Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





(Переводчик:Галя Бирзул; Редактор:Дарья Галкина)



ГЛАВА 10

(Переводчик: Галя Бирзул; Редактор: Дарья Галкина)

Дэниел

Вечер шел не очень хорошо. Конечно, мы были в этом удивительном домике в центре непонятно чего, но Мэгги уже затыкает мне рот из-за того, что я «подкалываю» Рэйчел. Что было смешно, потому что это не моя вина, что Рэйчел была настолько капризной. Она едва сказала мне два слова с тех пор, как мы добрались сюда. И лучше не становилось.

Но, будучи веселым парнем, я пытался сделать все лучше. Черт, я даже пытался наладить отношения с Клэем, когда мы пошли в магазин за едой. Когда он не лапал задницу Мэгги, он был довольно крутым парнем. Парнем, с которым я мог бы даже подружиться. Так что это уже было хорошо.

Но потом он пришел и снова стал засранцем с Мэгги, что, конечно, расстроило ее. Она пыталась спрятать то, что происходило, но я видел – что-то надвигалось. Это было то же самое дерьмо, которое всегда случалось с ними. И становилось все труднее и труднее не вмешиваться. Я знал, Мэгги возненавидит меня за это, но это дерьмо выходит из-под контроля.

И Рэйчел... Боже! Хотел бы я сделать что-то, что-нибудь, что не расстроит ее. Я жутко скучал по ней. Я скучал по той легкости, когда мы были вместе. То, как она всегда понимала меня, даже когда я был не в ладах сам с собой. Я скучал по провождению с ней времени, пока она присматривала за своей сестренкой, и смеялась над каким-то глупым телевизионным шоу.

Черт бы меня побрал! Я так сильно хотел, чтобы она вернулась в мою жизнь, думал, что взорвусь. Но все так резко изменилось между нами, я и не думал, что такое когда-либо случится. Я потерял одну из своих лучших подруг из-за своей собственной глупости. Потому что я был слишком напуган, чтобы рисковать и следовать за своим сердцем, и возможно, получить что-то лучшее в процессе.

Потому что я любил Рэйчел Мари Брэдфиелд. Теперь я понимаю, что любил ее уже долгое время. В одно мгновение я был уверен, что она чувствует то же самое. Но сейчас... я сомневался. Она была такой злой и резкой. И я чувствовал, что был причиной этому.

Так что да... Я терял одну из лучших подруг, потому что я был слишком испуган, чтобы громко признаться, что любил ее. Я был слишком напуган возможным отказом и провалом. И я теряю свою другую лучшую подругу, потому что ее любовь съедала ее заживо.

Любовь определенно поглощает.

Я обнаружил, что перегибаю палку, пытаясь восполнить свою пустоту внутри. Я был слишком пьяным. Слишком громким. Мои шутки слишком вынужденные.

Затем зазвонил мой телефон. И это была Кайли. Она несколько дней звонила мне. Я был глуп, и позволил ей приехать на прошлой неделе. Она попыталась снова перепихнуться, но я твердо обрубил эту возможность прямо на корню. Я думал, она поняла намек после танцев, но она оказалась упрямой.

Я был уверен, ее попытки вернуть меня назад больше связаны с тем фактом, что я был не таким легкодоступным, как раньше. Здоровое желание того, что не можешь получить. Я пытался быть милым, но мое терпение стало значительно тоньше.

Так что после дерьмового дня, который я провел, я был готов забить гвоздь в этот гроб. Я извинился перед ребятами, чтобы ответить на телефон, готовый раз и навсегда покончить с этим.

— Кайли. Серьезно, это устарело, — сказал я вместо приветствия.

Кайли вздохнула на другом конце. — Пожалуйста, Дэнни. Я была такой глупой. Я лишь хочу еще одного шанса. Что бы ни происходило с моими родителями, это заставило меня понять, как великолепны мы вместе, — умоляла она. Она наступала меня со всеми своими боеприпасами. Но я не повелся на это.

— Мы с этим уже покончили. То, что было между тобой и мной – закончилось. Я всегда буду заботиться о тебе, но все кончено. Если тебе надо поговорить о твоих родителях - я рядом, но как друг, — сказал я коротко. Снова и снова говорить об этом изматывало. Я хотел вернуться к своим друзьям. К хорошему времени, которое я пытался провести.

