Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





БЛАГОДАРНОСТИ 6 страница



– Умник, – съязвила я, сдерживаясь, чтобы не закатить глаза.

Адриан шутливо поклонился мне.

– Осторожно. Ты едва не улыбнулась. – Он потянулся за бутылкой бренди, стоявшей на столике рядом. С прилагающимися к ним небольшими стаканами тут же, и щедро плеснул себе. – Не хотите пропустить по стаканчику?

– Сейчас середина дня, – сказала я недоверчиво. Нельзя сказать, что для меня имело значение – в какое время суток пить.

– У меня страшное похмелье, – заявил он, и насмешливо чокнулся с нами в воздухе. – Это всего лишь способ от него избавиться.

– Адриан, мне нужно с тобой поговорить, – искренне произнесла Джил.

Он посмотрел на нее, и ухмылка сошла с его лица.

– В чем дело, Малышка?

Джил взглянула на меня с беспокойством.

– Ты не возражаешь…

Я поняла намек и постаралась сдержать раздражение, что была вне секретов.

– Конечно. Я просто… просто выйду. – Мне не нравилась мысль того, что меня отсылали, но никоим образом, не собиралась расхаживать по коридорам старого дома.

Не успела я далеко уйти по коридору, как кто‑то передо мной вышел. Я издала придушенный вскрик и чуть не подпрыгнула аж на метр. Спустя один удар сердца, я сообразила, что это Ли – не то, чтобы это очень меня успокоило. Неважно, насколько, якобы, дружелюбной была эта компашка, оставшись наедине с новым вампиром, внутри меня усиливались старые защитные механизмы. Столкнуться с ним не улучшало положения дела потому, что мой мозг рассматривал это, как нападение! Ли просто стоял, глядя в изумлении на меня. Судя по выражению его лица, он никак не ожидал встретить меня в своем доме – хотя, возможно, не до такой степени встревожен этим, как я.

– Сидни? – спросил Ли. – Что ты здесь делаешь?

В этот момент мой страх перешел в неловкость, как будто меня подловили на чем‑то постыдном.

– Э‑э… я здесь с Джил. У нее был ужасный день, и ей хотелось поговорить с Адрианом. Я просто хотела оставить их… наедине.

Недоверие Ли сменилось улыбкой.

– Ты не должна была уходить. В этом нет необходимости. Пойдем, я собираюсь на кухню чего‑нибудь перекусить. – Мое лицо, должно быть, выражало крайний ужас, потому что он засмеялся. – Не человека.

Я покраснела и пошла с ним.

– Прости, – сказала я. – Это инстинкт.

– Без проблем. Знаешь, вы Алхимики всегда какие‑то нервные.

– Да, – испытывая неловкий момент, я улыбнулась. – Знаю.

– Я всегда хотел встретиться с кем‑нибудь из вас, но вы, ребята, совсем не такие, какими я вас себе представлял. – Он открыл дверь в просторную кухню. Весь остальной дом мог выглядеть древним и мрачным, ну тут было светло и современно. – Если тебе от этого будет легче, то ты не так плоха, как Кит. Он был тут сегодня и так нервничал, что буквально каждую секунду озирался себе через плечо. – Ли остановился, задумавшись. – Думаю, он так реагировал, потому что Адриан ржал как сумасшедший, просматривая все эти черно‑белые киноленты.

Я резко остановилась.

– Кит быт тут… сегодня? Зачем?

– Об этом тебе лучше спросить у моего отца. В основном он разговаривал с ним. – Ли открыл холодильник и достал банку колы. – Хочешь?

– Что? А, нет. Слишком много сахара.

Он схватил другую банку.

– Диетическую?

Я колебалась лишь мгновение, пред тем, как ее взять.

– Конечно. Спасибо – Я не собиралась ничего есть или пить в этом доме, но банка казалась достаточно безобидной. Она была закупорена и выглядела, как будто только что доставлена из человеческого магазина, а не из вампирского котла. Я открыла ее и сделала глоток. – И у тебя, конечно, нет никаких идей, зачем ему это?

