Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





3. Тема поэта и поэзии



Тема поэта и поэзии проходит через все творчество А. С. Пушкина, получая с годами различную трактовку, отражая изменения, происходящие в мировоззрении поэта.

Знаменательно, что в своем первом печатном произведении, послании «К другу стихотворцу» (1814), Пушкин говорит о том, что не всякому дано быть настоящим поэтом:

 

Арист, не тот поэт, кто рифмы плесть умеет

И, перьями скрипя, бумаги не жалеет.

Хорошие стихи не так легко писать...

 

Да и судьба, уготованная истинному поэту, нелегка, и путь его тернист:

 

Судьбой им не даны ни мраморны палаты,

Ни чистым золотом набиты сундуки.

Лачужка под землей, высоки чердаки -

Вот пышны их дворцы, великолепны залы...

Их жизнь — ряд горестей...

 

Пушкину-лицеисту чужд образ казенного «угрюмого рифмотворца» («К Галичу», 1815), «скучного проповедника» («Моему Аристарху», 1815) и мил образ вольнолюбивого поэта-мыслителя, огненно-сурового обличителя пороков:

 

Хочу воспеть свободу миру,

На тронах поразить порок...

 

В стихотворении «Разговор книгопродавца с поэтом» (1824) поэт и книгопродавец в форме диалога высказывают свое отношение к поэзии. Взгляд автора на литературу, на поэзию здесь несколько приземлен. Возникает новое понимание задач поэзии. Герой стихотворения поэт говорит о поэзии, приносящей душе «пламенный восторг». Он избирает свободу духовную и поэтическую. Но книгопродавец заявляет:

 

Наш век торговли; в сей век железный

Без денег и свободы нет.

 

И книгопродавец и поэт по-своему правы: законы жизни распространились и на «священную» область поэзии. И поэта вполне устраивает позиция, которую предлагает ему книгопродавец:

 

Не продается вдохновенье,

Но можно рукопись продать.

 

Пушкин рассматривает свой труд-поэзию не только как «детище» вдохновения, но и как средство к существованию. Однако же на вопрос книгопродавца: «Что ж изберете вы? » — поэт отвечает: «Свободу». Постепенно приходит понимание того, что никакая политическая свобода невозможна без свободы внутренней и что только духовная гармония даст человеку почувствовать себя независимым.

После расправы с декабристами Пушкин пишет стихотворение «Пророк» (1826). Миссия пророка прекрасна и страшна одновременно: «Глаголом жечь сердца людей». Очищать мир от скверны невозможно без страданий. Поэт — избранник, провидец и учитель, призванный служить своему народу, быть вещим, мудрым, поднимать на борьбу за правду и свободу. Мотив избранничества звучит здесь особенно сильно. Поэт выделяется из общей массы. Он выше ее. Но это избранничество покупается муками творчества, ценой великих страданий. И только «Бога глас» дарует герою его великий путь.

Процесс преображения человека есть не что иное, как рождение поэта. «Открылись вещие зеницы» для того, чтобы видеть окружающий мир, «жало мудрыя змеи» дано вместо языка, а вместо трепетного сердца — «угль, пылающий огнем». Но и этого недостаточно, чтобы стать избранником. Нужна еще высокая цель, идея, во имя которой творит поэт и которая оживляет, дает смысл всему тому, что он так чуткослышит и видит. «Бога глас» повелевает «жечь сердца людей» поэтическим словом, показывая подлинную правду жизни:

 

Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей.

 

Стихотворение имеет аллегорический смысл, но в данном случае поэт утверждает божественную природу поэзии, а это значит, что и ответственность поэт несет только перед Творцом.

В стихотворении «Поэт» (1827) также появляется мотив божественного избрания поэта. И когда нисходит вдохновенье, «божественный глагол до слуха чуткого коснется», поэт ощущает свою избранность, ему становятся чужды суетные забавы света:

 

Бежит он, дикий и суровый,

И звуков и смятенья полн,

На берега пустынных волн,

В широкошумные дубровы...

 

В стихотворениях «Поэту», «Поэт и толпа» Пушкин провозглашает идею свободы и независимости поэта от «толпы», «черни», понимая под этими словами «светскую чернь», людей, глубоко равнодушных к истинной поэзии. Толпа не видит пользы в творчестве поэта, ведь оно не приносит никаких материальных благ:

 

Как ветер, песнь его свободна,

Зато как ветр она бесплодна:

Какая польза нам от ней?

 

Такое отношение «непосвященной» толпы вызывает раздражение поэта, и он с презрением бросает толпе:

 

Молчи, бессмысленный народ,

Поденщик, раб нужды, забот!

Несносен мне твой ропот дерзкий,

Ты червь земли, не сын небес...

……………………………………

Подите прочь — какое дело

Поэту мирному до вас!

В разврате каменейте смело,

Не оживит вас лиры глас!

 

Поэзия — удел избранных:

 

Мы рождены для вдохновенья,

Для звуков сладких и молитв.

 

Так формулирует Пушкин цель, во имя которой поэт приходит в мир. «Звуки сладкие» и «молитвы», красота и Бог — вот те ориентиры, которые ведут его по жизни.

Тем же настроением проникнуто стихотворение «Поэту» (1830). Пушкин призывает поэта быть свободным от мнения толпы, которая никогда не поймет избранника:

 

Поэт! не дорожи любовию народной.

Восторженных похвал пройдет минутный шум;

Услышишь суд глупца и смех толпы холодной,

Но ты останься тверд, спокоен и угрюм.

 

Пушкин призывает поэта быть требовательным к своему творчеству:

 

Ты сам свой высший суд;

Всех строже оценить умеешь ты свой труд...

 

Размышляя о назначении поэзии в судьбе поэта, Пушкин сравнивает себя с эхом (стихотворение «Эхо», 1831). Эхо откликается на все звуки жизни, оно, как и поэт, влюблено в мир:

 

На всякий звук

Свой отклик в воздухе пустом

Родишь ты вдруг.

 

В этих словах слышится готовность принять мир во всех его проявлениях, даже тогда, когда «нет отзыва». Для поэта главное — служение вечным ценностям: добру, свободе, милосердию, а не прихоти «толпы» и «черни».

Именно об этом напишет Пушкин в стихотворении «Я памятник себе воздвиг нерукотворный... » (1836):

 

И долго буду тем любезен я народу,

Что чувства добрые я лирой пробуждал,

Что в мой жестокий век восславил я Свободу

И милость к падшим призывал.

 

Пушкин в этом стихотворении ставит поэзию выше славы царей и полководцев, ибо она ближе к Богу:

 

Веленью Божию, о муза, будь послушна.

 

Человек смертен, а творения его духа обретают вечную жизнь:

 

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире

Мой прах переживет и тленья убежит.

 



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.