Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





19 мая 2013, воскресенье



Лена

Лена возила тряпкой по крашеным ступеням и думала о завтрашнем, то есть о вчерашнем дне. Она пыталась вспомнить, что делала тогда, в воскресенье. Мама, кажется, не работала, ну да, правильно, она ведь в субботу только выписалась из больницы. Поэтому весь день в воскресенье провела дома. Точно, они все вместе были дома, убирались, готовили и возились с детьми. У Анютки еще не проявилась ветрянка, а братья ничего не порвали, не потеряли и не просыпали. Значит, завтра, в воскресенье, ожидается довольно спокойный день. Все будут наслаждаться жизнью и маминым присутствием в доме.

Внизу хлопнула входная дверь, и кто-то стал подниматься по лестнице. Лена отжала тряпку и бросила ее на ступеньку, чтобы этот «кто-то» мог вытереть ноги, прежде чем топтать вымытое пространство.

— А, наша Золушка, — приветливо сказал мужской голос. — Трудишься?

Лена подняла глаза и чуть не вскрикнула от неожиданности и восторга. Вот так удача! Перед ней стоял тот самый водитель, который возил их на экскурсию. Вот, оказывается, где она его видела. Он был жильцом одного из подъездов, которые убирала Лена.

— Ой, ой, постойте, — заторопилась девочка, не зная, как к нему обратиться. — Вы ведь экскурсии возите? Вы водитель такого небольшого белого автобуса?

— Ну да, водитель, — удивленно согласился тот. — А что?

— Вы ведь знаете, где находятся раскопки древней стены? Ну той, которую откопали совсем недавно, там еще лагерь археологов-волонтеров. Скажите, пожалуйста, как туда добраться?

— А зачем тебе? Туда еще никого не пускают.

— А… просто… — Лена запнулась, пытаясь придумать логичное объяснение. — Понимаете, мы участвуем в конкурсе, пишем реферат про работу археологов, и нам очень нужно побывать на настоящих раскопках. Тогда мы точно займем первое место. Мы только посмотрим издалека, как они работают. Скажите, на чем туда можно доехать?

Лена умоляюще сложила мокрые руки на груди. Водитель посмотрел на нее и улыбнулся:

— Ну, если действительно очень нужно…

— Очень! — воскликнула Лена. — Вы даже не представляете как!

— Это не доезжая Воскресенки, дачный массив «Садовод». Там есть объездная дорога, она ведет до самых раскопок. Только дачные автобусы по ней не ездят, пешком надо… А знаешь что? Если хочешь, приходи завтра на площадь в десять утра, я тебя там подберу. Экскурсию везу, как раз через Воскресенку. Так что подброшу почти до места.

— Как здорово! — воскликнула Лена. — Спасибо большое! Только нас трое. Ну, тех, кто пишет реферат.

Водитель крякнул и почесал в затылке.

— Ладно, — наконец сказал он. — Умещу вас как-нибудь. Недолго ехать. Приходите втроем, ровно в десять. Только не опаздывайте. Ждать не буду.

И водитель пошел по лестнице к себе на второй этаж.

— Спасибо! — радостно крикнула ему вслед Лена. Потом вытащила из кармана телефон и набрала номер Юрасика.

— Завтра в десять на площади, — небрежно бросила она в трубку. — Я нашла те самые раскопки и знаю, как туда добраться. Подробности при встрече, мне сейчас некогда. И передай Елизарову, пусть не опаздывает. А то пойдет пешком.

 

19 мая 2013, воскресенье

 

Ребята собрались на площади примерно в одно время до десяти часов еще оставалось несколько минут. Лена просто светилась от гордости, и вид у нее был триумфальный. Еще бы — такое дело провернула! Практически решила проблему, а эти противные самодовольные мальчишки даже не знали, как подступиться к ее решению! Поэтому на все их вопросы Лена снисходительно отвечала, чтобы они не дергались, потому что у нее все под контролем. Ровно в десять с площади пойдет автобус, который довезет их почти до места. И причем совершенно бесплатно. Лене казалось, будто бы мальчишки смотрят на нее по-особенному и она наконец заслужила их признание и уважение. Теперь они наверняка поняли, что у нее деловая хватка и острый ум, несмотря на то что она девочка. Немного омрачало радость то обстоятельство, что утром она не смогла найти телефона, который дал ей вчера Юрасик. Хотя она точно помнила, что положила его на стул возле кровати. Ну ничего, найдется. Наверное, кто-то из детей умыкнул.

— Нет, ну все же, как тебе удалось? — не отставал Глеб. — Как ты нашла точные координаты раскопок? И откуда узнала, что с площади туда ходит автобус? Да еще бесплатный?

