Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Второй шанс 46 страница



– Таким образом, суд признает Северуса Снейпа невиновным и велит освободить его из-под стражи немедленно в Зале Суда.

       Как только смысл слов дошел до Саманты, она бросилась к мужу и повисла у него на шее.

– Объявляется слушание по делу миссис Малфой.

– Что? Уже? – Саманта обернулась на Кингсли, тот еле заметно кивнул ей.

       В Зал ввели Нарциссу.

– Северус, тебе нужен врач, идем, я помогу тебе добраться до Мунго.

– Нет, я останусь до вынесения приговора Нарциссе.

– Это может занять часы. Я вернусь и побуду здесь.

– Нет, я остаюсь. – Он откинулся на спинку стула и позволил себе облегченно вздохнуть, после чего сел прямо и, упершись локтями в колени, облокотился на руки и приготовился слушать.

– Миссис Малфой, вам известно, где сейчас ваш муж? – Начала допрос Амбридж.

– Нет. Он сбежал во время битвы.

– И не взял вас с собой?

– Мы не были близки.

– Вы были женаты восемнадцать лет.

– Да. Это так.

– Почему вы были на территории Хогвартса и на какой стороне сражались?

– Я явилась туда по приказу Темного Лорда, который жил в особняке Малфоев последние несколько лет. Сначала я не участвовала в битве, а после событий в лесу перешла на сторону защитников Хогвартса.

– Почему вы это сделали?

– Я никогда не разделяла взглядов Темного Лорда и не была Пожирателем Смерти. Мне было бы жаль, если бы он победил.

– Жаль?

– Именно.

Как и пророчила Саманта, допрос длился несколько долгих часов. Нарцисса давала показания так, будто участвует в светской беседе, чем злила Амбридж и восхищала Кингсли. Она умела ответить так, будто это Амбридж под допросом, а не она сама. Наконец, когда Гарри выступил на стороне защиты и рассказал о событиях в лесу – о том, как Нарцисса не выдала его Темному Лорду и как потом храбро перешла на их сторону, допрос снова вернулся к ее отношениям с мужем.

– Вы можете предположить, куда направился ваш муж?

– У него есть несколько домов во Франции, но туда он не сунется, опасаясь преследований со стороны Французского сообщества, есть один в Испании, но добираться туда слишком долго, а Люциус сейчас в розыске. Думаю, он остался в Англии, можно проверить несколько его квартир и домов.

– Вы имеете право не свидетельствовать против мужа, отчего не защищаете его? – Этот вопрос задал Кингсли.

– Я никогда его не любила, и он сделал мне столько зла, что если кто и заслуживает убить его, так это я. – Она произнесла это спокойно, однако лицо ее на мгновение исказила гримаса боли и отвращения.

– Какие именно у вас причины?

       Нарцисса выгнула бровь и рассмеялась:

– Какие? Какие у меня причины? Вам в каком порядке их перечислить? По степени важности или по датам?

– Как вам будет удобнее.

– Что ж, – она ухмыльнулась и начала загибать пальцы, – он разлучил меня с любимым человеком, практиковал на мне запрещенные заклинания, заставлял смотреть на то, как он издевается над другими, насилует и убивает невинных девушек, насиловал и избивал меня, и, наконец, он убил моего первенца.

       В Зале начался шум, Саманта и сама не смогла сдержать изумленного: «Что? », Северус сжал кулаки и покачал головой, а Гарри и вовсе впал в ступор. Кингсли быстро увел судей и вернулся быстрее чем через пятнадцать минут.

– Суд признает Нарциссу Малфой невиновной и велит освободить ее из-под стражи немедленно в Зале Суда.

Покинув Зал Суда, они вернулись в Хогвартс. Саманта отвела Северуса в его спальню и, напоив успокоительным, обещала вскоре вернуться. Гарри остался помогать Макгонагалл, а Блэк, наконец, смогла поговорить с Нарциссой.

