Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Глава V Символизм мирового яйца



Глава V Символизм мирового яйца

 

 

Из книги Пикара «Religious Ceremonials»

Рис. 16. Брама в своем яйце

 

Четырнадцать созидательных потенций изображены в виде окружностей на частях его тела.

Философы прошлого, посвященные в «мистерии Мировой Матери», считали Вселенную сохраняемой навсегда благодаря процессу божественного воспроизводства и зависящей от непорожденного, но вечно порождающего принципа. Мудрецы древности глубоко почитали Высшую Мудрость, которая подняла все вещи из Первозданного Хаоса и поддерживает их за счет собственной достаточности. Они не только обожествляли саму эту причину как основу всего блага, но и считали достойными почитания качества и атрибуты (обусловленные состояния), эманировавшие из нее. Воспроизводство как средство, с помощью которого «вечное животное» (то есть мир) увековечивало самое себя, одними рассматривалось как вершина, другими — как основа телесного существования. Воспроизводство есть важнейшая точка, вокруг которой кружатся по эксцентрическим орбитам случайное и присущее. То, что предписывает Божество, человек вынужденно принимает не только как самое необходимое, но и как величайшее благо. Девятнадцатый и двадцатый века принесли с собой попытки заменить людей внизу, на земле, машинами и Божество вверху, в небесах, механизмами. Как выразился один писатель: «Для людей нового времени творение — это механизм, для древних оно было воспроизводством».

Яйцо было как теоретическим, так и практическим символом воспроизводства. В ранних теогониях[74] и мир, и управляющие им боги признавались «рожденными из яйца». Примитивные мыслители предвосхитили также выводы современной науки, объявив самого человека яйцеродным существом, ибо ныне безоговорочно признано, что яйцо является одним из двух необходимых для размножения элементов у всех позвоночных. Аристотель основывал свои умозаключения относительно происхождения и развития тел на изучении куриных яиц и, сделав открытие, что первым органом, который можно различить в них, является сердце, объявил его местонахождением души, вопреки взглядам своего учителя Платона.

Философы признавали три основных аспекта, или выражения, порождающего принципа. Первое порождение — это мир, сам по себе бог и оплот божеств более низкого уровня. Второе порождение — человек как бренное существо, самое благородное из всех созданий и олицетворение мира. Третье порождение — душа — «новый» человек, полностью обновленное и доведенное до совершенства создание, Мелхиседек, герметический Адам. Вся тайна происхождения и судьбы скрыта в символике сияющего золотого яйца, висящего под куполом Храма Диоскуров (братьев-близнецов Кастора и Поллукса) в Лаконии. Было объявлено, что те, кто понимает эту тайну, возвысились над всеми временными ограничениями. Перефразируя заключительные слова Золотых стихов пифагорейцев, такой человек, лишенный затем плоти, взмывает до свободного эфира, бессмертный бог небесный и более уже не смертный.

В теологической системе орфиков, в которой Платон черпал вдохновение, первым из богов являлся Крон (Время), сын Урана (Неба). Он соответствует пифагорейской концепции числа, потому что устанавливает пределы величины, множества и продолжительности. Все вещи существуют во Времени, и Время, в свою очередь, покоится в «безграничном лоне продолжительности». Первыми потомками Времени являются Эфир и Хаос, то есть Начало и Конец, или соответственные качественные противоположности.

Так была определена первая триада доступных для понимания богов. В этом символизме Великое Яйцо олицетворяет простое Единство, Первое и Нестареющее Единое — единственную реальность с философской точки зрения.

До начала миров боги и Великое Яйцо существовали вместе, но когда настал час творения, боги разбили скорлупу и вышли наружу во всем своем великолепии.

Разбивание небесного яйца символизировало разрушение единства и утрату тождественности. Части разбитой скорлупы стали областями существования, а однородность, предшествовавшая проявлению, уступила место многообразию порождающей вселенной. Число стало числами согласно пифагорейской формуле. Из яйца вышел Фанес, сияющий, солнце или, как называли его неоплатоники, интеллект мира. Фанес описывается как «неподкупный бог с крыльями за плечами, но в его внутренностях от природы имеются головы быков, на каковых головах находится могучий дракон, наделенный всеми возможными обличьями диких зверей» (Томас Тейлор. «Предисловие к Проклу»). Точнее этого бога можно охарактеризовать как четырехглавого; первая голова — голова льва, вторая — быка, третья — дракона, а посредине — четвертая, его собственное божественное и сияющее лицо. Тогда это Херувим Иезекииля.

