Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Анализ личности 34 страница



 

Да, пациентка реагировала в некоторых случаях в опасной психической манере. Также верно, и я знал это очень хорошо, что я сильно рисковал. Но мы рискуем в нашей жизни каждый день, например, когда идем по улице, с крыш домов которой могут упасть кирпичи. Однако мы не заключаем в тюрьму владельцев таких домов. Мы не заключаем в тюрьму родителей, у которых дети стали преступниками, и мы не заключаем в тюрьму судью, который приговорил невинного человека к смерти. Следовательно, мы можем не опасаться хорошо контролируемых нами действий шизофреника. Моя пациентка была намного менее опасна, чем психопатический нейрохирург, который не допускает науку в свою клинику, или диктатор, который правит миллионами людей.

 

Здесь важен и другой факт. Мы, медицинские оргонные терапевты, работаем с глубокими человеческими эмоциями и знаем, что даже наиболее адаптированный невротик в процессе оргонной терапии будет издавать дикие и не-От психоанализа к оргонной биофизике 305

 

нормальные звуки. Когда глубинные эмоции, особенно ненависть, прорываются сквозь панцирь во время процедуры, которая является абсолютно необходимой для лечения, мы знаем, что создаем искусственную ситуацию, включающую неподдельные эмоции. Мы знаем, что эти эмоции потенциально опасны, но процесс прорыва и является преднамеренным. Обычно мы хорошо контролируем пациента и готовим эмоциональный прорыв в течение нескольких дней или даже недель с большой осторожностью. То же делается и при вскрытии полости живота перед операцией. Никто же не обвиняет хирурга в преднамеренном убийстве. И никто не протестует против жестокого метода шоковой <терапии>, или прокалывания таламуса длинными иглами, или ужасных операций на мозге, которые убивают больных.

 

Я сам не знал, насколько эмоциональное состояние больной было обязано терапевтической процедуре, и насколько - подлинному психическому расколу. Мне потребовалось несколько дней, чтобы полностью убедиться в том, что пациентка реагировала психически в соответствии с создавшейся терапевтической ситуацией. Она благородно приняла несправедливость. Вскоре после помещения в клинику она написала брату следующее разумное письмо:

 

28 мая

 

Большое спасибо, что так быстро написал, - я знаю, как я ушла и неожиданность этого была сильным шоком для тебя и мамы - я сама была шокирована, поэтому я могу вообразить, как вы себя чувствуете. - Во всяком случае, я могу сказать одно, что не было никакой необходимости для руководства больницы забирать меня - но я ничего не могла сделать, чтобы остановить их и поэтому приняла это насколько возможно любезно.

 

Я немного беспокоюсь о своей работе. - Интересно, смогу ли я вернуться туда, откуда я ушла, если меня вскоре выпустят? Я возненавидела-бы мысль о том, что я потеряю прекрасную рекомендацию, которую, я знаю, они бы дали мне - если, конечно, они не рассердились, что я ушла, ничего не сказав.

 

Если вы получите это письмо вовремя, чтобы прийти в это воскресенье, прекрасно; если нет, следующая неделя тоже подойдет. Если возможно, попытайся прийти с доктором Райхом. - Я бы хотела увидеть его.

 

Когда будешь писать снова, пришли мне адрес Э.-он в моей адресной книге (которая на столе в моей комнате). Сообщи мне, поддерживает ли она с тобой связь и злится ли она на меня, что я не смогла поехать с ней на уик-энд.

 

Посмотри сертификат первой помощи Красного Креста, я думаю, он в почте за эту неделю.

 

Поддерживай связь с М. и сообщи мне сразу, как только у нее появится ребенок, хорошо ли она себя чувствует.

 

Попроси маму выслать мне несколько пар носков. Скажи ей также, чтобы она не волновалась - я чувствую себя прекрасно и надеюсь, что скоро выйду отсюда. С любовью, Ф.