— Это элементарно, — поглядывая на него свысока (и в прямом и в переносном смысле), отвечала Лена. — Нужно было просто пошевелить мозгами.

Несколько минут пробежали быстро, часы на телефонах мальчишек показывали уже три минуты одиннадцатого, а никакого автобуса на площади все еще не было.

— Ну и где твой бесплатный транспорт? — ехидно поинтересовался Глеб спустя еще пять минут.

— Сейчас придет! — горячо воскликнула Лена, стараясь держаться бодро, но в ее душу стали закрадываться сомнения. — Мало ли что, чуть-чуть задерживается.

— Автобусы никогда вовремя не приезжают, — вступился за Лену Юрасик. — Подождем еще.

Глеб пожал плечами, молча соглашаясь подождать. Но когда прошло еще пятнадцать минут и ситуация не изменилась, он потребовал подробного рассказа, что же такого особенного Лена узнала вчера и почему организовала сегодня сбор на площади. К этому времени с Лены уже слетела вся спесь. Она еще не поняла, в чем дело, но чувствовала себя не в своей тарелке. Пришлось откровенно рассказать о случайной встрече с водителем автобуса, о том, как ловко она выведала у него, где находится лагерь археологов, и о том, как он обещал взять их с собой завтра в десять.

— Завтра! — закричал Глеб, схватившись за голову. — У тебя вообще мозги есть, Балда Ивановна? Ты соображаешь, где мы и где завтра?

— Ну перестань, она просто перепутала, — примирительно сказал Юрасик. — Лена, ты не виновата. К этому невозможно привыкнуть.

— Да о чем вы? — не выдержала Лена. — Что я перепутала?

— Она еще и не понимает! — возмутился Глеб.

— Лена, говоря «завтра», водитель имел в виду вторник, двадцать первое мая. А для нас «завтра» — воскресенье, девятнадцатое мая, — принялся объяснять Юрасик. — Поэтому мы его и не дождались. А он, наверно, тоже стоит на площади, только на два дня позже, и удивляется, что девочка, которая так просилась на раскопки, не пришла.

— Это элементарно, — сказал Глеб, кривляясь и копируя интонацию Лены. — Нужно было просто пошевелить мозгами.

Лена даже не отреагировала на его издевки, она была слишком подавлена.

— Поехали сами, — решительно предложил Глеб. — Чего время тянуть? На дачном автобусе доедем до этого «Садовода», а там пешком. Пошли на остановку.

— А не заблудимся? — с опаской поинтересовался Юрасик. — Ведь мы не знаем, куда идти. По дачам можно весь день бродить.

— А чего ты больше боишься — заблудиться на дачах или остаться в этом обратном календаре? — спросил Глеб.

— Оставаться точно не хочу, — покачал головой Юрасик. — Шестнадцатого мая у нас поминки — деду девять дней. Не хочу это видеть еще раз.

— А у меня мама завтра выписывается из больницы, а в пятницу там окажется, — сказала Лена. — И я опять останусь за старшую. Я тоже не хочу.

— Значит, все «за», — подвел итог Глеб. — Тогда вперед.

И он решительно зашагал к парку, на другом конце которого располагалась автобусная остановка. Лена и Юрасик двинулись вслед за ним.

Дачные автобусы ходили четко по расписанию, о чем сообщало объявление на столбе возле остановки. Автобус на дачный поселок «Садовод» курсировал с интервалом в два часа. Рейс в девять тридцать они уже пропустили, пришлось дожидаться следующего. Целый час они слонялись по парку, чтобы убить время, сидели на лавочках, катались на качелях на детской площадке и смотрели на пеструю толпу отдыхающих. Деньги оказались только у Юрасика, он великодушно угостил ребят мороженым и пообещал заплатить за проезд.

Наконец подошло время отправки автобуса, и троица едва втиснулась в салон, с трудом пробравшись через многочисленные ведра, грабли, лопаты и рюкзаки заядлых садоводов. Ехали минут двадцать, уткнувшись носами в спины дачников. Юрасик постоянно дергал Лену, рост которой позволял видеть, что происходит за окном. Он боялся пропустить нужный поворот и спрашивал ее, где они сейчас едут. Лена неизменно отвечала, что видит только дачи и понятия не имеет, как тот самый поворот выглядит. Наконец Глеб взял инициативу в свои руки, с риском для здоровья пробрался вперед к водителю и узнал, что они обогнули уже весь дачный массив и вот-вот окажутся на дороге к следующему поселку — Воскресенке.