Толкование этого предания не вызывает затруднений. Фанес есть интеллектуальное тело мира, рожденного от Эмпирея или окружающих небес — Яйца — и отражающего их качества. Головы — это четыре угла мироздания, неподвижный крест зодиака, четыре элемента и, в символическом смысле, царство природы. Фанес крылат, что означает, что он — эфироподобный — пребывает в рассеянном состоянии и, в отличие от плотной материи, не подвластен инерции. Могучий дракон, обвившийся вокруг Фанеса и «сам наделенный всевозможными обличьями диких зверей», является зодиакальным змеем, который на языке мистерий опоясывает тело мира. На индийском рисунке Мирового Яйца, воспроизведенном Исааком Майером, яйцо изображено охваченным огромным змеем Космического Времени Анантой, сдавливающим все вещи в своих кольцах, а по меридиану яйца располагается полоса зодиака, звездный пояс бога. Также важно отметить, что в яйце на рисунке Майера пробиты пять отверстий, которые, как полагает этот ученый-каббалист, олицетворяют чувства, и таким образом он отождествляет яйцо с символом микрокосма, или человека. Среди изваяний культа Митры встречаются скульптурные изображения Протогона, стоящего или сидящего в яйце. Эта фигура служит двум целям: она указывает на происхождение не только солнца, но и человека. По утверждению такого специалиста, как Брайент, персы рассказывают, что Ормузд, создав человеческий род, заключил или спрятал его в яйце. Сирийцы тоже говорят о своих предках, которых они потом смешивают с богами, как о потомстве, появившемся из яиц.

В число обрядов самофракийцев входила ночная церемония освящения яйца. Во время отправления этого ритуала принятым в орден сообщали тайный смысл мифа о Касторе и Поллуксе. Варро утверждает: «При посвящении в мистерии в Самофракии небеса и земля считаются первыми двумя божествами». Эти боги-близнецы (Кастор и Поллукс) родились из одного и того же яйца и, выйдя на свет, воспользовались половинками скорлупы как шапками. Ивик[75], посвященный поэт, так писал об этих богах-близнецах: «Одинакового возраста, с не отличающимися друг от друга головами и одним телом, оба родились в серебряном яйце» (Артур Бернард Кук. «Зевс»).

В раннем персидском зодиаке знаком Близнецов (Кастора и Поллукса) служит фигура с одним телом и двумя головами. Кастор и Поллукс являются герметическим андрогином — двуглавым Меркурием алхимиков. Следовательно, они представляют собой душу, родившуюся из серебряного яйца — мистерий. Этот символизм сохранялся очень точно и очевидно присутствует в средневековом возрождении герметизма.

Евсевий, по сообщению Порфирия, писал, что египтяне признавали одного разумного создателя или творца мира, что они поклонялись ему в виде статуи человека с лицом темно-голубого цвета (небеса), державшего в руке пояс (зодиак) и скипетр (полюс), с королевским плюмажем (вселенский Закон) на голове, выталкивавшего изо рта (т.е. силой созидательного слова) яйцо (мир). Египтяне прославляли своего Творца как бога, который сделал яйцо и принял вид богов-близнецов, которые родились из него. Бог Птах изображен на папирусах в образе гончара, выделывающего на своем круге Космическое Яйцо.

«Главным местопребыванием бога[76], видимо, является Гелиополис, где он со своим двойником женского пола Нут создал огромное Яйцо, из ко торого выпрыгнул бог-Солнце в обличье феникса» (Э.А.Уоллис-Бадж. «Боги египтян»).

