Хелпикс

Главная

Контакты

Случайная статья





Тело боли 12 страница



Коллективная болезнь человечества заключается в том, что люди настолько поглощены происходящим, настолько загипнотизированы миром мимолетных форм, так сосредоточены на содержимом своей жизни, что забыли суть, покоящуюся за содержимым, за формой, за мыслями. Они настолько поглощены временем, что забыли о вечности, являющейся их источником, их домом, их судьбой. Вечность — это живая реальность того, кто ты есть.

Несколько лет назад в Китае я поднялся к ступе на вершине горы неподалеку от Гуйлиня. На ней была золотая рельефная надпись, и я спросил своего китайского гида, что она означает.

— Это означает «Будда», — сказал он.

— А почему здесь два иероглифа, а не один? — спросил я.

— Один означает «человек», — объяснил он. — Другой означает «не». А оба вместе означают «Будда».

Я стоял в благоговении. Иероглиф «Будда» уже сам по себе содержал все учение Будды, а для имеющих глаза, чтобы видеть, — тайну жизни. Вот два измерения, составляющие реальность, — вещественность и не-вещественность, форма и отсутствие формы. Это и есть признание и подтверждение того, что ты — не форма.


 

Глава восьмая

 

Открытие внутреннего пространства

 

Одна древняя суфийская история рассказывает, что в некой восточной стране жил король, и он постоянно разрывался между состояниями счастья и отчаяния. Малейший повод ввергал его в величайшее расстройство или провоцировал острую реакцию, и тогда его счастье быстро превращалось в печаль и отчаяние. Пришло время, когда король устал от самого себя и от жизни и стал искать выход. Он послал за мудрецом, жившим в его королевстве и слывшим просветленным. Мудрец пришел, и король сказал ему: «Я хочу быть как ты. Можешь ли ты дать мне что-то такое, что внесет в мою жизнь равновесие, безмятежность и мудрость? Я заплачу любую цену, какую ты попросишь».

Мудрец ответил: «Я могу тебе помочь. Однако цена очень высока, и чтобы заплатить, не хватит всего твоего королевства. Но если ты будешь это чтить, это будет тебе даровано». Король заверил его, и мудрец ушел.

 Несколько недель спустя он пришел снова и подал королю инкрустированную жадеитом резную шкатулку. Король открыл ее — в ней лежало простое золотое кольцо. На кольце были нацарапаны какие-то буквы. Надпись гласила: «И это пройдет». «Что это значит? » — спросил король. Мудрец ответил: «Носи это кольцо постоянно. Что бы ни случилось, прежде чем назвать это плохим или хорошим, прикоснись к кольцу и прочти это изречение. Так ты всегда будешь в покое».

 И это пройдет. Что придает этим простым словам такую силу? При поверхностном взгляде может показаться, что они способны слегка утешить в скверной ситуации, а заодно и уменьшить радость от того хорошего, что есть в жизни. «Не будь слишком счастливым, ибо это не продлится долго». Похоже, что в отношении ситуации, воспринимаемой как хорошая, они говорят именно это.

Смысл этих слов становится вполне ясен, если мы рассматриваем их в контексте двух других историй, приведенных ранее. История о мастере дзен, чей ответ всегда был: «Вот как? » показывает добро, приходящее через внутреннее непротивление событию, иначе говоря, через слияние в одно с происходящим. История о человеке, чей ответ был неизменно лаконичным — «Возможно», — иллюстрирует мудрость несуждения, а рассказ о кольце указывает на факт непостоянства, который, будучи признанным, открывает путь к непривязанности. Несопротивление, несуждение и непривязанность —вот три грани истинной свободы и просветленной жизни.

Слова, нацарапанные на кольце, не говорят, что ты не должен радоваться хорошему в жизни, и направлены не только на то, чтобы сделать твое страдание более комфортным. У них есть более глубокая цель: пробудить в тебе осознавание скоротечности любой ситуации, обусловленной мимолетностью и изменчивостью всех форм. Твоя привязанность к ним уменьшается, и ты в какой-то степени разотождествляешься с ними.