– Когда будет суд над Драко?

– Не знаю, Кингсли сказал, что списки составляются по мере совершенных преступлений. Я упросила его судить вас первыми.

– Тогда его очередь еще нескоро. Я смогу увидеть его?

– Не думаю, что это возможно, но сделаю все необходимое.

– Спасибо, Саманта. – Нарцисса провела рукой по щеке девушки. – Ты так похожа на отца. Регулус тоже всегда заботился о других, забывая о своих нуждах.

       Саманта кивнула и, взяв ее за руку, перенесла их в Мунго. У кровати Сириуса сидел Аберфорт – они о чем-то говорили и даже улыбались, Саманта услышала лишь отрывок:

– …спасибо, что приглядел за ним через зеркало.

– Ты бы не справился.

– О, ну разумеется. Куда мне тягаться… Саманта! – Сириус увидел ее, а затем вдруг изменился в лице и сел. – Нарси?

       Оставив их наедине, Саманта вернулась в Хогсмид вместе с Аберфортом. Он дал ей своего коня, так как на трансгрессию у нее уже не хватало сил, и она отправилась в Хогвартс верхом. Младший Дамблдор вызвался проводить ее и не зря – у самой границы территории школы их поджидала ловушка, но Аберфорт быстро расправился с протеже Беллатрисы и, связав их, вызвал мракоборцев.

– Она не успокоится, пока не убьет меня?

– Очевидно это так, дочка. Но здесь тебе нечего бояться – защита восстановлена, директор в школе, ей сюда не попасть.

Оказавшись в Замке, Саманта спустилась в подземелья и упала на постель возле мужа – не верилось, что весь этот кошмар, наконец, подходил к концу. Она решила удостовериться, что он спит и вернуться во Францию, но сон сморил и ее – шли уже вторые сутки без сна и еды. Когда забрезжил рассвет, Саманта открыла глаза – постель рядом с ней была пуста.

– Северус? – Позвала она.

       Блэк встала, умылась и вышла в гостиную – Северуса не было. Не успела она подумать о том, куда он мог деться, как вдруг открылась дверь, и он вошел, неся перед собой поднос с завтраком.

– Это задумывалось как завтрак в постель.

– Доброе утро. – Она обняла его.

– Садись, позволь мне тебя накормить.

– Я не голодна.

– Саманта!

– Северус!

       Он опустился в кресло и Саманта привычным движением села ему на колени и положила голову на грудь.

– Как же я счастлива, что ты жив. До сих пор жив!

– Как оптимистично.

– Я о нашей свадьбе. Тебя должно было постичь проклятье.

– Может, оно задерживается? Я готов подождать лет пятьдесят.

– Больше, думаешь, меня не выдержишь? – Она позволила себе улыбнуться, и Северус улыбнулся в ответ, а затем вдруг стал серьезным.

– Я должен объяснить тебе кое-что.

– Не нужно.

– Нет, послушай меня. Я действительно много лет был влюблен в одну женщину… и даже после ее смерти продолжал любить ее, но потом… потом появилась ты. Словно ураган!

       Саманта ухмыльнулась.

– И я влюбился, как мальчишка. Но она – мое прошлое, и я не могу откреститься от него.

– Тшш… – Саманта нежно провела пальцем по шраму, который теперь красовался от виска и до подбородка на лице Снейпа. – Это всего лишь прошлое, у меня тоже оно есть. Будущее туманно, остается жить настоящим.

       Утро их прошло так, словно и не было этого года, разделявшего их.