– Что? – Ли взял себе яблоко и приподнялся, устраиваясь на стойке. – Ах Кит? Нет. Но я почти уверен, что речь шла обо мне. Выясняя, надолго ли я тут задержусь. – Он откусил огромный кусок яблока, и я подумала, что у него самые крепкие клыки.

– Он просто любит быть в курсе дела, – сказала я. Несмотря на то, что мне не нравился Кит, мне все еще нужен был человек на моей стороне. Думаю, что не была так уж неточна в моих рассуждениях. Я была почти уверена, что Кит почувствовал недоверие к тому, что на «его территории» еще один морой, и хотел быть уверен, что в курсе всего. С одной стороны это было хорошей работой Алхимика, а с другой, в основном, вызвано оскорбленным самолюбием Кита.

Ли, похоже, не очень‑то заморачивался по этому поводу поедая яблоко, хотя я чувствовала, как он изучает меня взглядом.

– Ты сказала, у Джил был плохой день? Все в порядке?

– Да, думаю в порядке. В смысле, не знаю. Я даже не уверена, в том, что же случилось. Она хотела, по какой‑то причине срочно увидеться с Адрианом. Может он может ей помочь.

– Он морой, – уверенно произнес Ли. – Может это что‑то такое, что мог понять только он, что вам с Эдди не понять. Не в обиду сказано.

– Без проблем – ответила я. И так было понятно, что между Джил и мной были разительные отличия. Я – человек, она – вампир. Даже постарайся, мы не могли бы больше отличаться друг от друга еще больше, и на самом деле я предпочитала, чтобы так оно и оставалось.

– Ты ходишь в колледж… в Лос‑Анджелесе? В человеческую школу? – Такое поведение казалось не таким уж и странным для мороя. Иногда они жили общинами, а иногда пытались затеряться в человеческих городах.

Ли кивнул.

– Да. И в первое время было очень тяжело. Я имею в виду, когда другие не в курсе что ты вампир… ну, всегда есть какое‑то ощущение, что ты тут чужой… и я понимаю каково ей сейчас.

– Бедная Джил, – сказала я, внезапно осознавая, что воспринимала эту ситуацию неправильно. Большей частью своего сознания я фиксировала, что в школе болезнь Джил принимали за похмелье. Но прежде всего, мне следовало сосредоточиться на том, почему она была больна. Обеспокоенность всей этой новой жизнью должна была дать о себе знать. Я пыталась побороть свою неуверенность, пытаясь наладить дружеские отношения и социальные контакты, но, по крайней мере, я имела дело с моей собственной расой. – На самом деле я даже не задумывалась о том, что она может так переживать.

– Хочешь, чтобы я поговорил с ней? – спросил Ли. Он отложил огрызок в сторону. – Не то, чтобы, конечно, у меня было много чего умного, чтобы этим делиться.

– Все может помочь, – честно сказала я.

Повисшее между нами молчание заставило меня начать неловко себя чувствовать. Ли казался очень дружелюбным, но мои старые страхи слишком прочно укоренились. Часть меня чувствовала, что он не столько хочет узнать меня, сколько изучить. Алхимики были для него чем‑то новым.

– Не возражаешь, если я спрошу… о татуировке. Она дает тебе особенные силы, да?

Это было почти повторением школьного расспроса, с тем лишь исключением, что, что Ли, на самом деле знал правду. Я рассеянно коснулась своей щеки.

– Уж точно никаких сил. Это принуждение, удерживающее нас от лишних разговоров о наших делах. А еще благодаря ей, у меня хорошая иммунная система. Но все остальное? Во мне нет ничего особенного.

– Очаровательно, – пробормотал он. Я беспокойно отвела взгляд в сторону и попыталась небрежно сбросить волосы на лицо.

Именно в этот момент Адриан просунул голову в дверь. Всего его прежнего веселья как не бывало.

– А, вот вы где. Можно тебя на секундочку?