Из автобуса они выбрались помятые и с некоторыми потерями — Лена расцарапала руку о чьи-то саженцы, Юрасику оторвали лямку на рюкзачке, а Глебу отдавили ногу.

— Ну и духота, — пропыхтел Юрасик и принялся шарить в рюкзаке в поисках бутылочки сока, которую он предусмотрительно захватил из дома.

— Что, снова пирожки? — поинтересовался Глеб, глядя, как Юрасик перетряхивает свои пожитки.

— Нет, бабушка не пекла. К сожалению, — сказал тот.

— Что это у тебя? — Глеб выхватил из рюкзачка маленькую коробочку в черно-белую клетку и повертел ее в руках.

— Дорожные шахматы.

— Зачем они тебе?

— Ни за чем. Не выложил просто.

— Ты в шахматы играешь? — заинтересовалась Лена.

— Ну да, играю, — ответил Юрасик.

— Ну и как? — спросил Глеб.

— Победитель юношеского турнира в Краснодаре в прошлом году, — скромно сказал Юрасик и покраснел от удовольствия, когда Лена кинула на него восхищенный взгляд.

— Да ты, оказывается, у нас шахматный гений! — Глеб хлопнул его по плечу. — Мы еще будем гордиться, что знакомы с тобой.

Юрасик наконец достал сок, ребята в два счета опустошили бутылку и двинулись по дороге между дачных заборов. Куда идти, они не знали, но догадывались, что им нужно попасть на противоположную сторону массива, туда, где начиналась лесопосадка.

Полуденное солнце пекло, как летом, плотный раскаленный воздух обволакивал путников с ног до головы. Изредка долетавший до них ветерок, такой же горячий и удушливый, облегчения совершенно не приносил. Уже через пять минут Юрасик взмок, выбился из сил и попросил замедлить шаг, чтобы отдышаться.

— Ты, Юрок, совсем не приспособлен к современной жизни, — говорил Глеб, плетясь рядом с ним черепашьим шагом. — Что сейчас самое главное? Скорость и выносливость.

— Мозги самое главное, интеллект, — возразила Лена. — Если думать нечем, то и скорость не поможет.

— Да? Ну вот Карась у нас чемпион по шахматам. Как это ему поможет в обычной жизни, когда на него нападет банда гопников? Он что, забьет их своим интеллектом? И вообще, разве может сложиться ситуация, когда будет жизненно необходимо сыграть партию в шахматы?

— У него просто хватит ума не ходить там, где можно встретить гопников. Все шахматисты очень умные, у них математический мозг.

— Из-за этого математического мозга я сейчас вынужден ползти по тридцатиградусной жаре, хотя мог бы через несколько минут уже добежать до места. Я всю жизнь занимаюсь бегом, у меня третий разряд, я стометровку за двенадцать с половиной секунд пробегаю…

— И что? — перебила Лена. — Как это тебе помогло сообразить, что с нами приключилось? Ведь именно Юра догадался, что дело в древней стене, а не ты со своими мускулами и стометровкой за двенадцать секунд.

Юрасик в спор не вступал, ему и без разговоров было трудно идти. Он мерно пыхтел в такт своим шагам. Конечно, ему нравилось, что Лена за него заступается, но и с Глебом он тоже отчасти был согласен. Он хотел бы весить не так много, и он с удовольствием шел бы быстрее, если бы ему не было так тяжело.

В кармане Юрасика зазвонил телефон. Он остановился, вытащил трубку, но отвечать не спешил. Так и стоял растерянный, со звонящим мобильником в руке, пока удивленный Глеб не пихнул его в плечо:

— Ты чего завис? Ответь!

— Не могу, — сказал Юрасик. — Это бабушка. Что я ей скажу? Она же с ума сойдет, если узнает, где я.

— А что ты ей сказал, когда уходил? — спросила Лена.

— Что иду в парк играть в шахматы с ребятами из секции. Мы собираемся там иногда, на летней эстраде.

— А она тебя не провожала?

— Да нет, парк же перед домом. А вдруг она пришла, а меня там нет?

Телефон замолчал. Юрасик сунул его обратно в карман и медленно пошел вперед.

— А почему ты не можешь ей сказать, чтобы она тебя не пасла как маленького? — не выдержал Глеб. — Это что, нормально — шестиклассник ходит везде с бабушкой за ручку? Над тобой весь класс смеется, Карась!

— Пусть. Они мне никто. А бабушка — это моя семья. Как я могу ее обидеть? Тем более сейчас, — проговорил Юрасик.