 

***

 

В последующие недели Саманта не могла отделаться от чувства, что невольно предает своего мужа, скрывая правду. Ее сердце саднило, когда она думала о жизни в теле Мэри Стюарт и ее привязанностях, но в суете бежавших дней эти воспоминания прятались так глубоко в ее сердце, что не было времени на сожаления. Сириус вернулся на свой пост Министра Безопасности Франции, Нарцисса осталась с ним. Суд над Драко Малфоем состоялся через несколько недель, его приговорили к трем годам исправительных работ и проживания на территории Министерства, мать могла навещать его раз в неделю. Люциус Малфой был пойман при попытке бежать из страны и осужден пожизненно, всех остальных Пожирателей также судили по всей строгости и отправили в Азкабан. Много дней пресса обсуждала безжалостную расправу над Беллатрисой Лейстрендж – ей удалось скрыться после битвы, но, спустя всего неделю, ее нашли обезглавленной в одном из переулков Лондона. Саманта не знала наверняка, но догадывалась, что Сириус приложил к этому руку. Отойдя от ужасов войны, волшебный мир Англии и Франции начал расцветать – повсюду молодые люди играли свадьбы, без страха выходили на улицы и распевали песни без повода. Многих Пожирателей Смерти еще предстояло выследить и поймать, но это не мешало волшебникам и вейлам наслаждаться каждым днем своей жизни. Саманта совершила невозможное в ночь битвы – ее свадьба разрушила многовековое проклятье и теперь даже вейлы могли выходить замуж не боясь, что их настигнет проклятье.

 

Douchka Esposito – Rien Ni Personne

 

Однако, не все во Франции были довольны ее правлением. Разделяя власть с Альбиной, Саманта все чаще ловила на себе косые взгляды и получала замечания от Собрания Министров. Тем не менее, она тоже поддалась всеобщему счастливому порыву и, спустя всего три недели после победы над Лордом Волан-де-Мортом, организовала свадьбу любимого дяди. Стоя на церемонии в первом ряду, она плакала от счастья, наблюдая за самой счастливой парой на свете. Об их со Снейпом свадьбе судачили на каждом углу, хотя ее все еще называли девичьей фамилией, и, в конце концов, они оба так к этому привыкли, что даже не обращали внимания. Северус постепенно открывался ей, рассказывая о школьных годах и том времени, когда вынужденно забыл ее, повторяя изо дня в день, что будет любить ее всегда. Казалось, жизнь стала налаживаться – и вот уже Альбина и Джордж объявили дату свадьбы. Это была поистине самая шикарная свадьба из всех, на которых довелось быть Саманте. Она пела и танцевала, забыв обо всем, что ей пришлось пережить. Настало время танца молодых, и Блэк спела для них один из самых романтичных романсов, что знала. Когда стемнело, все отправились на улицу – запускать светящиеся кораблики по ночной глади озера.

– Миссис Снейп? – За спиной Саманты появилось несколько сотрудников из Министерства Франции.

– Да, это я. – Удивленная таким обращением, она повернулась к ним и сделала шаг навстречу. – Что-то срочное? Меня ждут Министры? Хотя… они вроде все здесь.

– Вы арестованы по распоряжению нового Верховного Судьи Франции.

– Что? – Рядом с ней встал Северус. – По какому праву вы…

– Вы должны пройти с нами немедленно, либо мы применим силу.

– Да вы хоть знаете кто она? – Снейп уже достал палочку, но молодые люди тоже были наготове.

– Ничего страшного. Это, наверняка, какая-то ошибка. Я разберусь. – Саманта коснулась губами щеки мужа и, найдя в толпе Сириуса, кивнула ему.

       Не позволив ей попрощаться с дядей и сестрой, сотрудники Министерства подхватили ее под локти и повели прочь со свадьбы.

– В чем дело? Саманта, что это значит? – Альбина бросилась к ним, но путь ей преградили Министры.

– Мисс Блэк должна ответить перед судом за свои преступления. – Бросил ей Делаж и поспешил ретироваться.

 

Оставляйте отзывы, ценно каждое мнение.

Здесь вы найдете иллюстрации к главе:

http: //samantastory. tumblr. com/post/183874356409/глава-9-последствия

 

 

Глава 10. Второй шанс.