 

Я выяснил позже, что ее помещение в клинику было санкционировано ее личным врачом из-за неправильного понимания ее описания <сил>, которые проявились при оргонной терапии. Ее письмо из клиники было нормальным и совершенно осмысленным. Ее лечение было весьма успешным, что дало ей возможность спокойно отнестись к насильственному заключению. Я получил от нее еще одно письмо, которое ясно показывает, что ее действия были обычными реакциями в процессе психиатрической оргонной терапии:

 

11 - 674

 

 

306 Анализ личности

 

6 июня

 

Я знаю, из чего сделаны все предметы вокруг - мой отъезд и мое возвращение в клинику были немного шокирующими - я могла бы много думать о возвращении - но никогда серьезно не ожидала, что они вынудят меня вернуться - по-моему - у них есть какая-то сила - я никогда ничего не делала такого, что дало бы им право так поступить со мной - и даже без предупреждения - мой брат говорил Вам? Я могла бы засуетиться и отказаться ехать - но я знала, что у них в машине есть смирительные рубашки и людей было достаточно, чтобы затащить меня силой - поэтому я позволила сделать это настолько изящно, насколько могла - мне здесь так же, как и раньше - я работаю и раскладываю пищу по тарелкам, но я чувствовала себя пару раз <удаленной> - это место, по крайней мере не стоит проклинать -но я бы хотела улететь на летучей мыши и освободиться - единственная проблема в том, что она приземлит меня в смирительной палате и я утрачу все привилегии, которые были у меня - быть хорошей, хорошо известной и очень хорошим работником - я не знаю, стоит ли это такой жертвы - увидим.

 

Во всяком случае, Христос отчасти все еще со мной - это один из видов влияния - спутать для меня все вещи, но недостаточно, чтобы их нельзя было различить - интересно, приносит ли электрический шок что-либо хорошее - между прочим, как я могла позвонить Вам, если в воскресенье была здесь - Вы знаете, что они не позволяют больным звонить, не так ли? - я не могу даже писать Вам это письмо без докторов, медсестер, дежурных, читающих его, производящих цензуру и, вероятно, не отсылающих его, поэтому мой брат выкрадывает его.

 

Я думают, что все вы (доктора) воняете! Я не знаю, кто прав, а кто нет или что верно - или кто есть кто - следует ли мне сказать этим врачам, что я хочу увидеть Вас, когда выйду? Хотя я не вижу здесь никаких врачей - только на последней встрече персонала, где они решают, отпустить тебя домой или нет.

 

В чем причина? - Вы думаете, что слишком знамениты, чтобы прийти повидаться с больной? Я попросила брата сказать Вам, что хочу Вас увидеть - но он сказал, что Вы не можете - следовательно я догадалась почему - я не знаю, кто на моей стороне, а кто нет.

 

Существует постоянная угроза перевода в здания, которые ужасны - шум, вонь и мерзость места в целом.

 

Вы рассказали этим докторам или моему личному врачу обо всем, что со мной случилось дома? - Не потому ли меня сюда привезли?

 

Если в этом есть и Ваша вина - я буду ненавидеть Вас всю оставшуюся жизнь!

 

Затем клиника начала оказывать свое типичное влияние:

 

23 июня

 

Я пишу это письмо в ожидании прихода брата. Я ничего ни о чем не знаю - более того - здесь не так уж и плохо - собственно говоря - здесь шикарно - у нас каждый день вечеринки - я и некоторые другие больные, у которых есть подобные привилегии, и несколько дежурных. Все это, конечно, делается тайно - я совсем не вижу будущего. Мы увидим - что больше - Бог и смерть и жизнь вновь рядом - беспокоя меня - я <сижу на пороховой бочке> потому что не верю в то хорошее, что происходит со мной здесь - я подозреваю, что Бог и другие сваливают все это

 

 

От психоанализа к оргонной биофизике 307

 

в кучу так, что здесь может быть большое извержение, чтобы все это уничтожить - просто чтобы досадить мне.

 

Я как будто в тумане утром и вечером - но не сегодня - более - Вы знаете - омрачена и очень отрешена. Я даже не знаю, продолжу ли я с Вами - я не знаю ничего -

 

Все это чепуха Во всяком случае - Ф.

