нибудь на резном круглом столике красного дерева в тихой гостиной у камина или в интимном будуаре при свечах…

«О великий и мудрый Айрондэл! Мы рады приветствовать Вас и очень надеемся, что, совершая посадку, не задели ни одного священного дерева. О причинах, побудивших нас к столь неожиданному прилету, Вам расскажет мой верный ааргх Малыш. Надеюсь, вы его помните? Если же по каким-то невероятным причинам он не вернется, я подниму Блуждающий замок и поставлю его прямо на Воронью пустошь, в надежде, что уж тогда Вам точно будет удобно зайти к нам в гости на бокал белого вина… С искренним уважением и почти нежным обожанием, всегда Ваш верный друг и приятель граф Эшли Эльгенхауэр-младший».

После чего мы еще на всякий случай выставили на башне копье с белой простыней в знак самых мирных намерений. Ответа пришлось ждать недолго. В древко копья впилась ответная стрела с еще более коротким посланием: «Малыш, это ты? Ну ваще-э, ты даешь… Выходи, не бойся, я прикрою! Твоя Эйвин».

— А-а, так наша маленькая предсказательница здесь! — сразу обрадовался мой наниматель. — Тогда чего же тянуть, я сам пойду и обо всем договорюсь. В конце концов, кто у нас командир отряда?

— Командир ты, а пойду я. Меня пригласили, значит, никого другого эльфы не пропустят.

— Это верно, — принял мою сторону остроухий сын Вороньей пустоши. — С Эйвин никому нельзя спорить, и обманывать ее не стоит. Пусть идет ааргх.

— Нам дело найдется всем и тут, — поддержали его Туром и Нетуром. — Слышите, шум внутри громкий. Слово даем гномье — ведьмы юные на свободу вырвались из зала. Первый час собою заняты будут, им приспичило каждой за ночь. Потом поиск начнут наш веселья для и забавы потешной, и хорошо не голодные если чрезмерно…

Точно! Я и забыл, что мы вчера заперли с полсотни девиц в том зале, где Эшли развлекал их падением штанов, а Эландер откровенным раздеванием под музыку. Понятно, что все они хорошо выспались и наверняка придумали способ, как выбраться. Значит, мне надо спешить…

— Задержите их! Не знаю как, ваши проблемы. И объясните всем как-нибудь мягко, без паники, что на стены выходить нельзя — убьют, эльфийские стрелы никого не жалеют…

По идее надо было бы хоть обнять их на прощанье ну сдержанно так, по-мужски, все-таки неизвестно увидимся ли. Нет, за себя-то я не боялся, за меня, походу, подружка Эйвин заступится, а вот ребятам тут оставаться. Откуда-то донесся неясный гул девичьи голосов…

— Беги, Малыш, мы справимся. — Племянник главнокомандующего самоотверженно подтолкнул меня к лестнице.

Я улыбнулся — хороший у меня хозяин, заботливый — и бегом рванул вниз, не дожидаясь, пока их маленькую комнатку захлестнет горячая волна пылких юных ведьмочек.

Поднимать воротом решетку и опускать подъемный мост, разумеется, не стал, не стоит слишком откровенно обнаруживать беззащитность замка даже перед нашими союзниками-эльфами. Тем паче что они слово держат своеобразно, предпочитая не вечную дружбу, а конкретные временные интересы. Высшая раса, иначе им тоже не выжить…

И мы ничем не лучше. «Каждый сам за себя! » — главный закон Приграничья, а самоотверженность оплачивается по двойной ставке. Я выбрался наружу через большое окно в круглой башне левого крыла, приспособив для спуска длинную толстую цепь.

Никто не стрелял, хотя я всей спиной чувствовал, сколько народу держит меня на прицеле. Спрыгнул вниз, на поваленное дерево, лишний раз убедившись, как нам повезло не опуститься на саму Воронью пустошь — тогда бы даже маленькой предсказательнице не удалось нас спасти. Я помахал рукой вышедшим из-за стволов высоким и стройным эльфам в обтягивающих зеленых одеждах.

Остроухие держали луки на изготовку, на их высокомерных лицах не было и тени ответной улыбки, но я знал — теперь меня сопроводят к кому следует, а там уж по крайней мере выслушают. Все так и произошло, через каких-то десять минут счастливая Эйвин уже обнимала меня за шею, восторженно болтая ногами и вереща:

— Как же я соскучилась по тебе, громила-а!

Меня тоже захлестнула непонятная волна теплой нежности к этой бесшабашной малявке, умудрившейся, будучи полукровкой, тем не менее стать надеждой и звездой для всего эльфийского народа. Старейшины на нее буквально молятся, она провидица, предсказательница и, согласно древнему преданию, спасительница всего поголовья остроухих. Правда, Как конкретно, там не сказано, старые откровения всегда предельно расплывчаты и мутны. Наверное, для того чтобы подходили под максимальное количество вариантов и хоть на ком-нибудь да сбылись.

— Ну как ты? Че молчишь? А как твой Эшли? И где все гномы? А Туром не забывает заплетать бороду три толстые косички, как его наши девочки научили? Наш как Эландер, в порядке? Чего ему сделается, да? А вы тут проездом или задержитесь на недельку?

Она просто забросала меня вопросами, пока мы держась за руки, беспрепятственно топали по лесной тропе под бдительным присмотром стрелков, не спускающих с меня недоверчивого взгляда. Ну а на самой Вороньей пустоши нас торжественно ожидали сразу три высоких, подтянутых старца с тонко кованными золотыми обручами на лбу. Праздничных нарядов в честь нас не надевали, но были и без доспехов, что тоже неплохо — значит, есть шанс договориться мирным путем или малой кровью. В конце концов, мы всегда можем отдать на откуп того же Эландера, все равно он самоубийца…

— Г-р-р-р! — первым поприветствовал я благородное собрание.

Айрондэл чуть наклонил голову. Тот старый эль что называл себя дедушкой Эйвин, даже не посмотрел в мою сторону. Третий вообще плюнул себе под ног так выразительно, что я не задумываясь потянулся мечу. В одно мгновение лес ощетинился дрожащим от нетерпения эльфийскими стрелами…

— Не сметь! Он мой друг! Урою каждого, кто только фыркнет на Малыша! Кто че не понял, прочеши уши ершиком и свали на мусорник сосновыми иголками пенопласт из зубов выковыривать!

Все мигом припухли. Даже я. Как провидица Эйвин порой использует совершенно незнакомые слова, и это звучит особенно пугающе…

— Мы рады видеть тебя, ааргх, — деликатно прокашлялся Айрондэл; видимо, его слово по-прежнему оставалось главным. — Хотя и удивлены, что ты вышел к нам из Блуждающего замка ведьм. Но, наверное, ты захватил эту твердыню и отдаешь ее нам, дабы мы наконец по камешку разобрали это вечное гнездилище Зла! Мы правильно тебя поняли, друг?

— Э-э-э… не совсем, — чуточку смутился я.

— Так, значит, ты предал нас и привел врага в самое сердце эльфийского леса, на Воронью пустошь! — гневно выкрикнул тот, что плевался.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.