 

«Никому и никогда ты не расскажешь о том, что с тобой приключилось. Никому и никогда… до самого конца…»

 

David Chappell – Tempest

 

В дня лучах последних огненных

Тень замрет на плитах уличных

Я – последняя из проклятых

Я – восставшая из умерших

Все, что было - мной изведано

Все, что будет - мной придумано

В темноте я – солнце светлое

Ясным полднем – тьма безлунная

Кто я? Ветер над курганами.

Кто я? Пики скал под кручами,

 Коршун, вьющийся над ранами.

Пес, за горло рвать обученный

Черный конь – мой друг единственный

Острый меч – защитник праведный

Я иду путем извилистым

Не привыкнув жить по правилам

И сквозь призму заклинания

Как удар, придет видение:

«Здравствуй, милое создание!

Здравствуй, мрака порождение…»*

 

Саманта в нетерпении шла за своими тюремщиками – двое молодых людей в молчании вели ее через залы Министерства.

– Куда мы идем? – Наконец спросила она.

– Нам поручено арестовать вас и доставить в место временного заключения до назначения даты суда. – Ответил один из них даже не обернувшись.

– Суда? Меня что же, будут судить, словно преступницу?

       Молодые люди оставили этот вопрос без ответа, лишь переглянулись и ускорили шаг. Спустившись на несколько уровней под землю, Саманта, наконец, поняла, где будет ее временное пристанище – Бастилия встретила ее криками выживших из ума и стонами умирающих заключенных. Надвинув капюшон мантии поглубже, она прошла меж клеток и камер вслед за конвоем. Многие подходили к решеткам и, выставив руки, пытались дотянуться до нее, кто-то кричал, завидев издалека ее фигуру, кто-то плакал и причитал в голос, кто-то молча провожал ее взглядом, но никто не был к ней расположен. Саманта чувствовала, что ей не удастся долго скрывать свою личность, но успокаивала себя тем, что уже к вечеру следующего дня во всем разберется. Ей было жаль, что Министры сорвали свадьбу Альбины – девушка, конечно, успела выйти замуж и даже повеселиться с гостями, но теперь, Саманта была в этом уверена, ищет способ вызволить ее, забыв о своем торжестве. Как несправедливо по отношению к ней!

       Разместившись в отдельной камере, она устроилась на кровати и, подоткнув мантию под голову, закрыла глаза – постель пахла сыростью и чьей-то кровью, тут и там виднелись дыры и плесень, за стеной слышно было как шуршат мыши, а в подполе снуют ползучие твари. Той ночью ей так и не удалось сомкнуть глаз, а утром, еще до рассвета, явилась Альбина. Сестры обнялись, и новоиспеченная Уизли принялась рассказывать обо всем, что ей удалось узнать за эти несколько часов:

– Выборы Верховного Судьи проходили без нашего ведома, только вчера новый Судья принял все полномочия и первым же указом распорядился арестовать тебя. Я еще не знаю, кто это. Никто не знает – это будет объявлено сегодня, на суде. Ты как? Что-нибудь нужно?

– Я… не понимаю, Альбина. Что собираются поставить мне в вину?

– Приговор тоже в строжайшем секрете. Все держат в тайне даже от меня.

– Ну, конечно! Судебная власть нам не подчиняется… – Саманта расхаживала по камере. – Ты можешь передать мне другую одежду? Эта не слишком подходит для суда. – Она указала на длинное темно-бордовое платье, которое было на ней в честь свадьбы. – И как там?..

– Они оба в порядке. Переживают за тебя, разумеется, пытались вместе со мной что-то узнать, но никому нет хода в здание Суда до церемонии провозглашения нового Судьи.

– Как думаешь, кто это может быть?

– Не знаю, может, кто-то из жен Министров… сами они не имеют права занимать такую должность, но определенно тот, на кого они имеют влияние.

– Или тот, кто имеет влияние на них. Но… все мои враги в Англии и под замком. В Азкабане.