— Чем обидеть-то? — разгорячился Глеб. — В нормальной семье никто не будет обижаться, если человек станет самостоятельным и у него появятся свои интересы. Да семья радоваться должна, что ты взрослеешь!

— Просто у Юры в семье принято друг о друге заботиться. У всех разные семьи, — назидательно сказала Лена. — Мне, например, пришлось придумать, что иду в школу переписывать сочинение. Тоже не хочу волновать маму, говорить, что куда-то поехала одна.

— А меня отец и не спрашивает, куда я иду, — буркнул Глеб, — ему плевать.

— Вот я и говорю — все семьи разные, — подытожила Лена.

Ребята шли мимо заборов, деревьев, кустарников, куда-то сворачивали, обходили кучи земли, накрытые пленкой. Теперь уже не только Юрасик, но и остальные утомились от жары и очень хотели пить, особенно после сладкого сока. Лене и Юрасику постоянно казалось, что они заблудились и бродят по дачам кругами, но Глеб упрямо шагал в определенном направлении, словно подчиняясь внутреннему компасу. Свернув на очередную улочку, ребята увидели возле одного из заборов водяную колонку. С радостным воплем Глеб кинулся к ней и повис на рычаге. В землю ударила тугая струя воды. Глеб, не отпуская рычага, дотянулся до нее и принялся жадно пить. Лена и Юрасик подошли поближе.

— Пейте, — с облегчением выдохнул Глеб, смочив водой лицо и волосы, и снова надавил на рычаг. Лена аккуратно попила, сложив руки лодочкой, а Юрасик долго топтался, примерялся к струе, а потом признался, что не умеет пить из колонки. Глеб захохотал:

— Да, Карась, это целая наука! Это тебе не шахматы!

Лена стала учить его пить из сложенных рук. Юрасик неуклюже совал ладони под воду, вызывая целый фонтан брызг. Лена и Глеб покатывались со смеху, глядя на его мучения.

— Сразу видно, что всю свою жизнь ты пил только из кулера. Надо быть поближе к природе и подальше от цивилизации, — подтрунивали они над Юрасиком. — А то древние индейцы тебя не поймут, не вернут нормальный календарь!

Облитый с ног до головы Юрасик наконец нашел выход — сунул голову под воду. Пока струя из колонки била его в затылок, он жадно глотал воду, текущую по лицу.

— Только математический мозг мог до такого додуматься, — прокомментировал Глеб.

— Оригинальное решение! — восхитилась Лена.

Мокрый как мышь, но ужасно довольный Юрасик вытирал лицо краем своей длинной майки. Тут снова раздался телефонный звонок, и он растерянно заморгал.

— Бабушка? — спросил Глеб и, когда тот кивнул, протянул руку. — Давай сюда телефон. Как ее зовут?

— Ольга Ивановна, — машинально пробормотал Юрасик, не понимая, что хочет Глеб. Тот выхватил у него трубку:

— Алло! Здравствуйте, Ольга Ивановна! Как поживаете?

Лена и Юрасик смотрели на него во все глаза.

— Юра сейчас не может разговаривать, он играет. Ему сейчас никак нельзя отвлекаться, очень серьезный момент, — продолжал Глеб, подмигнув им. — Кто я? Глеб. Да, тоже из секции. А я новенький. Нас тут много новеньких. Вот у нас есть Лена. Лена, поздоровайся с бабушкой чемпиона. — Глеб сунул телефон ей в лицо. Опешившая Лена проговорила, запинаясь:

— Здравствуйте… Ольга Ивановна…

Она задумалась, что еще может сказать незнакомой собеседнице, но Глеба уже несло дальше:

— Это была Лена, она сегодня в первый раз пришла. Она еще не умеет играть, но очень хочет научиться. А еще с нами пришел наш лучший друг Женя Мухин.

Глеб метнулся к белобрысому пареньку, сидящему на бревнах возле одной из калиток.

— Женя, скажи пару слов Ольге Ивановне.

Паренек оторопел, но поздоровался в трубку. Глеб показал ему большой палец и продолжал:

— Так что у нас все в порядке. Юра выигрывает и скоро сможет вам перезвонить. До свидания, Ольга Ивановна. Что? Где мы играем?

Глеб вопросительно посмотрел на побледневшего Юрасика. Тот одними губами прошептал: «Не в парке! Только не в парке! Она уже там».

— Мы сначала были в парке, а потом пошли… — Глеб слегка запнулся, и в течение этой секундной паузы Юрасик успел три раза поменяться в лице, — потом все вместе пошли ко мне на Горную. Да, это в частном секторе. У нас большой сад с верандой, вот там мы и играем. Мои родители? Конечно, не против. Мой папа просто обожает шахматы. Когда Юра вернется? Ой, наверно, не скоро, такой матч интересный! Не беспокойтесь, конечно, мы его проводим. До свидания, Ольга Ивановна, всего хорошего.