Твоя непривязанность не означает, что ты не можешь радоваться тому, что предлагает тебе мир. В действительности ты радуешься еще больше. Однажды поняв и приняв факт мимолетности всего и неизбежности перемен, ты можешь радоваться удовольствиям, пока они есть, не испытывая ни страха потерять их, ни тревоги за будущее. Освободившись от привязанности, ты обретаешь преимущество более высокого качества, и с этой более высокой точки смотришь на события своей жизни так, что они тебя больше не захватывают. Ты уподобляешься космонавту, видящему планету Земля, окруженную бесконечным пространством, и понимающему парадоксальную истину: земля любима и драгоценна, и в то же время незначима. Признание того, что и это пройдет, вносит непривязанность, и вместе с этой непривязанностью в твою жизнь входит новое измерение — внутреннее пространство.

Через непривязанность, так же как и через внутреннее непротивление, ты получаешь доступ к этому измерению.

Если ты больше не отождествляешься с формой всецело, то сознание, коим ты являешься, освобождается от заточения в форме. Эта свобода есть рождение внутреннего пространства. Оно приходит как спокойствие, как тонкий, едва уловимый покой глубоко внутри, даже перед лицом чего-то кажущегося плохим. И это пройдет. Внезапно вокруг события появляется пространство. Точно так же есть пространство вокруг эмоциональных подъемов и спадов, даже вокруг боли. И, прежде всего, есть пространство между твоими мыслями. И из этого пространства возникает покой, который не «от мира сего», потому что мир — это форма, а покой — пространство. Пространство Бога.

Теперь ты можешь наслаждаться и уважительно относиться к вещам этого мира, не придавая им той важности и значимости, какой они не имеют. Ты можешь принимать участие в танце творения и быть активным без привязанности к результату и без необоснованных притязаний к этому миру типа «реализуй меня», «сделай меня счастливым», «сделай так, чтобы я чувствовал себя в безопасности», «скажи мне, кто я такой». Мир не в состоянии дать тебе это, и если у тебя больше не остается подобных ожиданий, все самосотворенное страдание заканчивается. Все подобное страдание происходит от переоценки значимости форм и неспособности осознавать измерение внутреннего пространства. Когда это измерение в твоей жизни присутствует, ты можешь радоваться и наслаждаться вещами, ощущениями и получать удовольствие от чувств, не теряя себя в них, иначе говоря, не привязываясь к миру.

Слова «И это пройдет» указывают на реальность. Косвенно указывая на непостоянство всех форм, они также указывают на неизменное и вечное. Только вечное в тебе может распознать непостоянное как непостоянное.

Если измерение пространства потеряно или не познано, то предметы этого мира приобретают абсолютную важность, серьезность и тяжесть, которых в действительности у них нет. Если мир воспринимается не с точки зрения бесформенного, он становится опасным местом, и, в конечном счете, юдолью отчаяния. Ветхозаветный пророк, должно быть, чувствовал это, когда писал: «Все вещи в труде; не может человек пересказать всего».

 

Вещественное и пространственное

сознание

 

 

Жизнь большинства людей загромождена вещами: материальными предметами, тем, что нужно делать, о чем думать. Их жизнь похожа на историю человечества, охарактеризованную Уинстоном Черчиллем как «одно проклятие за другим». Их ум захламлен мыслями, следующими одна за другой. Это измерение вещественного сознания является преобладающей реальностью большинства людей и причиной того, что их жизнь так далека от равновесия. Чтобы на нашу планету вернулась разумность и человечество могло исполнить свое предназначение, вещественное сознание нужно уравновесить пространственным. Следующий этап эволюции человечества — это появление пространственного сознания.

Пространственное сознание означает, что помимо вещественного сознания, всегда сводящегося к чувственному восприятию, мыслям и эмоциям, существует скрытое под этим подводное течение осознанности. Осознанность всегда подразумевает, что ты не просто сознаешь вещи (объекты), но также сознаешь, что осознаешь их. Когда на переднем плане что-то происходит, а одновременно на заднем ты чувствуешь бдительное внутреннее спокойствие — это оно! Это измерение есть в каждом, но большинство людей совершенно не сознают этого. Иногда я указываю на это, говоря: «Чувствуете ли вы свое собственное Присутствие? »

Пространственное сознание олицетворяет не только свободу от эго, но также и независимость от вещей этого мира, то есть свободу от материализма и материальности. Это духовное измерение, которое само по себе способно придать этому миру трансцендентный и истинный смысл.