– Значит, этот враг из Франции. Мне нужно бежать, я проникла сюда не совсем законно. Вещи и еду передам через доверенного охранника. Старайся не подходить к решеткам и показываться другим арестантам.

– Разумеется. Послушай… я… сожалею, что отправила сюда Ирен. Я хотела сказать тебе это еще давно – она не заслужила этой участи, хоть и предала меня.

– Ирен потеряла голову от неразделенной любви. Я должна была заметить, как она отдалилась от меня тогда… сколько между нами было недомолвок… Но я рада, что мы поговорили о ней, надеюсь, ты найдешь в себе силы простить ее однажды.

       Альбина неслышной тенью проскользнула из камеры и умчалась по коридору, сопровождаемая личным охранником, а Блэк осталась наедине со своими мыслями – сколько вынесла ее сестра, находясь здесь? Действительно ли заслуживала такого наказания и смерти? Могла ли она поступить тогда иначе?

       Через несколько часов ей доставили чистую одежду, сыр, вино и тушеную говядину. К еде она не притронулась, но быстро переоделась и в нетерпении стала расхаживать по камере – суд был назначен на четыре часа. Когда же за ней явились ее недавние знакомые, она с готовностью накинула капюшон мантии и вышла вслед за ними. До здания Суда отправились в карете, запряженной четверкой пегасов – они доставили их прямо к воротам. Напрасно Блэк рассчитывала держать свой арест в тайне – казалось, что все репортеры Франции и Англии столпились у входа, так, что не видно было ни одного знакомого лица, но девушка знала – муж и дядя ждут ее внутри и не оставят одну. Что бы ни случилось. Сняв капюшон, заслонила лицо от вспышек камер и попыталась протиснуться сквозь толпу. Отовсюду летели вопросы:

– Саманта, как вы прокомментируете эту ситуацию?

– В чем вас обвиняют?

– Почему суд держит в тайне приговор?

– Это из-за того, что вы стали гарпией, а потом вернулись?

       Саманта не отвечала, стараясь как можно скорее попасть внутрь, но толпа все наседала, а двое молодых людей не могли сдержать ее натиска. Тогда Блэк пришлось вспомнить о своем даре и, по велению руки, вся толпа отступила на несколько шагов назад, позволив ей, наконец, попасть в здание суда. Там, у входа, ее встретила Альбина и успела шепнуть, что уже наняла лучших адвокатов – они дожидаются ее внутри. Зал был полон – Саманта сразу нашла взглядом Сириуса и Северуса, кивнула им и прошла на свое место, а затем рассмотрела остальных – здесь собрались все ее друзья – Гарри, Гермиона, Нарцисса, семейство Уизли и даже Хагрид. Министры тоже находились в Зале, но стояли и сидел поодаль от нее – ближе к присяжным – их Саманта насчитала аж двадцать человек. Ее усадили в высокое кресло прямо напротив места Судьи. Участники и слушатели сидели по правую и левую сторону от Верховного решателя судеб, так складывалось впечатление, что подсудимый отвечает сразу перед всеми, а не только перед одним Судьей. Наконец, двери позади нее открылись и по вмиг изменившемуся лицу Сириуса Саманта поняла, что Верховный Судья ей явно не друг. Когда же и она смогла увидеть его, то сама не сдержала вздоха – по лестнице наверх поднималась мадам Максим. Она заняла свое место, поприветствовала присяжных и Министров и приступила к делу – весь судебный процесс проходил на французском языке, так что слушателям-англичанам пришлось использовать чары-переводчик.

– Слушается дело Саманты Терезы Регор** Блэк Дьюкер Снейп… – Бывшая директор Шармбатона подняла взгляд на обвиняемую. – Не слишком ли много имен для вас одной?

– Можете обращаться ко мне Саманта Тереза Блэк.

– Отчего не Снейп?

– Если и обвинять в чем-то, то Саманту Блэк. Саманта Снейп еще не успела совершить ни одного преступления.