Могу сказать, Кайли начала плакать, и из-за этого я чувствовал себя полным дерьмом. Пока не вспомнил, что Кайли использовала слезы как оружие. Она знала, что я велся на них, поэтому она собиралась убить меня. — Кайли, давай же. Перестань плакать. Ты будешь в порядке. Ты пройдешь через это со своими последователями. Но мы... вместе... это плохо работает. Так что давай просто забудем об этом и положим конец страданиям, — сказал я, юмором пытаясь облегчить все.

Это заставило Кайли плакать сильнее. — Но ты нужен мне, Дэнни! — стонала она. Я закатил глаза. Она сильно перегибала палку. Я выдохнул и решил, что с меня хватит.

— Отдохни, Кайли. Ты хорошо знаешь, что единственная причина, почему ты прилагаешь так много усилий, чтобы вернуть меня назад – это то, что впервые, я не бегу к тебе со своим чертовым хвостом между ног. Тебе наплевать на меня. Проблема в том, что я не хватаю морковку, которой ты машешь. Так что смирись с этим и двигайся дальше. — Мой голос повысился, и я чувствовал прилив гнева.

Плач мгновенно прекратился. — Ты полная задница, Дэниел Лоу. Со всем, что у меня происходит, не могу поверить, что ты так со мной обращаешься. Я потратила так много времени с тобой. И просто, чтобы ты знал, я спала с Логаном последние полтора года, — бросила она мне.

Ее слова точно не были сюрпризом. Я знал, она хотела, чтобы они ранили. Слишком плохо для нее, но мне было все равно. — Хорошо, тогда иди и взрывай его телефон, — сказал я прежде, чем повесить трубку. Я улыбнулся темному экрану. Черт, я чувствовал себя так хорошо. Я засунул телефон в карман и направился в гостиную, вовремя, чтобы увидеть, как Рэйчел идет в прихожую.

— Что ты делаешь? У нас игра, мы собираемся выиграть, — сказал я шутливо, не желая, чтобы Рэйчел уходила. Я мог сказать, что она была расстроена и назовите это предчувствием, но я знал, что причиной был я. Я хотел потянуться и обнять ее. Сказать ей, чтобы перестала быть такой глупой, потому что я хотел ее и только ее. Но мне было так чертовски страшно сделать этот шаг. Испортить все еще сильнее, чем уже было.

Но Рэйчел была злой. Расстроенной. — Знаешь что, Дэниел. К черту, я закончила. — И это разозлило меня. Потому что я не хотел, чтобы она «закончила». Я хотел услышать, от нее, почему она была зла на меня все время. Я устал от игр. Устал от драмы. Я просто хотел, чтобы все успокоилось к черту, чтобы я мог подумать об этом сумасшедшем гудении в своей голове.

Мэгги сразу вмешалась, но я прервал ее. — Нет, Мэгги. Дай ей сказать то, что она хочет. Очевидно, я расстроил ее, снова. — Хорошо, я звучал как придурок. Я не хотел звучать, словно бесчувственная задница, но я просто не знал, что еще сделать.

Рэйчел встала перед моим лицом. Ее рот был в дюйме от моего, и мы вдвоем тяжело дышали. Я не мог остановить себя от того, чтобы посмотреть на ее губы и думать о том, чтобы попробовать их. Боже, я хотел их попробовать.

— Чертовски верно, ты расстроил меня! Я так устала смотреть, как ты бегаешь вперед и назад с этой шлюшкой! — я устал от того, как она бросала Кайли мне в лицо. Особенно, когда это был совершенно спорный вопрос. Если бы она позволила мне объяснить, на этот раз... Но я тоже был расстроен, и не очень хорошо с этим справлялся.

— Какого черта это тебя так волнует? — зарычал я, наблюдая, как Мэгги и Клэй пытаются увести Рэйчел. Я терзал ее,  и я знал это. Но я хотел услышать, что она скажет. Я хотел знать, что она думает больше, чем что-либо еще.

Мэгги посмотрела на меня и сказала отвалить. Клэй встал между нами, что было более раздражающе. Почему этот чувак вмешивается? Это было ни его собачье дело.

Потом Рэйчел говорила мне, что я вытирал об нее ноги, а я отвечал ей, что она была моей подругой. Что я хотел знать, что я сделал неправильно, и потом это случилось.