Когда тебя расстраивает какое-либо событие, человек и ситуация, то настоящей причиной является не событие, человек или ситуация, а потеря истинной перспективы, которую может дать только пространство. Находясь в ловушке вещественного сознания, ты не осознаешь безвременное внутреннее пространство сознания как таковое. Слова «И это пройдет», когда они используются в роли указателя, могут вернуть тебе осознавание этого внутреннего измерения.

Другой указатель истины внутри тебя содержится в следующем афоризме: «Настоящей причиной моего расстройства никогда не бывает то, что я за нее принимаю».


Падение ниже уровня мысли и

восхождение над мыслью

 

 

Сильно устав, ты можешь быть более умиротворенным, более расслабленным, чем обычно. Это происходит потому, что мышление затихает и умолкает, и поэтому ты больше не вспоминаешь о своем проблемном, порожденном тобой «я». Ты засыпаешь. Если употребляешь алкоголь или наркотики (при условии, что они не активизируют твое тело боли), ты тоже можешь чувствовать себя более расслабленным, беззаботным, и, возможно даже, на какое-то время более живым. Ты можешь запеть и пуститься в пляс, что издавна выражает радость жизни. Поскольку ты не так сильно загружен умом, то можешь уловить проблеск радости Сущего. Возможно, поэтому алкоголь еще называют «spiritus[4]». Но ты за это дорого платишь — платишь осознанностью. Вместо того чтобы подниматься выше уровня мысли, ты падаешь ниже него. Еще несколько рюмок, и ты возвращаешься к «растительному» существованию.

 Пространственное сознание (space consciousness) и состояние «обкуренности» (“spaced out”) имеют очень мало общего. Оба они находятся за пределами мысли. В этом они схожи. Однако главное отличие заключается в том, что в первом случае ты поднимаешься над мыслью, а во втором — сваливаешься ниже нее. Одно представляет собой новый шаг в эволюции человеческого сознания, другое — возвращение к состоянию, пройденному нами целую вечность назад.

 

Телевидение

 

 

Смотреть телевизор — это для миллионов людей во всем мире излюбленная форма активного досуга, вернее, неактивного. Средний американец к своим шестидесяти годам пятнадцать лет проводит, глядя в экран телевизора. Во многих других странах цифры примерно схожие.

Многие считают просмотр телепередач «расслабляющим». Понаблюдай за собой внимательно, и заметишь, что чем дольше экран остается центром твоего внимания, тем слабее твоя собственная мыслительная активность, и если ты долго смотришь ток-шоу, игровые шоу, сериалы и даже рекламу, твой собственный ум не рождает почти никаких мыслей. Ты не то, чтобы забываешь о своих проблемах, но в какой-то мере освобождаешься от самого себя — а что может быть более расслабляющим?

Так создает ли просмотр телепередач внутреннее пространство? Ведет ли он к тому, чтобы ты становился присутствующим? К сожалению, нет. Хотя в течение долгого времени твой ум не рождает никаких мыслей, он, тем не менее, остается вовлеченным в мыслительную активность телевизионного шоу. Он сплетается с телевизионной версией коллективного ума и думает его мысли. Твой ум не активен только в том смысле, что не производит собственных мыслей. Однако он непрерывно впитывает мысли и образы с телеэкрана. Это приводит к появлению пассивного состояния повышенной внушаемости, мало отличающегося от гипноза. Вот почему телевидение так хорошо подходит для манипуляции «общественным мнением» — политики и группы с особыми интересами, вроде рекламщиков, это знают и готовы платить миллионы долларов за то, чтобы поймать тебя в состоянии восприимчивой неосознанности. Они хотят, чтобы их мысли стали твоими, и обычно достигают успеха.

Поэтому при просмотре телепередач ты склонен падать ниже уровня мыслей, а не подниматься выше него. Телевидение имеет общее качество с алкоголем и определенными наркотиками. Оно дает уму некоторое облегчение, но ты снова платишь за это высокую цену: теряешь сознание. Так же как и наркотики, оно имеет свойство формировать сильную болезненную привязанность — аддикцию. Ты берешь в руки пульт дистанционного управления, чтобы выключить телевизор, но вместо этого без конца переключаешь каналы. Спустя полчаса или час ты все еще смотришь телевизор и по-прежнему переключаешь каналы. Похоже, кнопка выключения остается единственной, которую твой палец не в силах нажать. Ты продолжаешь смотреть не потому, что твое внимание захвачено чем-то интересным, но как раз потому, что смотреть нечего. Как только тебя поймали на крючок, то чем действо тривиальнее и бессмысленнее, тем более затягивающим оно становится. Будь теледейство интересным, провоцирующим появление собственных мыслей, оно стимулировало бы твой ум к возобновлению более сознательной и поэтому более предпочтительной активности, чем наведенный телевидением транс. Тогда образы на экране не захватывали бы твое внимание целиком.