 

Я написал письмо ее личному врачу, который неправильно понял ее слова о реакциях на терапию. Я попросил его дать ей шанс на выздоровление и поместить ее в частную клинику. Врач согласился на это, но ухудшение, которого я ожидал, начало быстро прогрессировать. Я воспроизведу здесь письма, которые я получал от пациентки в то время. Они дают довольно четкую картину того, что с ней случилось; в своей борьбе за жизнь и выздоровление пациентка выказала большую проницательность, выраженную в психической манере. Если читатель внимательно изучит ее письма и отделит психическую форму от содержания ее мыслей, он должен будет согласиться с тем, что шизофреникам становится хуже не из-за слабого, а из-за слишком сильного и четкого контакта с миром бронированного человека. Истинно, что мысль об Иисусе появляется у них в типично психической манере. Но также истинно и то, что Иисус был распят на кресте шайкой жестоких нормальных людей.

 

19 ноября

 

Ужасно, я не знает, что делать. Прошлой ночью я выяснила причину мира и войны и почти всего. Они пили галлоны крови передо мной. Из-за этого дьявол красный и он становится краснее и краснее и затем кровь идет к солнцу и воспламеняет его. Иисус капал кровью на крест и она поглощалась, затем его посадили рядом с дьяволом и он тоже пил - стол был покрыт потоками густой крови. Дева Мария сидела в углу и наблюдала. Она была бледная как лист бумаги - Вся ее кровь была выпущена и поглощена. Она видела, как ее сын пил это, и страдала. Я не хотела ни видеть это, ни слышать, ни знать причин этого - что и почему, но они заставляли меня смотреть и слушать - может быть, из-за Изиды - которую они использовали все эти тысячи лет, между тем я не знаю что делать. Ф.

 

P. S. Прошлой ночью я выяснила причину мира и войны и почти всего. Они пили галлоны крови...

 

Это утверждение было совершенно верным и полностью соответствовало реальности. Гитлер и другие милитаристы пролили миллионы галлонов крови. Связь с сиянием солнца, конечно же, является психической, и следует над этим задуматься.

 

Несколько месяцев я не получал от пациентки писем и лишь в феврале получил следующее. Было ясно, что она все еще борется:

 

14 февраля

 

Предметы подозрительные как ад - мир и все люди в нем воняют - каждый собирается перерезать чье-либо горло - большими, мясными ножами - они убивают 8 миллионов - они были евреями и они держали нас здесь живыми - это не имеет никакого смысла - ничего - я не предполагаю поесть и я

 

308 Анализ личности

 

не ем, поэтому мне отплачивают интригой и мелочностью - Все вокруг меня - просто чтобы поймать меня в ловушку внутри всего этого - я вешу 115 фунтов. - Долгое время я подбираюсь ближе, затем ем тонны и вновь набираю вес - 10 последователей все еще ждут, когда их выведут из катакомб, а я не могу их вытащить, пока я вешу 115 фунтов, - они сейчас справа - Бог и они помогают мне своими обещаниями не есть, но я ем, как я сказала ранее, много платя за это - так много, что я не могу всегда с этим справиться. Я не знаю никого сегодня, а знаю только о тех поколениях, которые жили давным-давно.

 

Только работа сегодня правильна и реальна - я люблю ее - она не откажет тебе - никогда - работа - это прямая линия -

 

Вы сказали моему брату, что напишете - пожалуйста, пожалуйста напишите - я ничего не знаю и я бы хотела услышать от Вас о прямых углах - Большое спасибо. Ф.

 

Замечательное понимание реалий нашего общества и наших способов жизни, хотя и выраженное в искаженной манере, было весьма характерным для этого письма.

 

Пациентка оставалась в психиатрической клинике почти год. Ее брат информировал меня о состоянии ее здоровья. Она вышла из клиники сильно пострадавшей эмоционально, но основа, приобретенная всего за три месяца ор-гонной терапии, у нее осталась. Сейчас она казалась менее больной, но ее характер изменился в направлении принужденного невроза. Она была подлой, мелочной, неприветливой по отношению к своим родственникам; короче говоря, она стала ближе к людям нормальным. Ее <искра> прозорливости исчезла. Ее брат женился на девушке другой веры. Ранее она бы вообще не обратила на это внимания. Она приняла бы это философски. Сейчас она возражала против маловажных религиозных основ, в точности как ее мать, которую она ранее терпеть не могла и которой она сейчас подражала. Она больше не работала в офисе, что делала в течение наиболее критических периодов своего психического состояния. Она просто слонялась без дела, цепляясь к своей матери в типично невротической манере. Испытание насильственным помещением в клинику было слишком сильным для нее. Оргонная терапия была возобновлена лишь через год после ее освобождения из клиники.