Вопрос был адресован мне, поэтому Ли спрыгнул со стойки.

– Намек понят. Джил все еще в кабинете? – Адриан кивнул и Ли взглянул на меня вопросительно. – Хочешь, чтобы я…?

Я кивнула:

– Это было бы здорово. Спасибо.

Ли ушел, а Адриан посмотрел на меня с любопытством:

– Как это понимать?

– О, мы подумали, что Ли может помочь Джил с ее проблемами, – объяснила я. – У них схожие ситуации.

– «Проблемами»?

– Да, ну, ты знаешь. Адаптация к жизни с людьми.

– А‑а, – протянул Адриан. Он достал пачку сигарет, на удивление полную, и закурил прямо передо мной. – Да, думаю, это хорошая идея. Но не об этом я хотел с тобой поговорить. Мне нужно, чтобы вы вытащили меня из этого места.

Я была поражена. «Это не относится к Джил?»

– Из Палм‑Спрингса? – спросила я.

– Нет! Из этого места. – Он обвел рукой вокруг себя. – Это все равно, что проживать в доме престарелых! Кларэнс прямо сейчас спит, а ест только в пять. Это так скучно.

– Ты здесь всего лишь два дня.

– И это более, чем достаточно. Единственная вещь, удерживающая меня здесь – это здоровенные запасы спиртного. Но в случае, если я останусь, они закончатся уже к выходным. Иисусе, я уже на стены лезу. – Его взгляд упал на крест на моей шее. – О, извини. Не обижайся на счет Иисуса.

Я все еще была сбита с толку резкой сменой темы разговора.

– А что насчет Ли? Он же здесь, верно?

– Верно, – согласился Адриан. – Иногда. Но он занят… черт, не знаю. Школьными занятиями. Он собирается завтра вернуться в Лос‑Анджелес, и у меня еще будет одна скучная ночь. Кроме того… – Он посмотрел на меня заговорщицки. – Ли достаточно милый, но он не… ну, он, на самом деле, далеко не забавный. Не такой, как я.

– Это, должно быть ценное замечание, – подчеркнула я.

– Не читай мне мораль, Сейдж. И как я уже говорил – он мне нравится, но он проводит здесь совсем мало времени. А когда он здесь, то вечно занят собой. Постоянно крутится перед зеркалом, даже больше чем я. А на днях я слушал его опасения, на счет седеющих волос.

Меня не заботила эксцентричность Ли.

– И куда же ты хочешь отправиться? Ты же не хочешь… – Мне в голову пришла очень неприятная мысль. – Ты же не хочешь поступить в Амбервуд, не так ли?

– Чтобы мне играть с вами в «21 Джамп Стрит»?[15] Нет, спасибо.

– Двадцать один, что?

– Не бери в голову. Послушай. – Он затушил сигарету в мойке, по‑моему, это было довольно глупо, потому что он едва ее прикурил. «Какой смысл обзаводиться вредной привычкой и не докуривать до конца?» – Мне необходимо свое убежище, понимаешь? Вы ребята можете это устроить. Чего вам стоит выделить мне шикарное местечко как Киту, в центре города, чтобы я мог тусоваться с богатенькими курортниками? Напиваться в одиночестве тоскливо и жалко. Мне нужна компания, пусть даже и человеческая.

– Нет, – сказала я. – У меня на это нет полномочий. Ты не… ну, на самом деле, ты даже не под моей ответственностью. Мы присматриваем за Джил… и Эдди, так как он ее страж.

Адриан нахмурился.

– Что насчет машины? Ты можешь устроить это?

Я покачала головой.

– Что насчет твоей машины? Что если я заброшу вас в школу, а затем одолжу ее на некоторое время?

– Нет, – тут же ответила я. Возможно, это было самым нелепым предложением, на какое я была только способна. Латте был моим малышом. И я не собиралась одалживать его алкоголику, да к тому же еще и вампиру. Если какой вампир и мог быть абсолютно безответственным, то это был Адриан Ивашков.