— Да, мы друзья! Но черт тебя подери, Дэниел! Я люблю тебя! Я устала, что ты обижаешь меня! — вскрикнула Рэйчел, закрыв лицо руками. Я стоял так, полностью ошарашенный. Она любила меня? Она любила меня! Но мне нужно было подтверждение. Мне надо было убедиться, что я правильно расслышал и что это значит то же самое для нее, что и для меня. Я смотрел на Рэйчел, желая, чтобы она посмотрела на меня, но она продолжала закрывать свое лицо. Ее плечи тряслись от рыданий, которые разрывали мое сердце. Так что я повернулся к Мэгги.

— Она любит меня? О чем, черт возьми, она говорит? — пожалуйста, просто скажи мне, что я хочу услышать, молча умолял я свою подругу. Рэйчел оторвалась от Мэгги и Клэя и побежала по коридору в нашу комнату. Прочь от меня. И тогда, я не мог больше терпеть.

Так что я ударил тупую, чертову стену. Я знал, дерьмово было это делать, но я просто не мог держать все это в себе. И потом я ушел взбешенным. Я вышел наружу на морозный снег. Мне надо убраться ото всех. Подальше от этого безумия.

Я направился к озеру и осел на скамейку. Я не чувствовал холода. Я слишком увяз в своих беспорядочных мыслях. Рэйчел любила меня. Как только она это сказала, все встало на свои места, и я знал без тени сомнения, что хотел ее. Я хотел шанс на счастье... с ней. Но я волновался, что испорчу все. Как мне подойти к ней и сказать: «Привет, я тоже тебя люблю... хочешь быть моей девушкой? »

Мэгги нашла меня через несколько минут и разговорила, как делала всегда. Она убедила меня, что я должен пойти и поговорить с Рэйчел. То, что я должен был разобраться с ситуацией. Я не выложил вещи Мэгги и не признал, какими глубокими были мои чувства к Рэйчел. Назовите это немой гордостью, но я не хотел признавать все это, чтобы затем мое сердце было публично разбито отказом Рэйчел. Я был слишком не уверен в том, как все произойдет.

Я не знал, что Клэй стоял там, пока я не поднялся и не пошел обратно в дом. Он не выглядел счастливым, но правда была в том, что этот чувак редко выглядел счастливым, и мой ум был сфокусирован на девушке, находящейся внутри. Девушке, которая могла раскромсать мои внутренности в мгновение ока.

Так что я вошел в дом. Я медленно шел по коридору и остановился перед дверью в комнату, которую мы делили. Должен ли я стучать?

К черту все. Я толкнул дверь и зашел внутрь... и замер. Рэйчел свернулась на кровати, ее подбородок прижат к груди. Она выглядела полностью уничтоженной. Это я сделал с ней? Господи, я не хотел делать этого.

Я говорил ей, что любовь не должна заставлять тебя чувствовать так, и вот я, заставляю ее чувствовать себя такой. Сейчас это закончится. Сегодня. Я не заботился о проклятых последствиях. Рэйчел должна знать, что я чувствую, чтобы остановить боль.

Я сел на край кровати и посмотрел на нее. Она была такой красивой. Я, правда, никогда не ценил, какой великолепной она была? Даже с ее красным и покрытым пятнами от слез лицом, она была самой удивительной из всех, кого я когда-либо видел. Моя жизнь началась и закончилась с ней. Она единственная, кто всегда заставлял меня чувствовать так, чтобы я был в состоянии переставлять одну ногу за другой. Она единственная, кто держала меня за руку, когда я плакал (так же сильно, как я пытался скрыть это) после перелома моей руки во втором классе. Она единственная, кто приносил мне суп в прошлом году, когда я болел мононуклеозом[10]. Она была единственной, кто составлял мне компанию в темные дни после того, как мои родители расстались. Мэгги тоже была моей лучшей подругой. Но Рэйчел всегда была чем-то большим.

Эта девушка была моей опорой... моим сердцем. Моим всем. Я так долго был идиотом. Почему я вообще думал, что Кайли может значить для меня то, что значит она? Сейчас я понял, что эти чувства всегда здесь были. Я всегда знал на каком-то внутреннем уровне, что Рэйчел была единственной девушкой для меня. Но я позволил слишком многим вещам встать на моем пути.

Больше нет.