– Как будет угодно. – Сухо подытожила мадам Максим и продолжила. – …обвиняется в убийстве Кристофера Эдмонда Монсиньи, совершении запрещенного, темного обряда по спасению души, в убийстве Аманды Джульетты Карель, погибшей по указу Друинны, в убийстве…

       Обвинение зачитывалось добрых полчаса, и, наконец, когда все жертвы войны были перечислены, мадам Максим продолжила:

– Кроме того, Друинна покинула свой народ почти на год, а, вернувшись, не явилась в Министерство и не дала о себе знать, предпочтя скрываться и оставив вейл на попечение судьбы…

– Я погибла!

– Не перебивайте Судью, мисс Блэк. Вам дадут слово. Так как количество погибших превышает мыслимые и немыслимые масштабы, суд предлагает рассматривать каждую часть обвинения отдельно. Начнем с запрещенного обряда. По данным Суда, вы совершили обряд по обмену душ, пожелав вернуть в мир живых своего дядю, Сириуса Блэка, и в этом вам помог покойный Дамблдор. Ответьте, как вы сумели обмануть такого могущественного волшебника? Но прежде… выпейте сыворотку правды.

       Один из сопровождающих Саманту молодых людей поднес ей пузырек, и она послушно опустошила его. Поморщившись, встала и, повинуясь желанию говорить только правду начала:

– Я рассчитывала на то, что профессор Дамблдор поможет мне и отправила ему письмо, где расписала особенности Обряда и то, как я планирую провести его. Я просила его помощи, потому что в одиночку не справилась бы.

– Ваша приемная мать не могла помочь вам в этом?

– Нет, я старалась оградить ее от всего этого. Она не верила, что я действительно пойду на такое и отказывалась всячески мне помогать.

– Но вы все равно ослушались и обратились к Дамблдору. Что было потом?

– Он помог мне… – тут язык ее скрутился, но Саманта постаралась сформулировать предложение так, чтобы не соврать, но и не выдать всю правду – благо, несколько лет назад этому трюку обучили ее Сириус и Римус. – С зельем, необходимым для Обряда. А также согласился прочесть заклинание.

– Кто-то еще участвовал в этом преступлении?

       Саманта покачала головой, силясь перебороть приступ, но не тут-то было – зелье скрутило ей легкие, и, чтобы вздохнуть, она должна была открыть все:

– Мне помогли Северус и… Римус. Но они участвовали только в приготовлении зелья! Они не виноваты!

– С ними будет разбираться Английское Министерство. Я направлю им запрос с просьбой привлечь к ответственности за это преступление всех участников.

       Саманта нашла глазами в Зале Суда Северуса – он коротко кивнул ей, давая понять, что все в порядке.

– Вы заставили покойного мистера Монсиньи пожертвовать собой в угоду вашим желаниям?

– Нет… это… было не так… – Голова от выпитого зелья кружилась, ноги не держали, и Саманта опустилась в кресло. – Он знал, что обречен… знал, что умрет. И предложил помочь мне.

– И вы согласились обменять его жизнь на другую, более угодную вам?

– Все… все не так… если бы Крис был… был в порядке, я бы никогда!.. Но он умирал…

– Это не оправдание, мисс Блэк! Мистер Монсиньи был обречен именно из-за вас!

– Да, я… я не умела тогда управлять своими силами…

– Разве не этому учат в Шармбатоне? Ах, да, припоминаю… вы отказались сдавать этот экзамен, и ваша приемная мать пошла у вас на поводу. Экзамен был отменен. Но все это не оправдывает вашего желания обменять одну жизнь на другую.

– Я была в отчаянье! Я потеряла дядю, и готова была свою жизнь отдать за его возвращение!

– Но вы здесь, стоите перед нами, а мистера Монсиньи нет в живых!

– Я отдала часть своей души за его возвращение! Разве это не высокая цена?!