– Ты убиваешь меня здесь, Сейдж!

– Я ничего не делаю.

– Прямо в сердце.

– Послушай, – сказала я с возрастающим раздражением. – Я же сказала тебе. Ты не под моей ответственностью. Поговори с Эйбом, если хочешь, чтобы все изменилось. Разве не он та причина, по которой ты здесь?

Раздражение Адриана и жалось к себе, сменились настороженностью.

– Что тебе об этом известно?

И точно. Он не должен знать, что я подслушала их разговор.

– Я имею в виду, что он тот, кто притащил тебя сюда приятель, и обо всем договорился с Кларэнсом, разве нет? – Я надеялась, что это прозвучало достаточно убедительно, и возможно это даст мне возможность побольше разузнать о гениальных замыслах Эйба.

– Да, – ответил Адриан, после нескольких секунд напряженных раздумий. – Но Эйб хочет, чтобы я торчал в этом склепе. Если у меня будет собственное убежище, мы сохраним это от него в секрете.

Я усмехнулась.

– В таком случае я определенно в этом не участвую, даже если бы и могла. Тебе нечего мне предложить, чтобы я перешла дорогу Эйбу.

Я видела, что Адриан заготовил еще аргументов, и решила уйти. Повернувшись спиной к нему и дальнейшим возражениям, я вышла из кухни и направилась в гостиную. Где я обнаружила, болтающих Джил и Ли и на ее лице была искренняя улыбка, в первый раз за все время. Она смеялась над каким‑то его комментарием, а потом подняла взгляд и увидела, что вхожу я.

– Привет, Сидни, – поздоровалась она.

– Привет, – ответила я. – Готова ехать?

– Уже пора? – спросила она. Они с Ли, оба выглядели разочарованными, но потом она сама ответила на свой вопрос. – Да, думаю нам пора. Тебе, наверное, надо делать домашнее задание, да и Эдди вероятно уже волнуется.

Вслед за мной, вошел нахохлившийся Адриан. Джил взглянула на него, и на секунду будто ушла в себя, как будто ее мысли витали где‑то еще. Потом она повернулась ко мне.

– Да, – сказала она. – Нам пора, Ли, надеюсь попозже поболтаем.

– Я тоже, – ответил он и поднялся на ноги. – Время от времени я буду приезжать сюда.

Джил обняла Адриана на прощанье, с явной неохотой расставаясь с ним. С Ли, она прощалась так как будто ей было грустно покидать того, с кем можно узнать много чего интересного. В прощании с Адрианом создавалось впечатление, что она не уверена, сможет ли уйти. Следующее ее кормление было запланировано через два дня, и Адриан подбодрил ее, сказав, что у нее достаточно сил, чтобы пережить завтрашний день в школе. Независимо от того, насколько он меня раздражал, меня взволновало то, как он сочувствовал юной девушке. Любой, кто был так мил с Джил не мог быть полным негодяем. Он начал меня удивлять.

– Ты выглядишь лучше, – сказала я ей, по дороге в «Виста Азул».[16]

Разговор с Адрианом… с ними обоими… оказывается, пошел на пользу.

– Думаешь, что завтра будешь в порядке?

– Да, – вздохнула Джил и откинулась на сиденье. – Это просто нервы. И то, что я почти ничего съела за завтраком.

– Джил… – Я закусила губу, колеблясь продолжить дальше. Душевные разговоры были не по моей части, тем более, на личные темы. – Вы с Адрианом…

Джил настороженно посмотрела на меня.

– Что мы?

– Есть что‑нибудь… Я имею в виду, вы, ребята…?

– Нет! – Краем глаза я уловила, как Джил стала ярко‑розовой. Такого цвета я никогда не видела на лице вампира. – А почему ты спрашиваешь?

– Ну, сегодня утром у тебя было недомогание. А затем была непреклонна в том, чтобы увидеться с Адрианом. Так же, ты всегда с грустью прощаешься с ним…

Джил ахнула.