Подобно Фанесу, возникающему из Орфического яйца, бог Ра (Солнце) появляется из темного Яйца Себа. В тайной герметической науке феникс, опять-таки двуглавый, символизирует Великую Работу и победно встает из Герметического Яйца, на котором имелось странное название Ребис. На сопровождающей схеме, взятой из алхимических произведений прославленного адепта Базиля Валентина, раскрывается вся тайна. Этому символу приписывают слова: «Я есть Яйцо Природы, известное лишь мудрецам, которые, будучи благочестивыми и скромными, порождают из меня микрокосм. ...У философов я зовусь Меркурием». Приведем интерпретацию этого рисунка из «Sephar H'Debarim», предложенную Альбертом Пайком, в сокращенном виде: у человеческой фигуры одно тело с двумя головами — мужской справа и женской слева. Мужская рука держит циркуль, женская — угольник. Эти символы имеют герметическое происхождение. Циркуль ясно указывает на генеративную потенцию, или созидательную энергию, Божества, а угольник — на способность к размножению. Эта фигура представляет Браму — Майю, Озириса — Изиду. На стороне мужской головы находится солнце, являющееся символом генеративной силы, слева от женской головы — луна, вечный символ способности к размножению. Посередине над двумя головами помешен знак Меркурия — Гермеса Трисмегиста, или Тота, Мастера Ложи (вселенной). На крылатом шаре под огнедышащим драконом располагаются равносторонний треугольник и квадрат, один из которых пронумерован 4, другой — 3, составляющими в сумме 7, самое важное число. Кастор и Поллукс представлены здесь стоящими на спине дракона, припавшего к Мировому Яйцу. Ра, бог-Солнце египтян, в своем аспекте света души принимает обличье феникса. Когда говорят, что солнце воплощается в сфере мудрости, оно облекается в тело феникса, который, в свою очередь, символизирует посвященного — Мелхиседека, или усовершенствованного человека.

 

 

Из «Materia Prima»

 

Рис. 17. Яйцо Природы ифилософов
(согласно Базилю Валентину)

 

 

Священные писания индусов изобилуют ссылками на Мировое Яйцо. В «Чандогья-упанишаде» написано, что вначале был Акаша, описываемый как существующий в состоянии небытия. Мудрые понимали этот брахманический парадокс как обозначение необусловленной жизни, называемой Адити (Космическим Пространством). Далее описывается, каким образом несуществующее стало существующим. Это нечто существующее увеличивалось; постепенно оно принимало форму яйца. Яйцо «покоилось», или оставалось без изменений, в течение одного года Брамы — Великого Века. По истечении этого громадного срока яйцо разломилось на два полушария: верхнее было золотым, нижнее — серебряным. Серебряное полушарие стало миром (земным мирозданием). Золотое полушарие превратилось в небо (небесное пространство). В одних рассказах сообщалось, что золотистый желток яйца стал солнцем, в других в нем узревали землю, окруженную беловатой составляющей (земными водами). Внутри яйца были также и горы, и долины, и слои элементов, каждый из которых символизировала соответствующая часть пленки. Итак, написано: «Мелкие вены представляют собой реки, воды моря». Мудрец описывает Мировое Яйцо таким образом: «В том яйце, о Брахман, пребывали континенты, моря и горы, планеты и части вселенной, боги, демоны и человечество».

Как повествуется в «Ригведе», у Адити (Акаши) было восемь сыновей, но восьмого — Мартанду, — называемого «родившимся из яйца», она отвергла, или отторгла, произведя его на свет, чтобы он рождался и умирал. Та же самая идея содержится и в финском эпосе «Калевала», где говорится о прекрасной утке, которая свила гнездо в Океане Вечности и отложила шесть золотых яиц и седьмое железное. Числа меняются, но подразумеваемый принцип остается тем же самым.

В самофракийских обрядах фигурировали семь богов, называемых Кабиры[77], и восьмой таинственный бог Эсмун. То, что «рожденный из яйца» в ведической аллегории олицетворяет солнце, явствует из заявления, что он был произведен на свет, чтобы рождаться и умирать. Эти слова указывают на дневную и ночную конфигурации солнечной орбиты. В «Ригведе» описывается также рождение золотого ребенка, Хираньягарбхи; это слово, по утверждению Макса Мюллера, буквально означает «золотой эмбрион», «золотой зародыш» или «младенец» или «родившийся из золотого чрева или яйца». В старинных книгах написано также, что воды пространства (Великий Океан, амниотическая[78] жидкость вселенной) произвели из себя эмбрион или, точнее, Брахма принял форму Калахансы, «лебедя вечности», и в начале каждого Великого Века откладывает золотое яйцо цикла (Е.П.Блаватская. «Тайная Доктрина»).

Из древних письменных свидетельств можно заключить, что Нараяна — эпитет Вишну, — замыслив сотворение вселенной, сначала породил воды причинности. Затем, двигаясь по поверхности вод, он уронил в пучину семя мира. В яйце родился Пуруша, Небесный Человек, сверкающий как солнце — греческий Фанес. В яйце располагаются также все локи, или миры, под которыми подразумеваются все аспекты существования, доступные для восприятия сотворенных вещей, и также в яйце находится физический мир, «состоящий из семи островов».