— Виртуоз, — фыркнула Лена, когда он отключился, — по художественной брехне. Профессионал своего дела.

— Пронесло! — вздохнул с облегчением Юрасик, забирая телефон.

— Бабушка просила тебя проводить, особенно если игра затянется, — сказал Глеб, — она считает, что я в курсе твоей проблемы. А какая у тебя проблема?

Юрасик смешался, не зная, что ответить, но тут раздался голос с бревен:

— Вы друзья Жендоса?

Все обернулись к пареньку, который выглядел как бандитский кот — руки и ноги ободраны, свежие раны густо замазаны зеленкой, коленка и ладони перебинтованы, на лбу огромная лиловая шишка.

— Чьи друзья? — не поняла Лена.

— Ну, Жендос, Женек Мухин то есть, — пояснил паренек.

— Да, друзья, — усмехнулся Глеб, — лучшие. Он без нас просто жить не может.

— У них дача на той улице, в конце. Но их нет. Там только Ксюха, сестра. Я видел ее джип у дома, — паренек махнул рукой в сторону соседней улицы.

— Ты тут всех знаешь? Как тебя звать? — У Лены загорелись глаза. Она обрадовалась, что нашелся человек, который сможет помочь им добраться до лагеря. Ведь по этим дачам можно бродить целый день, им конца и края не видно.

Паренек сказал, что его зовут Серый и он знает здесь многих, особенно тех, кто живет рядом. А также сообщил, что проводит здесь все выходные и праздники, потому что его родители предпочитают жить на даче, а не в поселке в душной квартире. Видно было, что ему скучно и он рад любой возможности поговорить, все равно о чем. Чтобы он не удалялся от нужной темы, Глеб поспешил задать вопрос о раскопках. Серый поинтересовался, зачем они туда идут. Ребята переглянулись, и Лена снова выдала версию про реферат.

— Вы неправильно идете, — сказал Серый, теребя забинтованной рукой зеленое ухо. — Надо было раньше свернуть, дойти до конца улицы, как раз до дачи Женька, и выйти на дорогу. А по дороге уже добираться до лагеря. По времени еще минут тридцать-сорок.

У Юрасика подкосились ноги, и он без сил опустился на бревна рядом с Серым. Сорок минут! По жаре и грунтовой дороге! Целая вечность!

— Только вас туда не пустят, — предупредил Серый. — Там у них главный, бородатый такой — жутко строгий. Мы с ребятами уже пытались. Нас прогнали. И вас прогонят. Если только…

— Что? Что «если только»? — нетерпеливо спросил Глеб. Он, в отличие от Юрасика, воспрянул духом, услышав, что до цели осталось совсем немного. Еще каких-то час-полтора (с учетом темпа Юрасика) — и они на месте. А дальше дело техники: они стирают надпись, их жизнь возвращается в прежнее русло, и они расходятся как в море корабли. Какое счастье!

— Можно попробовать с другой стороны, прямо через дачи, тот путь наполовину короче, но… — замялся Серый. Юрасик, услышав про короткий путь, тут же сообщил, что он согласен на любые «но». Он ужасно проголодался и мечтал поскорее вернуться домой.

— Надо будет лезть в дыру в заборе, на чужом участке, — предупредил Серый, с сомнением поглядывая на Юрасика и прикидывая, пройдет ли он в ту дыру. — Хозяев сейчас нет, но зато там есть коза.

— Подумаешь! Коза — это не овчарка, — сказал Глеб.

— Это намного хуже, поверьте мне, — поежился Серый, — она кидается на чужих, как бык на красную тряпку. Ее хозяева с такой козой даже сторожевую собаку не заводят.

— Коза — мирное животное, — не поверила Лена. — И сторожевых коз не бывает.

— Я предупредил, — пожал плечами Серый, — потом не жалуйтесь. Ну что, пойдете? Или в обход?

— Пойдем! — воскликнул Юрасик, опасаясь, что остальные передумают. Что ему была какая-то мифическая коза по сравнению с долгой утомительной дорогой по жаре!

— Ладно, — сказал Глеб, — Веди нас, Сусанин.

 

Троица двинулась гуськом за своим провожатым по совсем узкой тропинке между двумя заборами, куда он свернул сразу за соседней дачей. Серый шел довольно быстро, и Юрасик, следовавший за ним, тут же запыхался. Но он не хотел в этом признаваться и решил отвлечь Серого разговорами, чтобы тому пришлось оборачиваться и невольно замедлять шаг.