– Ты думаешь, я беременна?

– Не совсем, – сказала я, понимая, что отчасти это было бессмысленным ответом. – Я имею в виду, может быть. Я не знаю. Просто с учетом всех возможностей…

– Нет, не думай так! Между нами ничего нет. Ничего. Мы просто друзья. Он никогда не интересовался мной. – Она сказала это с мрачной уверенностью… и возможно, даже небольшой грустью.

– Это неправда, – сказала я, подбирая слова, чтобы исправиться. – Я имела в виду, ты моложе, да, но ты милая… – Да, это был ужасный разговор. Я бы просто сейчас поболтала.

– Нет, – сказала Джил. – Не говори мне, что я мила и красивая и тому подобное. И вообще. Все это не имеет значения. Не тогда, когда он все еще сохнет по ней.

– По ней. А. По Розе.

Я уже почти и забыла. Впервые я лично увидела Адриана, когда ездила на суд, но фактически, в первый раз я увидела его на пленке камеры видеонаблюдения, когда они были с Розой в казино. Они держались за руки, хотя я не была до конца уверена в серьезности их отношений. Когда я помогала бежать Розе и Дмитрию, химия между ними двумя зашкаливала, даже если они этого и не признавали. Даже я была в состоянии определить это с расстояния в милю, а ведь я почти ничего не знала о их романе. Видя, что теперь Роза и Дмитрий официально были парой, я предположила, что для Адриана эта ситуация закончилась только болью.

– Да по Розе. – Джил вздохнула и рассеяно уставилась перед собой. – Он видит только ее, закрывая глаза. Горящий взгляд черных глаз и тело полное огня и энергии. Неважно, как сильно он пытается о ней забыть, независимо от того, сколько он выпьет… она всегда остается. Он не может ее забыть.

Голос Джил был наполнен исключительной горечью. Я могла бы списать это на ревность, только она произнесла это так, будто у нее был личный мотив обижаться на Розу.

– Джил? Ты в порядке?

– Что? Ай. – Джил помотала головой, как будто избавлялась от видения. – Да, я в порядке. Извини. Это был странный день. Я немного не в себе. Как ты думаешь, мы могли бы сходить за покупками? – На следующем повороте был указатель на торговый центр.

Я повернула по указателю, радуясь, что мы отвлеклись от разговоров на личные темы, так как я до сих пор испытывала неловкость.

– М‑м, да. Нам нужен лосьон от загара. И может, прикупим маленький телевизор к нам в комнату.

– Это было бы здорово, – оживилась Джил.

Я оставила эту тему, найдя другой выход. Остаток вечера никто из нас, больше не заговорил об Адриане.

 

ГЛАВА 8

 

Переводчики: sunshima, VisibleVoid, Светуська Вычитка: Светуська

– Ты собираешься это доедать? – спросил Эдди.

Эдди мог и не знать о неприятностях, произошедших с Джил в первый учебный день, но его все равно расстраивало, что он не видел ее весь день. Поэтому когда мы спустились с ней вниз по лестнице на следующий день, увидели, что он стоит в фойе общежития, готовый пойти с нами на завтрак.

Я толкнула ему тарелку с половиной своего рогалика через стол. Он уже покончил с собственным рогаликом, так же как с блинчиками и беконом, и незамедлительно принял мое щедрое предложение. Возможно, он и был неестественным созданием, результатом скрещивания, аппетит у него был как у обычного парня подросткового возраста.

– Как ты? – спросил он у Джил, когда прожевал полный рот набитый рогаликом. Так как он, в конечном счете, все равно услышал бы, что она не была на занятиях, мы просто сказали Эдди, что Джил вчера перенервничала. Обвинения в похмелье все еще приводили меня в бешенство, но Джил настояла, чтобы я опустила этот момент.

– Прекрасно, – ответила она. – Намного лучше.

Я оставила это без комментариев, но в душу закралось сомнение. Джил действительно сегодня утром выглядела лучше, но этой ночью у нее едва был крепкий сон. А если точнее – она с криком проснулась посреди ночи.