О яйце писали, что вначале оно было лишено сознания, но после того как Творец осознал время, судьбу и закон, яйцо стало осознающим и явился Пуруша — Протогон — с тысячью голов, тысячью глаз и тысячью рук. Вместе с ним появились четырнадцать миров, называемых членами Великого Человека. Пурушу величают «яйцом золотым», отцом Питри и всех существ.

Персидские мистерии выросли на доктрине Мирового Яйца. Существует несколько изображений Ормузда и Аримана в виде доброго и злого змеев, сражающихся за обладание Мировым Яйцом. Плутарх в своей диссертации «О провидении и судьбе» в подкрепление собственных взглядов ссылается на таинственное яйцо, о котором говорили Зороастр и Митра. Под этим он подразумевает зодиак, небесные иерархии которого были распорядителями судьбы и хранителями божественного закона. Согласно Альберту Пайку, 48 богов, о которых говорили, что они находятся на периферии Вселенского Яйца, были созвездиями, разбросанными по вогнутой поверхности мировой сферы. Смысл семи яиц из «Калевалы» истолкован в отрывках из трудов ранних гностиков и герметистов, где сообщается, что планетарные боги были созданы в форме яиц. Этот термин, используемый для обозначения сфер, подразумевал не только их определенную форму, но и присущую этим мирам способность к воспроизведению потомства.

В книге «Мистерии Изиды и Озириса» рассказывается, что Ормузд создал 24 бога и поместил их в яйцо. Так яйцо становится символом дня, а боги — часами. Та же символика сохраняется в «Артуровом цикле», содержащем повествование о 24 рыцарях Круглого стола, и в «Апокалипсисе», где фигурируют 24 старейшины. Персидский мистицизм заключает мир в скорлупу с 360 отверстиями, что должно было отображать годовое яйцо, которое имел в виду Вергилий, когда писал, что священный бык разбил рогами яйцо года.

В текстах на языке пехлеви[79], толкуемых в священных книгах Востока, есть глава, в которой «Дух Мудрости» так описывает мир: «Небо, земля и вода и все, что в них пребывает, похожи на яйцо, как если бы это было яйцо птицы. Творец, Ахурамазда, своим искусством окружил землю небом, наподобие яйца, и земля посреди неба выглядит в точности как желток в яйце; а вода присутствует в земле и небе, как и внутри яйца» («Взгляды Духа Мудрости»). Приведенная цитата поразительно похожа на одну фразу из трудов Парацельса, которая служит неоспоримым доказательством, что этот великий оккультист познакомился через арабов с метафизическими тайнами Востока. «Желток яйца, — писал этот швейцарский Гермес, — покоится в белке, не опускаясь на дно скорлупы. Желток представляет Землю, а белок — невидимое окружение Земли, причем эта невидимая часть воздействует на видимую, но только философ понимает, как происходит воздействие». Заявляя, что невидимое действует на видимое, Парацельс имеет в виду, что белковая составляющая яйца олицетворяет невидимые сверхфизические планы Природы, из которых не понятным для обычных людей образом истекает жизнь, питающая телесную ткань.

К сожалению, теперь, по истечении столь долгого периода, невозможно последовать совету Макробия, который заявил, что всем желающим постичь скрытую мудрость следует «обратиться к посвященным Мистерии Вакха, с особым благоговением относившимся к священному яйцу». Из других авторитетных источников мы узнаем, что философы обычно использовали эту фигуру в качестве символа Ковчега, который изображали плавающим по воде и «противостоящим яростному нападению Тифона или Всемирному потопу». И поскольку яйцо, по мнению Брайента, содержало элементы жизни, его сочли вполне подходящим символом Ковчега, в котором хранились зачатки будущего мира. Разламывание яйца выражало раскрытие Ковчега и высвобождение в проявление заключенных в нем сил.