Содержание программы, если у него есть определенное качество, может в какой-то степени нейтрализовывать гипноз и иногда даже снимать наведенный телевизионной средой гипнотический эффект онемения ума. Бывают программы, здорово помогающие многим людям: они меняют их жизнь к лучшему, раскрывают сердца, делают их более сознательными. Даже некоторые комедийные представления, хотя они и бывают совершенно беспредметными, показывая карикатурную версию человеческой глупости, безрассудства и эго, могут быть нечаянно духовными. Они учат нас ничего не принимать слишком серьезно, подходить к жизни с легким сердцем, и более того — учат, вызывая в нас смех. Смех является чрезвычайно освобождающим и столь же исцеляющим. Однако наибольшую часть телевидения контролируют люди, полностью захваченные эго, поэтому скрытой задачей телевидения становится управление тобой путем усыпления, иначе говоря, делая тебя неосознанным. И тем не менее, телевизионная среда имеет огромный и до сих пор широко не исследованный потенциал.

Избегай смотреть такие передачи и рекламу, которые атакуют тебя быстрой чередой образов, сменяющихся каждые две-три секунды или чаще. Неумеренный просмотр телепередач, а таких — в особенности, в значительной степени повинен в появлении и развитии синдрома дефицита внимания и умственного расстройства, которым сегодня в мире страдают миллионы детей. Быстрая смена образов на телеэкране делает все твое восприятие поверхностным и ненасыщенным. Чем бы ты ни занимался, что бы ни делал в этом состоянии, твое деланье теряет качество, потому что качество требует внимания.

Частые и продолжительные просмотры телепередач не только делают тебя неосознанным, но также приводят в состояние пассивности и высасывают энергию. Поэтому, вместо того, чтобы смотреть их беспорядочно, смотри конкретную программу. И когда ты вспоминаешь об этом, чувствуй жизненность внутри своего тела. Не забывай время от времени осознавать свое дыхание. Регулярно отводи взгляд от экрана, чтобы он полностью не завладевал твоим зрением. Не делай звук громче необходимого, чтобы он не ранил твой слух. Во время рекламы нажимай кнопку выключения звука (mute). Позаботься о том, чтобы не засыпать сразу после выключения телевизора, и уж тем более, не засыпай при включенном.

 

Узнавание внутреннего пространства

 

 

Возможно, просветы между мыслями уже спорадически возникают в твоей жизни, но ты можешь об этом даже не догадываться. Сознание, очарованное и загипнотизированное ощущениями и обусловленное отождествляться исключительно с формой, иначе говоря, вещественное сознание, поначалу считает, что осознавать пространство почти невозможно. В конечном итоге это означает, что ты не в силах осознавать себя, потому что постоянно осознаешь что-то еще. Форма все время сбивает тебя с толку. Даже когда тебе кажется, что ты осознаешь себя — ты превращаешься в объект, мыслеформу, поэтому то, что ты осознаешь, — это мысль, а не ты.

Услышав о внутреннем пространстве, ты можешь начать его искать, но поскольку ищешь его так, словно какую-то вещь или ощущение, то никак не можешь найти. Это проблема всех искателей духовной реализации или просветления. Поэтому Иисус сказал: «Не придет Царствие Божие приметным образом, и не скажут: «вот оно здесь», или: «вот, там». Ибо вот, Царствие Небесное внутрь вас есть». (от Луки, 17: 20-21. )