Я выпрыгнула из своей кровати, ожидая, что в наше окно ломится не меньше сотни убийц стригоев или мороев. Но когда осмотрелась, то обнаружила, что никого кроме Джил, бормочущей и кричащей во сне, больше не было. Я поспешила, наконец, разбудить ее, что оказалось, немного, труднее, чем я ожидала. Она села задыхаясь, вся взмокшая от пота и обхватила себя руками за плечи. Успокоившись, она твердила мне, что это был просто кошмарный сон, но что‑то было в ее глазах… отголосок чего‑то реального. Я это знала, потому что это напомнило мне, то время, когда я сама множество раз просыпалась с мыслью, что за мной идут Алхимики, чтобы забрать в «центр переподготовки».

Она настаивала на том, что с ней все в порядке, и поутру, мы всего раз упомянули о ее кошмаре, когда она просила меня ничего не рассказывать Эдди.

– Это только растревожит его, – говорила она. – И к тому же, это не имеет значения.

Я уступила ей, но когда попыталась расспросить ее о том, что ей приснилось, она отмахнулась от меня, сказав, что не хочет разговаривать на эту тему.

Сейчас, за завтраком она держалась увереннее, но после всего, что я узнала, это было прогрессом, особенно учитывая то, что ей пришлось пережить в первый день школьных занятий.

– Я до сих пор не могу смириться с тем, насколько я отличаюсь от всех остальных, – произнесла она тихим голосом. – Я о том, что, во‑первых, я выше ростом, чем большинство здешних девушек! – Это было правдой. Для мороек не было редкостью вымахать до метра восьмидесяти в высоту. Джил была пониже, но все равно была высокой и стройной, поэтому создавалась иллюзия того, что она выше ростом, чем была на самом деле. – И, во‑вторых, я очень костлявая.

– Вовсе нет, – возразила я.

– Я слишком тощая, по сравнению с ними, – не уступала Джил.

– У каждого свои особенности, – вставил Эдди. – Эта девчонка покрыта тонной веснушек. Этот парень бреет голову. Здесь нет стандартов «нормальности».

Джил все еще выглядела сомневающейся, но с упорством отправилась на занятия, когда зазвонил первый предупреждающий звонок, пообещав, что встретится с Эдди за обедом, а со мной на физкультуре.

Я пришла в свой класс истории на несколько минут пораньше. Мисс Тервиллиджер стояла у своего стола, перебирая какие‑то бумаги, когда я робко обратилась к ней.

– Мэм?

Она взглянула на меня, сдвинув, привычным жестом очки на своем носу.

– М‑м? О, я помню вас. Мисс Мельбурн.

– Мелроуз, – поправила я.

– Разве? Готова поклясться, что ваше имя происходит откуда‑то из Австралии.

– Что ж, мое имя Сидни,[17] ‑ сказала я, не уверенная, должна ли ее поддержать.

– Ах. Тогда я точно еще не сошла с ума. По крайней мере, пока что. Так чем могу быть вам полезна, мисс Мелроуз?

– Я хотела спросить вас… видите ли, у меня окно в расписании, потому что сдала языковые тесты. И подумала, может, вам нужен еще один помощник… вроде Трея. – Вышеупомянутый Трей тоже был здесь, сидел за отведенным ему столом, перебирая какие‑то бумаги. Он поднял глаза, при упоминании его имени и украдкой взглянул на меня. – Это последний семестр мэм. Так что если вам нужно выполнить что‑то срочное…

Она несколько минут смотрела на меня изучающим взглядом, прежде чем ответить. Я была уверена, что сегодня замаскировала свою татуировку, но казалось, что она смотрит прямо на нее.

– Мне не нужен другой помощник, – прямо ответила она. Трей ухмыльнулся. – Мистер Джарес, несмотря на его ограниченность, больше подходит для того чтобы разгребать кипу моих бумаг. – Его ухмылка увяла после двусмысленного комплимента.