У друидов «ovum anguinum», или «яйцо змея», почиталось как в высшей степени священный предмет; его также называли «insigne Druides» — «отличительный знак друида». Согласно Плинию, доказательством подлинности друидического яйца служило то, что оно плавало по поверхности воды и не тонуло, несмотря на свою тяжелую золотую оправу. Друидическое яйцо называли также «сложно устроенным шаром с содержимым, который отбрасывает лучи на некоторое расстояние, превосходным произведением гадюки, отложенным змеями». Эдвард Дэвис так описывает мистерии Британии: «Уэльские барды называли друидов "гадюками". Значит, друиды были змеями, которые собирались летом в определенное время, чтобы подготовить эти эмблемы "creirwy" (яйца) и спрятать внутри них особые знаки отличия, которые, вероятно, держали в глубоком секрете от тех, кому они были предназначены.

Плиний видел одно из этих яиц, однако его интерес к ним ограничился осмотром наружной хрящевой оболочки, иначе он, вероятно, обнаружил бы внутри яйца слегка выпуклый стеклянный кружок или маленькое стеклянное кольцо («Мифология британских друидов»).

Тот же автор далее высказывает мнение, что друидические яйца почти наверняка были искусственными и различались по цвету: одни были синими, другие — белыми, третьи — зелеными, четвертые — в полоску из этих цветов. Некоторые выглядели словно стеклянные, другие же были просто вылеплены из земли, а сверху покрыты глазурью. Цвет этих яиц служил своего рода ключом к разгадке их смысла, поскольку эти цвета соответствовали цвету одежды, которую носили члены друидического ордена соответственно присвоенной им степени. Надо сказать, что эти яйца можно было изготовить только в определенные фазы луны — и неудивительно, поскольку луна в культе яйца многих древних народов занимала важное место. Так, греки верили, что луна населена расой существ, которые появились из огромных яиц. Существует легенда, что прекрасная Елена, из-за которой разразилась Троянская война, родилась из яйца, упавшего с луны. Среди друидов бытовало поверье, что змеиные яйца оплодотворяются солнечными лучами, а изготовление этих таинственных яиц символизировало процесс, заставлявший тело друида порождать внутри себя змея мудрости. Не вызывает сомнений, что друидическая гадюка аналогична кундалини из тантрических культов. В книге «Оракулы Халдеи» земной бог изображен как имеющий «спиральную форму» (Кори. «Древние фрагменты»). В этом случае рождение змея из яйца символизировало высвобождение позвоночного огня — спирального бога, — а сами друиды называли себя змеями потому, что были хозяевами змеиной силы. Яйцо, которое, согласно Плутарху, отображало вселенную, все порождающую и все вмещающую в свои недра, Альберт Пайк описывает так: «Таким образом, символическое яйцо, которое появилось изо рта невидимого египетского бога Нефа, известное из греческих мистерий как Орфическое яйцо, из которого вышли бог Чумонг корейцев, египетский Озирис и Фанес, Бог и Принцип Света; из которого появился мир после того, как его разбил Священный Буйвол японцев, и которое греки возлагали к ногам Вакха — Бычьего Рога; магическое Яйцо или Ормузд, из которого вышли Амешаспенды и Дэвы, было разрезано на две половины и поровну поделено между Добрыми и Злыми Созвездиями и Ангелами». Ранее уже отмечалось, что в доктринах каббалы словом cranium (череп) называли монады, или единицы, которые обозначают пределы всех проявлений существования. Так фраза «когда похожее на череп яйцо, широко разверзшись, разломилось», приписываемая Орфею, стала связующим звеном двух философских систем: греческой и еврейской.

Таким образом, яйцо можно рассматривать как аналог огромного черепа из «Зогара», сферической оболочки, окружающей мир. Змей, обвившийся вокруг сферического яйца, символизирует активный фактор творения, а само яйцо — объект воздействия. Другими словами, змей — это сперма, а яйцо — яйцеклетка. «Яйцо и змей, представленные отдельно, — замечает Дж. Р.С.Мид, — олицетворяют "Хаос" и "Эфир", материю и дух; тогда как в объединенном виде они служат символом обоеполой или муже-женской первоосновы вселенной, духо-материи» («Гермес триждывеличайший»). Яйцо нагревалось изнутри, и, по словам Аристофана, из него вылупливалась любовь. Здесь любовь символизирует духовное качество, преобразованную или совершенствованную природу, выходящую из философского яйца (души).