Она может сказать, чтобы я отправлялся в ад. Она может ударить меня по яйцам и сказать, что ненавидит меня. Но я не уйду. Я буду любить ее, пока она не поймет, что вместе мы – нечто великолепное. Нечто удивительное. Нечто вечное.

Я потянулся и положил свою руку на ее. Она не отодвинулась, но все еще и не смотрела на меня.

— Рэйч, — сказал я мягко. Она ничего не ответила, эти ужасные слезы все еще продолжали свой молчаливый путь по ее лицу. — Пожалуйста, Рэйч. Посмотри на меня, — умолял я ее, мой голос дрогнул, когда мое горло забилось от скважины эмоций, которые угрожали затопить меня.

Кажется, что-то в моей тоне, все же прорвалось, потому что она, наконец, посмотрела на меня. Ее темные глаза встретились с моими, и я ненавидел себя за боль и грусть, которые в них были. Клянусь, я могу сделать так, что все это уйдет. Я не заставляю ее чувствовать так себя снова.

— Чего ты хочешь, Дэнни? — спросила она устало, садясь.

Чего я хотел?

— Тебя, — выдохнула я. Черт. Не могу поверить, что только что это сказала.

Глаза Рэйчел расширились. — Что? — спросила она недоверчиво.

Я бросился прямо на кровать, пока наши колени не соприкасались. — Я был задницей. Полной и абсолютной задницей. Я обижал тебя снова и снова. Все что я могу сказать, мне жаль. Я был слеп к тому, чтобы было прямо передо мной так чертовски долго. — Мой голос был приглушенным шепотом. Я наклонился вперед и обвил рукой Рэйчел за шею, мягко притянув ее к себе. — Мне жаль, мне так жаль. Ты можешь простить самого тупого парня на планете за то, что не понимал, что самая идеальная девушка для него была здесь все это время? — спросил я, смотря в ее красивые глаза.

Она резко выдохнула. Мои пальцы впились в ее кожу, и я отчаянно хотел потянуть ее вперед на дюйм, чтобы я смог поцеловать ее. Но не сейчас. Пока не услышу, то, что она должна была сказать.

— Дэнни, — сказала она, с мучительным стоном отстраняясь от меня. Мой желудок ёкнул. Это то, чего я боялся. Ее отказ. Я зажмурился, стараясь не потерять свое дерьмо прямо здесь. Под «потерять свое дерьмо», я имею в виду – разреветься как ребенок.

— Дэнни, — сказала она снова, на этот раз более настойчиво. Я открыл глаза, и она хмурилась. Это никогда не было хорошим знаком. — Чего ты ждешь от меня? — спросила она, ее голос ранимый и злой. Ее лицо начало краснеть, и я видел, как краснота переходит на ее шею. Я знал, что был этому причиной.

Я открыл рот, чтобы ответить, но она прервала меня. — Как ты смеешь приходить сюда, после всего, и нести такую чушь! Что насчет Кайли? А как насчет тех миллионов раз, когда я практически вручала себя тебе, только для того, чтобы ты оттолкнул меня, будто я нихрена не значу! — завизжала она. О, чувак, она использовала ругательство. Рэйчел редко матерится. Я задавался вопросом, не слишком ли поздно броситься в укрытие.

— Рэйчел. Я...

— Сожалеешь? Тебе жаль? Ну, этого недостаточно, Дэниел! — кричала она, поднимаясь на ноги. Моя челюсть отвисла, когда она начала ходить по комнате. Она сжала руки в кулаки, извергая все, что чувствует. Должен признать, я был напуган. Но так же, я был извращенно возбужден этим. Потому что она была горяча, когда была разозлена. Со мной серьезно было что-то не так.

— Я люблю тебя с пяти лет, Дэнни! Пяти! И за последние двенадцать лет, я должна была сидеть и наблюдать, как ты встречаешься с этими девушками, которые никогда не были достаточно хороши для тебя. Когда все что я хотела, это хоть раз! Лишь раз, чтобы ты посмотрел на меня так, как ты смотришь на них! И вот он ты, после всего этого времени... говоришь мне, что хочешь меня? И ты думаешь, что я просто прыгну тебе в руки и буду считать своей счастливой звездой, что ты соизволил удостоить меня своим вниманием? Ну, не повезло, приятель! Я хочу для себя большего, чем быть чьей-то... ЗАПОЗДАЛОЙ МЫСЛЬЮ! Я заслуживаю облачной прогулки, черт побери! — ее слова, которые были сильными вначале, закончились тихой исповедью.