Я кивнула и начала отворачиваться, разочарованная.

– Хорошо. Как скажете.

– Нет, нет. Не думаю, что вы правильно меня поняли. Видите ли, я пишу книгу. – Она сделала паузу, и я поняла, что она ожидала увидеть произведенное на меня впечатление. – На еретическую религию и магию в греко‑римском мире. До этого я читала лекции об этом в Карлтонском колледже. Увлекательнейший предмет.

Трей поперхнулся от кашля.

– Сейчас, мне реально могла бы пригодиться помощь научного сотрудника, добывать определенную информацию, выполнять поручения для меня, и все в таком духе. Вас это интересует?

Я разинула рот.

– Да, мэм. Вполне.

– Чтобы заработать участие в независимом исследовании, вам нужно бы сделать какой‑нибудь свой собственный проект на подобную тему… такую, как научные исследования с последующим его документированием. Никаких приблизительных отрывков из моей книги, конечно же. Есть какая‑нибудь особо интересующая вас эпоха?

– Э, да. – Я едва могла в это поверить. – Классическое искусство и архитектура. Я предпочла бы изучать это более углубленно.

Теперь она выглядела впечатленной.

– Неужели? Тогда, кажется, мы идеальная пара. Или, ну, почти. Жаль, вы не знаете латынь.

– Ну… – Я отвела глаза. – Я, гм, как ни странно это может прозвучать… могу читать на латыни. – Я осмелилась бросить взгляд на нее. Теперь она выглядела более, чем впечатленной, скорее просто ошеломленной.

– Что ж, тогда. Как насчет… – Она печально покачала головой. – Боюсь даже спрашивать о греческом языке. – Прозвенел звонок. – Проходите и займите свое место, а позже, в конце дня, найдите меня. У меня запланировано внеурочное время, так что у нас будет достаточно времени поговорить и заполнить необходимые документы.

Я вернулась к своей парте и приняла одобрительное крепкое рукопожатие Эдди.

– Отличная работа. Тебе не обязательно посещать реальные занятия. Хотя, если она поручила тебе читать латынь, скорее всего, это будет сквернее, чем реальные занятия.

– Я люблю латынь, – произнесла я на полном серьезе. – Это увлекательно.

Эдди покачал головой и сказал очень тихим голосом:

– Поверить не могу, что ты считаешь нас чудаковатыми.

Комментарии Трея на моем следующем занятии были менее лестными.

– Ничего себе, ты действительно обвела Тервиллиджер вокруг пальца. – Он кивнул в сторону нашего преподавателя по химии: – Собираешься пойти сказать ей, что расщепляешь атомы на части в свободное время? У тебя в комнате случаем устройство реактора не завалялось?

– Нет ничего плохого в том, чтобы… – Я оборвала себя, не уверенная в том, что собиралась сказать. Я чуть не сказала «быть умной», но это прозвучало бы самоуверенно. – Нет ничего плохого в том, чтобы что‑то знать, – сказала я, наконец.

– Конечно, – согласился он. – Когда это законное знание.

Я вспомнила, вчерашний странный разговор с Кристин и Джулией. Поскольку мне пришлось везти Джил к Адриану, я упустила шанс подготовиться к неприятному разговору и не довела до конца обсуждение вопроса касательно моей татуировки. Тем не менее, сейчас я меньше всего понимала, происхождение презрения Трея – даже не смотря на то, что это казалось абсурдным. Никто другой в школе не ссылался на особенность моей татуировки, народ постоянно подходил ко мне, интересуясь, где я ее приобрела. Они были разочарованы, когда я отвечала, что в Южной Дакоте.

– Послушай, не знаю, откуда пришла эта идея о том, что моя татуировка делает меня умнее, но если это то, о чем ты, что ж… это не так. Это всего лишь татуировка.

– Это золото, – заявил он.

– И что? – спросила я. – Это просто специальные чернила. Я не понимаю, почему люди верят в какое‑то мистическое свойство. Кто вообще верит в эту фигню?