— Серый, ты с какой войны вернулся? — как бы между прочим спросил Юрасик. Его коварный план удался — Серый не только обернулся, но и остановился на несколько секунд.

— Да не вернулся, а навернулся! И не с войны, а с мопеда! — возбужденно заговорил он, размахивая забинтованными руками. Вчера, восемнадцатого мая, у него был день рождения, поведал он. Ему стукнуло четырнадцать, и родные подарили ему мопед, который он выпрашивал целый год. Брат хотел показать Серому, как на нем ездить, но его срочно вызвали на работу прямо из-за праздничного стола. Вот Серый и решил устроить дебют самостоятельно. Ну и устроил. Хорошо, что ни одного перелома, только ободрался весь — руки и колени сильно, а остальное терпимо. Теперь такой красивый будет в школу ходить, пока каникулы не начнутся.

— У меня весь май неудачный, — пожаловался Серый. — Шестого на гвоздь наступил, да так, что три дня ходить не мог. А десятого меня соседская собака укусила. Теперь вот эта авария. На то он и май, чтобы маяться, — философски закончил он.

— А мопед как? Уцелел? — спросил Глеб.

— Это я уцелел, — вздохнул тот. — А мопед, можно сказать, кончился. Если б знать все заранее, ни за что не прикоснулся бы к нему, ждал бы брата!

— Да, это наша общая беда, — кивнула Лена, многозначительно посмотрев на Глеба. — Если бы знать о последствиях, скольких глупостей можно было бы избежать!

Так, за разговорами, ребята неспешно добрались до нужного участка. Серый показал им незакрепленную доску в заборе.

— Пойдете прямо, через всю дачу, к другому концу забора. Там тоже есть дыра, возле большой яблони, — проинструктировал он. — Только шагайте очень быстро. Лучше бегом.

— А ты с нами разве не пойдешь? — спросила Лена. — Вдруг мы не найдем выход?

— Ну уж нет! — замотал головой Серый. — Мне с этой вражьей мордой встречаться неохота. Тем более я сейчас не в форме — коленка болит. Значит, смотрите, когда вы выберетесь с дачи, впереди, за кустами, будет шоссе. Вы его перейдете и сразу увидите пустырь, а за ним лес. В лесу — лагерь археологов.

— А, понял! — воскликнул Глеб. — Мы выйдем как раз со стороны раскопа? Не со стороны лагеря?

— Ну да, — согласился Серый, — прямо к яме. Вам повезет, если в ней никого не будет. Лагерь далеко, за деревьями, если у них обед, вас могут и не заметить.

Ребята поблагодарили своего гида и отодвинули доску в сторону.

— Ныряйте, — скомандовал Глеб. Лена легко проскользнула на чужую территорию. Юрасик долго примерялся, как лучше лезть — ногой или рукой вперед, потом просунул в дыру голову.

— Говорят, если пройдет голова, то пройдет и все остальное, — скептически сказал Серый. — Но это утверждение тут явно не работает.

И действительно, плечи Юрасика никак не проходили в узкое отверстие.

— Ты как Винни-Пух в гостях у Кролика, — прокомментировал Глеб и процитировал голосом мультяшного героя: — Это все потому, что кто-то лишком много ест и не любит физкультуру!

Все засмеялись — очень уж похоже получился у Глеба Кролик. Даже Юрасик улыбнулся. Но проблему все же нужно было решать, и чем скорее, тем лучше.

— Через забор? — предложил Серый и сам же себя одернул: — Нет, не вариант. Он и ногу-то не поднимет.

— Надо выломать еще одну доску, — решительно сказала Лена.

— Лена! — притворно ахнул Глеб. — Как ты можешь такое предлагать? Это же порча чужого имущества, это варварство и вандализм!

Юрасик молча взялся за соседнюю доску, поняв, что другим способом ему на дачу не попасть. Остальные навалились и общими усилиями сорвали нижний край доски с гвоздя, которым она была приколочена к забору. Потом в образовавшееся отверстие протолкнули Юрасика. Серый попрощался, пожелал им удачи, и ребята, с опаской оглядываясь по сторонам, один за другим двинулись по участку. Оказавшись нелегально в чужих владениях, они чувствовали себя неуютно и даже не разговаривали — прислушивались к малейшему шороху. Поэтому внезапное шуршание в кустах малины показалось им оглушительным треском.

— Коза! — испуганно взвизгнула Лена.