Философское яйцо герметистов, заимствованное из этих древних источников и заново описанное на языке алхимии в Средние века, было включено в мистическую символику розенкрейцеров. В своем труде о происхождении Братства Розы и Креста Джон Хейдон заявляет, что Орден сохраняется группой таинственных адептов, которые из века в век обеспечивают себе вечную жизнь тем, что периодически возвращаются в философское чрево, где они отдыхают в течение назначенного времени, а затем вновь являются в мир в обновленном виде, молодыми и энергичными. Хейдон говорит о «Брате C.R.C.» как об «оживающем в подходящем чреве». Этим чревом был стеклянный гроб или ящик — алхимический сосуд, в котором были похоронены Братья. Его правильно назвали философским яйцом. Через определенные промежутки времени философ, разбив скорлупу своего яйца, вновь погружался в круговорот жизни, чтобы позднее опять вернуться в свою стеклянную скорлупу. Как явствует из греческих легенд, Космическое Яйцо на языке Мистерий также называлось «сверкающим хитоном» или «облаком». Макрокосмическое Яйцо — это вселенная с ее гипотетическими границами, а микрокосмическое яйцо — это человеческая аура, сверкающее облако, в котором человек живет, двигается и имеет свое бытие.

Средний ученый не подготовлен к изучению тайн духовной конституции человека. Так. например, Плутарх, описывая видение Феспесия, замечает, что дух, бывший проводником сего достойного мужа в подземном мире, так рассуждал об окрашивании души в разные цвета: «Посмотри, как разнообразны оттенки цветов, в которые окрашены души: вот этот грязный коричнево-серый говорит о скаредности и себялюбии, а тот пламенеющий кроваво-красный — это знак жестокой и злобной натуры, ну а там, где увидишь синевато-серый, — знай, что из этой натуры едва ли удастся вырвать ее страсть к наслаждениям; природная злобность в смеси с завистью меняет цвет души на лиловато-синий подобно тому, как каракатица выбрасывает свои чернила». Филон в своем толковании «сна Иакова, который увидел коров белого цвета, пятнистых, в крапинку и имеющих окраску в виде круговых полос», утверждал, что каждая окраска отображает качества души («Гермес триждывеличайший»). Там же рассказывается об аурах, которые видели пророки-ясновидцы древности, а средневековые мистики называли «неощутимой испариной». В 1920 г. Уолтер Дж. Килнер, выпускник Кембриджского университета, бакалавр медицины, член Королевской коллегии терапевтов и т.д. и т.п., позднее инженер-электрик в госпитале св. Фомы в Лондоне, опубликовал сенсационную работу под названием «Газообразная оболочка человека». Не преминув особо подчеркнуть, что он не является ни ясновидцем, ни оккультистом, Килнер наглядно продемонстрировал, что с помощью стеклянных экранов [а точнее камер, наполненных спиртовым раствором дицианина] любой человек может увидеть и исследовать ауру человека. Таким образом, сияние вокруг голов святых вовсе не является плодом воображения, а действительно существует, и как заявляет д-р Килнер: «В обнаружении человеческой ауры с помощью надлежащих средств присутствует не больше обмана, чем в разглядывании микробов под микроскопом».

По истечении определенного периода физического функционирования потенциальности[80], составляющие объективную жизнь человека, опять возвращаются в аурическое тело. Когда душа покидает телесную ткань и уходит в свои собственные субстанции, тело считается умершим и обращается в элементы, из которых оно произошло. Следовательно, между жизнями философ, как говорили, спит в своем яйце, т.е. существует в невидимых мирах или, точнее, в собственных невидимых телах. Периодически он выкристаллизовывается в «золотой зародыш», создает новую внешнюю форму и какое-то время в ней обитает. Затем он появляется из своего яйца. Разбивание яйца имело также и другой тайный смысл, поскольку оно символизирует достижение нирваны, или абсолютного единения с лишенной формы Причиной существования. Разбивание яйца отображало раскалывание личности и высвобождение духовной природы в то Универсальное Бытие, из которого она изначально эманировала.

Аурическое яйцо человека настолько сложно по своей структуре, что любое описание вселенской системы в равной степени применимо и к аурической оболочке человека. Внутри человеческой ауры имеются зоны и пояса; звезды, планеты и элементы; боги, ангелы и демоны. Человек — это вселенная и при нынешнем уровне развития своей физической личности представляет собой золотой эмбрион, пребывающий во взвешенном состоянии внутри сверкающей скорлупы из своих аурических оболочек. Как сказал бы розенкрейцер, он начинает шевелиться в подходящем чреве, готовясь к триумфальному явлению во всем блеске красоты орфического Фанеса[81].




  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.