Он фыркнул:

– Половина этой школы верит. Как же тогда тебе удается быть такой умной?

Была ли я, в действительности, среди тех большинства фриков, когда превосходство на школьных занятиях с этими людьми обернулось в сверхъестественное объяснение? Я выдала свой заготовленный ответ.

– Я была на домашнем образовании.

– О, – задумчиво произнес Трей. – Это все объясняет. – Я вздохнула. – Тем не менее, держу пари, в твоем домашнем обучении немного уделялось физическим упражнениям, – добавил он. – Что будешь делать, когда от тебя потребуют выполнения спортивных нормативов?

– Не знаю; я как‑то не думала об этом, – ответила я, чувствуя себя немного неловко. Я могу заниматься школьными амбервудскими занятиями в ночное время, уменьшая время на сон. Но занятия спортом? Беспонятия.

– Что ж, тебе лучше принять решение в ближайшее время, конечный срок близится. Не смотри так озабоченно, – добавил он. – Может быть, взамен, они позволят тебе начать преподавать латынь.

– Что это значит? – спросила я, мне не понравился его тон. – Я занималась спортом.

Он пожал плечами.

– Как угодно. Ты не выглядишь, уж слишком спортивной. Скорее слишком… изящной.

Я не совсем поняла, комплимент это или нет.

– А каким спортом занимаешься ты?

Трей выпятил свой подбородок, выглядя очень самодовольным.

– Футбол. Настоящий мужской вид спорта.

Сидящий по соседству парень услышал его и оглянулся.

– Паршиво, что тебе так и не удалось стать квотербеком,[18] Джарес. В пошлом сезоне ты был так близок к этому. Похоже, ты получишь диплом, так и не осуществив свою мечту.

Я‑то думала, что это я не нравлюсь Трею, но когда он переключил свое внимание на этого парня, создалось впечатление, что температура в комнате упала, аж на десять градусов. В этот момент я поняла, что меня Трей просто подкалывает. Но этого парня? Трей всецело его презирает.

– Не припомню, чтобы у тебя был хотя бы шанс на выигрыш, Слейд, – парировал Трей, грозно взглянув на него. – С чего ты взял, что тебе удастся добиться успеха в этом году?

Слейд – я не поняла имя это или фамилия – заговорщически обменялся взглядом с парой товарищей и ответил:

– Предчувствие. – Они отвернулись, а Трей нахмурился.

– Великолепно, – пробормотал он. – Слейд, наконец, при бабле. Хочешь узнать про татуировки? Поякшайся с ним.

Моя интуиция подсказывала мне, что Слейд не тот с кем бы мне захотелось «поякшаться», но Трей больше не вдавался в подробности. Вскоре началось занятие, поэтому я попыталась сосредоточиться на лекции, но мои мысли были заняты вопросом: с чего бы Амбервуду так помешаться на татуировках. «Что бы это могло значить?»

Когда началась физкультура, я с облегчением увидела, что Джил уже была в раздевалке. Моройка одарила меня усталой улыбкой, когда мы вышли на улицу.

– Как прошел день? – спросила я.

– Сойдет, – ответила Джил. – Ни хороший, ни плохой. Мне действительно многое непонятно в людях. – Она не произнесла этого вслух, но по тону Джил и так было понятно: «Вот видишь? Я же предупреждала, что буду отличаться от всех остальных».

Когда, наконец, начался урок, я поняла, что проблема Джил не в том, что она отличается от остальных. Она избегала зрительного контакта, позволяя своей нервозности скрывать ее лучшие качества во время разговора с людьми. Никто откровенно ее не избегал, но исходящая от нее энергетика не настраивала на дружелюбный лад, поэтому самостоятельно с ней никто не заговаривал. Я, конечно же, не самый общительный в мире человек, но улыбалась и старалась заводить разговор с одноклассниками, так как у нас уже были совместные волейбольные тренировки. Этого оказалось достаточно, чтобы ко мне начали относиться с радушием.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.