– Вопросы здесь задает Суд! – Завизжала мадам Максим. – Господа присяжные, обратите внимание на манеру подсудимой – она всегда вела себя так, словно весь мир ей должен!

– Это не так!

– Молчать!

       Заседание Суда в тот день длилось до глубокой ночи, а, когда Саманта, накаченная зельем, не могла уже связать и двух слов, было принято решение разойтись. Конвой доставил Блэк обратно в Бастилию, уже не заботясь о ее анонимности, и бросил в камеру. После полуночи к ней вновь пробралась Альбина и помогла немного прийти в себя, отпоив восстанавливающим зельем, которые сварил для нее муж.

– Она выступает и в качестве судьи, и в качестве обвинителя. Разве так можно?

– Ей – да. – Альбина пыталась напоить сестру куриным бульоном. – Что ты намерена делать? Все адвокаты отказались вести линию защиты, а настрой мадам Максим мне совсем не нравится.

– Отвечу на все, что она мне предъявила. Буду надеяться на понимание присяжных, а если не выйдет, напомню им – кто истинный правитель Франции.

– Отчего не сделать этого прямо сейчас?

– Не хочу, чтобы считали, что я действительно виновна или что-то скрываю.

– Думаю, она хочет взять тебя измором – будет держать здесь неделями, откладывать слушания и растягивать их до бесконечности.

– Когда-нибудь это кончится. – Саманта обняла сестру. – Спасибо тебе. Передай им, что я люблю их. Сильнее, чем когда-либо.

       Как и пророчила Альбина – мадам Максим взялась извести Саманту бесконечными задержками слушания, кроме того, она ужесточила охрану так, что даже сестра теперь не могла к ней попасть. Официальный запрос прекратить слушание против Друинны, направленный Сириусом, был отклонен. Попытался вступиться за Саманту и Гарри, но тоже потерпел неудачу – мадам Максим ясно дала понять, что «мальчик, который выжил» имеет весомый голос лишь в Англии. Допросы длились часами без перерыва на обед или отдых, Северус и Сириус всегда присутствовали на них – Саманта взяла за привычку смотреть на них, когда отвечала на вопросы мадам Максим. Сириус пытался вступиться за нее несколько раз, но Верховный Судья пригрозила удалить его до окончания слушания, и тогда Блэк попытался стать официальным защитником Саманты, он днями и ночами штудировал книги по праву, оставшиеся от брата и Терезы, силясь найти сам не зная что и хватаясь то за один, то за другой учебник, но идея не увенчалась успехом – мадам Максим отклонила его запрос выступать в качестве защитника из-за отсутствия юридического образования. Как ни странно, спутником Сириуса в этом непростом деле всегда был Снейп – он с таким же усердием перебирал книги в la rose blanche, надеясь найти выход из всей этой ситуации, писал прошения и жалобы, пытался найти рычаги давления на мадам Максим – и все безуспешно. Они почти не общались, изредка обмениваясь тем ценным, что, на их взгляд, удавалось найти. Саманта же, оставаясь в одиночестве в перерывах между слушаниями, не переставала надеяться, что присяжные будут на ее стороне – она заметно исхудала и на голове ее появилась прядь седых волос. Целых два месяца шли разбирательства по делам погибших вейл в битве против Пожирателей после смерти Терезы и при защите Хогвартса. И, когда, казалось, все аргументы мадам Максим закончились, она обвинила Саманту в том, что та ввела вейл в заблуждение и на самом деле не сняла с них проклятье, а лишь отсрочила его.

– Я вышла замуж и до сих пор жива. Мой муж, слава Мерлину, в добром здравии. В чем же состоит мой обман?

– Вы не можете утверждать, что избавили всех вейл от этого проклятья!

– Почему же? Многие уже вышли замуж и счастливы в браке.

– Да, но это только пока… и что будет, когда вы умрете?

       Тут в ход суда внезапно вмешался Хагрид, который исправно посещал все слушания:

– Что это творится тут, а? Олимпия! Чего это? Чего ты удумала?