 

Медленное выздоровление

 

Перед возобновлением оргонной терапии ее биофизическое состояние было следующим:

 

Дыхание функционировало хорошо, воздух проходил через гортань, правда слегка ограниченно.

 

Рефлекс оргазма функционировал полностью. Вагинальное самоудовлетворение с оргазмическим освобождением происходило регулярно. Глаза все еще были немного затуманены.

 

<Силы> были <очень слабыми, но все еще действовали с далекого расстояния>.

Кожа лица была румяной.

 

Общее поведение было уступчивым и скоординированным. В ходе нескольких исследовательских сеансов кататонические признаки все еще распознавались, но в целом ситуация казалась удовлетворительной. Позво-От психоанализа к оргонной биофизике 309

 

лив ей больше плакать, я добился успехов в полном высвобождении эмоций. Вслед за этим она попросила меня разрешить ей рассказать со всеми подробностями о <чем-то важном>. Она выясняла происхождение своей идеи о божественной Изиде.

 

Она вспомнила сейчас, что, будучи ребенком, она чувствовала, что понимает мир намного лучше, чем другие - особенно взрослые. Главным в ее ощущениях было удивление, что она способна узнать больше, чем другие. Постепенно у нее развилось чувство, что она стоит в стороне от всех людей, и она начала верить, что в ней - знания тысячелетий. Для того чтобы объяснить себе этот экстраординарный факт, она предположила, что такое было бы возможно в том случае, если бы богиня Изида воскресла в ее теле. В отношении к каждодневному ходу малозначащих событий эта идея казалась ей странной, и поэтому она чувствовала себя еще более отчужденной. Затем она начала чувствовать свое тело очень сильно сконцентрированным в половых органах. Постепенно она узнала, что чувства в ее теле могут ослабевать или <удаляться>, если она заставляла себя делаться жесткой. Тогда возбудимость обычно ослабевала. Она чувствовала эти возбуждения сверхсильными и находящимися вне ее контроля. Позже она научилась управлять ими, но она все еще чувствовала их вокруг. Возвращение сверхмогучих сил обычно возвещалось сильным ощущением в верхней части живота. Сейчас она поняла ясно, что могущественные <силы> ее раннего детства и позже <злые силы извне> были одним и тем же.

 

У меня было впечатление, что, несмотря на это понимание, в ее голове осталось определенное количество сомнений о правильности значения <сил>.

 

Ей становилось все лучше. Ее глаза стали яснее, однако напряжение хотя и с большими интервалами, но возвращалось. Она терпеливо объясняла: <Да поймите же, это напряжение за глазами, не в глазах...> Мне оставалось только верить этому утверждению.

 

Четырьмя месяцами позже у нее вновь был сильный кататонический приступ, но она преодолела его. Я предпринял непрерывное ежедневное облучение ее тела оргонной энергией.

 

Вновь я увидел больную в январе. Она много читала, у нее был хороший аппетит. Половое сношение проходило с большим удовольствием, но без заключительного оргазма. В ноябре того же года она снова пришла ко мне за советом: оргазменное освобождение в ходе полового сношения все еще не наступало. Но в целом она чувствовала себя хорошо.

 

Я посоветовал ей не посещать никаких врачей, даже меня, и попытаться забыть трагедию своей жизни. Она умоляла меня продолжать терапию, но я чувствовал, что ей следовало стать полностью независимой, и рекомендовал ей научиться жить самостоятельно. 4 августа следующего года я получил от нее такое письмо:

 

Я пишу, чтобы сказать Вам, какое сильное впечатление на меня произвела Ваша книга <Слушай, Маленький Человек!>. Я не могу писать - получила удовольствие, поскольку то, что Вы написали о <Маленьком Человеке>, слишком печально и правдиво, и я знаю, что это подходит и ко мне.