Ребята разом понеслись вперед, к противоположному концу забора. Глеб краем глаза заметил, что Юрасик бежит наравне с Леной, но удивляться было некогда. Он легко оторвался от ребят, одним прыжком преодолел забор и спрыгнул вниз, по другую сторону опасного участка. Буквально через несколько секунд появилась Лена и принялась лихорадочно шарить руками по доскам в поисках замаскированного лаза.

— Давай через верх! — крикнул Глеб. Лена ловко забралась на ограду, как будто всю жизнь только этим и занималась, и через мгновение уже стояла на земле возле Глеба. Взбудораженные ребята прилипли к забору, изо всех сил вытянув шеи, чтобы увидеть Юрасика, оставшегося на вражеской территории.

— Где он? Куда он делся? — недоумевал Глеб. — Ведь он бежал, я видел!

— Бежал? Да он меня обогнал! А потом пропал, — задыхаясь от волнения, проговорила Лена. — А коза-то была или нет?

— Была, — раздался откуда-то сверху слабый подрагивающий голос. Ребята как по команде подняли головы. Справа, метрах в трех от них, на одной из веток раскидистой яблони, крепко обхватив толстый ствол, сидел бледный Юрасик. Внизу важно прохаживалась черная как уголь коза и почесывала о дерево свои изящно загнутые рожки.

— Оп-па! — сказал потрясенный этой картиной Глеб. — А я думал, что хомяки по деревьям не лазают.

— Ты как туда забрался? — спросила Лена.

— Не знаю… — жалобно проблеял Юрасик. — Я бежал, бежал, и вот…

— Слезть сможешь? В заборе где-то дырка есть. Серый сказал, что возле яблони.

— Попробую. Если она уйдет.

Глеб попытался прогнать козу, кричал, свистел, швырял в нее ветки, но она все так же гуляла под яблоней, невозмутимо обгладывая листья с ближайших кустов. Казалось, что она не замечает никого вокруг — во всяком случае, вид у нее был именно такой, презрительно-равнодушный.

— Не уходит, — сказала Лена. — А если прямо с яблони перебраться на забор? А с забора спрыгнуть на землю?

— Ты кому это предложила? — скептически спросил Глеб. — Это Карась должен перелезть на забор, а потом спрыгнуть на землю?

— Но ведь он как-то туда залез! В это тоже сложно поверить.

— Я скорее поверю, что он взлетел. Юрок, где у тебя там крылья выпускаются? Лети к нам.

— Я попробую, — несчастным голосом ответил Юрасик и стал сидя продвигаться к забору, держась руками за верхние ветки. К его счастью, яблоня росла практически у ограды и даже опиралась на нее ветвями. Поэтому первая часть предложенного Леной плана прошла довольно успешно — до забора он добрался и даже ступил на верхний край трясущимися непослушными ногами. Ребята напряженно следили за его передвижениями. Даже коза оторвалась от своего занятия и взглянула наверх. И тут Юрасик вдруг оступился, неловко взмахнул руками и с глухим звуком свалился в бурьян за забором. Лена испуганно вскрикнула, и они с Глебом кинулись к пострадавшему.

— Ты цел? Ты жив? — кричали они наперебой, тормоша лежащего на спине Юрасика. — Где болит?

— Нигде, сказал тот и неожиданно залился смехом. Глеб и Лена опешили.

— Ты чего? — в замешательстве спросила девочка.

— Я никогда… Не лазал… По деревьям… — едва выговорил Юрасик сквозь заливистый смех. — Тем более… В чужом саду… Тем более… Спасаясь… от сторожевой козы!

Глядя на него, засмеялись и Лена с Глебом. Они покатывались со смеху, вспоминая, как неслись по чужому участку наперегонки.

— Я бегу, чувствую — меня кто-то обгоняет, — азартно рассказывала Лена. — И вдруг вижу Юру! Я чуть не рухнула!

— Кто сказал, что Карась живет в режиме старой больной улитки? — перекрикивал ее Глеб. — Да он так улепетывал от козы, что мы за ним угнаться не могли! Ему бы шест в руки в тот момент — он бы и забор перемахнул с разбегу! Кто там у нас сейчас чемпион по прыжкам с шестом? Он бы умер от зависти!

— Я помню, что бежал, а это свирепое животное дышало мне в спину! — захлебывался смехом Юрасик. — Я слышал клацанье его зубов возле уха!

— Да это Лена за тобой бежала! Это она свирепо дышала и клацала зубами от страха! А коза потом пришла, на шум.

— Эй, Глеб, сейчас получишь у меня!

За забором коза, потряхивая головой, неодобрительно косилась в сторону чужаков.