Если ты не находишься все время бодрствования в состоянии разочарования, беспокойства, депрессии, отчаяния и не тратишь его на пребывание в других негативных состояниях; если способен получать удовольствие от малого, например, слушая шум дождя или ветра; если видишь красоту плывущих в небе облаков или временами сидишь в одиночестве, не чувствуя себя при этом одиноко и не нуждаясь в ментальной стимуляции развлечениями; если обнаруживаешь, что с искренней нежностью заботишься о совершенно незнакомом человеке, не желая что-либо от него или от нее получить, … — это значит, что пространство открыто, неважно каким бы коротким ни был этот проблеск в потоке непрестанного думанья, то есть ума. Когда это случается, возникает чувство благополучия, здоровья, живого покоя, даже если оно едва уловимо. Возможно, насыщенность будет варьировать от едва заметного чувства удовлетворенности на заднем плане, до того, что древние индийские мудрецы называли ананда — блаженство Сущего. Поскольку ты был обусловлен тем, чтобы уделять внимание только формам, то, возможно, не осознаешь его, или разве что косвенно. Например, в способности видеть красоту, высоко ценить простые вещи, получать удовольствие от пребывания в компании с самим собой или относиться к людям с любовью и добротой — во всем этом есть общий элемент. Этот общий элемент — удовлетворенность, покой и жизненность, — составляет невидимый фон, без чего эти ощущения не были бы возможны.

Когда ты видишь красоту, доброту, признаешь ценность имеющихся в твоей жизни простых вещей, поищи фон этих ощущений в себе. Только не ищи его так, будто что-либо ищешь. Ты не можешь пришпилить его и сказать: «Теперь он у меня есть» или уловить его умом и дать ему какое-нибудь определение. Он похож на безоблачное небо. У него нет формы. Он — это пространство; это спокойствие, сладость Сущего, и он — бесконечно больше, чем эти слова, являющиеся лишь указателями. Если ты способен непосредственно переживать его в себе, этот фон углубляется. Поэтому, если ты высоко ценишь простые вещи — звук, вид, прикосновение, — когда видишь красоту, испытываешь любовь и доброжелательность по отношению к другому, чувствуешь внутреннюю пространственность, — то это и есть и источник, и фон этого ощущения.

Многие поэты и мудрецы во все века наблюдали, что истинное счастье — я называю его радостью Сущего — находится в простых, кажущихся незначительными вещах. Большинство людей в своем неугомонном поиске того, чтобы в их жизни произошло что-то значительное, постоянно упускают незначительное, которое может быть вовсе не незначительным. Философ Ницше в редкий момент глубокого спокойствия написал: «Счастье, как же мало нужно для счастья! ... самая незначительная вещь, нежнейшая вещь, легчайшая вещь, шорох ящерицы, дыхание, малейшее движение, случайный взгляд — мельчайшие события приносят самое большое счастье. Будь в покое».

Почему «самая незначительная вещь» сотворяет «самое большое счастье»? Потому что истинное счастье не вызывается каким-либо предметом или событием, хотя поначалу дело выглядит именно так. Эти предметы или события настолько тонки, настолько скромны и ненавязчивы, что тебе нужна лишь крошечная частица твоего сознания, остальное — это сознание как таковое, внутреннее пространство, не заслоненное никакой формой. Внутреннее пространство сознания и то, кто ты есть по своей сути, — одно и то же. Другими словами, внутри формы «незначительных вещей» остается место для внутреннего пространства. И из этого внутреннего пространства возникает само необусловленное сознание, — истинное счастье и радость Сущего. Однако чтобы осознавать маленькие тихие вещи, тебе надо быть тихим внутри. Требуется высокая степень бдительности. Будь в покое. Смотри. Слушай. Присутствуй.

Вот еще один способ обнаружения внутреннего пространства: осознавай себя осознающим. Проговори или подумай «Я Есть» — и ничего к этому не добавляй. Осознавай спокойствие, наступающее вслед за «Я Есть». Чувствуй свое присутствие, обнаженное, неприкрытое, неодетое существование. Ни молодость, ни старость, ни богатство, ни бедность, ни плохое, ни хорошее, ни прочие вещи не имеют к нему никакого отношения. Это пространственное лоно всего творения, всех форм.


Слышишь ли ты горный ручей?

 

 

Мастер дзен и один из его учеников в молчании шли по горной тропе. Подойдя к старому кедру, они сели под ним, чтобы разделить простую трапезу — немного риса и овощей. После того, как они поели, ученик, молодой монах, еще не нашедший ключа к тайне дзен, нарушил молчание и спросил Мастера.

— Мастер, как мне войти в дзен?

Разумеется, он спрашивал о том, как войти в состояние осознанности, каковым является дзен.

Мастер оставался в молчании. Пока ученик в нетерпении ждал ответа, прошло около пяти минут. Он уже было собрался задать другой вопрос, но Мастер внезапно заговорил.

— Слышишь ли ты звук того горного ручья?