 

Я хочу, чтобы Вы знали, что антагонизм и даже ненависть, которую я проявляла к Вам и к Вашей работе в ходе терапии, шли от моего сознания, что я была так близка к прорыву своего тела к чувствам и, возможно, к любви. Это было что-то, чего я не могла позволить. Я жестко контролировала свое тело всю свою жизнь и даже сознательно проклинала его, обращаясь с ним как с грязью, ненавидя его, пренебрегая им и мучая себя в наказание за ранние чув-310 Анализ личности

 

ства и мастурбацию. Та ненависть, которую я испытывала к своему телу, была и ненавистью, которую я проецировала на Вас. Простите меня за это, доктор, эта ненависть принесла много вреда моему телу и мозгу. Я хотела бы сообщить Вам, что, несмотря на мою мелочность и злостность, Ваша работа сделала меня очень хорошей. Я осознаю тот вред, который я причиняю себе и окружающим, и знаю, почему я это делаю. Также я выяснила для себя, что мое тело хочет быть здоровым и что мое бегство в <воздушный замок> психической болезни только изменило цвет картины, но не изменило ее сути. Я могла бы остаться психически больной, чтобы быть <особенной>, быть уверенной в том, что мое тело будет держаться далеко на заднем плане, но я твердо выяснила, что здоровое, активное тело является большим удовольствием - физическим и психическим.

 

Итак, я думаю, Вы видите, что я вхожу в этот мир, хотя и медленно, благодаря Вашей помощи. Это процесс медленный, поскольку у меня все еще много напряжений и блоков, с которыми я, увы, не могу ничего поделать. Часто мне не хватает храбрости, и тогда возвращается мрачная картина ненависти, иллюзий и страданий. Ф.

 

В декабре я узнал, что она была в хорошем состоянии: я получил еще одно письмо, где она говорила, насколько <испорченной> она была <по своей сути> и насколько <недостойной, чтобы жить в этом прекрасном мире>. Я посоветовал перестать беспокоиться об этом и продолжать наслаждаться собой. Она больше не упоминала <силы>.

 

Несколькими неделями позже она посетила меня. Она казалась совершенно скоординированной, ее глаза искрились интеллектом и глубоким знанием. Она работала и училась. Однако ее половая жизнь была не в порядке. Как-то раз она встретила мужчину, который ей понравился. Однажды вечером они были одни. Она знала, что случится этой ночью, когда он обнимет ее. Она принесла с собой несколько таблеток снотворного. Затем она бросила таблетки в его бокал с вином и он заснул. Я посоветовал ей устранить это последнее препятствие с помощью одного из наших специалистов по оргонной терапии.

 

Прошло семь лет с того момента, как закончился терапевтический эксперимент; довольно продолжительный период для того, чтобы иметь возможность составить правильное мнение о достигнутых результатах, но не достаточно длинный для того, чтобы дать окончательный ответ на вопрос, останется ли данная пациентка психически нормальной. Это будет зависеть от многих обстоятельств вне пределов досягаемости индивидуальной оргонной терапии. Они являются неотъемлемой частью природы общества.

 

Это, главным образом, вопрос о том, изменит ли человек нормальный способ жизни и мышление кардинальным образом; вопрос, который чрезвычайно важен. Уяснение того факта, что способ жизни человека нормального создает шизофренический раскол у миллионов здоровых новорожденных, абсолютно необходимо для решения этого вопроса. Совершенно очевидно, что сейчас человек нормальный подошел к тщательному рассмотрению того, что касается разумности способов его существования. Предотвращение болезни <шизофрения> означает радикальное изменение всей системы образования маленьких детей. Но для этого нужны серьезные общественные усилия.

 

Это утверждение не означает, что мы должны прекратить изучение шизофренического мозга. Оно может еще очень много рассказать нам о человеческом функционировании, о проблемах восприятия и самовосприятия, о функции

 

 

От психоанализа к оргонной биофизике 311

 

сознания, которая изучена гораздо меньше, чем бессознательность. Оно может много рассказать нам о том, как помочь индивидууму, который находится в начале раскола. Но главным результатом в решении этой задачи будет появление нормального человека, который перестанет насаждать старые мысли и законы, причиняющие неисчислимый вред биологической сущности каждого ребенка каждого нового поколения.