Облачная прогулка? Что это за черт?

Но потом я подумал о том, что она мне только что сказала. И я знал, я должен все сделать правильно. Сейчас.

Я поднялся на ноги и двигался, пока не стоял прямо перед ней. Я аккуратно, и притом медленно положил руки на ее плечи. — Рэйчел. Просто послушай меня секунду, — сказал я ей, ожидая, пока она успокоиться, так чтобы я знал, что она слушает.

Рэйчел глубоко вздохнула и посмотрела на меня. Слезы покрывали ее ресницы, и ее большие, карие глаза выглядели еще больше. — До сих пор моя голова была в собственной заднице, и я ничего не мог увидеть. Кайли была ошибкой. Каждая девушка, которая была не тобой, была ошибкой. Но Рэйчел, я думаю, что столько же люблю тебя, — признался я. Она фыркнула и покачала головой в неверии.

— Прекрати. Уверена, что ты любил меня... пока спал с Кайли, верно?

Ауч. Хорошо. Я заслужил это.

— Я искал что-то. Сначала я думал, это просто секс. Черт, я парень, и я делаю неправильный выбор там, где вовлечен мой член. Но правда в том, я никогда не чувствовал этого с Кайли. Конечно, мне иногда нравилось бывать с ней. Я даже думал, что это может быть любовью. Но, глядя на это сейчас, с ясными глазами, я знаю, этого никогда не было. Я ни разу не терял ночью сон, когда она злилась на меня. Да, я всегда старался сделать все правильно, но это больше о том, чтобы сделать мою жизнь легче, чем сделать ее счастливой. Но меня никогда не мучил способ заставить ее чувствовать себя лучше, когда ей было грустно. Я никогда не думал о миллионе способов, как заставить ее улыбаться. — Глаза Рэйчел снова блестели, и я знал, что это лишь вопрос времени, пока она снова заплачет. Так что я должен был сделать это быстро.

— Но Рэйчел, каждый раз, когда тебе больно, мне больно. В частности, когда я сам являюсь причиной этого. Я был нечувствительным придурком. Но мне нужно, чтобы ты знала, что я могу думать лишь о тебе. Из-за тебя у меня долбанные бабочки в животе. Когда мы вместе, я чувствую, что...

— …гуляешь по облакам. — Рэйчел усмехнулась.

— А? — спросил я, приподнимая бровь.

Рэйчел фыркнула и покачала головой. — Это просто кое-что, что сказала моя мама. Ты знаешь, то чувство, когда ты на вершине мира, как если бы ты мог ходить по облакам, — пояснила она.

Я кивнул и взял ее лицо в руки. — Облачная прогулка. Мне это нравится. И да, это точно то, что ты заставляешь меня чувствовать. Будто мои ноги никогда не касаются земли.

Все тело Рэйчел, казалось, расслабилось. Может быть, лишь может быть, она не собирается ударить меня по яйцам.

— Так что ты скажешь? Должны ли мы дать тому, что между нами, шанс? Просто дай мне попытаться. Ты уже самое лучшее в моей жизни... Я просто хочу, чтобы ты была лучшим, что есть в моей жизни, будучи моей девушкой. — Я был супер слащавым, но я ничего не мог поделать.

Ответная улыбка Рэйчел заставила мое сердце биться быстрее. — Твоя девушка, да? — затем ее глаза омрачились. — Что, если все это закончится плохо? Что, если мы разрушим нашу дружбу? —спросила она с беспокойством.

А потом я просто не мог больше ждать, чтобы попробовать ее. Я наклонился вперед и прижался губами к ее губам. Она держалась совсем неподвижно, пока мой рот снова не наклонился к ее, и мой язык начал проделывать свой ​ ​ путь в ее сладкие губы. Боже, она была вкуснее, чем я себе представлял.

Я оторвался от нее, когда она начала целовать меня в ответ. Наши лбы соприкоснулись, и я посмотрел ей в глаза. — Как мы можем плохо закончить? Мы уже самая удивительная вещь в мире. — Я видел, как она тает, и когда я снова захватил ее рот, я знал, что был прав. Это была самая удивительная вещь.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.