Ученик понятия не имел ни о каком горном ручье. Он слишком напряженно думал о смысле дзен. Теперь, когда он начал прислушиваться, его шумный ум затих. Сначала он ничего не слышал. Затем думанье отступило и открыло путь более высокой бдительности, и вдруг он на самом деле услышал едва различимое журчание небольшого ручейка вдалеке.

— Да, теперь я его слышу, — сказал он.

Мастер поднял палец и заглянул в его глаза. Его взгляд был одновременно и горячим, и неистовым, и нежным. Он проговорил:

— Войди в дзен оттуда.

Ученик был ошеломлен. Это было его первое сатори — проблеск просветления. Он знал, что такое дзен, но даже представления не имел о том, что знал!

В молчании они продолжили путь. Ученик был поражен жизненной силой расстилавшегося вокруг мира. Он все ощущал, как будто впервые. Однако постепенно снова погрузился в мысли. Ментальный шум снова заслонил бдительное спокойствие и вскоре у него возник еще один вопрос.

— Мастер, — сказал он, — я подумал: что бы ты сказал, если бы я не смог услышать горный ручей?

Мастер остановился, посмотрел на него, поднял палец и сказал.

— Войди в дзен оттуда.

 

Правильное действие

 

 

Эго спрашивает: «Как мне извлечь удовлетворение из ситуации, или перейти в другую ситуацию, которая будет удовлетворять моим потребностям? »

Присутствие — это состояние, имеющее качество внутренней пространственности. Когда ты присутствуешь, то задаешься вопросом: «Как я могу соответствовать потребностям этой ситуации, данного момента? » В действительности тебе даже не нужно задаваться этим вопросом. Ты в покое, бдителен, открыт тому, что есть. Ты вносишь в ситуацию новое измерение — пространство. Тогда ты смотришь и слушаешь. Так ты сливаешься с ситуацией в одно целое. Когда ты не противодействуешь ситуации, а сливаешься с ней, то решение вытекает из самой ситуации. На самом деле смотришь и слушаешь не ты, не личность, а само бдительное спокойствие. Тогда, если действие возможно или необходимо, ты его выполняешь, вернее, правильное действие происходит через тебя. Правильное действие — это действие, находящееся в согласии с целым. После его завершения остается бдительное пространственное спокойствие. Нет никого, кто вскидывал бы руки, триумфально жестикулировал и торжествующе кричал: «Yes! » Нет никого, кто говорил бы: «Смотри, это я сделал».

Все творчество исходит из внутренней пространственности. Когда бы творчество ни возникло и какая бы форма в результате ни явилась, тебе нужно быть неусыпно бдительным, чтобы не возникло понятия «я» или «мое». Если ты берешь кредит на уже завершенное дело, значит эго снова вернулось, а пространственность опять заслонена.

 

Восприятие без имен

 

 

Большинство людей сознает окружающий мир лишь поверхностно, особенно когда окружающее им хорошо знакомо. Голос в голове поглощает огромную часть их внимания. Одни ощущают себя более живыми, путешествуя и посещая незнакомые места или страны, потому что в это время на чувственное восприятие — получение нового опыта — у них направлено больше сознания, чем на думанье. Они становятся более присутствующими. Другие даже в такие периоды продолжают оставаться полностью захваченными голосом в голове. Их восприятие и ощущения искажаются текущими неотложными рассуждениями. Даже не скажешь, что они куда-то уехали. Путешествует только их тело, а сами они там, где и всегда: в собственной голове.

Такова реальность большинства людей: стоит им начать что-то воспринимать, они тотчас дают этому какое-нибудь определение, название; интерпретируют, сравнивают с чем-то другим, расценивают по принципу нравится—не нравится, хорошее—плохое. Все это делает их эго — некий фантом самого себя. Они находятся в плену мыслеформ, пребывают в вещественном сознании.

Ты не пробудишься духовно, пока не прекратишь навязчивую и бессознательную раздачу имен и названий, или хотя бы не начнешь это осознавать, и таким образом не научишься наблюдать, когда такое происходит. Благодаря постоянному называнию эго остается на прежнем месте в виде ненаблюдаемого ума. Когда раздача имен прекращается, даже когда ты всего лишь начинаешь это осознавать, появляется внутреннее пространство и ум перестает тебя захватывать.