— А ты чего смотришь, злыдня? — крикнула ей Лена. — Напугала всех до беспамятства!

— Шагай отсюда, шаурма ходячая! — подхватил Глеб.

Коза развернулась к ним куцым хвостом и неторопливо удалилась. Ребята, продолжая смеяться и шутить, помогли Юрасику подняться, отряхнулись и пошли к шоссе. Перебежав его, они остановились в придорожных кустах.

Это было единственное укрытие на оставшемся участке пути — дальше начинался пустырь и тянулся метров двести, до самой лесопосадки.

— Вон яма, — сказала Лена, выглядывая из кустов. — Почти у леса.

— Раскоп, — поправил Юрасик.

— Есть там кто-нибудь? — Глеб вытягивал голову насколько мог, но на таком расстоянии невозможно было разглядеть, что делается в раскопе.

— Рядом никого, — сообщила Лена.

— Это я и сам вижу, — сказал Глеб. — А внизу, в яме?

— В раскопе, — снова поправил Юрасик.

— Карась, да уймись уже со своим раскопом, — рассердился Глеб. — Нам сейчас совершенно все равно, как он называется! Нам нужно, чтобы нас не заметили и не прогнали.

— Вон дым поднимается, — сказала Лена. — Наверно, еду готовят. И по времени обедать пора.

— Еще как пора, — живо согласился голодный Юрасик.

— Ладно, надо идти. Будем надеяться, что все в лагере и никто не охраняет эту яму, — сказал Глеб и поправился, насмешливо глядя на Юрасика: — Этот раскоп.

Путники выбрались из укрытия и побежали по пустырю. То есть побежали Лена с Глебом, а Юрасик тут же отстал.

— Карась, — оглянулся Глеб, — хватит прикидываться! Мы видели, как ты умеешь бегать!

— И прыгать, — добавила Лена.

— Без козы не умею, — пропыхтел Юрасик, но шагу прибавил.

Через несколько минут они незамеченными добрались до раскопа. Глеб, как всегда, вырвался вперед и спрыгнул вниз первым. В глубине сознания мелькнула мысль, что сегодня здесь что-то не так — то ли яма не такая глубокая, то ли бурый грунт лежит по-другому. Но размышлять об этом было некогда. Пригнувшись, чтобы голова не торчала из раскопа, Глеб дополз до тыльной стороны злополучного каменного обломка, и снова царапнула та же мысль — стена почему-то стала ниже. Глеб ползком перебрался к ее лицевой стороне, сел на землю, подогнув под себя ноги, и достал ключи с брелоком. Сейчас несколько движений железкой по камню — и конец их мучениям. Все встанет на свои места, и жизнь снова пойдет вперед. Наконец-то!

Глеб уже потянулся к тому самому месту, где в прошлый раз оставил послание потомкам в виде календарной даты, как вдруг застыл с поднятой рукой. Его надписи не было. Сердце пропустило несколько ударов, а потом заколотилось с неистовой силой. НАДПИСИ НЕ БЫЛО. Не веря своим глазам, Глеб ощупал шероховатую поверхность камня. Ничего. Ни одной цифры. Глеб даже головой потряс в надежде, что все это ему кажется. Ну как же так? Древние изображения, похожие на неумелые детские рисунки, остались на месте. А надпись, сделанная его рукой, бесследно исчезла. Как будто ее никогда не было. В чем дело?

И тут Глеба пронзила догадка, такая простая, что он даже застонал от досады. Вот это подстава! Вот так лопухнулись! Как получилось, что никто из них не подумал об этом раньше? Ну что они за тупицы?!

Глеб обхватил голову руками и замер в отчаянии. Лена и Юрасик подобрались к нему спустя несколько секунд.

— Ну что? — задыхаясь, спросил Юрасик. — Стер?

Глеб поднял голову, и ребята отшатнулись — им показалось, что у него вместо лица застывшая гипсовая маска.

— Что случилось? — дрогнувшим голосом спросила Лена.

— У меня для вас плохая новость, — безжизненно проговорил Глеб. — Мы не сможем вернуться.

Он показал рукой на стену, на пустое место возле древних символов. Юрасик громко ойкнул и хлопнул себя по лбу.

— А где? — ошеломленно спросила Лена, дотрагиваясь рукой до стены. — Где надпись? Почему ее нет?

Ребята молчали, тупо глядя на древнюю стену.

— Я вас спрашиваю! — не унималась Лена. — Куда делась наша надпись?

— Никуда. Просто мы ее еще не написали, — глухо ответил Юрасик.

 



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.