 

В этом процессе подчинения эмоциональной чуме мы сталкиваемся с человеком нормальным в его наихудшем свете: в форме праведной мистики и механистического человеческого животного, который убегает от самого себя по той же причине, которая вгоняла мою пациентку в кататонический раскол; это - страх перед плазматическими потоками в организме, который вследствии этого страха стал неспособным справляться с сильными биоэнергетическими эмоциями и утратил естественную функцию саморегуляции. Все нападки на нашу научную работу в течение последних лет исходили от подобных людей, работающих в различных организациях и относящихся к различным социальным группам. Человек нормальный борется против оргонных биопсихиатров по той же самой причине, по которой он сжигал ведьм, по которой он подвергал шоковой терапии миллионы заболевших людей.

 

Впервые в истории медицины эмоциональная чума, которая насаждается и поддерживается страхом перед оргономическими ощущениями, нашла своих противников. Величайшая обязанность психоаналитиков - дать человеку возможность принять природу внутри себя и получать удовольствие от того, чего он так сильно страшится.

 

 

Глава 16 ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ЧУМА

 

Эмоциональная чума - это не сознательная недоброжелательность, моральная или биологическая дегенерация, аморальность и так далее. Человек заболевает эмоциональной чумой, когда его естественные саморегулируемые жизненные выражения подавляются с рождения. Эмоциональная чума является хронической биопатией организма. Она вторглась в человеческое общество в первую очередь подавлением сексуальности; она стала эпидемией, которая мучает людей тысячелетиями. Нет никаких оснований для предположения, что эмоциональная чума передается от матери к ребенку наследственным путем. В соответствии с нашими данными, ею заражают ребенка с первого дня его рождения. Это - болезнь, проявляющаяся, в основном, в общественной жизни. Шизофрения и рак - это биопатии, которые можно рассматривать как результат разрушительного действия эмоциональной чумы на человеческий организм. Очень часто эмоциональная чума переходит в эпидемию подобно другим инфекционным болезням, таким как бубонная чума или холера. Эпидемические вспышки эмоциональной чумы проявляются в широко распространенных и бурных прорывах садизма и преступности. Одним таким эпидемическим взрывом была католическая инквизиция в средние века; другим - международный фашизм XX столетия.

 

Если бы мы не рассматривали эмоциональную чуму как болезнь в прямом смысле этого слова, мы бы призвали использовать для борьбы с ней полицию. вместо медицины и образования. Эмоциональная чума чрезвычайно опасна для человеческого общества, но она не может быть устранена силами полиции.

 

Никто не принимает за оскорбление, когда ему говорят, что он страдает сердечным заболеванием или что он нервный. Никому не следует считать оскорблением фразу: <он страдает сильным приступом эмоциональной чумы>. Мы иногда слышим, как об этом говорится среди оргономистов: <Нет никакого смысла сегодня проводить свое время со мной, я чумной>. В нашем кругу, когда кто-либо незначительно поражен эмоциональной чумой, он изолирует себя и ждет, когда приступ иррационализма пройдет. В острых случаях, когда разумное мышление и дружеский совет не помогают, оргонная терапия обычно устраняет <инфекцию>. Острейшие приступы эмоциональной чумы очень часто возникают из-за нарушений в личной жизни. Они исчезают при устранении этого нарушения. Приступ чумы - знакомый феномен для меня и для круга

 

От психоанализа к оргонной биофизике 313

 

моих сотрудников, мы считаем его симптомом болезни и объективно с ним работаем. Очень важно для студентов, изучающих оргонную терапию, научиться распознавать острые приступы болезни до того, как они зайдут слишком далеко; знать, как бороться с подобными приступами, препятствовать их распространению в общественной среде. Мы достигли определенного успеха в сведении к минимуму вредных эффектов. Иногда на подобный приступ можно не обратить внимания, и пораженный человек причинит много вреда. Мы воспринимаем подобное несчастье так же, как восприняли бы тяжелый физический недуг или кончину любимого коллеги.