Выбери какой-нибудь предмет поблизости — ручку, кресло, чашку, растение — и исследуй его визуально, иначе говоря, начни смотреть на него с большим интересом, почти с любопытством. Избегай объектов, вызывающих сильные личные ассоциации и напоминающие о прошлом, (где ты это купил, кто тебе это дал, и т. д. ), также избегай предметов с надписями — например, книг или даже бутылок — они будут стимулировать появление мыслей. Отпусти все напряжения и оставаясь бдительным расслабься, отдай все свое внимание предмету, каждой его детали. Если придут мысли, не вовлекайся в них. Тебя интересуют не мысли, но сам по себе акт восприятия. Можешь ли ты отделить думанье от восприятия? Можешь ли смотреть без участия голоса в голове, комментирующего, выносящего суждения, сравнивающего или пытающегося что-либо понять или разгадать? Через пару минут окинь взглядом комнату или место, где находишься, и твое бдительное внимание высветит каждый предмет, на каком оно остановится.

Теперь прислушайся к звукам. Слушай их так же, как ты смотрел на окружающие предметы. Одни звуки могут быть естественными (шум воды, ветра, голоса птиц) в то время как другие — созданными человеком. Одни могут быть приятными, другие — нет. Однако не разделяй их на плохие и хорошие. Позволь каждому звуку быть таким, как он есть, не делай интерпретаций. Ключом здесь тоже является расслабленное, но бдительное внимание.

Если ты смотришь и слушаешь таким образом, то можешь начать осознавать тонкое, и поначалу, возможно, едва уловимое чувство умиротворения и спокойствия. Одни люди ощущают его как некое спокойствие на заднем плане. Другие называют его миром. Когда сознание перестает целиком поглощаться думаньем, некоторая часть его остается в бесформенном, необусловленном, исходном состоянии. Это и есть внутреннее пространство.

 

Кто ощущает?

 

 

То, что ты видишь и слышишь, вкус и запах чего чувствуешь, к чему прикасаешься, — это, конечно, объекты, доступные восприятию. Это то, что ты ощущаешь. Но кто является субъектом, тем, кто ощущает? Если ты сейчас скажешь, к примеру: «Ну, конечно, это я, Джейн Смит, старший бухгалтер, сорок пять лет, разведенная, мать двоих детей, американка, являюсь субъектом, тем, кто ощущает», то ты ошибешься. Джейн Смит и все остальное отождествлено с ментальной концепцией Джейн Смит и является объектами ощущений, а не ощущающим субъектом.

Любое ощущение имеет три возможных составляющих: чувственное восприятие, мысли или ментальные образы и эмоции. Джейн Смит, старший бухгалтер, сорок пять лет, разведенная, мать двоих детей, американка — все это мысли, и поэтому всего лишь часть того, что ты воспринимаешь в тот момент, когда сами эти мысли появляются у тебя в голове. Они, а также все остальное, что ты можешь сказать и подумать о себе, являются объектами, а не субъектами. Это — ощущения, а не тот, кто ощущает. Ты можешь добавить еще тысячу определений о том, кто ты есть, и, поступая так, наверняка увеличишь сложность и запутанность восприятия себя (а заодно и доход психиатра), но таким путем не придешь к субъекту, к тому, кто ощущает, кто есть прежде любого ощущения — и без кого не будет никакого ощущения.

Так кто же ощущает? Ты ощущаешь. А кто ты? Сознание. А что такое сознание? На этот вопрос невозможно ответить. В тот миг, когда ты отвечаешь, ты его фальсифицируешь, превращаешь в какой-то объект. Сознание, которое традиционно обозначается словом дух, нельзя познать в обычном смысле слова, а искать его бесполезно. Все знание лежит в сфере дуальности — субъект и объект, познающий и познаваемое. Субъект, я, познающий в отсутствие познаваемого, воспринимаемого, осмысливаемого, ощущаемого, навсегда останется непознанным. Потому что «я» не имеет формы. Познавать можно только формы, но мира форм в отсутствие измерения бесформенного существовать не может. Это светлое пространство, где мир возникает и исчезает. Это пространство и есть та жизнь, которая Я Есть. Она вне времени. Я Есть — вне времени, вечно. Происходящее в этом пространстве — относительно и временно: удовольствие и боль, обретение и потеря, рождение и смерть.



  

© helpiks.su При использовании или копировании материалов прямая ссылка на сайт обязательна.