– Мсье, ‘Агри, займите свое место!

– Ежели она не сняла проклятье с вейл, то и тебе не быть счастливой в любви! Вот что я хочу сказать!

– Но я ‘аже не вейла! – Возразила мадам Максим на время потеряв самообладание.

– Нет! Но тебя оно коснется, если ты эту девочку не отпустишь!

– Удалите его из зала! Немедленно! – Она закричала на молчаливую охрану, что стояла у входа в Зал.

       Саманта улыбнулась великану, который своим выпадом ухудшил ее и без того жалкое положение. Хагрида вывели, и мадам Максим принялась с еще большим остервенением проводить допрос.

– Мне все это осточертело! – Блэк поднялась и с вызовом посмотрела на Судью.

– Что?

– Я сказала – мне это надоело. Довольно. У вас ко мне личная неприязнь и, получив некое подобие власти, вы решили выместить на мне всю злобу. Я не буду больше вашей игрушкой. Господа присяжные, – Саманта повернулась к ним, – все мои действия продиктованы любовью к моей семье и чувством долга. Я признаю, что после смерти Терезы, моей приемной матери, была сама не своя и воспользовалась правом Друинны призвать всех вейл. Многие погибли из-за того, что не имели права отказаться. Но я учла свою ошибку и больше ее не повторяла. Что бы ни ставила мне в вину госпожа Судья, я готова ответить на все. Если у вас больше нет ко мне вопросов, то прошу завершить этот фарс немедленно!

– О, не так быстро! – Мадам Максим тоже встала и теперь возвышалась над всеми вокруг почти в два раза. – Потрудитесь объяснить, где вы были с момента своего исчезновения в апреле прошлого года?

– Я не… – Саманта уже собиралась произнести привычное «я не помню», но зелье, что она исправно пила перед каждым слушанием, дало о себе знать и язык ее повернулся иначе. – …не могу рассказать.

– Что значит – вы не можете?

– Я связана клятвой.

– Так вы были живы?

– Что-то вроде того.

– Объяснитесь немедленно!

– Я же сказала, что не могу!

       Перепалка продолжалась еще некоторое время, а затем мадам Максим смилостивилась и отпустила подсудимую. На выходе Сириус сунул ей в руку записку, которую Саманта развернула уже в камере: «Ничего ей не говори. Держись. Люблю тебя». Блэк и сама знала, что рассказывать о жизни в теле Мэри Стюарт не стоит, но, если мадам Максим продолжит упорствовать – что ей делать тогда? С одной стороны она связана клятвой перед высшими силами, а с другой – находится под следствием. Спустя несколько часов ей принесли ужин – мадам Максим лично распорядилась накормить пленницу «как следует». Охранник передал слова Верховного Судьи, что она, якобы, не хочет, чтобы подсудимая умерла с голоду еще до вынесения приговора. Саманта не верила своему счастью – неужели завтра все это закончится? Ее речь возымела действие на присяжных, и они решили поскорее покончить с ее делом! Вдохновившись, Блэк даже съела несколько кусков мяса и выпила чай, а через час ее сморил сон.

       Когда казалось, что беды уже позади, она вдруг услышала голос среди ночи, а затем почувствовала жгучую боль в виске, такую, что из глаз брызнули слезы, но подняться она не могла – во всем теле чувствовалась слабость, а голова кружилась. Разомкнуть веки оказалось не так просто, но, когда ей это все же удалось, было уже поздно – две фигуры в мантиях удалялись по коридору. В полудреме Саманта узнала в одной из фигур мадам Максим и снова провалилась в сон. Утром, еще до рассвета, ее подняли неизменные охранники и буквально потащили на себе в Зал Суда – это закрытое от всей прессы слушание было назначено всего несколько часов назад, никто точно не знал с чем связана такая спешка, а Саманта и вовсе не могла вникнуть в суть происходящего – глаза ее слипались, а тело не слушалось.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.