 

Эмоциональная чума имеет более близкое отношение к неврозу, чем к органической болезни сердца например, но она может привести к раку или болезни сердца в дальнейшем. Подобно любому неврозу, она поддерживается вторичными побуждениями. Она отличается от физических недугов, поскольку она - функция личности (к тому же сильно защищенная). В противоположность истерическому приступу, приступ эмоциональной чумы не ощущается как симптом и как эго-инородный. Поведение невротика обычно сверхрационально, а эмоциональная чума проявляется в значительно более слабой степени. Мы вообще едва осознаем это. Читатель спросит, как мы распознаем реакцию болезни и как отличаем ее от нормальной реакции. Мы ответим, что отличаем ее тем же способом, которым мы отличаем реакцию нормального человека от реакции невротической личности: как только мы касаемся мотивов реакции болезни, результатом является постоянное беспокойство или гнев. Давайте рассмотрим это более детально.

 

Человек, который совершенно свободен от эмоциональной чумы и оргаз-мически силен, не испытывает страха, когда врач говорит о нарушении динамики естественных жизненных процессов. Наоборот, у него развивается интерес к подобной дискуссии. Человек, пораженный эмоциональной чумой, будет становиться беспокойным и злым, когда обсуждаются механизмы этого заболевания. Оргазмическое бессилие не всегда ведет к эмоциональной чуме, но каждый человек, пораженный этой болезнью, или длительно остается оргазмиче-ски бессильным, или становится ненадолго бессильным перед приступом.

 

Естественное и здоровое поведение не нуждается в каком-либо медицинском лечении. Например, нет <лекарства от любви>. А вот невротический симптом всегда можно устранить. Болезненная реакция всегда может быть устранена подлинным характеро-аналитическим методом исцеления. Таким образом, скупость - типичная характерная черта эмоциональной чумы - может быть излечена, а вот от щедрости человека вылечить нельзя. Коварство можно вылечить; открытость личности - нет. Клинически, реакция эмоциональной чумы сравнима с половым бессилием; она может быть устранена, т. е. излечена. Половая сила абсолютно неизлечима.

 

Основной характеристикой реакций эмоциональной чумы является то, что действие и мотив действия никогда не совпадают. Реальный мотив скрывается, а фальшивый мотив преподносится как причина к действию. В реакции естественного и здорового индивидуума мотив, действие и цель представляют собой органический союз. Ничто не скрывается. Например: здоровый человек не имеет никаких других мотивов к сексуальным действиям, чем естественная потребность любить, и никакой другой цели, чем удовлетворение им этой потребности. Пораженный болезнью человек, напротив, использует этические коды, чтобы оправдать свою сексуальную слабость. Это оправдание не имеет ничего общего со стилем его жизни, который далек от оправдания. Здоровый человек никому не будет навязывать свой образ жизни, но он будет помогать другим людям, когда

 

314 Анализ личности

 

его просят и когда он способен это сделать. Здоровый человек ни в коем случае не будет издавать закон о том, что каждый <должен быть здоровым>. Во-первых, такое требование было бы неразумным, так как человеку нельзя приказывать быть здоровым. Во-вторых, здоровый человек не имеет нужды навязывать свой образ жизни другим, так как мотивы поведения имеют отношение только к его собственной жизни и ни к чьей больше. Человек, пораженный эмоциональной чумой, отличается от здорового человека тем, что выражает свои требования к жизни не по отношению к себе, а в первую очередь - к своему окружению. В ситуациях, в которых здоровый человек помогает другим людям, оставляя им свой опыт и не настаивая на том, чтобы ему последовали, человек, пораженный эмоциональной чумой, навязывает свой стиль жизни другим силой. Люди, заболевшие эмоциональной чумой, не терпят взглядов, которые угрожают их панцирю или раскрытию их неразумных мотивов. Здоровый человек радуется, когда ему удается понять свои мотивы. Пораженный болезнью человек охвачен бешенством. Когда взгляды, противоположные его собственным, угрожают его жизни и работе, здоровый человек вступает в борьбу за сохранение своего способа жизни. Пораженный болезнью человек борется против других образов жизни, даже когда они его совсем не касаются. Его побуждает к борьбе то, что он воспринимает существование других способов жизни как провокационный вызов.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.